Послушай тишину, в шумной компании

852 год, Парадиз — Почему у тебя такие мягкие волосы? — спросила Лин, заплетая косичку Армину. — Да? А я не замечал, — усмехнулся Арлерт. — Ты мне говоришь об этом каждый раз. — Да потому что по-другому этими волосами восхищаться нельзя, — Лин крепко обняла парня со спины. Армин и Лин сидели в её комнате, пока Саша была в комнате пацанов вместе с Жаном и Конни, а Эрен с Микасой уехали на встречу с Хидзуру, а точнее с кланом Азумабито. Встречу хотели провести давно, но из-за того, что не было порта, чтобы принять гостей, это мероприятие пришлось откладывать целый год. Пара очень любила заплетать что-то друг другу, потому что у обоих были длинные волосы. Хотя заплетать Армина начали ещё в Кадетском училище. — Помнишь, как ещё девочки звали в вашу комнату, лишь бы заплести косички? — спросил Армин. — Конечно. А в итоге до сих пор занимаюсь этим только я. — Мне нравится, когда ты меня заплетаешь, — прошептал он и поцеловал Лин в щёку.

***

— Вы серьёзно хотите это сделать? — удивилась Микаса. Она никогда не думала чтобы так проводить время со своим другом. — А почему бы и нет, — сказала Саша. — Я бы заплела волосы Армина. Я уверена, они у него очень мягкие. Девчонки сидели за одним столом, обедая, пока все парни были на мед. осмотре. Из-за того, что у них впервые за долгое время был выходной вечером, девчонки не знали, чем себя занять в свободное время, но Саша предложила шикарную идею: заплести Армина. — Саша! Эти неприлично, — смутилась Криста. — А я не вижу в этом ничего такого, — поддержала Имир. — Получается, все в деле? — Я с вами! — пискнула Криста, когда Имир ударила её локтем. — Ты, Саша, получается, тоже? — Конечно, и Лин с Микасой тоже. — Эээ, только есть один момент, — сказала Лин. — Я не умею заплетать волосы. — Как так? — не поняла Микаса. — Ты же ходила с косичками. — Мне их заплетал отец. Когда Лин ещё жила в Подземном городе, и волосы у неё были длиннее плеч, Леви действительно заплетал ей косички. Сначала хилые и кривые, но с каждым разом становилось всё лучше, а когда с ними стала жить Изабель, и она рассказала, как лучше, вообще стало получаться идеально. Но потом Лин ближе к десяти захотела отрезать волосы, с тех пор так и ходила. — Ого, крутой у тебя отец! Но не переживай, мы тебя научим. Возможно даже на Армине, — хихикнула Саша. — Получается, осталась только Энни, — заметила Имир. — Нет, у меня дела. Парни наконец вернулись и сели за один стол из-за того, что остальные уже были заняты девушками. — Ну и ладненько, — утвердила Саша, хлопнув в ладоши. — Кто ему скажет? — Ну, давайте я, — вызвалась Лин, вставая из-за стола. — Что, Лин, влюбилась? — усмехнулась Имир. — Сразу же к нему побежала. — Иди к чёрту. Она быстро подошла к столу пацанов, привлекая их внимание. — Армин? — позвала невозмутимо Лин. — Да, Лин? — ответил он. — Ты можешь зайти в мою комнату после ужина? Пошло хихиканье по столу: — Чего это вы? — не понял Эрен. — А, хорошо, — спустя время ответил Армин, будто пытался понять услышанное. — А чего это ты, Жан, тоже хочешь? — подколола Лин, смотря как тот пытался что-то сказать Марко. — Я нет, ты чего, я..я... — Эрен первый не сдержал своего смеха. — Ты чего, Жан? Стесняешься? — спросил Эрен. — Ты осёл, Йегер! После пары пререканий они всё же стали драться. В принципе, ничего удивительного. — Парни, вы чего? — пытался разнять их Райнер. — Как так, Лин? Мы же попросили всего лишь Армина позвать волосы заплетать! — удивилась Хистория. — А, всего-то? — удивился уже Армин. — А из-за недопонимания они снова дерутся, — сказал Марко. — Простите! — хихикнула Лин. В итоге все парни пошли заплетать волосы к девочкам.

***

— У меня правда хорошо получается? — спросила Лин. — Ага, ты же много тренировалась. Девушка наконец-то закончила косичку у Армина и осматривала свою работу на наличие ошибок. Внезапно дверь громко раскрылась, ударив по стене: — Капитан с ребятами вернулись, — громко заявила Саша. — О, вы до сих пор плетёте косички друг другу! Это очень мило. — Я сейчас Лин хвост сделаю, и мы придём, — ответил Армин, вставая с пола. — Почему ты? — спросила Лин, но не сопротивляясь дала ему резинку. — Потому что они у тебя получаются с петухами. Он быстро завязал ей хвост, и они пулей спустились в кабинет командующей. Армин и Лин застали всех остальных и только что вернувшихся Эрена, Микасу, Ханджи и Леви. — Тц, Наконец-то, — сказал Леви. — Ну так что? — спросил Конни. — Господа, Азумабито рассказала, что виделась с Зиком Йегером, и он предложил ей и, получается, нам сделку, — начала Ханджи. — Она состоит из трёх условий, которые нам уже озвучили, а именно: активировать небольшую часть дрожи земли, чтобы показать её мощь миру; Хидзуру необходимо помочь нам нагнать военную мощь до мирового уровня; также придётся передать титана королевской крови и делать за тринадцать лет наследников. — Но это же обречение наших потомков на такую ношу! — возмутился Жан. — Эрен тоже возмутился и высказал общее недовольство, предложив лично им искать другие варианты и сберечь Хисторию, — сказала Ханджи. — Я не поддержу его план, раз придётся идти на такие жертвы. — А какая выгода у Хидзуру? — спросила Лин, что тоже была недовольна. — Мы своими ресурсами поможем им снова стать одной из ведущих держав. Они проиграли титаническую битву и потеряли своё влияние, а их наследник монарха был заперт на Парадизе, — рассказала Зое. — Оказывается, я их потомок, но кажется, они меня используют всего лишь как предлог, — высказала своё предположение Микаса. — Так и есть, — ответил Леви. — Им всего лишь нужны ресурсы. — В любом случае нам теперь ждать от них ответа. Ведь они — единственные, кто готов с нами сотрудничать, — сказала Зое. Вспоминая этот разговор спустя столько времени становилось немного смешно, ведь ответа от Хидзуру они так и не получили. — Неужели больше некому укладывать эти проклятые рельсы? Кроме нас? — спросил Конни, заколачивая рельсы. — Нет, и без нас бы справились, но этому придурку вечно нужно открыть рот. Так мы и в форме себя держим, и быстрее откроем порт для гостей, — ответил Жан, вытирая со лба пот. Ребята уже какую неделю подряд они выкладывали эти рельсы, а конца и края не было видно. Плюс была дикая жара, что заставляла всех потеть в три слоя и проклинать солнце за то, что светит, потому как что-либо делать в таких условиях было крайне сложно. — Ну да, нам сейчас делать нечего — только ожидать ответа от Азумабито, — сказал Конни. — Армин, Саша! — выкрикнула Лин, наблюдая за беспределом, что Армин и Саша творят. Сама Аккерман это заметила, когда взяла шпалы. Саша хотела разом выхлебать всю воду, не делясь с Армином, поэтому та убегала от него, но безуспешно. В итоге чуть не подрались за ведро с водой. — Лин, а ты чего такие тяжести таскаешь? — удивился Конни. — Нас бы попросила! — Вас пока дождёшься. Да и не особо они тяжёлые. Да, Микаса? — Микаса кивнула: она также тоже несла несколько железных шпал. — Эй! — прокричала Ханджи. Она скакала к ним вместе с Леви на коне. Они быстро к ним подъехали. — Какие вы молодцы, трудитесь несмотря на пекло. — Вот оглобли! Угораздило вас так вымахать, — сверлил взглядом Леви своих подчинённых. Ребята действительно за этот год сильно выросли. — Ну, не все, — заметила Лин. — Я совсем немножко, и теперь с тобой одного роста. Но эти слова не сильно утешали обоих. — Есть новости из Хидзуру? — спросил Эрен у Ханджи. — Мы только что получили ответ, и всё оказалось бесполезно. Помощи от них мы не дождёмся. Очевидно, они хотят получить монопольные ресурсы острова и не помогут торговать с другими странами. Так же весь остальной мир заинтересован, чтобы мы дальше служили для них пугалом. Это вынудит их объединиться и не воевать друг с другом. — Значит мы можем рассчитывать лишь на дрожь земли, и тогда у Хистории нет шансов спастись, — подытожил Эрен, не скрывая своей злости. — Сам видишь, — сказал Леви. — Как так можно! Они нас не знают, но уже объявили дьяволами. Даже не пытаются найти мирного решения! — возмутился Армин. — Наверное потому, что они нас не знают, — высказалась Микаса. — И потому, что судят по нашим предкам, — добавила Лин. — Правильно. Как можно доверять человеку, которого ты не знаешь, и тем более когда его предки уже плохо поступали с твоими. Давайте поедем к ним. Если чего-то не знаешь — иди навстречу к знаниям. Зачем ещё нужен Разведкорпус? — Шикарная идея, — усмехнулась Лин. Тогда эту идею всерьёз никто не воспринял, но после отъезда начальства и окончания работ на день ребята снова вспомнили об этой идее: — Проникнуть в Марли и основать там опорный пункт, — сказал Жан. — Ясно теперь, какой план был у Ханджи. Ещё можно попробовать настоящие марлийские сладости. Например, слышали о мороженом? — спросила Саша. — О ком? — уточнила Микаса. — Мороженое — это такое замороженное молоко. — Николо рассказал тебе? — усмехнулась Лин. — Да, он мне снова о них на кухне поведал. Хотите, я и вам расскажу? — Да, ещё не хватало чтобы там схватило живот, — забеспокоился Конни. — Лекарство для желудка, зубная щётка и что-нибудь из нашей кухни, — перечислила Саша что собирается взять с собой, загибая пальцы. — Вы что, не слушали Ханджи? — спросила Микаса. — Если они нас узнают, может что-то и переменится, — надеялся Армин, а Лин, что стояла рядом, взяла его за руку, поддерживая. — Нам осталось только выиграть побольше времени. Мне осталось всего пять с небольшим лет. Скоро придётся выбирать того, кто унаследует моего титана, — сказал Эрен. — Его заберу я, — сразу же заявила Микаса. — Ты явно не подходишь. Мы до сих имеем мало представления о том, кто такие Аккерманы, поэтому и Лин с капитаном тоже отметаются. Также у тебя впереди куча дел с Амудзабито. О каком титане может идти речь? Ты не подходишь по уйме причин, — отверг её предложение Жан. — И кто его возьмёт? — спросила Микаса. — Да хоть я. Я намного башковитее Эрена и точно не попытаюсь поскорее двинуть кони. Где вы ещё найдёте человека, который всегда принимает правильные решения в любых условиях? Другого такого нет. Не горю желанием донашивать за тебя титана, но нет кандидатуры получше? — прорекламировал себя Жан. — Хочешь, чтобы мы через тринадцать лет потеряли такого крутого парня? Тебе лучше метить в командующие, пока это место не занял Армин или Лин. Титана Эрена унаследую я. Ну что, классно придумано, Эрен? — сказал Конни. — Конни.. — попытался, что-то сказать Эрен. — Ничего крутого. У вас же в голове солома! — недовольствовала Саша. — А? — не понял Конни. — И не надо акать. Разве можно бестолковому парню доверять настолько важную миссию? Пришла беда — открывай ворота. Я унаследую титана. Если искать человека с опытом, которому доверяют, то методом исключения только я и остаюсь, — перевела на себя стрелки уже Саша. — Ребята.. — снова попытался что-то сказать Эрен. — А не хотелось бы, жуть как не хотелось бы.. — продолжала бормотать Блауз. — Чушь какая-то, — всё равно не понимал Конни. — Что? — спросила Саша. — Ты же сказала, что дураку это поручить нельзя. — М? — теперь не понимала уже она. — Но ты ещё более бестолковая, чем я. Так что сама себе противоречишь. — А? — Что? — Я не хочу передавать титана никому из вас, — наконец сказал что-то внятное Эрен. — Это почему? — спросил Жан. — Я слишком вами дорожу. Больше, чем кем-либо. Пожалуйста, поживите подольше. Все вдруг резко засмущались и замолчали, краснея словно первоклашки от первого матного слова. — Что? Слышь. Ты чего засмущался? Не стыдно нас в краску вгонять? — первый попытался что-то возразить Кирштейн. — Жан, это всего лишь закат, — выгородил своего друга Армин. — Ну, раз закат, то что тут поделаешь. В тот момент можно было услышать тишину в этой шумной компании, которая засмущалась от понимания того, как они дорожат друг другом. Это было очень редко и крайне ценно для них всех. Тогда казалось, что они — настоящая семья.

***

После длительных работ ребята решили устроить себе небольшой перерыв на день рождения Саши. Её семья пригласила всю команду в свою деревню для того, чтобы отметить праздник. Как раз был самый разгар лета, и сбежать от солнца хотя бы на пару дней очень хотелось. От старой деревни Даупер ничего не осталось после нашествия титанов в 850 году: из-за этого жители перебрались повыше. Хотя ландшафт не особо поменялся из-за бесконечного, как оказалось, леса, Лин он казался очень красивым. Ведь был сильно похож на лес, где раньше был старый Разведкорпус, хоть и без гигантских деревьев, но всё же. — Вот так? — натянуто спросила Лин. — Ещё сильнее, — сказала Саша, смотря строгим взглядом, словно инструктор. — Она так порвётся, — заметила Лин. — Ты что, не доверяешь своему учителю? — Конечно доверяю, — тяжело выдохнула Лин. — Тогда без лишних вопросов! Ещё сильнее до подбородка. — Ладно. Лин уже жалела, что согласилась взять у Саши пару уроков по стрельбе из лука. Её этому особо никто не учил ни в училищах, где они стреляли только из ружья, ни Леви, ведь он сам особо не умел, отдавая предпочтение тому же ружью. Саша же, живя в деревне охотников, с малых лет уже держала лук. Так что её меткость была неудивительна. Когда же Саша услышала просьбу, тут же согласилась, радуясь от возможности кого-то поучить. Почему Лин вообще решила этим заняться? Хотелось подточить меткость и узнать что-то новое, но кто знал, что она возьмётся за это так серьёзно. — Вот так? — спросила Лин. — Да, стоишь тоже правильно, — внимательно глядела Саша. — Так, теперь стреляй. Прицелившись в мишень, что была прикреплена к дереву, Лин выпустила стрелу, и та прилетела точно в цель. — Молодец! Я знала, что у тебя получится! — воскликнула Саша, обнимая Лин. — Да это легко, — сказал Конни. Он наблюдал за этим вместе с остальными ребятами. Вся команда и пара детей, что жили в деревне, наблюдала за этим действом за неимением других занятий, а также им хотелось понять, как Саша точно стреляет из лука. — Тем более Лин и так хорошо стреляла только из ружья, — сказал Жан. — Раз считаете, что мои и Саши старания последние полчаса были напрасны, то давайте покажите, как надо, — сказала Лин протягивая Спрингеру и Кирштейну лук и стрелы. — Легко. Меня кстати мой батя тоже стрелять учил, — сказал Конни, вставая на место Лин. Только вот потом ни у Конни, ни у Жана не получилось показать тот же результат, что и Лин. — Так она же Аккерман. Конечно всё у неё получилось, — попытался оправдаться Жан. — Только не обесценивай мои труды. Я все года тренировалась столько же, сколько и вы, а точнее даже больше. Потому у меня всё получается даже лучше, чем у вас. — Но с силой Аккерманов ведь правда и легче, — заметил Армин. — Вспомни хоть как ты и Микаса таскали железные балки. — А мы их с трудом поднимали, — сказал Эрен. На это Микаса с Лин пожали плечами и спросили: — Хотите, в бою проверим? — Нет! — в унисон ответили парни. — Идите за стол, — позвала миссис Блаус. За едой все споры забылись, а разговор пришёл в более приятную тему. Дом мистера и миссис Блаус напоминал приют своими размерами и количеством детей. Ведь те приютили множество детей, что остались без семьи и дома. Лин невольно вспоминался Том, которого она навещала уже давно. Из-за тоски по мальцу девушке невольно становилась грустно, но она старалась не подавать виду на празднике. Не хватало ещё имениннице испортить день рождения. Однако один блондин всё же заметил её состояние и спросил уже после, когда они вернулись в штаб. — Чего взгрустнула, когда мы были в деревне? — спросил Армин, когда они остались один на один впервые за долгое время. — А, да так. Просто Тома вспоминала. Мы давно к нему не ездили, а учитывая, что, если мы отправимся на материк, вообще неизвестно, когда вернёмся назад. — Съездим перед отправкой. — Знаешь, он в последний раз снова завёл тему, чтобы его усыновить. — Мне кажется, что это не самая лучшая идея, — сказал Армин. — Мне тоже так кажется, учитывая, что всего пару лет назад хотела покончить со всем. Эта слишком большая ответственность. — До сих пор преследуют мысли о смерти? — О смерти? — спросил внезапно вошедший Леви. Видимо он хотел проведать Лин и невольно подслушал их разговор. — Пап... — проскулила Лин. — Поясни, что значит покончить со всем? Ты хотела уйти из жизни? — Армин не понимал, что делать, но понимал, что лезть в разборки семьи явно не стоит. — Выйди и закрой дверь, — приказал Леви. Армин посмотрел на Лин и, увидев одобрение в её глазах, выполнил приказ, покинув комнату. Лин честно не знала, что сказать по всей этой ситуации, поэтому сидела на кровати, уставив глаза в пол. Леви же был и в шоке, и в ярости, и в непонимании, и всё вместе. Хотел что-то сказать, а слов не находилось. Он никогда не был мастером слова, в отличие от Эрвина, что всегда находил, что сказать. Сев рядом с дочерью, Леви уставился на неё, пытаясь найти ответы и слова. Особенно не матершинные. — Это было давно, — всё же сказала Лин, продолжая смотреть в пол. — Когда? — Весной 851 года. — Почему не сказала? — Не хотела беспокоить. — Армина она побеспокоила. — Армин меня спас тогда! — резко сказала Лин, подняв глаза. — Ты всё же помнишь, в каком состоянии я была, и тогда я не видела другого выбора. Казалось, что раз не могу никого сберечь, то зачем я? Мои близкие уходят, а я остаюсь одна. Будто от меня никакого толку. Ещё тогда Вероника умерла. — Откуда...? — Я спускалась подземный город — сама Хистория поручила мне задание справиться с местными бандитами. Она меня встретила и увязалась за мной. Я не смогла её спасти в нужный момент. — Как ты хотела это сделать? — Упасть в пасть титана. Меня он спас последний момент. Больше у меня не было попыток. — Ёб твою мать, — теперь он ещё больше не знал, что сказать. Столько всего от него скрыла. Смерть Вероники на удивление Леви воспринял безразлично. Хотя раньше когда-то к этой женщине у него были какие-никакие чувства. — Я тоже испытываю нечто подобное. Наша сила даёт много возможностей и ответственности, из-за этого потери принимать ещё больнее. Я тоже еле держусь. В основном из-за тебя ещё жив. — Что? — Да, я тоже думал наложить на себя руки после смерти Фарлана и Изабель, но тогда Эрвин напомнил о тебе, что ты разделяешь моё горе, и ты — единственная, кто остался у меня, а я — у тебя, и ты во мне нуждалась. Поэтому я до сих пор держусь. Даже после смерти Эрвина. Но я стараюсь сражаться дальше ради погибших. — Я тоже. Снова повисло молчание, в котором чувствовалась общая напряжённость от друг друга. — Ты, наверное, во мне разочарован, — высказала своё предположение Лин. — Я скорее испугался. В последний раз я испытывал такое только после отвоёвывания Шиганшины и твоей комы. У тебя видимо с детства цель довести меня до инфаркта. — Прости, жизнь сама находит мне неприятности, — Лин положила голову ему на плечо. — Я заметил. — Обещаю больше так не делать. — Спасибо, — Леви приобнял её за плечо, сильнее прижимая к себе.

***

— Лин? — позвала Саша. — Чего? — спросила Лин, застёгивая рубашку. Было раннее утро, но построение никто не отменял. И даже учитывая, что они не новички в Разведкорпусе, тренировки тоже никто не отменял. — Какое вино ты любишь? Обе Аккерман не поняли, зачем их соседке понадобилось это узнать перед построением ранним утром. Была уже ранняя осень. — Что за повод? — спросила Микаса. — Я тебе потом расскажу. — А что? — не понимала Лин. — Ничего, говори давай, — отрезала Блаус. — Нуу, я не особый ценитель алкоголя вообще, но из того, что я пробовала — белое сухое. — Спасибо! — Саша поспешила выйти из комнаты. — Саша, не смей мне это дарить на день рождения! — крикнула Лин. — Ничего не обещаю, но ты правда очень помогла. — Так зачем это? — снова спросила Микаса. — Пойдём, объясню. Дверь быстро захлопнулась, оставляя Лин в одиночестве, а та нихуя не поняла. Желание дать себе обещание найти и закопать Сашу росло всё сильнее. Закончив собираться, Лин поспешила вниз и увидела, как Саша что-то обсуждает с Армином и Микасой, а как только она подошла, они дружно заткнулись. — Что обсуждаете? — спросила Аккерман. — Тебе лучше не знать, — ответил за них Эрен. Весь остальной отряд тоже уже был внизу, но остальные были крайне сонны и не хотели особо разговаривать. — Что там, Саша?! — начинала уже злиться Лин. — Саша, из тебя дерьмовый тайный агент, — усмехнулся Конни. — Ну а как мне ещё спросить? Не записки же писать? — недоумевала Блаус. — Зачем тебе вино? — Для твоего удовольствия, — этими словами она ввела Лин в ступор. — Чего? — Сина, — проскулил Армин. — Вы чего разорались с утра? — спросил Леви. Отряд сразу же встал перед ним в шеренгу и отдал честь. — Если так хотите языками почесать с утра, тогда идите бегайте вокруг штаба пятьдесят кругов. — Есть! Лин так и не допыталась у Саши.

***

И снова Лин была в этом странном подвале только она пришла уже не к Энни, а её к подружке, что надёжно её охраняла. Они очень редко виделись, к несчастью друг друга. Поболтать всё же хочется, а службу никто не отменял. У Хитч дела в городе, а Лин вместе со своим корпусом рвётся в огромный мир. Так что даже редкие встречи были стечением большой удачи. — Вы, получается, отправляетесь скоро на материк? — уточнила Хитч. — Да, командующая подала эту идею ещё летом, но остальные командующие (кроме Пиксиса) скептически отнеслись к этой идее и долго обсуждали. В итоге приказ об этой миссии подпишут на днях. — И надолго поедете? — Не знаю. Надо сначала о дате с Хидзуру договориться. — Печально. И Энни будет явно одиноко без Армина. Иногда такими выходками Дорис жутко доводила. Хоть они и решили тогда ситуацию с ревностью Армина, и она извинилась, что приложила руки к ссоре. Однако говорить об отношении Армина к Энни Лин больше не хотела. — Это всего лишь шутка. — Мне не смешно, — раздражённо сказала Лин. — Ладно, ладно. Если не хочешь об этом говорить, поговорим о другом. Как там день рождения Армина? — Не знаю. — Как это не знаю? — Ну, он пару недель назад попросил взять отпуск на пару дней, начиная с этого, я хотела утром его застать врасплох и поздравить, а его и след простыл. Никто не знает, где он. — И ты решила поехать сюда...? — Ну, так гласила записка, что я нашла у него на тумбочке, — сказала Лин и протянула записку подруге. — "В далёком подвале, куда можно попасть крайне редко, можно увидеть себя в отражении", — прочитала Дорис. — Ну да, логично, что ты пришла сюда. Но зачем это всё? — Может так годовщину отметить. — У вас сегодня годовщина? — Лин кивнула. — Не самая лучшая атмосфера для романтики. — Согласна, я ещё забыла про годовщину. Как назло, вспомнила, когда думала, зачем эти записки, а подарок только на день рождения подготовила, — сказала Лин, подходя ближе к кристаллу, рассматривая его. — Что подаришь? — Рукопись. У одного марлийского солдата нашли книгу об океане, но та была на другом языке. Я попросила помощи Оньянкопона одного из добровольцев, и вот он диктовал, а я записывала. — Ого, так запарилась. — Ну так и повод. Ему же восемнадцать исполнилось, — Лин заметила бумажку, что аккуратно лежала у основания кристалла. — А Армин давно здесь был? — Где-то пару дней назад, а что? — "Отправляйся на юго-восток от Стохеса, пока не увидишь кого-то одинокого", — прочитала содержание новой записки Лин. — Романтика. Скорее всего просто сюрприз приготовил. — Какой? Помучить записками? — Да нет, ужин при свечах, например. Или какая-то прогулка, в общем что-то особенное. Может там и до секса дойдёт. — В смысле!? — воскликнула Лин, смутившись. — А что, у вас ещё не было? — Нет! — А сколько у вас лет годовщина? — Два года, получается. — И вы всё это время только за ручки держались? — Ну, по сути. — Боже мой, какие вы святые. И что, до сих пор стесняешься? Желание у обоих проснулось давно. Но стеснялись друг друга ужас как сильно. Какого бы понимания друг друга не было, а табуированность секса заставляла обоих больше стесняться своих желаний. Лин, хоть всё знала, потому что Леви не поскупился на половое воспитание, чтобы дочь не повторяла его ошибок, всё равно, как доходило дело до практики, хотелось куда-то сбежать. Армин был в похожей ситуации: книги читал, всё знает, но как подумает сделать что-то с Лин, так всё — лицо краснеет, словно помидор, а ещё и угрозы её отца вырвать ему яйца совсем делу не помогали. Но даже так умудрялись разглядывать друг друга и фантазировать. Хоть и было очень стыдно. — Ну, немного... Наверное.. я не знаю. Я не знаю, как дело может дойти до секса. — Но ты всё равно хочешь? — краснея ещё сильнее Лин, стыдливо кивнула. — Ну что ж, тогда удачи вам потери девственности. Надеюсь, ты знаешь, куда что совать? — Лин снова кивнула. — Отлично, а то пришлось бы Энни слушать и урок полового воспитания.

***

Чем-то одиноким оказалось дерево в поле. В его дупле было листочек с очередной загадкой: "Даже в такие холода можно согреться от тепла чужого тела. Осталось совсем немного. Повернув на север, можно увидеть самое высокое дерево. Пусть оно служит тебе координатой". И действительно, повернув на север, можно увидеть высокую сосну в глубине леса. Конь что-то не доверял этому месту, из-за чего нервно оглядывался: — Я знаю, это всё странно, но мы же и от титанов сбегали, а от какого-то маньяка точно сбежим, — сказала Аккерман, взобралась на коня и пришпорила его. Лин то напряжена от этой всей ситуации. Было жуть как интересно и жуть как некомфортно. Наконец, добравшись до высокого дерева, Лин не увидела ничего необычного. Лес как лес, в дереве не было дупла, где могла бы быть очередная бумажка. Домика или деревни поблизости тоже особо не было. Вдруг хрустнула ветка, предупреждая, что кто-то пытается подкрасться сзади. Лин сразу же пошла в атаку, сделав подножку, но неизвестный отпрыгнул, явно ожидая этого от неё. Лин снова пошла в атаку, ударив противника по рёбрам, и, когда удар уже был сделан, заметила, что неизвестным был её любимым блондином: — Знал, что так и кончится, — усмехнулся Армин. — Прости, — пискнула Лин, наклоняясь лицом и корпусом, чтобы помочь парню, и тот воспользовался возможностью, резко приблизившись к её лицу, поцеловал. Поцелуй хоть был и неожиданным, но долгим и страстным. Армин быстро вторгся в её личное пространство, углубляя поцелуй, покусывая верхнюю губу и проходясь языком по зубам, а рука коснулась её волос, зарылась в тёмные локоны. Лин же была в шоке от таких активных действий и просто поддалась его напору. Это были такие странные чувства тоски и голода по друг другу. После долгого расставания поцелуй кажется тебе крайне необходимым. Но рано или поздно приходится оторваться друг от друга: — Ты чего? — спросила Лин, помогая встать Армину. — Просто я очень скучал по тебе, солнышко, — сказал он переплетая их пальцы. — Мы же очень давно не проводили время вместе. И я решил это исправить. Они действительно последнюю пару месяцев толком не виделись. Оба вечно в каких-то делах. Это было неудивительно, ведь Гарнизон частично был расформирован за отсутствием необходимости. Большинство перевелось в Разведкорпус, а это добавило новых людей и новых бумаг. — Поэтому ты решил завести меня в чащу леса и поцеловать? — Не только. Это такой тебе подарок на годовщину. — Насчёт подарков, — Лин достала из сумки, что была прикреплена к коню, рукопись. — С днём рождения! — Это книга о море? — Да. Ты так расстроился, когда не смог её прочитать, что мне захотелось в этом тебе помочь. Ну и вот. — Спасибо, солнышко, — поблагодарил Армин, снова поцеловав девушку. Но и этот поцелуй затянулся, и пришлось отцепиться друг друга, когда кончился воздух. Армин повёл Лин по неизвестной ей местности, а она повела коня. — Почему записки? — спросила Лин. — Я вспомнил, что после той игры с Ханджи наши отношения стали другими, и я подумал, что будет уместно снова так с тобой поиграть. Оказалось, что совсем недалеко за деревьями был спрятал маленький домик, а рядом с ним стоял колодец. — Это нам на пару дней. — Как ты..? — Конни с Сашей подсказали. — А я ничего не приготовила на годовщину. — Ничего страшного. Я рад любому твоему вниманию. — Хорошо, Армин, — смеясь ответила Лин. — А то смотри, могу натурой отплатить. — У меня и в мыслях не было! — Да, а то Хитч пожелала удачной потери девственности. — Я всего лишь купил вино... — Вино? Армин, ты что, все свои накопления потратил? Или сколько ты там жалованье получаешь? — Не всё. — Ну что же, раз купил, так надо заняться его опустошением, — выдохнула Лин, решив, что спорить нет смысла. — Прямо так сразу? — А что? Еда, которой надо закусывать есть, закат есть. Предлагаю, кстати, со всем этим на улицу выйти до темноты, пока ещё хоть как-то тепло. — Хорошо. Действительно, стремительно холодало из-за поздней осени, но для пары, что употребляла алкоголь, холод не казался большой проблемой. Они разговаривали мало, казалось, уже всё обсуждено и они всё знают. Они же уже знают друг друга больше десяти лет, а молча сидеть друг с другом тоже оказалось не самой плохой идеей. Иногда переговаривались, да, но в основном они слушали лес. А когда солнце скрылось за горизонтом, они всё же ушли в дом. Лин пошла в баню мыться, пока Армин готовил место ко сну. Когда Лин вышла, глаза Армина тут же расширились от вида её невысохшего тела. Она явно нестарательно вытиралась, раз рубашка со штанами так плотно прилипли к женскому телу. Сколько раз Армин ни смотрел на девичье тело, никак не мог наглядеться. На вид не хрупкое тепло солдата, было округлено формами, что очень органично на ней смотрелись. Маленькие плечи с острыми ключицами, длинные волосы, что отросли до лопаток, живот, на котором виднелся пресс. Всё это дурманило Армина и заставляло желать большего, но оба не могли сделать свой первый шаг. — Я наверное тебя смущаю, — сказала Лин. Оба понимают, чего хотят, но боятся, и нерешительность душит. Хочется отступить от затеянного, но желание не даёт. Они слишком долго ждут. — Не то чтобы.. — Ты же хочешь? — резко спросила Лин. Вопрос застыл в воздухе, заставив Аккерман нервничать ещё больше. Он слишком долго думал над ответом: — А если да? — Мы можем.. попробовать..? — сказала Лин, садясь на кровать. Армин тоже сел рядом, но глазами, а они смотрели не друг на друга, а куда угодно, лишь бы не встретиться взглядами. К сожалению, или к счастью, это происходит, и теперь оторваться друг от друга невозможно. Столько эмоций можно передать через одни глаза, словно сразу говорите обо всём и ни о чём. Потихоньку приближаясь друг к другу, они целуются, перебарывая одну из ступенек неловкости. Они это делали, казалось, уже тысячу раз, но это всегда было так приятно, будто в первый, и всегда мало. Мало. Казалось, чтобы насытиться друг другом, это займёт всю жизнь. Поэтому им хочется быть всё ближе и ближе, и одного поцелуя становится мало. Хочется прикосновений ещё больше, и просто положить руку на шею пиздец как мало. Тепло скапливается в районе паха у обоих, и это заставляет хоть что-то сделать, кроме этого поцелуя. Лин перебирается к нему на колени, чувствуя выпуклость на штанах, что заставляет её покраснеть. Оторвавшись от губ, Армин смотрит на её румянец. На её чертовски красивый румянец, что заставляет возбудиться ещё больше и перестать контролировать свои действия совершенно, но всё же он переживает: — Ты же знаешь, что делать? Лин кротко кивает и перебарывает своё смущение, кладёт его руки на свою грудь. Теперь Армин смущён до предела, ведь он уже не помнит, как давно он хочет к ней прикоснуться, и кажется, что это всё сон. Но нет, он действительно сжимает женскую грудь, и та тяжело вздыхает, начиная тереться о его давно налитый стояк. Не веря своему счастью, Армин это делает снова и снова, заставляя Лин всем своим видом показывать, что ей нравится. Он же целует её в шею, висок, уголок губ, не пропуская и миллиметра её мягкой кожи. Показывая все свои чувства через медленные и нежные прикосновения к талии, к шее, к груди. Проникая пальцами в длинные волосы и наматывая пряди на пальцы. Лин притягивает его за подбородок назад к себе, целуя жадно в губы, кусая до крови, выдавливая из него робкий стон. Она же, потеряв голову абсолютно, расстёгивает его рубашку медленными движениями. Сколь сильно бы они ни хотели друг друга, они всё равно смущены до безумия. Поэтому всё очень медленно: один ждёт, пока проявится другой, второй ждёт разрешения. Это всё так странно, но так приятно. Оставшись без рубашки, Армин укладывает Лин на кровать, нависает сверху. Её блестящие серо-голубые глаза сверкают от желания, грудь тяжело вздымается от возбуждения, манит словно золото. А он к золоту и тянется, расстёгивая её рубашку, пока снова целует губы. Рубашка Лин слетает с неё куда быстрее, а девушка, решив не мелочиться, тянется к своей ширинке, расстёгивает плотные брюки. Армин помогает избавиться от лишней ткани и замечает, что перед ним предстала Лин практически обнажённая, без бинтов на груди. Она же в смущении закрывает глаза ладонями, что так и остались в шрамах. Сколько бы она их ни мазала, кожа перестала быть гладкой и мягкой как раньше в этих местах. И ей почему-то становится так стыдно, что она не такая, как другие девушки. Армин, чувствуя её страх, целует её руки, каждый ожог, показывая, как он её любит и с ними. Он любит её всю. И с ожогами, и без. С её незаурядным характером. Он любит всю без остатка. Такой, какая она есть. Наконец, он доходит до груди. Её вид завораживает, а как трогаешь и понимаешь, что она помещается в руке, крышу сносит. Такая мягкая, что сразу хочется к ней прикоснуться языком, обводя сосок и аккуратно кусая, заставляя девушку впервые громко застонать. Но ему нравится такая реакция. Он делает это снова и снова, сжимая одну и посасывая другую. Лин же скрещивает ноги на его тазе, прося о большем. И, понимая её намёк, Армин отрывается, снимая штаны вместе с бельём. Настала пора опять краснеть: Лин из-за члена и того, какой он большой, а Армина из-за её реакции. А чтобы снять смущение, что надо сделать? Конечно же потрогать. Поэтому Лин это и делает, заставляя Армина застонать. — Это точно поместится в меня? Армин быстро кивнул: — Не переживай. Он проник под её нижнее бельё. Нащупав клитор, мягко надавил, заставляя Лин откинулся на кровать, стоня. Чтобы сделать задуманное, он снял одной рукой с неё трусы пока, продолжал ласкать другой. Вторая позже пошла дальше той, что ласкала клитор. Как оказалось, она очень даже мокрая, и поэтому один палец проник очень легко, а её глаза расширились, рот раскрылся в беззвучном стоне. — Сина, — тихо выдохнула Лин. Второй палец тоже вошёл без проблем, растягивая её стенки, даря девушке совершенно новые ощущения. Парню показалось, она совершенно готова и всеми фибрами хочет, как и он. Поэтому, когда Лин почувствовала что-то больше его пальцев, она нашла его руки и сильно сжала. Он сжал её руку так же крепко и поцеловал, отвлекая от проникновения. Оказалось, это не совсем так больно и страшно, как об этом говорят. Дискомфорт чувствуется и всё. Армин покорно ждёт, не двигаясь, а Лин даёт своё согласие на дальнейшие действия. Парень проникает дальше и дальше до конца, пока не упирается в шейку матки и стонет ей в шею от ощущений. Лин же не знает, куда девать руки, и всё сжимает его плечи как в тисках. Армин начинает медленно двигаться, тяжело дыша ей в шею, а руки обоих бегают по телам друг друга, не зная, где найти себе место. Темп же наращивался, заставляя друг друга стонать от наслаждения. Парень же, понимая, что доходит до пика, снова нашёл клитор и начал делать круговые движения. Доходя до пика, оба наполнились чувством целостности, словно были созданы только для этого. И друг для друга. И этой ночью они ещё не раз почувствовали, что принадлежат только друг другу.