Друг для друга у них - целая вечность

По леденящим коридорам этого замка прежде бродили могущественные вампиры, державшие в страхе все королевство. Сейчас же, в тусклом свете таящих свечей, в холодной, пустой зале кружились двое. Напротив высоких сияющих зеркал скользит чёрный длинный силуэт и прозрачная фигура, облаченная в алый. Движения отточенные, рассекающие густой, сырой воздух внутри. Нижние юбки багряно-красным заревом растекаются по отполированному паркету. Ледяная ладонь оглаживает талию, пока бирюза бездонных глаз всматривается в глаза напротив. Они давно мертвы: для существования в этом мире и для тех, кто их когда-то любил. Теперь у них новая жизнь. Тойя уносит в своем собственном вихре бледную, еле-еле ощущаются фигуру. Под голыми пальцами — мертвенный холод мрамора гробниц, кожа, хрупкая фарфоровая кожа. Даби знает каждую царапину на ней, и где-то глубоко-глубоко, от осколков его каменного сердца разгорается тепло. Он отрывает руку от чужой ладонь и под блеск удивленных рубинов прижимается к сатиновым волнам платья. Пальцы смыкаются на твердом корсете, пока несоответствующие губы осыпают бледное лицо поцелуями. Слегка прижимаются к родинке в уголке рта. Для них останавливается время. Это мир кружится вокруг или они продолжают сплетаться в круговороте танца? Томура только ощущает чужие легкие касания и отвечает на ласку, пропуская между длинными тонкими пальцами угольно-черные пряди. Если его сердце не бьется, то почему он чувствует, как внутри трепещут серебрёными крыльями мотыльки? Мгновенье — когда шершавые, обветренные губы едва трогают холод чужих, как Тойя снова ощущает пронизывающую пустоту, а в ладони падает алое бальное платье. Он молча оглядывает бархат в руках, касаясь расшитого гранатовыми бусинами корсета. Томура танцевал долго. Поднимая глаза к одному из зеркал и сжимая грубыми пальцами алые складки юбок, он слабо улыбается: рядом с местом, где должно быть его отражение, улавливается еле заметный силуэт. Это не первый их танец, и не последний. Тойя поцелует его, точно поцелует в следующий раз. Они будут пытаться снова. Друг для друга у них — целая вечность.