Тот день
29 ноября 2021 г., 17:51
Примечания:
Без Ани у меня не хватило бы смелости и сил написать даже эту главу, так что хочу сказать тебе спасибо, твоя поддержка для меня очень многое значит!!!<3
***
…Её тело нашли в декабре, на обочине у загородной трассы. Выкинутая и никому ненужная, пролежав так около недели. Кто знает, возможно, она пролежала бы там и больше, если бы не дорожные рабочие, начавшие ремонт раньше срока. Когда-то черные, похожие на ночь, волосы, имевшие запах то ли вишни, то ли яблока, сейчас пахли промерзшим грунтом вперемешку с кровью. Белоснежная кожа, по тактильным ощущениям напоминавшая нежную розу, посинела и потеряла прежний румянец, что я в ней так любил. Она всегда напоминала мне весну, очаровывала меня при каждой встрече заново, как-будто сейчас тот самый конец весны, когда мы только сблизились. Сейчас же девушка была похожа на морозную зиму. Все тело было покрыто ссадинами и синяками, одежда разодрана, лицо изуродовано так, что без слез не взглянешь, честно сказать, я и не мог. Это было ужасно. «Надежда умирает последней» — так ведь говорят? Вот и мы надеялись. Не могу сказать из-за чего, то ли от неимения возможности сделать что-либо, то ли от веры в нее саму, надеялись. Даже когда поиски не увенчались успехом, даже когда нам сообщили, даже смотря на ее бездыханное тело в гробу, мы, по неизвестной мне причине, все еще надеялись. Вера умерла вместе с ее телом. Но не смотря на все это, она все еще была прекрасной. И я все еще любил ее, задаваясь лишь одним вопросом — почему она, а не я. Я заслуживал это все гораздо большее, она и так за свою короткую жизнь настрадалась, но у судьбы свое мнение и свой ход событий, так что кто мы такие, чтобы перечить ей. Но ее мать не понимала этого, она не смогла принять смерть дочери. Посмотрев на ее мертвое тело, ее хватил удар. Их хоронили в один день, на одном кладбище.***
13 мая Как сейчас помню этот день, еще бы, как его можно забыть. Мы с моим младшим братом сидели на лавочке в областной больнице. Он в целом был неугомонным, а тут такое событие — гипс с руки снимают! Столько дней мучений ради этого момента свободы, так что для него каждая минута имела длительность часа. А мне-то какого было сидеть с этим гиперактивным ребенком! Порой казалось, стул под ним протрется до дырки. Но ладно, черт с ним. — Наконец-то! Рука в этой штуке очень сильно потеет! — стуча по гипсу на руке, радовался Фин. — Если посидишь смирно 10 минут, дам тебе десятку, — бормотал я. — Двадцатку! это из-за тебя я сломал руку! — Да кто бы говорил… — ухмыльнулся я. — Ну кто же знал, что там кошка выбежит! — Я тебе предлагал другое место для обучения, но ты все твердил, что там дорога лучше, идти меньше! И что в итоге? Так что давай, не гони тут. Фин демонстративно надул губы и отвернулся. Я лишь тихо посмеялся. Мы просидели около получаса, как из кабинета вышла милая молодая девушка, объявившая нашу очередь. — Я сам пойду! — Ты сам на велосипеде кататься пытался. — Ну можно тут я сам как-нибудь… Мелкий раскраснелся. Я посмотрел на медсестру, та демонстративно кивнула. Они зашли в кабинет, а я направился к туалету. Больница состояла из двух частей: детский, для граждан до 18, и взрослый, для людей достигших заветных цифр. Мужской туалет в детском блоке был под ремонтом, так что мне пришлось идти в другой конец здания. Но до сортира я так и не дошел. Возле кабинета ЭКГ сидела девушка-подросток, чем-то похожая на мою одноклассницу. Она, видно узнав меня, подтерла слезы и поздоровалась. Я поприветствовал ее в ответ, слегка смутившись. Не каждый все-таки день встречаешь в больнице одноклассницу, плачущую над чем-то. Фину сняли гипс, от чего он так обрадовался, что чуть не сломал ее в ту же минуту. Но до дома живыми мы все-таки дошли. А из моей головы все не выходила одноклассница, в классе мы особо не контактировали, но я помнил ее странный сладкий запах, манящий к ней. В больнице он был иным — приторно сладким, как будто весь флакон духов, то ли в торопясь, то ли от чего-то другого, был вылит лишь бы было. Это показалось мне необычным, но придя на работу, было не до этого. День был загружен, так что раздумывать мне было некогда. И тут судьба решила пошутить злую шутку, без которой, думаю, всего этого и не было бы. — Прошу радостно приветствовать в наш дружный коллектив новую трудягу — Айрис! — комнату поразили «радостные» аплодисменты. Это была моя одноклассница, та самая, которую я повстречал в больнице сегодня днем. Она выглядела крайне странно: волосы, которые прежде были по грудь, имели длину каре, а глаза заплаканны. Если вы подумаете, что это была любовь с первого взгляда, то увы и ах, это не так. Ну, по крайней мере, для нее. Сказать честно, все еще не могу понять, что потянуло меня к ней, ее внешность, запах, душа, а может и все вместе. Но для меня Айрис была хрупким цветком, который мне так хотелось уберечь от всех невзгод этого мира. Но у меня это не вышло. За эту ошибку я готов поплатиться жизнью, но об этом не сейчас. Стажерку назначили моим напарником (чертова судьба!), так что общение протекало у нас исключительно деловым образом. Проведя краткий инструктаж, что и как делать, наблюдал за соблюдением ей этих самых условий. Более мы ни о чем в этот день не говорили. Но по дороге домой я чувствовал странное чувство, какое бывает, когда забываешь что-то сделать или сказать. Будто что-то такое должен был произнести, что могло спасти весь мир в тот день. С ее позволения, я проводил ее до остановки, там мы и разошлись. 14 мая День начинался неплохо, теплое майское солнце светило, как некогда ярко. В воздухе пахло приближающимся летом. Было так тепло, что до школы я прогулялся пешком. Любил так делать. Пока не появилась Айрис, после ее появления, уже просто не мог ходить один, погружался в свои мысли, в которых она плотно засела. Но тогда все было проще. Мы особо не общались, так что я многого о ней не знал, но одно знал точно: у нее уже была работа, о которой как-то упоминалось в школе, так что я не мог понять, для чего она устроилась к нам. Меня настолько мучил этот вопрос, что встретившись с ней в школе, я задал его: — Для чего ты устроилась туда? — Что? — Айрис явно не понимала что происходит, еще бы, представьте: посреди дня к вам подходит человек, с которым до этого вы не общались, и задает очень странные вопросы. — Прости, я не хотел тебя смутить… — до меня вдруг дошло, что не так беседы начинать надо. — Да ладно, все в порядке… — Еще раз прости, я Эрик, вчера… — А! вспомнила! Меня вчера к тебе стажеркой поставили, из тебя, кстати, вышел бы неплохой учитель! — в глазах девушки вдруг появился озорной огонек. — Спасибо, но все-таки, у тебя ведь уже есть работа, тогда зачем тебе вторая? — Мне впервые задают этот вопрос, мне почему-то казалось, что это не должно никого интересовать, но ладно. — Я тоже ляпнул не подумав… Даже не знаю что меня с подвигло. Кстати, классная карешка! — Благодарю за комплимент и тогда предлагаю подождать пока меня что-нибудь подтолкнет рассказать эту тайну. — Девушка-загадка значит? — Получается! Айрис задорно подмигнула и поспешила выйти из класса. Я же стоял на месте, как вкопанный, и пытался обработать наш диалог. Внутри у меня опять было то необычное чувство того, что что-то в этом есть, но, мне кажется, я лишь себя накручивал. Или нет…все еще понять не могу. А потом я выбежал в коридор, прокричав, будто если не скажу этого, то завтра наступит конец света: — Сегодня смена на час раньше! Девушка лишь рассмеялась и смутилась. Мне же ничего в своем поступке странным не показалось. Вечером мы встретились уже на работе. — Привет. — Ну приветик, гениальный учитель! — Не говори так. — Прошу прощения, мистер стесняшка! — ей как-будто нравилось выводить меня на красноту, и у нее это прекрасно получалось. — Все, стоп! Ладно, сегодня загруженный день, так что слушай внимательно. Ее лицо приняло серьезный вид, а я провел инструктаж, дав пару советов для начала. Наше общение хоть все еще имело официозный вид, но с долей шуток и подколов. У нее было…своеобразное чувство юмора, но я от ее шуток был без ума, они имели какую-то дружески-теплую нотку и напоминали мне юмор моей матери. Да, скорее всего, во многом из-за этого я так в нее влюбился. В ее светлое, как только что распустившаяся роза, лицо, в ее синие, как сапфир, глаза, в которых горел огонек. Я все еще в него влюблен, как бы ни хотел я забыть это, как бы ни пытался, не мог. Смену мы отслужили спокойно, за исключением ее подшучиваний. Девушка как-будто мстила мне за произошедшее днем или отыгрывалась на мне, но я не сердился на нее, так выглядела она искренне-очаровательно, произнося всю эту чушь, словно маленький зверек нападает на злого хищника. Но рабочий день окончен, значит, пора домой. — Тебя проводить? — Как вчера? Я думала это была маленькая грозная собачка, идущая за мной. — Собачка? Почему? — Ладно-ладно, прости, настроение у меня сегодня шутить, а еще ты так грозно вчера шел позади меня, что кажется прохожие стремались тебя. — Ну тогда кто я такой, чтобы перечить воле настроения, — но про себя я не мог понять за что меня сравнили с маленькой грозной собачкой. — Ладно, пойдем уже. Мы вышли на улицу, несмотря на довольно поздний час, на улице было светло, но прохладно. У девушки не было куртки, так что от моей куртки она не отказалась. Мы шли по обочине дороги в полной тишине, пока Айрис не начала разговор: — Слушай, прости меня за мои тупые шутки, сегодня не самый приятный день, как и момент жизни в целом. — С чего ты взяла, что они тупые? — Ну, мне все так говорят. — А мне они нравятся, такие наивные. — Наивные? — ее лицо излучало негодование, а аура имела такой нездоровый вид, что по телу прошлись мурашки. — Прости… Я правда не хотел тебя как-либо обидеть. Мне они очень нравятся, так что шути про что хочешь и когда хочешь. Мы дошли до ее дома, он был неплохим: современная новостройка, которую, как она в ходе разговора рассказала, им дали по утере кормильца, но эту тему подыму как-нибудь позже. — Спасибо, но тебе было необязательно все это делать. — Что именно? — Провожать меня до дома, а так же делать вид что мои шутки не ужасны. — Надеюсь, это тоже твоя шутка, — в попытках разрядить обстановку, ляпнул я, ей это явно не понравилось. — Ладно, еще раз спасибо, пока, — поспешила закончить диалог девушка. Она зашла в подъезд, так и не отдав мне мою куртку. А я лишь мог винить себя за ту глупую шутку. Все еще не могу понять, зачем сказал эту очень глупую фразу, но одно знаю точно: ничего уже не поменять, и все вышло так, как должно было, кто знает, может, в ином случае, все случилось бы иначе, и мои руки не писали бы все это. 15 мая Она сидела за своей партой, читая учебник, с крайне озадаченным лицом. С ней явно было что-то не так, так что я поспешил начать диалог: — Неужели я тебя вчера так сильно обидел, что ты даже читаешь историю на перемене? — И тебе здравствуй. — Прошу прощения, мадам, доброго утра, но не могли бы вы, все-таки, ответить на мой незаурядный вопрос? — Хорошо, месье, прошу и вам меня простить за мою дерзость, нет, вчера все было просто восхитительно. — Правда? Ну тогда это просто обворожительно! Спасибо за ответ из ваших прекрасных уст. — Ладно, ладно, хватит! — она рассмеялась, а глаза снова загорелись той самой искрой. — Хорошо, просто ты выглядела очень озадачено читая книгу. Не успела прочитать вчера? — Да, после работы некогда было. — А до работы? — Да времени как-то не было. — Что-то произошло? — Нет, все правда в порядке, устала и заснула сразу после прихода домой. Я знал, что она врет, ну или, как минимум, что-то недоговаривает, но раз она не хотела говорить, значит на то была причина. После этого весьма странного столкновения мы разошлись. После школы я смог подцепить ее возле выхода. Что-то тянуло меня прямо к ней, но по своей глупости, на тот момент не смог понять, что именно. Айрис практически вышла за дверь, но я успел схватить ее за руку, что ее явно возмутило, но она старалась не подавать вида: — Что-то важное? Встав, как вкопанный, до меня вдруг доперло, что же не так было сделано, так что я сразу же отпустил ее руку. — Прости! Я хотел…предложить проводить тебя до дома, как после работы. — А. Спасибо, но не нужно, — девушка устало улыбнулась. — но правда, мне надо идти, я и так уже опаздываю. — Опаздываешь? — Да. — Но куда, мы же не работаем сегодня. Какие же глупые вопросы. Они направленны так, будто она моя собственность и обязана отчитываться передо мной за все, а мы ведь были знакомы всего пару дней. Но моя ошибка быстро дошла до меня, так что я поспешил извиниться: — Извини. — За что? — За глупые вопросы, — я покраснел, а она только улыбнулась шире. — Все в порядке, вчера я докучала тебя своими тупыми шутками, а сегодня ты донимаешь меня тупыми вопросами. Но если так посмотреть, не всем же в этом мире быть умными, правда? — она посмотрела мне прямо в глаза, мне казалось, что я увидел в них всю вселенную, но это были лишь слезы. Ее глаза были полны ими, мне кажется, эта фраза была для нее чем-то вроде триггера. — П-прости… Я не хотел… — Хватит за все извиняться! Надеюсь, ты поймешь, что жизнь слишком коротка, что бы так понапрасну растрачивать время! Она закрыла дверь прямо перед моим лицом, но ничего кроме озадаченности я не почувствовал. Мне не нравилась эта недосказанность, так что я предполагал, что у этих слов должно быть продолжение, моей задачей стало узнать его.
