Сны

      В его снах нет дома из детства.       Он больше не видит кошмары прошлого.       По крайней мере не сегодня.       Ви улыбается Вергилию, поднимает руку и шевелит пальцами, приветствуя. В ответ слабая улыбка, но Ви этого уже не видит, ведь повернулся к нему спиной и уходит вглубь сада, а Вергилию остаётся просто следовать за ним.       Он ждёт на больших садовых качелях. Сидит, накрыв ноги пледом, а в руках очередная книга. Вергилий медленно подходит ближе, вздыхает и снимает плащ. В его снах Ви всегда выглядит ужасно по-домашнему — серая футболка и черные спортивные штаны, на ногах носки, ведь он, кажется, часто мёрзнет, и тапочки, — Вергилий же в своей привычной одежде. Ему кажется это странным. Но всё нормально, ведь тут дом Ви. Он и должен выглядеть так. По-домашнему.       Когда Вергилий снова вздыхает, Ви поднимает на него взгляд и улыбается, хлопает ладонью по месту рядом с собой, а мужчина в ответ лишь кивает. Кладет плащ на спинку качелей и снимает сапоги, чтобы залезть на них с ногами. Он лежит на коленях Ви, а тот тихо смеётся и касается слабыми пальцами белоснежных волос.       Голова как всегда болит. Воспоминания смешиваются между собой, а Вергилий тонет в чувстве вины. Он вновь пытается думать обо всём произошедшем, пытается понять, как себя чувствовал Ви, почему он вернул Вергилия. Хотел, чтобы Данте исправил ошибки прошлого? Тогда лучше бы позволил убить Уризена и не было бы сейчас Вергилия. Но тогда Ви умер бы сам, пускай и не сразу, медленно рассыпаясь. Неужели боялся умереть? Но ведь всё равно исчез, а теперь тут Вергилий. Пускай он это часть Вергилия, а кажется будто всё равно погиб... Почему Ви позволил ему жить?       Ви знает о чем тот думает и перестает перебирать чужие волосы, тяжело вздыхает, щелкает мужчину по носу, заставляя выйти из задумчивости и нахмуриться.       — Не думай о всяких глупостях, — Вергилий уже открывает рот, готовый начать объяснять почему это так важно, но получает ещё раз по носу, а пальцы касаются век, заставляя закрыть глаза. Такие холодные... — Спи.       Вергилию остаётся лишь подчиниться.       Так же, как и всегда.