Голубые Крылья

      Даже самый величественный цветок рано или поздно потеряет свои лепестки.       Мне не хотелось о чем-либо думать. Я просто не могла, ведь в моей голове паразитировала лишь одна единственная мучительная мысль.       «Я ее убила».       Неважно, что это вышло случайно, я пребывала в ярости и не смогла сдержать свои эмоции. Моя лучшая подруга попала под удар моего собственного безудержного гнева, проявленного в виде мистической силы.       Мне больше не хотелось использовать энергию. Элементы, о которых мне так долго рассказывал Гелиас, были действительно очень полезными, но моя погоня за знаниями, стремление овладеть большей силой, и собственная поглощенность исключительно своими успехами привели меня к самой большой ошибке во всей моей жизни. Я сожалела не только о судьбе близкого мне человека, но и о том, как мы провели последние дни. Мне приходилось часто игнорировать ее в пользу тренировок, вечно откладывая то, что стоило сделать с самого начала – сесть и поговорить. Я забыла о ее собственных желаниях и стремлениях, ничего не попыталась сделать, когда девушке было действительно тяжело. Она пошла ради меня в долгий и сложный поход, даже не зная, сможем ли мы достигнуть цели, бросила всех родных и близких ради одной подруги, и пострадала за свое решение от моих же рук.       Нет, я не считаю, что мне не стоило ее брать, ведь она и правда была мне нужна. В темноте она всегда была для меня лучиком света и тепла, который был готов поддержать меня в трудную минуту, но из-за своего эгоизма я не смогла ответить ей тем же.       Мои ноги погрузились в ледяную воду, но я не обращала на неприятные ощущения абсолютно никакого внимания. До ушей доносился приятный звук волн, приходящих одна за другой из-за горизонта, чтобы один единственный разок соприкоснуться с берегом, омывая мягкий песок солоноватой жидкостью. До сих пор не могу представить, каким образом мне удалось донести тело девушки из Бринбурга до самого большого озера из всех что я видела, но было ощущение что любые опасности в виде диких зверей, природных явлений, и даже голода отступили назад, чтобы дать мне время исполнить обещание и попрощаться с дорогим человеком. Впрочем, наверняка это все оказалось простым совпадением, кроме, разумеется, голода, до которого мне попросту нет дела.       Я прислонила давно окоченевшее, дурно пахнущее и частично разложившееся тело Мии к ближайшему дереву таким образом, чтобы ее лицо было повернуто к воде. Все, что мне удалось сделать для нее после смерти, это исполнить наконец свое обещание, пусть и слишком поздно. Она хотела увидеть бескрайние водные просторы, но в итоге это место станет ее последним домом. Голыми руками я рыла яму в земле неподалеку на протяжении нескольких часов, игнорируя усталость и доводя себя до все большего изнеможения. В какой-то момент моя правая рука напоролась на острый кончик камня с краю и по руке потекла вниз струйка крови. Мое состояние меня не волновало, поскольку в отличие от нормального человека я не имела того самого предела, и те мучения, что приходится испытывать, не более чем очередная плата за мои ошибки.       Лишь на закате мне удалось завершить работу, после чего я в последний раз присела рядом с Мией и позволила себе насладиться успокаивающим видом водной глади. Это напомнило мне, как мы сидели у озера. Точнее, сидела я, а Мия то и дело чем-то занималась, собирала травы, ловила рыбу, или даже купалась, но почти никогда не отдыхала вместе со мной под кронами ветвистых деревьев.       Посмотрев на нее, я заметила, что из-под робы исходит маленькое, еле заметное сияние.       Протянув руку, я нащупала там цветок и кусок коры, исписанный уже известными мне символами. Выведены они были красиво и очень угловато, но все же не так аккуратно, как это делала Вессия в своем храме.       Дорогая Рэвери.       Я вынужден извиниться перед тобой. После встречи с Ламиром, я заподозрил, что он замышляет нечто нехорошее, и мог попытаться его остановить, но принял правильное решение слишком поздно. Спустя некоторое время после окончания нашей тренировки, я пытался найти тебя, но твой дом оказался пустой. Только потом Фелингер начал выводить нас из города, потому что то, чего я так сильно опасался, уже случилось.       Мне безумно жаль, что я потерял столь талантливое дарование и не смог ничем помочь Мие, но знай, что несмотря на все это, я всегда буду вас помнить, а ты останешься моей ученицей, о которой мне еще не раз доведется рассказывать, как об одной из самых лучших. Уверен, ты сможешь развивать свою энергию дальше самостоятельно и использовать ее правильно, ведь никто ранее под моим крылом не осваивал элементы так быстро, как это делаешь ты.       Скорее всего, мы больше никогда не встретимся, поэтому напоследок я должен сказать тебе кое-что важное. Твой четвертый элемент – время. Возможно, ты сама подозревала, и я не знаю, как ты воспользуешься этим знанием, но настоятельно не рекомендую использовать эту силу до тех пор, пока точно не будешь уверена в своей готовности…       И пусть твоя внутренняя энергия направит тебя в верном направлении.       Гелиас.       Я спрятала кусок коры под свою накидку. Значит, зря я винила своего наставника, он хотел помочь, просто не успел вовремя. Жаль, что мы так и не поговорили, но, может, это и к лучшему, потому как несмотря на катастрофу мы все-таки разошлись с хорошим отношением друг к другу. Увы, я не собираюсь продолжать осваивать энергию, потому что в моих руках такая сила приносит лишь смерть и разрушения.       Встав с земли, я посмотрела на цветок. Его сияние утратило большую часть своей силы, а когда к нему прикоснулись мои руки, лепестки тут же опали, прямо в полете теряя свои последние остатки света. На ощупь они ощущались сухими и мертвыми, впрочем, как и само растение, жизнь которого ушла вместе с ее хозяйкой. Я уложила тело девушки на дно могилы и аккуратно вложила в ее холодные белые руки остатки цветка. После того, как тело было закопано, я нашла хороший плоский камень, который сразу был использован как надгробие. Обычно, в те времена, вместо него использовали ровные доски из березы или дуба, но достать их у меня сейчас нет возможности, да и портятся они со временем, тогда как камень останется таким же камнем даже спустя долгие годы.       Мне вспомнилось, как когда-то давно таким же образом я хоронила свою сестру. Тогда мною еще не была изучена хоть какая-то письменность, но хотелось отметить могилу по-особенному. Большинство людей в том селении использовали какие-то знаки, смысл которых они придумывают сами. Вдохновившись этой идеей, я нарисовала на надгробии последней родственницы символ, который запомнился мне из одного странного сна в детстве, точное содержание которого я, увы, не помнила.       Могилу Мии я решила все же подписать на языке дефиксов, но добавить при этом тот же самый символ, потому что этого человека я могла считать частью своей семьи, пусть и не так уж и долго. Более шести лет мы провели вместе. Я не ценила это время, постоянно задумываясь о своем предназначении, и буду жалеть об этом целую вечность.       Голубые крылья, не похожие на часть тела ни одной птицы, что я видела в своей жизни.       Большие и величественные, они в то же время казались хрупкими и нежными настолько, что, казалось бы, распадутся от малейшего прикосновения. К сожалению, у меня не было возможности окрасить их в соответствующий цвет, поэтому пришлось просто выскребать контур на каменной плите.       Убедившись, что надгробие прочно вбито в землю, я в последний раз посмотрела на необъятную водную гладь. Моя внешность незначительно изменилась после случившегося в Бринбурге: несколько маленьких локонов спереди сменили цвет на бледно-голубоватый, как у луны, а маленький кусочек левой радужки глаза приобрел красноватый оттенок. Я так и не поняла, связано это с перерождением, или же дело в чем-то другом…       Мне вспомнился один из наших диалогов, в котором мы с Мией обсуждали обустройство мира. Тогда она высказала версию, что загробное пространство находится вокруг нас, но сокрыто за бесконечными водными просторами.       «Где-то ведь он должен находится, не так ли?»       В голове пронесся образ девушки, с яркой и безмятежной улыбкой бегающий по цветущим полям. Теперь она в лучшем мире, и, возможно, когда-нибудь мы встретимся. И тогда мне непременно хватит смелости чтобы извиниться перед ней. За все. В ответ она лишь рассмеется, и в очередной раз напомнит, какая же я глупая…       Однако, мой путь еще не окончен, и прежде чем отправится на поиски своей судьбы, я подняла голову и прошептала последние слова:       - До встречи на том берегу.