Город Греха

— Я точно такой не буду! — заявила девчушка, поставив с громким стуком стакан с яблочным соком. Перед ней на столе стоял большой шоколадный торт с шоколадной начинкой и политый шоколадным кремом. На нём трепетали девять огонёчков на девяти фиолетовых свечах. Она хотела точно такой же торт на своё девятилетие, но мама сказала, что столько много шоколада вредно, поэтому испекла большой яблочный пирог. — Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, — нарочито умно заметил Волшебник и отпил немного ароматного зелёного чая. — Все такие милые детки, как ты, говорили мне, что никогда не будут похожи на родителей-зануд, но, в конце концов, лишь немногие сдерживали своё слово. — Но я точно не буду! — вспылила девочка и, схватив большую ложку, начала жадно отламывать пропитанные шоколадом кусочки. Ложка была настолько большая, что не помещалась в детский ротик. Торт был вкусным и манил своим сладковатым ароматом, кусочки бисквита буквально таяли на языке и оставляли яркий вкус молочного шоколада. От такой вкуснятины глаза девочки буквально заискрились, а во рту прибавилось слюны. — Вкуснятина! Волшебник лишь сдержанно улыбнулся и скосил свой взгляд в сторону широкого дверного прохода. Из-за угла стены осторожно выглядывали стул и железный канделябр. Они, словно нашкодившие коты, боялись подойти к хозяевам и поэтому скромно подсматривали. Маленькие огонёчки на свечках еле слышно щебетали, когда лёгкий сквозняк, разгуливающий по каменным коридорам, раздувал их пламенные одеяния. В ажурных рамках двигались картины, сидящий на шкафу кот пепельного цвета лениво потягивался и без интереса посматривал в сторону ужинающих девочки и нечеловека. — Тебе стоит выразить свою благодарность настоящему повару, — сказал Волшебник и вытащил из нагрудного кармана блестящую серебряную вилку. Но не успел он донести прибор до торта, как из его чёрного цилиндра с хлопушками и конфетти вылетели несколько ярко-красных попугаев, которые очень быстро взгромоздились на огромную люстру. — Ох, как неловко, — он сокрушённо покачал головой и с полнейшим непониманием в глазах осмотрел головной убор, отчаянно пытаясь понять, откуда взялись попугаи. — Здорово-здорово! — девчушка захлопала в ладоши, поражённая великолепным фокусом. Большими глазками она смотрела на попугаев, которые вертели пернатыми головами. Их крылья были словно сотканы из радуги, столько ярких цветов чудо-ребёнок ещё никогда не видела! Вдруг из цилиндра показались два длинных белых уха, затем высунулась слегка вытянутая мордочка и круглый чёрный нос. — Ох! А кто это? Волшебник лениво отложил вилку на фарфоровую тарелочку и аккуратно вытащил из шляпы крохотного щенка. Тот игриво покусывал длинные мужские пальцы в перчатках и, не переставая, вилял коротким чёрным хвостом. Элли проснулась от навязчивого чувства, что на неё кто-то смотрит. Она нехотя приоткрыла один глаз и увидела перед собой бледное улыбающееся лицо жнеца. Райан нависал над ней, уперев руки по обе стороны от её головы и с интересом наблюдал за её реакцией. — М-м, как интересно, — протянул жнец и втянул воздух. Его зрачки заметно расширились, словно от удовольствия, и Элли почувствовала, как по спине пробежался холодок омерзения. — Это кто ж с твоей головой играется? В следующий миг нижняя челюсть Райана повстречалась с маленькой, аккуратненькой женской пяточкой. Раздался смачный треск, и жнец рухнул с кровати лицо в пол. — Отличный удар! — пробурчал Райан, поднимая большой палец вверх. Было больно, но подобные травмы жнецам вред не наносят. Он поднялся, отряхнулся, поправил галстук и как только пальцы коснулись волос, как ему пришлось уклоняться от летящей в него подушки, затем полетел скотч, будильник и всё прочее, что попадалось девушке под руку. — Да послушай же! — Лучше беги, — Элли сжала пальцами рукоять ангельского клинка. Райан сглотнул и вновь поправил галстук. Вот теперь это уже тяжёлая артиллерия. Пока Элли в режиме несокрушимого берсерка пыталась догнать вылетевшего из комнаты и вопящего не хуже истеричной женщины жнеца, Лиса развалилась на диване и потягивала кофе с коньяком. Она не обращала внимания на ругающихся неподалёку мужчин, готовых уже впустить в дело железный аргумент — кулаки, дабы окончательно доказать правоту точки зрения. Стоящий в углу Кастиил с интересом молодого учёного наблюдал за жужжащими в огромной банке шершнями, периодически стуча по толстому стеклу пальцем. Лиса громко сёрбала напиток из чашки, листая другой рукой небольшую брошюрку с громким названием: «Начинающая Смерть. Руководство для чайников». Она быстро пробежалась глазами по маленьким буковкам, кивала своим мыслям и иногда закатывала глаза от скуки. Ей никогда не нравилось учиться. — Мамочка! — с визгом в помещение ворвался растрёпанный Райан, а следом, вооружённая ангельским клинком и явно желающая доказать всем, что Кинг-Конг жив — Элли. — Мама, мамуля, мамулечка! Спаси и сохрани ради всех смертей в этом мире! Жнец впился в Лису пальцами и уткнулся лицом ей в грудь. Мелиса ойкнула и чудом удержала кружку с кофе, в котором больше чувствовался привкус коньяка. Она откинула наскучившую брошюрку и, тяжело вздохнув, посмотрела на жнеца. Тот по-прежнему, а-ля спрятавший голову в песок страус, утыкался мордой в груди. Лиса раздражённо дёрнула аккуратной бровью, чувствуя, как холодный кончик носа касался тёплой кожи. — Тебе чего, истеричка? — недовольно спросила Мелиса, начиная гладить жнеца по волосам. — Что случилось? — Мягенькая меня не любит! — голос Райана звучал приглушённо. Он ткнул пальцем в Элли, щёки которой раскраснелись от бега и негодования. — Я зашёл к ней в комнату и… — Милый! — радостно воскликнула Мелиса, схватив жнеца за волосы. Она отодрала его голову от себя и радушно пропела: — Я тебе язык откушу! И словно в подтверждение, продемонстрировала ровные белые зубы. — Злюка, — обиженно фыркнул жнец и отошёл к Касу, который начал правдоподобно изображать манекен. — Он же тебя не трогал? — Мелиса достала ещё одну кружку и наполнила её коньяком. — Вроде нет, но он сказал кое-что, что меня взволновало, — призналась Элли. Девушки чокнулись и отпили напитка. Мелиса провела кончиком языка по губам, наблюдая за тем, как жнец и ангел тыкали пальцами в банку. — Мне снятся сны. — Они всем снятся, дорогая, это нормально. — Нет-нет! Они другие. Они как воспоминания, но я точно знаю, что такого со мной не происходило. Лиса обернулась и прищурилась. Элли никогда не умела лгать или выдумывать, она была слишком простодушна, чтобы совершать подобное, да и воспитание не позволяло. Девушка начала накручивать светлый локон на палец, разглядывая лицо подруги. Надо было хорошенько подумать. — Ладушки-оладушки, давай мы с тобой поговорим на эту тему чутка попозже, а то тут слишком громко, — Лиса обернулась через плечо. Возле стола, напоминающего карту, Дин уже был готов в очередной раз набить морду Освальду, и только Сэм оставался преградой на его пути. Видимо, они не могут поделить не только девушку. — Да и сестре твоей не надо об этом знать. — У меня всё ещё брат, — помнила Элли и одним глотком допила коньяк. Крики начинали действовать на нервы. — Эй, мужская сборная женских истерик! Убавили громкости! Мужчины затихли и во все глаза уставились на Эл. Щёки девушки раскраснелись сильнее. Алкоголь придал уверенности, на время задушив комплексы и скромность. — Ты пила? — недовольно спросил подошедший Освальд, чувствуя запашок алкоголя. Холодный взгляд серых глаз сразу же пал на широко и невинно улыбающуюся Лису. — Ты зачем ей наливала? Она же не умеет пить! — Ой, ладно! Иногда полезно! Скоро выветрится! Послышался неприятный скрежет. Это скрипнули зубы Освальда. — Оззи, хочу на ручки… — Ты всегда маялась хернёй, — совершенно не обращая внимания на плаксивый вид сестры, ворчал Освальд, нависнув над Лисой. — Пф, а ты будто нет?! Только и делал, что на службе пропадал на своей! Личная жизнь же не для тебя! — Лиса несколько раз согнула мизинчик, ядовито усмехаясь. — Да и маловат для меня будет. — Скорее это у тебя всё растянуто, — не остался в долгу Оз. На его лице тоже появилось нечто напоминающее улыбку. — На каждого мужика прыгала, шлюха. — Дин, хочу на ручки! — Элли выбрала другую жертву. Но, кажется, жертва была только рада. — Да потому что ты придурок! — рявкнула Мелиса. — Это Ник придурок, что выбрал тебя! Лиса с криком шлёпнула Освальда по лицу той рукой, на которой был надет перстень. Мужчина пошатнулся, потом резко побледнел, схватившись за грудь и рухнул ничком. Сидящая на руках Дина Элли резко протрезвела, увидев не двигающегося брата. Бобби Сингер перекрестился. Он не совсем верил, что блондинка — новая Смерть. Теперь сомнения развеялись. — Ой, — с усмешкой выдохнула Мелиса, но разочарования в собственных действах не чувствовала, даже наоборот — отвела душу. Элли ткнула брата в щёку. Тот был полностью и бесповоротно мёртв, но девушка на удивление каждого была спокойна. Она достала телефон, набрала номерок и показала знак ладонью, мол всё под контролем. — Гейб! Привет! Ты не занят? Что? Вы отправились с Бальтазаром в прошлое, чтобы спасти Гагарина? — Элли большими от удивления глазами взглянула на всех. — А… А зачем? — в телефоне послышались помехи. — Так вот, у меня тут брата случайно умертвили. Да, она самая. — Я что, за всем обязан подтирать? — внезапно из шкафа вывалился живой Освальд, а за ним вальяжно вышел Гавриил. Архангел подошёл к Мелисе, придирчиво её оглядел и, наконец, сказал: — Краса дней моих суровых, голубка смертельная моя! Не распускай, пожалуйста ручки! У нас и так Апокалипсис на носу! — Но я не умею! — пожаловалась Мелиса. Гавриил тяжело вздохнул, возводя глаза к импровизированному небу. Он щёлкнул пальцами и позади него появилась большая и удобная софа, в которую архангел плюхнулся. В руках он уже сжимал большую плитку шоколада, готовясь к длинному разговору со смертными и не очень смертными. — Хорошо, давайте всё сначала.