Краски нашего рассвета

      За окном было так тихо, будто и Верхний, и Нижний город разом утонули в рассветном сиянии. Пятна яркого, тёплого света золотом растекались по спальне Кейтлин Кираманн. Лёжа на кровати вместе с ней, Вай ощущала покой и тепло солнечных лучей на своей щеке.       Вскоре к этому добавилось кое-что ещё.       Сначала Вай услышала, как Кейтлин протянула руку, затем — почувствовала, как её пальцы касаются кожи, осторожно гладят щёку с незаживающим синяком. Она благодарно сжала узкую ладонь Кейтлин, и этот жест отозвался теплом в её груди.       Это тепло шло изнутри и не было похоже на то, что Вай испытывала раньше. Она на секунду задумалась, что могло быть его причиной — и ответ промелькнул в её мыслях отсветом синих глаз. Неужели правда?.. Всё ещё не до конца веря своему сердцу, она нерешительно встретила взгляд Кейтлин — взгляд, от которого её бросило в жар, и который заставил её удивлённо вдохнуть через приоткрытый рот.       Несколько мгновений они провели, глядя друг на друга: Вай смотрела чуть испуганно, исподлобья, а Кейтлин — спокойно, открыто, с нескрываемой нежностью.       Не сговариваясь и не разрывая зрительного контакта, они обе медленно приподнялись на локтях и сели друг напротив друга. Вай, всё ещё державшая Кейтлин за руку, попыталась ей что-то сказать, но смогла лишь судорожно выдохнуть, когда Кейтлин снова дотронулась до её лица. Невесомо проведя пальцем по подбородку и краешку губ, та приблизилась к Вай так, что она почувствовала её дыхание.       Сердце Вай заколотилось, будто она только что без остановки пробежала по каждой крыше Пилтовера и каждой развалине Зауна. А потом — рухнуло куда-то вниз, когда Кейтлин закрыла глаза и мягко поцеловала её в приоткрытые губы.       Вай не показалось, это всё и правда было реальным — её бархатная ладонь, её тёплая кожа, её нежные губы... Её любовь. Она не просто так обрадовалась, увидев Кейтлин в компании молодой девушки в борделе Нижнего города, не просто так обнимала её на мосту чуть крепче и чуть дольше, чем следовало, не просто так замечала её смущение от любой их близости.       Она не ошибалась, влюбляясь в неё всё сильнее с каждой их новой встречей и расставанием.       — Кей... Кексик... — воздуха отчаянно не хватало, и Вай жадно вдохнула, когда Кейтлин прервала поцелуй. Они прижались друг к другу, не в силах пошевелиться, не в силах произнести ни слова.       Вай отстранилась, ещё раз посмотрела на Кейтлин, будто опасаясь увидеть то, что разрушит хрупкую иллюзию их счастья. Она заглянула ей в лицо и с удивлением обнаружила своё отражение — приоткрытый от учащённого дыхания рот, лёгкую тревогу и желание в широко открытых небесных глазах.       — Вай, я тебя люб-       Вай обожгло изнутри. Она притянула Кейтлин к себе за талию и поцеловала, не позволив договорить. Её губы были мягче и слаще, чем любой десерт из самых дорогих кондитерских Пилтовера. Убрав тёмно-синие волосы с её плеч, Вай покрыла поцелуями её скулы, затем спустилась к шее по правой щеке. Она толком не осознавала, что надо делать — просто следовала зову сердца, хищному инстинкту, безудержному желанию попробовать её всю.       Такой же импульс Вай ощутила в Кейтлин, услышав её прерывистое дыхание и первый, почти неслышный стон после того, как осторожно прикусила нежную кожу на её шее.       Вай стало слишком жарко дышать. Она уложила Кейтлин на кровать, бережно придерживая ей голову, и продолжила целовать, кусать и пробовать её на вкус. Кейтлин искала её губы своими губами, руками и телом делая всё, чтобы сократить расстояние между ними. Совместными усилиями они расправились с ремешками и пуговицами, освободив её от жилетки и перчаток. На Кейтлин осталась только расстёгнутая белая рубашка, и Вай на мгновение остановилась, одними глазами спрашивая разрешения — последнего подтверждения, после которого точка невозврата будет пройдена.       Кейтлин молча села в кровати, чтобы раздеться. Вай удержала её руку, заглянула в глаза.       — Ты точно этого хочешь, кексик?       Она спросила так мягко, как только могла. Кейтлин дышала глубоко, её грудь вздымалась под тонкой тканью, а выбившаяся из-за уха прядка тёмных волос подрагивала от дыхания. Она серьёзно кивнула.       — Да. Да, хочу.       А потом — ухватила Вай за ворот куртки и увлекла за собой. Вай обвила руками её талию, ощутив, как она выгнулась навстречу и осторожно стянула куртку уже с её собственных плеч. Сбросив верхнюю одежду, Вай ощутила руки Кейтлин у себя под майкой.       — А ты, Вай? Ты уверена?       Разгорающееся желание не помешало Кейтлин внимательно к ней присмотреться. И если до этого Вай хотела удержать её от этого шага, сейчас она поняла, что пропала. Окончательно и бесповоротно.       Она взяла Кейтлин за подбородок, легко чмокнула в краешек приоткрытого рта, прислонилась своим лбом к её лбу.       — Да. Я хочу тебя, кексик.       Как небо на заре постепенно становилось алым из тёмно-синего, как мягкий свет струился по спящим улицам, как солнечные лучи ласково согревали замёрзшие руки — так Вай и Кейтлин любили друг друга: бережно, искренне, не спеша.       Они устроились вплотную друг к другу. Кейтлин позволила рубашке соскользнуть с плеч под прикосновениями Вай, затем уже Вай послушно стянула с себя майку.       Они не сразу решились снова посмотреть друг другу в глаза, а когда посмотрели, то не смогли отвести взгляда.       Кейтлин погладила крепкое плечо Вай, иссечённое шрамами и украшенное замысловатой татуировкой. Вай замерла, поражённая красотой её тела, залитого золотом восходящего солнца. Отчего-то Кейтлин медлила, изучая сеть бледных рубцов и шрамов, пальцами касаясь каждого синяка и кровоподтёка.       — Всё хорошо?       Вай очень старалась, чтобы её голос звучал ровно.       — Да, просто... Вай, ты потрясающая.       Не успев понять, что произошло, она оказалась на спине. Ладони Кейтлин плотно вжали её руки в матрас, а аккуратные поцелуи узкой дорожкой спустились от её шеи к груди. Она заметалась на подушках, шёпотом повторяя ласковое прозвище, которое сама дала Кейтлин, извиваясь под ласками мягких, настойчивых губ. Она задыхалась от нежности, когда Кейтлин скользила языком по краю её уха, проходилась им по её потрескавшимся губам, вела извилистую дорожку от горла к низу живота.       — Кейтлин... Постой...       Кейтлин выпустила её из своей цепкой хватки, легла рядом. Вай развернулась на бок, и почти сразу ощутила её ладони на своей пояснице. Ухмыльнулась ей в губы — опередила.       Скоро пара брюк оказалась на полу, не оставив между Вай и Кейтлин ни одной преграды. Они запустили пальцы друг другу в волосы, но в этот раз Вай оказалась проворнее. Снова уложив Кейтлин на спину, она увидела в её глазах немую просьбу — даже мольбу — и почувствовала, как рот наполняется слюной при виде её аккуратной груди. Кейтлин тихо постанывала от каждого прикосновения к напряжённым соскам, гладила Вай по волосам и спине.       Невесомо проведя руками по её бёдрам, Вай развела их в стороны. Кейтлин обхватила её ногами и напряглась всем телом, пока она спускалась чуть ниже. С первым же прикосновением языка к коже в месте, где над бедром слегка выступает кость, Кейтлин расслабилась и доверилась ей.       Вай петляла из стороны в сторону, затем спустилась, жадно и нетерпеливо лаская её, ощущая жгучие приливы желания от каждого влажного касания. Кейтлин дышала всё громче, а потом её тихие стоны и вовсе слились в единое, протяжное и желанное до потери сознания «Ва-а-а-ай».       Вай нежно гладила её по голове и чувствовала, как она дрожит в её объятиях. На какое-то время она подумала, что всё кончилось, но потом Кейтлин набросилась на неё с жадностью хищного зверя, рассвет взорвался внутри тысячей ярких вспышек — и теперь уже Вай жмурилась и задыхалась от удовольствия, лёжа на спине и сжимая её руку в своей руке.       Они уснули, когда небо над Пилтовером из нежно-алого стало ясно-голубым, а краски этого рассвета ещё долго согревали их сердца, давая надежду и силы бороться друг за друга — вопреки любым контрастам и противоречиям.