Дарт Гравид

      Сквозь высокие витражи тронного зала отражалось солнце, которое уже взошло, а тьма ночи ушла, позволив новому дню начаться. Сама главная резиденция королевского Дома была закрыта по приказу Иланы, а я лишь обрубила связь с внешним миром, чтобы никто не догадывался о моем плане: подставить Антиллеса и его союзников.       Была лишь одна крупная проблема: мой учитель и учитель Дэмена каким-то образом выжили и стали серьезной преградой, от которой нам с моим уже нынешним учеником пришлось бы избавиться, но для начала нужно было бы отвернуть от них народ Альдераана, чтобы их добивание стало проще.       Илана восседала на троне и небрежно опиралась подбородком на ладонь. Перед ней стояли Жирар и Рист, а мы с Дэменом на правах исполняющей обязанности главного советника и королевского жениха стояли по боку от трона.       На лице королевы застыла вежливая скука, будто не она сама запустила политический кризис своим поведением.       — Итак, — наконец, после долгого молчания произнесла она. — Мы остановились на проекте нового государственного устройства.       — Да, ваше величество, — отозвался Жирар, слегка поклонившись. — Есть идея по возвращению старых порядков, при которых мы бы контролировали вертикаль власти, где каждый высший Дом и их вассалы отвечали за свои территории.       Старые порядки, которые позволяли Жирарам управлять Талами и через него и Альдерааном на протяжении столетий.       — Баланс, — повторила это слово Илана с усмешкой, будто это слово показалось ей нелепым. — Любопытное слово… — улыбнулась она. — Разве королевская власть нуждается в «балансе»? Ведь цель моего правления — дать понять Домам, что Талы будут править железной рукой! Все эти века мои предки позволяли себя ограничивать, не понимая потенциал абсолютного правления…       — Государыня, — вмешалась я. — Еще остаются могущественные союзники у Вильсона, поэтому весь этот цирк нужно аккуратно убирать туда, где были наши гости.       Я видела, как Лайон Жирар, дядя Иланы, прикусил губу, ведь он хотел вернуть себе влияние и… явно влиять на Илану, а принцесса свои зубки показала даже после чудесного воссоединения. Мне уже казалось, что она умрет, но не даст трон никому.       Бейл Рист решил добавить:       — Ваше величество, без этого не обойтись. Народ устал от бесконечных дворцовых конфликтов. Надо создать более стабильное правительство. А именно реорганизовать Совет Альдераана, в котором лояльные вам глав Домов были бы выше остальных, то есть все последние решения по разным законам оставался бы выше и мог ветировать неудобные вопросы.       — Вы предлагаете все то же ограничения? Подмена понятий, но результат будет один — статус-кво, — спокойно ответила Илана, но тон выдавал, что ее задело, что такие как Жирар и Рист бы решали, как управлять ее планетой, ее главным феодом.       — Разумеется Совет управлялся бы вами, Илана, — дрогнул голос Жирара.       Я сохраняла нейтральное выражение лица, но как Илана отпиралась от предложений контроля, едва не выдавалась у меня смешинка.       Я достала планшет, и пока шел политический спор, я следила, чтобы Дворец не получил раньше времени известий о перестрелках первой группы в трущобах Альдеры. План был предельно прост: нужно было, чтобы Антиллес, Органа и другие лоялисты вышли в столицу и подставились, как якобы хозяева этих наемников. Вторая группа, которая вместе с Жерраном Хаттом ждали моей команды, организовала бы ложное покушение на Илану, которое мы бы с Дэменом отразили.       Все опиралось на то, как вела себя Илана. Ее тогдашняя вспышка гнева напрягла меня и едва не довела до истерики Дэмена. Как бы у Илана не обострилась паранойя и не убила бы меня. Я хотела держать под контролем Альдераан, чтобы превратить его в новое королевство ситхов. Будущий король мог бы продолжать славную традицию Ордена Дарта Бейна, порождая своих детей и обучая их Темной стороне.       Это напоминало историю планеты Ондерон, когда Темный Повелитель ситхов Фридон Надд и его наследники правили этой мини-империей ситхов четыреста лет, где Темная сторона была частью культуры этого мира.       Почему бы не повторить эксперимент и так завоевать Республику?       Мой учитель сказал как-то, что если строишь долгосрочный план, то придумай альтернативные ходы, если что-то пойдет не так. А оно пошло, если Илана показала себя как не ведомой и не подверженной влиянию извне, так и человеком, который постепенно сходил с ума. Кто знал, если бы повторилось опять, и нас с Дэменом бы выкинули как мусор… или казнили бы… Когда конфликт с Антиллесами решился, то я бы подумала о путях отхода, если королева пошла бы против меня, да и нужно было Дэмена как-то привлечь окончательно к путям ситхов, показав, что любовь Иланы — это ширма и часть ее политических интриг.       Я на миг отвлеклась и услышала, как Илана спорила со своим дядей.       — Ты говоришь о равновесии, о народе, о старых порядках, но я помню, как мой дедушка, твой отец, много лет решал за моего отца многие вопросы, — Илана поднялась с трона. — Дядя, я готова прислушаться к твоим мудрым словам, но позволять собой командовать — простите, нет! Ты и Гаалис меня сделали такой, которая будет прислушаться к адекватным советам, но не позволять себе превращаться в чью-либо марионетку.       Окончив тираду, Илана пультом включила голограмму города и, подходя к нему, провела по сине-голубым трехмерным моделям его ладонью. Она смотрела на изображения как на шахматную доску.       — Следующий ход за мной, если Вильсон вернется, — сказала всем она, осторожно я внушала ей эту мысль, что она — гроссмейстер в своем поле под названием Альдераан. — Власть — это не игра в равновесие и равенство, а умение видеть дальше остальных.       Я смотрела, как ее пальцы касались мерцающих контуров улиц. Она выглядела и, я думала, представляла себя неким божеством, которая, получив абсолютную власть, начала бы переделывать мир под себя. Только была одна проблема в этом — не она была этим самым божеством, а я — та, кто был истинным основателем нового Альдераана, где начала бы править Темная сторона Силы, как было у Фридона Надда с Ондероном.       И вот Илана повернулась ко мне.       — Секретарь Гин, вы что-то хотели добавить?       — Нет, ваше величество, — ответила я ровно, опуская голову, изображая скромность. — Я лишь думаю о том, как ваш дядя Гаалис гордился бы вашей решимостью противостоять нашим врагам.       Илана будто не обращала внимания на лесть и все продолжала стоять у голограммы Альдеры, а ее отражение мерцало в синем свете словно двойник за ним. Это выглядело довольно символично, когда несмотря на ее решительность, в глубине души она боялась Вильсона и его союзников.       Ее королевское величество не подозревало, что за пределами Дворца полыхало, пока мы тут сидели в тишине.       Первая кровь. Все шло по плану.       Я делала вид, что изучала документы в своем планшете, но на самом деле я читала расшифровки радиопереговоров, про то, что одни бандиты убиты, а другие прятались. Я лишь слегка улыбнулась и посмотрела на венценосного женишка.       — Дэми, — мягко, но небольшой властностью обратилась к нему Илана. — Как будущий король, что скажешь о предложенной реформе введения консультативного Совета?       — Ваше величество, — он выпрямился, и в голосе зазвучала робкая решимость, — если народ требует перемен, им нужно дать иллюзию участия. Совет можно создать — номинально. Но решения оставлять за тобой. Тогда все будут довольны.       — Иллюзия участия, — повторила Илана, и глаза ее блеснули. — Прекрасно сказано. Именно иллюзия, а не власть. Видишь, Дэми, все хорошо, ты тоже участвуешь в нечто большем. Политика — это не страшно. Мне нужны те люди, которым я могу доверять.       И я вполне с гордостью отметила для себя: мальчик учился быстрее. Еще чуть-чуть, и он бы понял, что Сила не служила для таких джедайских абстракций как равновесие, Свет, а для нас — как инструмент господства.       Илана доказала, что несмотря на ее тревогу, у нее еще было слишком много воли и огня, которые не поддавались бы управлению. Ее глаза, отражая голограмму, светились голубым пламенем, и я на миг увидела в них то, что видела когда-то в себе — фанатичную веру в собственное предназначение. Но такие фанатики — более удобные марионетки. Их легко направить, если знать, за какую нить тянуть.       Илана вернулась и села на свой трон и сказала всем присутствующим.       — Я принимаю ваши идеи о государственном устройстве. Не форме, но в сути. Совет… слово красивое, оно звучит, будто власть делится между многими, а значит — внушает доверие. Но в действительности такой Совет, как и трон и корона должны быть отражением моей воли. Вы говорите, что народ устал от конфликтов? Отлично! Будет им покой и стабильность, но только под моим контролем. Так же я сообщаю о том, что указы короля или правящей королевы — это немедленное исполнение закона. Каждый может править в своих исконных землях, но если будут вовлечены интересы короны, то воля будет распространяться независимо от воли королевского вассала и их вассалов, — Илана обернулась к Дэмену. — То есть, если граф одного герцога получит приказ от короля, но герцог прикажет что-то, то король выше герцога — это называется вертикаль власти. Королевский Дом Талов — главнейший орган власти на Альдераане, отныне это будет так! Отныне ни одна армия, ни один Дом не будет действовать без санкции Дворца. И все решения Совета Альдераана будут утверждаться моей подписью. Только моей.       Герцог Жирар опустил взгляд, но граф Рист рискнул возразить:       — Ваше величество, это не укрепит порядок, а встретит сопротивление других Домов, они не примут абсолютную власть.       — Пусть не принимают, им представится шанс подумать об этом в своих тюремных карцерах.       Гробовая тишина повисла в тронном зале.       Я почувствовала, как Сила сгустилась вокруг нас, будто воздух перед бурей.       — Согласна, что феодальные порядки могут быть воссозданы, но лишь под защитой и контролем моего Дома. Остальная грызня меня мало должны волновать, если она не задевают меня! Я согласна для начала дать вам понять, что Альдераан слишком долго жил в конфликтах знатей и, когда Вильсон все эти годы фактически управлял планетой. Теперь все изменится.       В голосе Иланы звучала холодная решимость. Это не было импульсивным решением, как было в прошлый раз. Казалось, что она будто все это время планировала и терпеливо ждала, когда ее старый отец умрет, чтобы ей пришлось раскрутиться по-полной. Если бы она была чувствительно к Силе, то пошла бы по пути ситхов.       — Но как же галактическая Республика? Возразил Бейл Рист. — Через две недели сюда прибудет канцлер…       — Предоставьте Республику и канцлера мне, — отрезала Илана. — Вы говорите, нельзя проворачивать эти реформы резко, — продолжала она. — Хорошо, пусть они думают, что я нуждаюсь в их советах, что я на первое время согласна делиться властью, но это будет недолго… Когда они привыкнут к своей новой роли — я заберу даже эту иллюзию. Совет Альдераана станет лишь церемонией при дворе.       Я увидела, как дрогнули пальцы Дэмена — он впервые услышал от нее такую жесть в голосе, которую он, скорее всего, никогда не слышал от нее, и он посмотрел на меня, будто в поисках ответа. Я лишь едва заметно кивнула, все шло правильно… или я так думала…       — Ваши Дома, герцог, граф, — она снова повернулась к своему дяде и его вассалу, — вернут свои исконные земли, но ваши войска будут включены в структуру королевской гвардии. Командование — за мной, экономические потоки — через Дворец, а все налоги — под моим контролем и учетом.       — Но…       — Никаких «но», дядя! Я предлагаю вам не власть, а спасение от вечной смуты, которой давно нет конца. Вильсон и его сторонники — это угроза! А угрозу нужно устранять. Я могу уничтожить их всех и записать вас в герои. Или могу просто вас забыть. Выбирайте.       С этими словами она села обратно на трон.       «Видимо, я создала себе соперницу», — подумала я, сжав рукоять посоха под плащом.       Дэмен, не выдержав, подошел ближе и громко шепнул своей невесте:       — Илана, а как же простой народ? — тихо спросил он. — Люди должны верить, что мы заботимся о них, а не только о власти.       Илана посмотрела на него, и в ее взгляде промелькнуло что-то почти материнское, чем что-то… любовное…       — Народ мало участвует в политической жизни, мой милый Дэми, — сказала она слегка снисходительным тоном. — Мы можем помочь им избавиться от коррупции, злоупотреблениях аристократов, нищеты и несправедливости, — она погладила его правое плечо. — Я не справлюсь без тебя       Она улыбнулась, казалось, искренне.       — Корона должна быть громом, а не щитом. И тогда никто не осмелится бросить в нее камень. Народ будет под защитой, если он не будет мешать. Я — миротворец, а не бандит, Дэми. Ты доверяешь мне?       — Да, Илана, — ответил он.       Жирар молчал, а Рист опустил глаза, видя, что их план по захвату власти провалился. Только я знала, что из этого должно вырасти нечто большее — культ, империя, возможно, новый возрожденный Орден ситхов.       Я подошла ближе к трону и спросила королеву, сделав легкий поклон:       — Государыня, позвольте мне подготовить проект указа о реорганизации Совета. Все будет готово к вечеру.       — Позволяю, секретарь Гин. Также подготовь указ, что ты назначаешься на новую должность. Приступай к своим обязанностям, визирь Гин. Добавь еще, что любое вмешательство в дела Дворца без прямого разрешения монарха можно считать изменой и караться высшей мерой.       — Таковая воля королевы, — ответила я, сделав поклон.       — Такова моя воля! — деликатно поправила она. — Я вижу теперь ясно: Вильсон, Совет, даже Галактическая Республика — это мои личные цепи, я устала от этого рабства. Я видела всю грязь Корусанта, и то, что творилось здесь на моей планете. Альдераан больше не будет просто союзником Республики, мы станем для Нее примером. Они будут смотреть на нас и понимать, что истинная власть не делится. Рано или поздно даже канцлер будет считаться с нами. Такова моя воля! — повторила она эти последние словно магическую мантру.       Я решила, что не буду приступать к созданию и публикации указов, и пошла на риск. Я выключила блокировку связи, и тут же вокруг нас все зажужжало — сигнал тревоги. Несмотря на то, что я так и планировала, сердце все равно сжалось от напряжения — ведь мой учитель вполне мог догадаться о том, что это моих рук дело и отозвать бандитов этого хатта.       — Что это? — спросила Илана, тоже насторожившись.       Жирар и Рист тоже немного испугались внезапной тревоги.       — Сообщение от городской стражи, государыня!       Я открыла канал. Из планшета донеслись голоса, искаженные помехами, выстрелы, крики.       — …Огонь у восточных ворот!..       — …Кто-то поднял флаг Дом Антиллес!..       — Требуется подкрепле…       Связь оборвалась.       — Вильсон вернулся, — сказала я.       Жирар и Илана серьезно напряглись, я продолжила доклад:       — Похоже, беспорядки в трущобах! — я сделала вид, что изучала карту на планшете. — Ничего, что не смогла бы урегулировать городская гвардия. Нужно подкрепление!       Тут прибежал гвардеец, весь окровавленный, что все черты его человеческого лица еле различались в этом месиве.       — Ваше величество! Наемники… напали на казарму на окраине города! Заговор Домов Антиллеса и Органы!       Илана резко встала. В ее глазах не было страха — только холодная сосредоточенность.       — Значит, старый Антиллес решил оспорить мою власть? Ни он, и его щенок не получат ни трон, ни женитьбу на мне!       — Государыня! — вмешалась я, стараясь держать голос ровным, — возможно, это провокация. Не стоит делать поспешных выводов!       — Приказываю гвардейцам окружить Дворец. Любой, кто попытается войти без моего приказа — арестовать. Если сопротивление — стрелять на поражение. Я объявляю военное положение по всей планете! Герцог Жирар, граф Рист, немедленно мобилизуйте свои силы!       — Да, ваше величество, — ответили они.       Я надеялась, мои тревоги насчет адекватности Иланы — это не более, чем минутная слабость с моей стороны. Сейчас было важно противостоять своему учителю. Я чувствовала, Дарт Гравид рядом, и он… очень зол…