Выкуси, Гилберт!

      После поимки очередного контрактора, идя через темные переулки, Оз вновь сбежал и Гилберт даже знал к кому именно, ведь поблизости ошивался его брат. А где Винсент, там и Эхо. Но сегодня голова болела из-за Алисы, что вела себя хуже чем обычно, изводя по любой мелочи. - И чего ты плетешься за мной? – не хотела девушка гулять в его компании, лучше уж и вовсе одной. – Иди к своей Аде. Вот зачем она это сказала? – ведь совершенно не хотела такое произносить. - Быть может ты просто ревнуешь, Кролик? - насмехался Гил. Он говорил не серьезно, лишь бы позлить ее. - Что ты несёшь, Патлатый? - вскипела Алиса. - Кому ты вообще нужен, кроме своей Ады и то возможно она добра к тебе из жалости, - разозлилась цепь. Как легко она выводит его из себя. Он толкает ее в стену, нависая над девушкой, уперевшись руками по сторонам от ее головы. Прямо сейчас он убьет ее и избавится от тела. - Я жалкий ? - переспросил он, сверкая злющими глазами. Просто пусть она возьмёт свои слова обратно. Но Алиса даже не думала сластить пилюлю. - Ты что не только тупой, но ещё и глухой? - не унималась Цепь. Гил рассмеялся ей в лицо, не уступая в безумстве самому шляпнику. - Продолжай, Кролик, - приказал он, пропуская прядь ее волос через пальцы . Алису пугало его поведение. - Заткнись ... И уйти с дороги? - попыталась вырваться, но парень не позволил. Он перестал смеяться , перехватил рукой ее затылок наклоняя ближе к себе. - Почему тебя всегда так много, Алиса? - хмурится Гилберт. - Что ты несёшь? - не понимала девушка. - Ты всегда в моей голове, занимаешь все мысли и днём и ночью, словно болезнь, - Гил прислонился к ней щекой, почти касаясь губами ее ушка. От его слов девушка вздрогнула, ведь совсем недавно думала о том же , считая ворона неким навождением. Неужели он чувствует тоже самое? - Не знаю, - честно ответила Алиса, положив ладонь ему на грудь. - Я все время на грани, Кролик, - продолжает он, слегка отстранившись, заглядывая в ее испуганные глаза. Так близко, она чувствует его дыхание, буквально дышит с ним одним воздухом. - Мечусь между желанием пустить тебе пулю в лоб или..., - он замолк. А она готова умереть лишь бы он не отстранялся, ещё хотя бы минуту. - Или? - завороженно переспросила она. Усмехнулся. - Поцелуй меня, Кролик, - он вновь разрушил все стены и сделал это первым. Преодолел невыносимое расстояние и жадно завладел ее губами. Алиса не посмела бы оттолкнуть его, только не сейчас, когда они так нуждались друг в друге. Словно это было всем смыслом их существования. Робкий поцелуй становился более глубоким, набирая темп и разжигая новый пожар. Они вжимались телами друг в друга и он бы не отказался, быть еще ближе. Слишком много одежды. Поцелуй разрывался лишь на доли секунд , чтоб сделать глоток кислорода. Голова кружилась, разум был пьян. Гил зарылся рукой в ее мягкие волосы , а второй провел по линии ягодицы, вниз, закидывая ее ногу себе на бедро , прижимая к себе. Но этого не достаточно. Ему больше всего на свете хотелось быть в ней. Его губы перешли на ее подбородок, затем шею... В ответ услышал высшую награду - ее томный стон. Он бы свёл ее с ума, заставляя нежное тело изгибаться под ним, сгорая от удовольствия. "Моя. Ты моя. Моя." Однако все волшебство разрушилось , когда в переулок забежали дети, резвясь и догоняя друг друга. Увидев влюбленную парочку, малышня разбежалась кто куда, чтоб не получить нагоняй. Этого было достаточно, чтоб Алиса пришла в себя и оттолкнула Гилберта от себя. Тяжело дыша она смотрела на него, испепеляя взглядом. Ведь он заставил ее чувствовать , то о чем писали в глупых книжках Шерил. Алиса точно не хотела любить, а тем более Гилберта. Любовь делала людей такими глупыми и жалкими, совершенно не понятными. Так и не найдя, что сказать Алиса попросту убежала. Слишком поздно, ведь стены рухнули. Гилберт подумал о своем брате, Винсенте, у того всегда были странные одержимости и склонность к садизму. Кажется безумие у них наследственное, потому что он желал Алису до одурения и не уверен, что мог остановиться. Ему всегда казалось , что он любил Аду, таким светлым и нежным чувством и именно такой в его понимании должна быть любовь. С Алисой было нечто грешное, неправильное.       По пути домой они не разговаривали, Оз смотря на мрачных ребят, решил что они опять поссорились. Алиса краснела каждый раз , когда смотрела на Гила, и ее бесило, что он был совершенно обычен. Где-же делся этот стеснительный и робкий парень, что не мог связать двух слов перед Адай. Ада! Неужели она не на столько хороша, чтоб перед ней краснеть и смущаться? От этих мыслей губы были искусаны почти в кровь, что не укрылось от любопытного Ворона. И он опять криво улыбнулся , выходя из экипажа. " Ты всегда в моей голове" Как ей себя вести, что ей делать с ним? Ещё вчера Алиса думала, что он ненавидит ее, а сегодня... Собственно , что сегодня? " Пустить тебе пулю в лоб" Возможно Гил и не сказал ей ничего приятного, может она сама все придумала. Кроме: " Поцелуй меня" Попросил. И она бы поцеловала, но не успела сообразить , что именно он тогда сказал. Засомневалась, не сон ли это все, а он не стал ждать и взял сам. Но ведь все остальное было не таким уж и приятным? Он назвал ее болезнью, можно ли это считать комплиментом. Болеть всегда плохо. Почему тогда становилось так сладко и жарко. Хотелось слушать, внимая каждому слову. То как он прикасался, дурманело сознание. " Ты жалкий... Кому ты нужен" эхом пронеслись собственные слова. А если это лишь способ показать, что он не жалкий. Если это так... Какой позор! Как они докатились до всего этого ?