Тайвелл III Ланнистер. Стальное сердце

***

***

Это мальчик! — воскликнула повитуха, Тайвин Ланнистер подошел к ней, взяв ребенка на руки. Даже спустя годы он помнил то чувство, когда впервые взял малыша на руки в первый раз. Его супруга измученно улыбнувшись, без сил легла на кровать, пока слуги суетились на заднем фоне убирая последствия родов. Тирек и Герион заглядывали через плечо Тайвина, надеясь увидеть их племянника. Все дети при рождении, похожи на маленьких сморщенных старичков, так было с близнецами и должно было быть с ним, но взяв ребенка и внимательно рассмотрев его, Хранитель Запада встретился с внимательным взглядом циановых глаз. Уже тогда была видна миловидность ребенка и пушок цвета волос его жены, маленькая мужская копия Джоанны. Малыш был тих, и подозрительно спокоен, его львенка хотели назвать Тибольтом, в честь Тибольта Ланнистера по прозвищу ”Удар молнии”, но в тишине комнаты, от Тайвина Ланнистера, раздалось: Тайвелл Ланнистер, мой львенок, добро пожаловать в этот мир!". Шли годы, дети росли, но любимцем у всех в семье был младшенький. Близнецов ни в чем не ограничивали, ни притесняли, но с малых лет второй сын был умней, быстрей развивался, приносил меньше неприятностей, был более любознательным и в нем на каком-то инстинктивном уровне было понимание людей. Служанки обожали его, родственницы по женской линии называли маленьким взрослым, Джоанна всегда хвалила, а близнецы баловали, его дяди приходили поиграть с ним, потом приводили своих детей, и уже те ходили хвостиком за Тайвеллом. Интересным было то что почти все, за что бы не брался его младший сын у него получалось, да не с первой попытки иногда даже не с десятой, но упорство, прилаживаемое этим крошечным человечком было колоссальным. Там, где остальные сдавались их дитя падало, набивало шишки, но вставало и стремилось вперед, он зубами вгрызался в то что было ему интересно. Однажды в пылу спора Серсея в гневе кинула в младшего брата вышивкой и подначила вышить герб семьи лучше нее раз тот думает, что это так легко. Спустя месяц, когда тот случай почти забылся под гордую улыбку матери и септы на именины отца, Тайвелл гордо преподнес в подарок, вышитый им лично платок, вышивка была не идеально, но лучше, чем у сестры, которая занималась ей на протяжении пары лет. Тот платок до сих пор постоянно он носит с собой как оберег. В 272 году, когда они отправились на турнир в честь десятилетия правления короля Эйриса его пятилетний сын заблудился в Красном замке по вине нерасторопной служанки, ребенок был найден в саду в окружении и Королевы Рейлы с Наследником, первые слова короля, когда он увидел причину переполоха с книгой у ног Королевы звучили так: "Драконы всегда тянут золото к себе!". Как потом рассказал Тайвелл он вышел попросить воды у служки после дневного сна, но той и охранника не оказалось, пройдя дальше по коридору ему на встречу вышла королева с принцем. Королева предложила ребенку пойти с ней пока не найдут его родителей с чем мальчик согласился. Позже после выяснения обстоятельств и наказания для виновных Тайвин пришел к Джоанне, и та поведала о том, что принц выразил желание общаться с Тайвеллом, что примечательно близнецы принца не заинтересовали. По секрету, королева рассказала Джоанне, что при знакомстве их сын показал себя очень умным и самостоятельным ребенком, он по всем правилам этикета представился, извинился за доставленные неприятности и стал рассказывать о своей семье. Тайвелл в красках рассказывал о старшей прекрасной сестре, умелом брате, о доброй маме, благородном отце, о веселом дяде Герионе, ответственном дяде Киване, о маленьком Ланселе и многом другом. Читал стихи и голосом маленького ангелочка спел принцу несколько баллад. После того визита, принц все свободное время проводил с Тайвеллом. После очередного оскорбления Эйриса десница кипел постоянно, пока в один вечер навещая сына перед сном не услышал тихие слова на ухо: "Королевское достоинство дается не короной, а рождением." Тайвелл обнял его, поцеловал в щеку и ушел в свою комнату. На следующий день смотря на своего "короля" Тайвин не видел человека достойного на Железный Трон и на периферии его мыслей оставались слова сына. По возвращению в Утес сын настоял, что бы всю семью Ланнистеров запечатлели на полотне. И отдельно Джоанну. Позже сын проводил все свое свободное время рядом с беременной матерью. Их отношения были совсем на ином уровне понимания они понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда. Даже Серсея с которой отношения матерью недавно охладели, никогда не была на том же уровне понимания. В 273 год, после тяжелой беременности родился Тирион, ценою жизни Джоанны, мир стал для него бесцветным и блеклым, на маленького Тириона в колыбельке он смотрел с отвращением, слышал слова ворвавшейся Серсеи и молчаливо соглашался с ее проклятьями, смотрел на попытки Джейме успокоить сестру, на своих братьев помогающим ему, на младшую сестру которая змеей шипела на Тириона, потом случилось то что отпечатается в его памяти каленым железом. В комнату ровным шагом войдет его средний сын с черными кругами под глазами, с жестким выражением лица подойдя к истерящей сестре, жестко ударит ее по лицу, в абсолютной тишине его слова станут грохотать в ушах каждого: "Единственная любовь, в которую я верю — это любовь матери к своему ребенку. И видя счастье матери в течении всего срока тягости я думаю мама, если бы у неё был выбор десятки раз, выбрала бы Тириона. А теперь скажи мне "сестра" кто ты такая что бы оспаривать посмертное мамино желание? Брат наказан при рождении даже не за свои грехи, ты у которой есть все и даже нормальное тело, чем его заслужила? На месте брата мог быть любой из нас, так что умерь свой эгоизм. Пойди прочь. Я сам буду ухаживать за братом". После похорон Джоанны его средний сын держал свое слово как кремень, перебрался в детскую Тириона вставал ночью, гулял днем, помогал нянюшке. Он много читал, наставники все чаще называли его одарённым. Его не пугали жесткие рамки, которые отец поставил для ухода за братом, охладевшее отношение близнецов, перешептывания слуг и родственников. Когда приплыли Мартеллы первым кто им встретился в Утесе был Тайвелл. Он очаровал подругу матери, умный, вежливый, хитрый, а еще в его глазах она видела душу взрослого.

***

Позже после отплытия с Запада беседуя с детьми она была удивлена увлечённостью обоих своих отпрысков львенком, ладно Элия солнечный, цианноглазый мальчик был как с картинки, но Оберин тоже пел соловьем о среднем Ланнистере и его даже не расстроил синяк под глазом от него. Спросив о причине восхищения Элия сказала: "Он верный и надежный, хитрый и начитанный, добрый и веселый. Приятный в общении, не высокомерный как близнецы, его обожает чернь и слуги. Прислушиваются родственники. Он как рыцарь, но и жестоким и жестким бывает, как его отец. Он гнётся, но не сломается, — продолжил сын — такое впечатление что он был готов к моим закидонам, его они не злили, не бесили, он смотрел на меня как на…— он задумался, а потом пришло озарение — как на ребенка. — озадачено закончил тот.

***

В 276 году приехавший на турнир в честь рождения принца Визериса, проходивший в Ланниспорте, Рейгар, сияя как солнце, подлетел к Тайвеллу и обнял, на высоком валирийском что-то шептав ему на ухо. Тайвелл в первые на его памяти засмеялся на людях, бархатные переливы заставили заслушаться всех вокруг, но на том же языке ответил и перейдя на обычный поприветствовал его Высочество. Со многими общался Рейгар Таргариен, но лишь немногие были ему друзьями. Ближайшими друзьями принца были Майлс Мутон и Ричард Лонмаут — они поочередно служили у него в оруженосцах, он сам посвятил обоих в рыцари, и в последующие годы они постоянно входили в его свиту. Принц дорожил также молодым лордом Джоном Коннингтоном — они вместе служили оруженосцами в Королевской Гавани; но самым близким его другом был Эртур Дейн. Как в это круг попал вечно путешествовавший по Западным землям Тайвелл, так и осталось для его отца тайной. В спарринге, прошедшем между Рейгаром и Эртуром, средний Ланнистер сделал ставку на Эртура Дейна, чем привел дракона в ярость. Меч Зари хохотал над надувшемся после проигрыша Рейгаром, и заинтересовался львенком с Утеса, много спаррингов провел для Джейме по просьбе Тайвелла. Принцу и его свите нравился средний сын Десницы, нравилось проводить с ним время, тот мог пошутить, рассказать интересную историю, тренировался с полной отдачей и пел песни которые сам писал и слушал. Так, Эртур Дейн рассказал Ланнистеру как сильно скучает по сестрам, как нахватает им звезд в Дорне и как мерзко иногда жить в Королевской гавани. Тот грустно улыбался и пел песни от которых плакало сердце.

***

Уезжая из Утеса Рейгар все время хотел повернуть назад, оставшись там навсегда. Ему казалось, что он оставляет кусочек чего-то важного там, на скалистом берегу, он помнил грустную улыбку и циановый взгляд не детских глаз, и последние слова на валирийском:" Если у тебя есть человек, которому можно рассказать сны, ты не имеешь права считать себя одиноким...Пиши мне, мой принц”. Святая Матерь, думал Рейгар, другу в этом году исполнилось 9 лет, как низко он пал. Но 267 года кусочек его сердца всегда в детской ладошке. То был самый счастливый год. Год его жизни в Утесе Кастерли. — Будут еще турниры, скоро можно будет взять львенка в сквайры, —неожиданно сказал Эртур, — не унываете мой Принц, на все воля Богов! Время летело пущенной стрелой, когда Тайвин вернулся после восстания Сумеречного Дола он был зол и немного озадачен принцом и его свитой, даже Эртур Дейн при каждой встрече спрашивал о его сыне, Рейгар сетовал на то, что тот ему стал реже отвечать на письма, интересовался, когда того можно будет пригласить в Королевскую гавань. Вернувшись в Утес его встречали дети и братья, но удивило Десницу изменения в среднем сыне тот вытянулся, став более мужественным, впрочем, не потеряв своей смазливости, тот был в доспехах и хмур как сам Тайвин. Не успел он спрыгнуть с коня как сын заговорил: —Отец, у меня срочное к тебе дело, оно не терпит отлагательства. — мрачно сказал он. — Но... — начала Серсея. — Сейчас отец! — настоял сын. — Пойдем, — согласился Владыка Утеса. Пройдя коридоры и поднявшись на второй этаж, они прибыли в кабинет отца, с ними зашли Киван, Герион и Тиггет. — Говори, сын. — сев за стол разрешил Старший Лев. — Мне написал принц Рейгар, король выбрал ему невесту, ей стала Элия Мартелл, так как задумка короля с невестой из Вольных городов провалилась. — Чертов Эйрис, как он посмел так нас оскорбить! — прорычал Тайвин. — Стеффон Баратеон уже вернулся я так понимаю? — Он с женой погиб в шторме. Новым Штормовым лордом стал Роберт Баратеон старший сын. Стеффона — продолжил Тайвелл. — Откуда такая информация? — шокированное спросил Киван. — Мне написал друг с Штормового предела. — Друг? Кто же мог обладать такой информацией. Это, наверное… — начал Тиггет. — Станнис Баратеон. — перебил его племянник. — Святые Семеро, когда ты успел? — все перевели на него глаза. — Так получилось случайно, еще на Турнире в честь Короля. Он хороший парень. Можно мне в.. — Нет. Иди, мы позже поговорим — отрубил Тайвин.