8 years? 8 days

На следующий день Томми появился только к обеду. Уилбур отвёл его в сторону, чтобы что-то сказать, а Дрим лишь фыркнул. Этот мальчишка действительно его зацепил. Своим видом, поведением, даже абсолютно нескладными конечностями. Мужчина почти не спал прошлой ночью, пытаясь придумать способы, чтобы всё-таки обратить на себя внимание Иннита. И у него почти получилось. — Я бы хотел поговорить о свадьбе, — вдруг заговорил Дрим XD, обращая на себя внимание. — Вчера мы долго говорили с королём Уилбуром и решили, что сыграем её послезавтра. Больших церемоний устраивать в военное время не положено, так что за два дня мы как раз успеем подготовиться. — Завтра вам должны пошить костюмы, — продолжил Уилбур, пристально наблюдая за реакцией Томми. — Но сегодня ваша помощь нам не требуется. Лучше пообщайтесь между собой, в конце концов вам жить вместе. — Предлагаю пойти в сад, прогуляться. Погода хорошая, Томми, что думаешь? — заговорил Дрим. Он опёр локти на стол, переплёл пальцы и опустил на них подбородок, хитро улыбаясь и подмигивая. — Я не… — только начал возмущаться Иннит, но его перебил Дрим XD: — Да! Это прекрасная идея, сынок. Уилбур подтолкнул брата к Дриму, когда тот встал из-за стола и подошёл к его стулу, протягивая руку. Томми скривился — тоже совсем не по-королевски — и принял приглашение, но как только они вышли из поля зрения королей, отпрыгнул от мужчины как ошпаренный. — Не прикасайся ко мне больше, — прошипел он. И если бы он не нравился Тэйкену, он бы ему ответил в таком же тоне, потому что это было действительно обидно. — Зачем ты вообще со мной пошёл? Я хочу погулять с Туббо. — Снова сбежать в город? — усмехнулся Дрим, складывая руки на груди. — Откуда ты?.. — Не важно. Мне нет никакого дела до того, что ты делаешь и куда ходишь. Но я хочу с тобой поговорить начистоту, — они отошли от стражи и сели на одну из лавочек в дворцовом парке: Тэйкен нормально, а Томми на самый край, чтобы быть как можно дальше от своего будущего мужа. — Главная вещь, которую я хочу, чтобы ты понимал — я тоже не хочу этой свадьбы. Прежде чем ты закричишь, что мы можем поговорить с королями и отменить её — нет, не можем. Эта свадьба важный стратегический ход, она — как самая яркая печать на договоре про мир. Наверняка ты знаешь, что мы много времени воюем с Красным яйцом. И за этот год наши потери гораздо больше, чем мы рассчитывали. Мы проигрываем, Томми, — младший принц напрягся, сглатывая и сжимая кулаки на коленях. — И нам нужна помощь, потому что Красное яйцо не остановится. Уже сегодня оно завоёвывает всё больше территорий государств, которые не могут ему противостоять. Ваш Ламанбург от него отделяем мы, Дрим СМП, но если вы нам не поможете прямо сейчас — мы не выдержим. Наша армия слабеет и всё меньше верит в победу, и продовольствие начинает заканчиваться. А после нас Яйцо придёт за вами, Томми, за тобой, твоим братом и всей твоей семьёй вместе с твоими поданными. Твой брат Уилбур это понимает, пойми и ты, — Дрим вздохнул. Когда ты держишь в голове мысль, что твоей страны может не стать в любой момент, ты ещё можешь с этим как-то мириться, чтобы жить дальше, но когда ты проговариваешь это вслух, ощущения совершенно другие. Вот твой отец, твои друзья, знакомые, соседи, твой народ — и это всё пропадает в один момент. На их место приходят настоящие варвары, сжигая на своём пути города и сёла, которые твои люди строили с такой любовью. Он зажмурился лишь на секунду и легонько потрусил головой. Он не планировал говорить так много, но, кажется, это подействовало и на Томми. — Я понимаю, как это, терять всё, — его голос стал тише, спокойнее, и в нём послышалась нескрываемая грусть. — Когда мне было десять, меня и моего брата выгнали из страны за то, что мы собирали группу восстания. Тогдашний правитель Ламанбурга, Шлатт, очень боялся потерять власть и сразу же приказал нас казнить, как только узнал. Мы убежали, скрывались от него и боялись каждого шороха целых пять лет. Я фактически вырос в побеге от смерти. Уилбур, он… Ему уже тогда не нравилась власть и это он всё организовывал, а я просто хотел быть на него похожим и в итоге попал под раздачу. Я не мог увидиться ни с отцом, ни с матерью, ни с друзьями, потому что предателем мог оказаться кто угодно. Уилл поддерживал связь только с Техно, своим братом-близнецом. Тот служил у Шлатта в охране и докладывал нам информацию, где нас собираются искать. Два раза он даже специально отвёл погоню не туда, чтобы спасти нам жизнь, — Иннит слабо улыбнулся, вспоминая это, и шмыгнул носом. — Потом у нас получилось свергнуть Шлатта, но об этом наверняка лучше говорят исторические книжки. Но да, я понимаю, как это, терять всё. У меня в один день отняли всё, что я любил, и это уже никогда не вернуть. — Почему? Ведь у вас уже всё хорошо, разве нет? — осторожно спросил Дрим. — Хорошо? Ну, Уилбур делает всё, чтобы все так думали, и у него получается. Но он каждый день пишет родителям и Техно, чтобы просто убедиться, что они живы. А Туббо до сих пор боится звуков фейерверков и выстрелов, потому что Шлатт чуть не убил его один раз. Специально. А Техно ушёл со службы как только убедился, что Уилбур закрепился на месте короля. Теперь он живёт в тундре по соседству с отцом и матерью и выращивает картошку в теплице. Терпеть не может оружия. А я… Ценю свою жизнь, — он поднял голову, чтобы посмотреть Тэйкену в глаза. — Обещай мне, что как только война закончится, мы разведёмся. Техно всегда говорил, что жениться нужно только по любви, и я хочу следовать его словам. Хочу прожить свою жизнь не так, как диктует мне кто-то. Так что обещай мне, Дрим. — Обещаю. Тэйкен даже не думал, когда сказал это. Нигде никогда не говорили о прошлой жизни правителей Ламанбурга, во всех книжках писали, что Шлатт спился, а Уилбура выбрали голосованием из-за отсутствия наследников. Но глядя на Томми, он понимал, что всё совсем не так, как хотелось, чтобы было. Понимал, но только теперь. Они посидели на лавочке ещё немного, каждый думая о своём. Дрим переваривал рассказ ребёнка. Это получалось плохо, потому что пока он в свои одиннадцать-двенадцать учился сражаться на мечах и впервые попал на собрание отца, Томми бежал от смерти, не жалея себя. Если он всегда был настолько предан брату, неудивительно, что и сейчас, когда вся остальная семья не имеют никакого отношения к власти, мальчик остался рядом со старшим. Уилбур воспитал его, почти заменил отца. Научил его жизни так, как не научит никто. — Так ты, получается, родился не во дворце? — неожиданно даже для себя, озвучил мысль Дрим. — Нет, мой отец всегда был фермером. Шлатт отобрал у него почти всё, когда нас с Уиллом объявили в розыск, но Техно помогал, как мог, — всё также тихо ответил Томми. — А мама была дочкой сапожника. Они познакомились на каком-то празднике в городе и влюбились, — мальчик не заметил, как на его лице появилась слабая улыбка. Дрим улыбнулся вслед за ним. — Туббо жил по соседству, его отец тоже был фермером. Мы дружим почти с пелёнок, и я не представляю свою жизнь без него. Я очень скучал, пока был в бегах, — после небольшой паузы добавил Иннит. Тэйкен посмотрел на принца. Тот сидел боком, но его профиль был таким же красивым. Золотистые волосы развевал ветер, голубые глаза смотрели куда-то перед собой, нос иногда морщился. Осанка всё портила, но лишь совсем немного. И теперь мужчина хотя бы знал, почему она такая и откуда берётся этот совсем не королевский смех и хохот. — Хочешь ещё раз пойти в город? — спросил Дрим. — Гарантирую тебе безопасность даже без охраны. — Хочешь от неё убежать? — Томми наконец посмотрел на него в ответ, приподнимая бровь. — Именно. К тому же, Уилбур не будет так волноваться, когда узнает, что ты сбежал со мной. Возможно даже подумает, что мы подружились. — Идёт, — младший протянул ладонь для рукопожатия, чтобы тут же её отдёрнуть и ткнуть в сторону Тэйкена пальцем. — Но мы не друзья. — Не друзья, — хохотнул Дрим, пожимая хрупкую кисть. Они синхронно встали и пошли вдоль дорожки парка. Охрана двинулась за ними, держа дистанцию, но когда они забежали за угол и мигом очутились на широкой стене вокруг дворца, не смогла их найти. Старший спрыгнул первым и протянул руки, чтобы поймать Томми. …который даже не помедлил, прыгая следом, и приземляясь точно к Дриму в объятия. — Для двадцатитрёхлетнего старика ты очень даже неплох, — пошутил Иннит, делая шаг назад и поправляя одежду. — Для восемнадцатилетнего ребёнка ты очень раздражающий, — передразнил его Тэйкен, делая вид, что запах Томми, ударивший в нос лишь на секунду, не отложился в памяти навечно. — Пойдём, тут недалеко мой тайник, подберём тебе какую-нибудь одежду, чтобы нас не раскрыли. — Я не ребёнок! — поспешил за ним Томми, грозно размахивая руками, а Дрим только посмеялся.