Город Греха

Люди — низшие существа, возомнившие себя центром вселенной. Они отчаянно верят, что мир крутится вокруг них, их проблем, и ничего более не имеет смысла. Гейб вытащил леденец и тяжело вздохнул. В последнее время, люди слишком сильно зациклились на деньгах и совсем забыли о существовании других, более важных ценностях, которые дарили мир. «И всё-таки Люся прав был», — подумал архангел. Он пнул валяющийся под ногами камушек и посмотрел в сторону визжащих молодых ангелов. Подрастало новое поколение. И как ни странно, юные ангелы точно также, как и люди, отличались от «ветеранов труда». И как на зло, заботливой нянькой назначили не кого-нибудь, а именно его — Гавриила! Великого глашатая Небес заставили менять пелёнки! Что же это, если не полнейший абсурд?! Но порой бывают в жизни такие моменты, когда с высшим руководством (а на Небесах оно выше некуда) поспорить нельзя. Вот и нянькался Гавриил с ещё не летавшими, но уже наглыми сорванцами. Но тешило ещё и то, что занимался такой работой он не один. Бальтазар — верный спутник, лучший друг и брат по совместительству, законченный пьяница и вор всех воров — точно также утопал в подгузниках младшей группы и линяющих перьев. — Выплюнь сестру! Утконосы — не лошади, не катайся на них! Эй-эй, не подходи близко к краю! Время полётов ещё не наступило! — И почему именно мы? — устало вздохнул Гавриил и сделал фото. На снимке на Бальтазара забрались сразу несколько малышей и тянули его за перья. На свой вопрос архангел разумеется знал ответ. Слишком много дел они наворотили с братишкой, и теперь наступило время отдуваться. — Эй, мамуля, улыбочку! Сделаю семейное фото на память! — Иди к Дьяволу, Гейб! — ангел пытался отодрать малышей от крыльев, но вместе с ангелочками отрывались и перья. На глазах Бальтазара от боли выступили слёзы. — Ай-яй-яй, нельзя же при детях выражаться! — сокрушённо покачал головой архангел и по-чеширски улыбнулся. — А к Люсе я и так в гости заглядываю. Щёлк! Ещё одна фотография готова. Теперь можно будет со спокойной душой отчитаться перед Михаилом и не получить нагоняй за просиживание штанов. Щёлк! Высунув язык, Гавриил сделал селфи на фоне кричащего от боли брата. Теперь точно можно сказать, что на сегодня они закончили. Гавриил прошёлся по тропинке из камня и сел под цветущей сиренью, свесив ноги с обрыва. Внизу были видны лишь облака и больше ничего, но если обладать ангельским зрением, то можно было разглядеть далеко внизу мир смертных. Увидеть накрашенные лица женщин, спешащих курьеров и рассекающие по трассе машины. Этот обрыв предназначался для тренировки полётов и скоро они, как главные няньки, должны были проводить первые занятия. Опасно. Невероятно опасно и рискованно. Вероятность, что ангел не взлетит, и что они не успеют его поймать, также высока, как получить смертельное ранение в вооружённой драке. Поэтому занятия проводились ночью. И поэтому порой новости смертных пестрели сводками о падающем метеорите. Да, ошибки иногда стоили слишком дорого. Внезапно прилетевший мяч ощутимо врезался в голову. Гавриил почесал затылок и обернулся, состроив самое пугающее выражение лица, на которое только был способен. Трое маленьких ангелов указывали друг на друга пальцами и делали такой вид, будто никто из них не при чём. — Итак, молодёжь, признавайтесь! — тишина. — Не заставляйте меня принимать более серьёзные меры, — угрожающе прошептал архангел, поднимаясь. — Вы вынуждаете меня вызвать щекотуна! Но стоило малышам разбежаться с визгами в разные стороны, как Гейб заметил, что кое-чего не хватает. «Камера!» — пронзила мысль до самого позвоночника и архангел ощутил, как волосы на голове зашевелились. «Михаил снимет с меня шкуру живьём!» — старший брат умел извращаться. Всё-таки, пыткам Люцифера научил именно он. — Бальт! Оставляю грызунов на тебя! — Что?! Ты куда?! Стой! Но Гавриил с разбегу бросился вниз. Падать лицом вперёд было неприятно, кусочки облаков, с которыми он сталкивался, забивались в нос, глаза и уши, и потом жутко чесались. Но ему необходимо было выяснить куда упала камера. Глаза ярко вспыхнули золотом и архангел смог увидеть всё, до мельчайших деталей. Не укрылось от его взора и то, как грабили женщину в подворотне, и то, как мужчина, рискуя жизнью, рванул спасать собаку в горящем доме. И наконец, он смог отыскать пропажу. К северу находился небольшой городок и именно туда ему нужно. Распахнув крылья, Гавриил ощутил, как поток ветра врезался в него, сорвав несколько перьев. Он медленно спускался вниз, лавируя между сгущающимися грозовыми облаками и чем ближе Гавриил приближался к городу, тем сильнее чувствовались запахи. Среди букета сладких ароматов выпечки, кофе и чая, угадывалась тяжёлая вонь крови. Ступив на асфальт, архангел оглядел парк. Ранняя весна, деревья уже цвели и благоухали, наполняя воздух приятным запахом цветов. Весна — особенное время года, именно в это время почему-то большинство людей находили вторые половинки и связывали себя узами брака. «Странный обычай», — решил Гавриил и отправился на поиски. Он заглядывал под каждый куст, рассматривал деревья и никто не обращал на него внимания. «Мантия-невидимка — штука удобная», — хихикал про себя архангел и напугал бродячего кота. Животные могли его почувствовать и за это он их уважал. Меньше и слабее человека, зато куда полезнее. Камера обнаружилась случайно. Аппарат лежал на скамье, на которой расселась стая голодных и наглых голубей. Один из представителей пернатой братии по-барски расселся прямо на камере, словно решил, что теперь это его гнездо. После падения на корпусе обнаружились несколько сколов и царапин, но в целом — камера была не испорчена и кажется работала. Гавриил засучил рукава, готовясь разогнать воздушных крыс, но его опередили. Замотанная по нос в вязаный шарф, девушка на роликах хряпнулась на скамью, распугав тихим визгом птиц и, едва не уронив камеру. — О! Интересно. — Чего тут интересного? Фотоаппарата никогда не видела, мартышка? Гавриил занёс руку, чтобы врезать подзатыльника воровке, но девушка неожиданно пригнулась и рука пролетела мимо. — Не подписана, — задумчиво проговорила она и сама того не зная, в очередной раз уклонилась от толчка невидимого её глазам архангела. — Разрядилась? Ну ладно, дома поглядим! Встав на ролики, девушка проехалась колёсиками по ноге глашатая и едва не упала. — Сраные камни! — выругалась та. А вот ангельская ругань человеческими ушами не воспринимается. Гавриил вновь раскрыл крылья и взлетел. Он задумчиво смотрел на девушку, уносящую его камеру. Над ней нависало чёрное облако, словно проклятая метка. Облако ещё было маленькое и безобидное, но медленно разбухающее. Архангел сверкнул глазами и достал из кармана жёлтый леденец. Ему давно не удавалось как следует повеселиться. Что если всё произошедшее — знак истерички судьбы? Будет глупо с его стороны упускать подобную возможность. Губы архангела расплылись в чеширской ухмылке. — Интересно.