Существую ли я?

      За стройными рядами парт и стульев я нахожу взглядом его — у меня ощущение, что он нашёл меня намного раньше. В мире, где очень много людей, где везде есть хотя бы один человек, очень тяжело найти нужного, но у меня получается.       Он приманивает меня к себе, подзывает жестом руки. Я иду навстречу.       В белом мире здесь стены бледно-зелёные, пол золотисто-коричневый, только высокий потолок окрашен в белый. Я смотрю в его глаза.       «Ты интересная». Киваю. Для него я интересная. Пусть будет так.       Я общаюсь с ним. Привязываюсь к нему. Иду за ним.       В мире, где очень много людей, непросто сделать выбор. Мой опрометчив и лёгок. Меня не поддерживают.       Он говорит, что я особенная. Я верю. Для него я особенная.       Он говорит, что я нежная. Я киваю. Да, только для него.       Он говорит, что я буду замечательной женой. Он говорит, что мы построим белый куб. Он говорит, говорит, говорит, а я киваю.       Мы стирает границы между ты и я. Теперь говорю только мы. Мы приедем. Нам это нравится. Мы любим.       Мы.       Когда он говорит мне, что я виновата, я соглашаюсь. Действительно, я сглупила. Когда он говорит мне, что я ленива, киваю. Да, я обленилась. Когда он говорит, что я истеричка, стираю слёзы. Да, я истеричка.       Ревнивая дура. Заморыш. Бревно.       Блядь, сука, проститутка.       Он говорит: ты слишком сильно изменилась. Он говорит: ты мне чужая. Он говорит: ты мне не нужна. Он говорит: ты во всём виновата.       Я киваю.       Я плачу.       Я стою на коленях.       Да, я виновата.       Да, я глупа.       Киваю.       Он говорит: уходи.       Я ухожу — он не отпускает. Я толкаю его — алое пачкает мои пальцы. Я не сделала выбор — выбор сделали за меня.       Мир, в котором очень много людей, где на каждом шагу только они, я стою одна. Здесь нет никого, потому что мои пальцы давно почернели. Алое стало чёрным, я стала серой, белое ослепляет. Шум накатывает, а потом утихает, становясь чёрной тишиной.