Цветки сесилии

«Путь домой»

Венти встал первым и подал свою руку Люмин, чтобы та могла спокойно подняться с земли. Она приняла его помощь. Улыбка проскользнула на лице девушки. Двое направились по тропинке в сторону города. Тихий шелест травы преследовал их, мерцали светлячки, вышедшие на ночную прогулку, сверчки уже начали исполнять свои серенады. Издалека доносился громкий смех и мужские возгласы. Кое-где виднелись костры путешественников и охотников, устроившихся на вечерний привал. Долина жила своей жизнью, дышала вдохновением и свободой, присущими Мондштадтским землям. Люмин и Венти шли неспеша, наслаждаясь всеобщим настроением. Паренёк, наверное, был рад больше всех на свете, его земли в покое, люди довольны, пускай это может быть только на это мгновение. Никогда не знаешь, что может случиться через день-другой, поэтому стоит наслаждаться моментом именно сейчас. Некоторое время никто не решался завязать беседу, правда, интерес Архонта заставил его начать: — Люмин, может всё-таки поделишься, что стряслось между тобой и Паймон? Я был очень озадачен тем, что ты была одна сегодня. Эта маленькая, шумная, назойливая малышка никогда от тебя не отходит. Вопрос пронзил спокойствие вечера, как громкий охотничий выстрел в мирно дремлющем лесу. — Да, наверное, это и правда было очень заметно. Мы ведь с ней стали не разлей вода. Куда я — туда и она. Может мне так печально как раз из-за того, что ее нет рядом. Паймон дома, она уже довольно давно не выходит со мной, всему виной ее невероятное желание съесть и попробовать все подряд. Когда мы вернулись из путешествия, в Мондштадт, мы решили отметить наше возвращение хорошим ужином. Паймон несмотря на свое небольшое тельце, съела невероятно много и домой мне ее пришлось нести на руках. Лететь она не смогла, я надеялась, что на утро ей станет лучше. Ей стало только хуже и мы договорились, что пока она в таком состоянии, я не буду далеко уходить, а Паймон сможет отлежаться дома и прийти в себя. Бард осознавал всю печальность ситуации, но ему стало невероятно смешно, от того, какая причина сбила с ног маленькую спутницу Люмин. Он видел, какой мрачной была путешественница, когда рассказывала всю историю. Для нее это явно было серьезно, поэтому из уважения к ней сдержал свой смех, который начал распирать его грудь еще с момента, когда бедной Люмин пришлось тащить объевшуюся Паймон на своих руках домой. В целом, его тоже ни раз тащили на плечах домой, только не по причине обжорства, а по вине алкоголя. Поэтому, наверное, его и Паймон объединяет не только способность к полету, но и эти невероятные зависимости. Несчастная Люмин, один спутник не лучше другого. Хотя все-таки Венти понимал, что, если Паймон еще несколько дней будет не в состоянии покинуть кровать, он сможет провести больше времени только с Люмин, не сталкиваясь с тем, что Паймон сможет влезть в их совместное времяпрепровождение. А это ему на руку, еще ни разу он не был так близок к путешественнице, как сейчас. Он тоже прекрасно запомнил день их первой встречи, ведь тогда он пытался успокоить Двалина в лесу, но девчушка в ярком белом наряде вместе с летающей феей спугнула дракона. Венти успел встретиться с ней взглядом, прежде чем растворился в воздухе. Еще тогда он очень заинтересовался незнакомой девушкой, запомнил ее янтарные глаза, растерянный взгляд и цветы, напоминающие сесилии, вплетенные в волосы. Двое уже приближались к воротам, ведущим в Мондштадт, и на их лицах читалась спокойная радость. Люмин чувствовала, как тяготы падали с её плеч, быть может энергия Анемо Архонта, идущего под руку с ней, так воодушевляла ее. В голове всё ещё крутилась мысли, разрозненные, не совместимые, то об одном, то о другом. Еще и о маленькой спутнице, быть может она сильно расстроится, что в ее отсутствие, кто-то другой займет ее место. Поэтому девушка понимала, что стоит в первую очередь проверить Паймон, узнать как она там, а потом уже строить какие-то планы. Она поделилась своими мыслями с бардом, он легко и просто согласился проводить девушку до её дома. Венти всё равно никуда не спешил. За воротами крепости во всю ещё кипела городская жизнь. Продавцы закрывали свои прилавки, в «Шёпоте Цветов» Флора заботливо поливала свои растения, кузнец Вагнер ритмично отстукивал молотком сталь. Очевидно, он пока не собирался уходить с рабочего места. Сара обслуживала последних клиентов, пришедших поужинать Мондштадтскими традиционными блюдами. А для баров «Кошкин хвост» и «Доля ангелов» веселье только начиналось: медленно к ним стягивались охотники, искатели приключений, рыцари из Ордо Фавониус в своих тяжелых позвякивающих доспехах и обычные жители города. Всем хочется отдохнуть после тяжелого дня за бокалом-другим изысканного одуванчикового вина или чего-то полегче. Пройдя по центральной улочке, в сторону фонтана, а затем повернув налево и еще немного в глубь улиц, путешественница и бард оказались у двери в дом, в котором временно жили Люмин и Паймон. Магистр Джинн любезно предоставила двум гостьям из другого мира комнату в этом доме, за их всевозможные заслуги перед городом. Девушка отворила тяжелую деревянную дверь и зашла в темный коридор. Бард следовал за девушкой и старался не отставать. Комната путешественницы находилась самом конце коридора. За дверкой тускло мерцал свет свечи. Люмин аккуратно приоткрыла дверь в комнату и на цыпочках зашла, Венти всё так же шел следом. Комнатка была небольшая, внутри неё располагалась одна двуспальная кровать, тумбочка, со стоящей на ней свечей, большое мягкое кресло, столик у окна и рядом шкафчик с полками. — А у вас здесь уютно… — прошептал Барбатос на ушко стоящей перед ним путешественницы. Люмин вздрогнула, по телу пронеслись мурашки. То ли от неожиданности, то ли от того, что на миг стало холодно. Она не ответила. Путешественница остановила свой взгляд на маленьком белом комочке, дремлющем на кровати. Паймон дома, умиротворенно спит, как хорошо! — Она вроде в порядке… Я рада, —шёпотом произнесла девушка и решила подойти к спящей малышке. Присев рядом, путешественница заботливо, хоть и с опаской, не желая будить, коснулась Паймон.