Последнее дело

Первый выстрел был от Анатолия. Кирилл, будто в замедленной съёмке, даже не думая, правильно ли он поступает, оттолкнул Макса. Тот в ту же секунду выстрелил в оппонента и на этот раз попал. Бездыханное тело грузно повалилось на пол с простреленной грудью. Секунда понадобилась парню, чтобы осознать, что произошло. Он с ужасом подбежал к Кириллу. — Ты нахрена это сделал? — Макс взял его за плечи и посмотрел в глаза. И тут он увидел. Увидел складку, залегшую между бровей Кирилла. Печать страдания. Он осмотрел напарника и увидел то, чего боялся признать. В боку Кирилла наравне с животом зияло пулевое ранение. И почувствовал. В грудь воткнулись миллионы иголок. Они проникали все глубже, неведомая сила сдавливала лёгкие, жгла огнём. Оба парня упали на колени друг перед другом, не в силах держаться на ногах. Макс задыхался, внутри клокотало, кровь лилась изо рта, стекая по подбородку. Слезы ручьём лились по щекам. — Нет, только не умирай. — Пробормотал он. — Я же только привык к тебе, дураку. Кирилл, сквозь гримасу боли, засмеялся. У него тоже изо рта лилась кровь, и он закашлялся, пытаясь отдышаться. — Эй, не переживай, напарник, все будет хорошо, — он слабо улыбнулся. Парень тоже держал Макса руками за плечи. Они уткнулись лбами друг в друга, сильно сжимали плечи, как будто пытались как можно дольше насладиться пребыванием рядом. Ведь этих моментов было так мало и почти все прошли в передрягах. Через несколько минут прибежала Таня. Ей и её группе удалось обезвредить всех трёх сообщников. Их заковали в наручники и запихнули в УАЗы. Девушка вскрикнула от ужаса при виде лужи крови рядом с Максом и Кириллом. Она тут же вызвала подмогу и врачей. Она уже издалека кричала им, но никто из парней не откликнулся. Таня упала рядом с ними на колени, начала легонько трясти обоих. Макс начал заваливаться на бок, и она подхватила его за спину и уложила голову себе на колени. Бездыханное тело Кирилла упало рядом. Слезы девушки падали Максу на лицо, перемешиваясь с его и стекая вместе в кровью по его щекам. От его лёгких почти ничего не осталось, его грудь часто-часто поднималась, но воздух не входил. Горло сжималось от спазмов, пытаясь вытолкнуть нескончаемый поток крови. Таня гладила его по голове, по щекам, пыталась стирать слезы и тихонько шептала ему на ухо, успокаивая. Макс уже не чувствовал боли. На самом деле он уже ничего не чувствовал. Он был готов уйти. Всё равно ему не жить без своего предназначенного. Он бы не поступил так эгоистично, как это сделал Анатолий, он бы смог отпустить Кирилла. Но это была бы не жизнь, а очередной день, который надо существовать. Пытаться не спиться и не умереть во сне от кошмаров, в которых его преследовали пытки. Он лишь чуточку сожалел о том, что так и не познал настоящую силу любви предназначенного.