Приговорённые

В воздухе раздался оглушающий звук, после которого ещё некоторое время в ушах стоял звон. Император, словно вампир, упивался практически физически ощущаемым запахом страха, исходящим от беспомощных омег. Его лицо исказила злобная ухмылка, а в глазах играло безумство, заставляя волосы на теле молодых принцев встать дыбом. Сейчас этот человек не был похож на правителя, ему бы подошла роль палача, что безжалостно рубит головы на рыночной площади. Омега в черном одеянии быстро одёрнул парней, что стояли рядом. — Джин, ты будешь вести омег вперёд к обрыву, а я буду замыкающим, — уверенно прошептал Чимин, — слушаем меня внимательно: все, кто хочет жить, следуют за Джином, — довольно громко прокричал он, так, что все, кто был на поле, прекрасно услышали его приказ, и двинулся в конец колонны. Правитель лишь усмехнулся на эти слова, рассмеявшись вслух. Клетки с дикими псами раскрылись с характерным звуком звенящих цепей, и голодные исчадия Ада ринулись на омег. — Джин, быстро, — крикнул Чимин и резким движением изящных рук вынул из-за спины лук, моментально выпустив стрелу в первого пса, что стремительно приближался к ним. Омеги, очнувшись от парализовавшего их тела страха, резко сорвались на бег. Лишь Чимин оставался на месте, вновь натягивая тонкую, словно паутина, тетиву, сосредотачивая своё внимание на животном, что, перебирая мощными лапами, приближалось на опасное расстояние. — Кенсу, что происходит? — вскричал император, судорожно вскакивая со своего места и наблюдая за тем, как уже пятый волк валится на землю, пропитывая её алой кровью. — Я не знаю, ваше величество! Прикажете вмешаться и убить этого омегу? — приклоняясь перед повелителем, обеспокоенным голосом протараторил советник, — я… — не успел он договорить, как в его плечо стремительно, словно хищная птица на охоте, вонзилась стрела. Парень закричал, хватаясь за раненую руку и опускаясь на пол от жгучей, почти нестерпимой боли. Удивлённо вскинув бровь, встречаясь с решительным взглядом Чимина, император покраснел от охватившей его злости, которая переполняла прогнившую до невозможности грязную душу. — Убить! — криком отдал приказ страже. — Твою мать, уходим, ребята, — сказал братьям Намджун, поднимаясь со своего места. — Ради соблюдения безопасности мы вынуждены покинуть Вас, ваше императорское величество, — сказав это, альфы как можно скорее спустились с площадки, направляясь к своим лошадям. — Хей, ребята, смотрите! Там какие-то люди, — остановившись, Чонгук протянул руку и указал на небольшую группу людей в таких же одеждах, как у Чимина, что находились возле обрыва. Юнги удивлённо вскинул бровь, переводя взгляд на Чимина, у которого, судя по всему, закончились стрелы. Он, ускорив шаг, почти срываясь на бег, вынул нож из кобуры на бедре, вонзив его в животное. Подняв голову, он проследил, что омеги добрались до безопасного места, где их встретили люди. Стоило немного отвлечься, как его начали окружать. — Чёрт, — пытаясь восстановить сбившееся от бега дыхание, одними губами проговорил омега. Отступив на шаг назад, он попытался придумать план, чтобы хоть как-то выбраться из этой ситуации, но в данный момент его мозг практически отказывался работать. Мысленно смиряясь со своей смертью, он никак не ожидал, что в псов, окруживших его, вонзятся стрелы. Посмотрев в сторону, откуда они были выпущены, его взору предстали все трое альф, что довольно быстро вскочили на лошадей, ударяя их шпорами. В благодарность Юнги Чимин кивнул и поспешил вслед за остальными омегами. — Чимин, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил Тэхён, с восхищением в глазах наблюдая за отважным другом, который спас жизнь практически всем омегам. — Да, Тэхён, всё хорошо, не переживай, — коротко улыбнувшись другу, ответил Чимин и перевёл взгляд на парней, лица которых скрывались под чёрными капюшонами. — Господин Пак, приказ выполнен, разрешите отходить. Если поспешим, вернемся в лагерь к полуночи, — тут же отозвался и скинул капюшон визуально самый старший из присутствующих. Приятный парень с аккуратными чертами лица, альфа, наверное, двадцати лет. — Да отходим. Хек, отправь сообщение в лагерь, пусть лекари подготовятся, среди омег есть беременные, их необходимо осмотреть, — немного хмуря брови, проговорил Чимин, отчего-то встряхивая головой. — Да, господин Пак, —сказал Хек и отошел к остальным, обеспокоенным взглядом смотря на Чимина, который как-то неестественно начал покачиваться, а его лицо начало приобретать бледный оттенок. — Джин, спасибо тебе, если бы не ты, я… — слова омеги резко оборвались, а сам он, словно замертво, рухнул на землю, не издавая больше ни звука. — Чимин! — Чимин! Что с тобой?! — Господин Пак! — округу заполнили обеспокоенные крики, но омега никак не реагировал на них. Лишь слабый, еле ощутимый стук его отважного сердца говорил о том, что он ещё жив.