Green lights

В последнее время Хёнджин чувствовал себя странно. Обычно, когда он замечал малейшие признаки болезни, то сразу же мог поставить себе предварительный диагноз, однако на этот раз кусочки пазла не удалось составить в единую картину. Слегка звенело в ушах, кровь приливала к лицу, а колени отчего-то дрожали. Но хуже всего были мысли - их было не остановить. На коже будто отпечатывались горячие следы ладоней, которые оставил на нем Чан, когда с утра завалился в его постель, как в свою собственную. Перед глазами поплыли круги, когда Чан потёрся макушкой об его плечо, нежно мурлыкая своё привычное «солнышко уже встало». И вставало не только солнышко - короткие завитки на задней стороне шеи зашевелились, будто по ним прошлась волна тока, а все тяжелое и горячее стекло в живот. Он рассеянно слушал шутки Хана, и - что странно- не отвечал на поддразнивания Минхо, который, осознав свой провал, скоро замолчал и уткнулся в экран телефона. Хёнджин похолодел, когда увидел улыбку хёна, который незаметно зашёл в гримерку, тихонько прикрыв дверь. Его взгляд нельзя было выдержать. Чан подкрался ближе, положил подбородок на плечо и заглянул дальше, просовывая ладони под ткань поло. В этот момент воздух закончился. Хёнджин старался не дёргаться, пока Банчан старательно застегивал пуговицу. Даже показалось, что его тёплые руки чуть замерли на ключицах, и только затем соскользнули с плеч. ⁃ Ты сегодня сам не свой, - глаза Хёнджина непроизвольно закатились, когда хрипловатый голос обжёг ухо. ⁃ Хён, ты знаешь, я терпеть не могу это шоу. ⁃ Возможно, потому что частенько проигрываешь? Хёнджин нашёл в себе силы наигранно возмутиться и оттолкнуть Чана, однако выдержка стремительно тлела, оставляя выжженное напряжением поле. Сцена, зеркала, толпа. Вопреки своему обычаю Хёнджин старался поменьше говорить и не распускать руки. Хан подозрительно косился на него с другого края и улыбался своим мыслям, пока Хёнджин пытался подавить нервное напряжение. Банчан стоял в нескольких метрах от него и это ощущалось невыносимо горячо, будто хён излучал тепло сам по себе. Один шажок ближе, второй, третий... ⁃ А вот и наши проигравшие: Хёнджин и Банчан! Хёнджин дернулся от упоминания своего имени и будто вышел из транса. Теперь Чан точно смотрел именно на него, неуверенно улыбаясь. Хёнджин прикипел к ямочке на его щеке, и отчего-то захотелось ее лизнуть. Парень уже было протянул руку, чтобы схватить хёна за руку, но лишь коснулся чужой кожи, сразу отдёрнув пальцы. Солёное печенье. Хёнджин зажмурился, но на сетчатке отпечатался мягкий и слегка игривый взгляд. Тепло приближалось, и, казалось, вся планета плавилась от солнечных лучей. Уже почувствовав на лице тяжёлое дыхание, Хёнджин рвано выдохнул, и тут же почувствовал прикосновение к губам - неловкое, бережное и лёгкое, как реалистичный сон. И прошла всего секунда, а затем тепло исчезло. Зато теперь горел сам Хёнджин, едва вспоминая своё имя. Уже когда они вернулись на место, Банчан медленно провёл пальцами по запястью Хёнджина, на мгновение сжимая ледяные пальцы, и внезапно дрожь исчезла, будто Чан вливал в него уверенность и поддержку через одно лишь прикосновение. *** Лишь оказавшись в постели, Хёнджин смог расслабиться. Постель рядом пустовала - Хан ушёл играть в уно, и было совершенно понятно, что Минхо не отпустит его из комнаты до утра. Единственная радость - они не были по соседству, и не приходилось слушать крики и смех. Несмотря на усталость спать не получалось. Хёнджин вертелся, сжимая в пальцах одеяло, но тяжесть в животе продолжала давить и жечь, требуя выхода. Сдавшись, Хёнджин подцепил резинку боксеров, скользнув пальцами внутрь. Перед глазами снова потемнело, и в памяти всплыла полоска обнажённой кожи под коротким топом. Часто вздымающаяся после репетиции грудь, мокрая от пота. Губы, изогнутые в лукавой улыбке. Из горла вырвался полувздох-полустон. ⁃ Хёнджин...? И в тот же момент пальцы замерли. Хёнджин распахнул глаза, глядя на растерянное лицо Банчана, который все ещё придерживал дверь. Ниже смотреть было запрещено - плечи все ещё были мокрые от душа, и хён по привычке пренебрёг футболкой. Установилась тишина. Хёнджин отвёл взгляд, медленно убирая руку. Лицо горело стыдом. Банчан оттаял первым. Он мягко улыбнулся, прикрывая за собой дверь, и подошёл, привычно взъерошивая волосы младшего. ⁃ Извини, что прервал... Мне уйти? Хёнджин подождал несколько секунд - мозг отказывался работать. Он все еще не мог смотреть хёну в глаза. Чан было встал, собираясь уходить, но Хёнджин схватил его за запястье. ⁃ Нет. Не уходи. В ответном взгляде было всё. Не нужно было объяснять. Всё было понятно с самого начала. Банчан не мог сделать что-то не так. Он сначала было притёрся грудью, уткнувшись носом в плечо Хёнджина, и тот неуверенно схватился за широкие плечи хёна. ⁃ Я долго ждал, пока ты поймёшь, - голос Чана был приглушённым. Он невесомо провёл рукой по затылку. Пропуская волосы Хёнджина через пальцы. ⁃ Как и я, - пробормотал младший, оставляя невесомый поцелуй на макушке хёна. Движения Банчана стали более уверенными. Он перекатился по кровати, бережно усаживая Хёнджина на колени лицом к себе. ⁃ Не волнуйся. Ты в любой момент можешь отказаться. Я остановлюсь сразу же, если тебе не понравится. О да, ещё как нравилось. Хёнджин кивнул, и только тогда чужие тёплые ладони поползли по спине, обнажая хрупкие позвонки. Первый, второй, третий...и когда пальцы прошлись по лопаткам, Хёнджин чуть ли не вскрикнул, оставляя влажный отпечаток губ на плече Чана. Тот тоже не мог спрятать вмиг покрасневших ушей. ⁃ А ты? Тебе нравится? - прошептал Хёнджин, внезапно приподнимая голову. Чан тепло улыбнулся, поглаживая щёку младшего. ⁃ Очень. И я хочу показать тебе это. Движения ускорялись постепенно. Когда между ними не осталось лишней одежды, Хёнджин чувствовал себя почти истощённым каждый раз, как тёплые руки осторожно накрывали член, поглаживая. Банчан методично вылизывал шею и чувствительные уши, не переставая гладить, и, казалось, низко мурлыкал каждый раз, когда Хёнджин нетерпеливо кусал его плечо. Притеревшись бёдрами, они будто нашли единый ритм, и Хёнджин нашёл в себе силы опереться ладонями в грудь Чана, впиваясь взглядом в его кадык, на котором уже наливался кровью след от укуса. ⁃ Прости, - шепнул он виновато, но Чан лишь взял в руки его лицо, нежно касаясь губ. Хёнджина прошибла дрожь. Было что-то невероятное в том, как осторожно Банчан оттягивал его нижнюю губу, покрывая ёё затем маленькими поцелуями, как заполошно дышал, с влажным звуком отстраняясь на пару секунд, только чтобы опять осыпать Хёнджина поцелуями. Хёнджин не выдержал, когда Чан наконец слегка сжал зубы на его горле, поглаживая разведённые бёдра. Тяжёлый жар исчез, уступая место тёплой дрёме, и они оба упали на простыни, переводя дыхание. Хёнджин повёл бёдрами приподнимаясь и ощущая липкое и горячее между их телами. Банчан устало моргнул, переводя дыхание и слабо улыбаясь - и Хёнджин растаял, падая в самый тёплые в мире объятия. Кольцо напряжения исчезло. Здесь и сейчас оставалась только робкая, но уже явная любовь.