Город Греха

       Иногда мы не совсем правильно смотрим на вещи.        Нужно уметь видеть ситуацию с разных сторон, при этом не забывать ту, на которой ты сам находишься.        Иначе в поисках смысла можно и себя потерять.        А себе терять совсем нежелательно.        Люцифер сидел на полу клетки, поджав под себя колени и пялясь в одну точку. Заточение длилось по меркам вечности жалкие мгновения, он даже не успел бы заскучать, но его собственные мерки какое-то время назад здорово успели перемениться. Он стал легонько раскачиваться вперед назад, слыша, как шуршит его собственная одежда. Звуков, кроме тех, что создавал он сам, не было никаких. Иногда кто-то посещал его, но мысли Дьявола давно успели перетечь в другое русло. Важно было то, что даже отсюда он так или иначе мог влиять на мир, что-то в него привносить, а что-то забирать. Были те, кого он ещё мог купить и те, с кем он до этого успел договориться.        Предыдущий визитер был только вчера, рассказывал ему новости и попрощался. Значит пора уже ждать главного гостя, но главное — оказаться готовым к его приходу. И вот это как раз контролировать ему было не под силу.        — Ну здравствуй, брат, — Михаил шел вдоль моста. Его шаги отдавались эхом от небытия. — Как твой досуг? Не скучаешь?        Люцифер решил не отвечать. Слишком много чести. Он завалился набок, только алые глаза светились в темноте.        — Не люблю говорить сам с собой.        Но ответом снова служила тишина.        — Молчишь? Ну молчи, — он поднял руку вверх, с пальцами сложенными для щелчка. — Тогда может ты охотнее поговоришь со мной, под угрозой того, что я отниму у тебя самое важное?        Внутри Люца зашевелилась тревога. Он нахмурился, но повернулся к брату, решив потянуть время, чтобы наверняка. Вот так любовь лишает самого гордого на свете существа её остатков.        — И что же ты хочешь от меня услышать?        «Так-то, » — усмехнулся Михаил, театрально задумавшись и опустив свое оружие в виде сложенных для щелчка пальцев.        — Наверняка твои крысы успели и сюда донести вести, что потихоньку стали взламывать печати.        Люц равнодушно вздохнул.        — От первой павшей даже здесь всё содрогнулось. Что там у нас первое? Камера? — Дьявол ухмыльнулся. — А, нет, зомби. Ну, ничего, братец, твоя задница ещё даже не на очереди.        Михаил постоял, глядя на блондина свысока. Он о чём-то думал, на его лице играли слабые тени, словно архангел специально так позировал.        — Видишь ли, сейчас во всей вселенной, ты едва ли не единственный, кто может им в этом помочь.        — Далеко не единственный, — Люц едва подавил порыв ярости. — Твою надменную задницу под силу отправить наверх даже человеку.        — Только с правильным оружием, — закончил за него архистратиг. — Но в этом тоже нужна твоя помощь.        — Ты прав, а вот Гейбу не нужна, так что жду сюда соседа, места много, готов выделить братишке один из углов моего дворца.        Михаил подошел к прутьям практически вплотную, так чтобы когда Люцифер смотрел на него, ему приходилось закидывать голову назад. Правда, Дьявол встал на ноги, глядя брату глаза в глаза.        В этом он был прав, и они оба это знали. Гавриил был недочётом всего плана их обоих. Он мог спутать им карты так, что никто и не заметит. Возможно уже сейчас тот сплел сеть, в которой запутается и утонет кто-то из них. Младший братец был помехой, убрать которую им не по силам.        Но это была забота их завтрашних, сейчас в этой клетке они только вдвоем. Ну, это как они думали.        — Ты должен усвоить одно, Люцифер, — с ядом в голосе цедил архистратиг. — Я не боюсь смерти, я боюсь, что принесет в созданный отцом мир моя смерть. И это делает меня сильнее. А ты… Я сломлю сначала тебя, потом сломлю Гейба и, если понадобится, каждого человека, который сможет совершить на мою жизнь покушение. И я так безмерно рад, что начну с тебя…        — Ты уже всё у меня отнял, — Дьявол был холоден в голосе. — Я жил жизнью, которая никак с тобой не пересекалась. Но ты ворвался в неё и забрал всё, ты буквально вырвал мое сердце и раздавил его. Я умолял кого-то впервые в жизни, я покорился, я предложил тебе всё. Но тебе было этого мало, брат. Ты хотел моих вечных страданий, ты хотел моей такой боли, какой мир ещё не видел. И ты её получил. Но ты снова приходишь ко мне, снова стоишь здесь, занеся руку. Наслаждаешься, я надеюсь?        Михаил пару секунд помолчал.        — Наслаждаюсь. Ты отвратителен мне.        — Потому что не смотря на всё то дерьмо, что ты принёс в моё существование, я смог стать счастлив? — блондин пытался унять разливающуюся по венам злость. Рано. Слишком рано.        — Счастлив? Сбежав с Небес, куда я тебя допустил, став жить жизнью простого человека? — Михаил хрипло расхохотался. — Ты опозорил весь род архангелов, ты даже в аду не так низко пал. Если бы я не вмешался, что бы нам светило? Ещё один антихрист? А может даже несколько? Ты под моим носом решил сотворить личную армию и решил, что я так просто тебе это позволю?!        Теперь была очередь Люцифера смеяться. Он хохотал, держась за живот и сложившись напополам.        Он выровнялся, утирая выступившие слёзы.        — Я полюбил и жил, никаким образом тебя ни касаясь. Я был счастлив и независим. и тебя это бесило, брат. Ты куда сильнее меня полон ненависти и грязи внутри. Если вынуть твою благодать, я уверен, она будет чернее самой темной души ада. И ты не хочешь это принять. Поэтому и каждый раз приходишь сюда, угрожая отнять у меня последнее. Не потому что я плохой, а потому что ты сгнил изнутри и не можешь в это поверить.        Михаил прищурил зеленый глаза.        — Может и так, — он практически перешел на шепот, его рука замерла прямо над ухом Дьявола, — но это делает счастливым меня.        Один щелчок и Люцифер был готов молиться богу, пытаясь прочесть на лице архистратига, что же произошло.        — Какого черта? — тот нахмурился и ещё раз щелкнул пальцами, недоуменно мотая всей рукой. — Почему не работает?!        — Когда ты сказал, что не дашь ей умереть и заставишь навечно мучиться, я так и знал, что все для того, чтобы отнять её в самый болючий для меня момент. Её жизнь давала тебе власть надо мной. Давала козырь. Убив её, ты бы выпустил в мой труп последнюю пулю. Но знаешь… ты просто дал мне время подготовиться.        — Что ты сделал?! — Михаил схватил брата за грудки, с силой вжимая в прутья клетки.        — Я заключил сделку, брат, и лучше тебе не знать, что я обещал взамен. Так что проваливай отсюда, пока я не взломал печать раньше времени…        Но архистратиг с силой толкнул его на середину клетки, поправив волосы.        — Ты не много на себя бери, — зелень его глаз на мгновение осветила всё вокруг. — Ты всё ещё в клетке, а я вот с ней на одной земле. И поверь, раз я не могу её убить, то придумаю чего похуже.        — Развлекайся, братец, — усмехнулся Люц, отвечая вспышкой ярко-алых глаз. — Пока можешь.