Формальность

Сидя в придорожном кафе возле заправки, Луз ждала автобус, который должен был вот-вот приехать. Но он опаздывал уже на целых 5 минут. Она ничего не могла с этим поделать, так что просто допивала свой «обед». Ей было настолько скучно, что Луз собиралась пойти к официанту, который там на удивление был, в отличии от нормальной еды, и спросить про это место: его историю, владельца, хоть бы что-то, лишь бы он поговорил с ней. Носеда ведь довольно разговорчивая, а тут... Поговорить можно только со стульями, пустыми бутылками, коробками из-под еды и пластиковыми столиками с остатками подушечек. К слову о подушках: они были все в пятнах и видимо когда-то белыми, но после миллиона раз, что их постирали, они стали серо-желтого оттенками, со следами кетчупа. Луз побоялась садиться, на эти прекрасные остатки былой роскоши и удобства для посетителей, поэтому она вежливо попросила перчатки у персонала, ибо даже прикасаться к этому всему, ей было страшно. Носеда все время задавала себя вопрос, зачем она сюда пришла, Она ведь знала, что все будет вот так вот ужасно. Лучше уж на обочине трассы сидеть, чем в этом «прекрасном» месте. К тому же там воняло бензином, и машины постоянно приезжали туда заправляться, поэтому постоянно сигналили. В кафе не было ничего интересного, а в меню был один фаст-фуд, что неудивительно. Она хотела позвонить матери, но та была занята работой, в прочем как обычно. Девушка давно привыкла к тому, что мама вечно что-то делает и почти не обращает на нее внимания, как жаль, что жизнь человека так тяжела. Но ведь мать должна уделять время своей дочери, да? Кажется, что она даже не заметила отсутствия единственной родной души. Наконец-то эта машина ожидания прибыла на положенное ей место. Луз не очень нравилось торчать в этой забегаловке с однообразным меню и огромными ценами. Она должна была сохранить хоть что-то на первый день проживания в общежитии. Когда автобус тронулся, было около 7 часов вечера и на улице было темно. Фонари у дороги освещали её, но этого было мало, чтобы, например, увидеть человека, движущегося по краю дороги. Слава всем богам, водитель не должен был никого сбить, ибо время позднее. Да и в целом это никому не надо, а в особенности Носеде, которая все же хотела поспать без приключений, а потом проснуться, полной сил и энергии и заселиться. Это было бы идеальным сценарием. По окну начали стучать капли и все поняли, что начался небольшой дождь. Все было мрачным, а на улице, казалось, что было очень холодно. Ужасно хотелось спать и настроения уже совсем не было из-за опоздания автобуса, не самой лучшей еды и стучащего по окну дождя. Это все слишком вымотало девушку и она буквально «валилась с ног», но почему-то глаза закрывались, а мозг не отключался. Луз все время думала о том, что ее ждет завтра: какой будет ее соседка? что будет за комната? какими будут учителя? будет ли вкусной еда? и тд. Она волновалась из-за предстоящего, а так же из-за того, что мама все так же не отвечала. Это было странно. Хоть она и работала почти все время, но всегда перезванивала ей. Из-за всех этих факторов, Луз долго не могла войти в царство Морфея, но все же она успокоилась, и автобус все так же тихо и невесомо ехал по трассе, стучал по окнам дождь, а в салоне мирно спали люди-студенты, такие же как и Луз Носеда. В кармане начал вибрировать телефон. Это было неожиданно, так как на часах было 5 утра. «Точно, мама ведь не знает о том, что у нас разные часовые пояса!» — эта мысль посетила Луз, когда она резко проснулась от навязчивости мобильного. Телефон перестал терроризировать бедро девушки, а она наконец-то смогла его достать. «Черт, она сбросила, так что придется перезванивать.» — клацая по кнопкам, Луз надеялась, что мама не отошла от телефона и не позвонила в «911» от того, что ее любимая дочурка не отвечает. Вообще Камилла в последнее время стала очень странной. Раньше она постоянно заботилась о дочери, и Луз это не особо нравилось, так как постоянная опека матери приносила ей некоторые неудобства. На самом деле переходило все черты заботы. Психология говорит, что такое явление называется «гиперопекой», и Луз была полностью согласна с ассоциацией Камиллы с этим термином. Мать буквально не давала ей ничего делать, ибо дочь может пораниться. Банальную яичницу, Луз приготовить не могла. «Это опасно для тебя, милая.» — такой ответ получала Носеда, на все свои просьбы что-то сделать самой либо куда-то пойти. И ей не передать словами, как была шокирована мама, когда директор школы, в которой училась ее дочь, постоянно вызывал ее, с приказом усмирить Носеду. А Камилла поверить не могла, что ее золотце вытворяет такие ужасные, по ее мнению, вещи. Ужасными являлись обычные проявления переходного возраста. Например: отказ делать что-либо из того, что просит ее классный руководитель, которого, к слову, Луз не очень-то и любила, ибо именно она постоянно доносила директору о поступках девочки. «Правильная учитель» никак не могла понять, почему на вид приличная школьница, ведет себя, как 14-летний мальчик, которому не уделяют внимания родители и он делает все, что угодно, лишь бы они пришли и поговорили с ним, не важно о чем. Но Луз, как раз наоборот, хотела, чтобы мама меньше заботилась о ней. Сейчас же, у Камиллы постоянно было много работы и она почти никак не контролировала девушку, но все равно пыталась это делать, когда у нее было хоть немного свободного времени. Как же долго Луз уговаривала ее, отпустить в университет, который находится в Манчестере. Да, это Англия, и очень далеко от их места проживания. Нужно ехать туда более, чем 2 дня, пересаживаясь на разные виды транспорта. Вообще, новость о том, что Носеда выиграла конкурс и может поехать туда учиться, повергла Камиллу в шок. Она немного смирилась с дочерью-бунтаркой, так что никак не ожидала того, что она выиграет конкурс для «правильных девочек». — Ты кому-то платила за это? Я не верю, что ты могла это сделать… Я тебя последние 2 недели дома не видела. Ты постоянно где-то бродила. У тебя ведь не было времени на подготовку, когда ты успела? — реакция мамы была неоднозначной. Она вроде и рада, но в то же время не верит, что такое могло случиться с Луз. — Ну мам, почему ты просто не хочешь поверить мне, что я серьезно еду туда учиться и твой отказ не принимаю, ибо я уже достаточно взрослая, чтобы жить одной. — Одной значит… Мы с этим потом разберемся, а сейчас объясни, как ты прошла хотя бы на первый тур. — Все очень легко и просто, — радо говорила Носеда, — ты думала, что я гуляю, а я в это время ходила к одной учительнице и занималась у нее. Ты знаешь, я очень хочу туда поехать! Это один из лучших университетов, таких как Оксфорд или Кембридж! — Луз видела на лице матери небольшое смятение. Она несомненно была рада тому, что дочь выиграла билет в счастливое будущее, но она не готова была принять то, что ее единственный человек, что всегда рядом, может уехать. Далеко. И надолго. Камилла думала об этой новости, одновременно хорошей и не очень, около трех месяцев. Все летние каникулы, Луз ежедневно говорила маме о том, что все будет хорошо и это шанс, который ни в коем случае нельзя упустить. — Такое бывает раз в жизни! Если я выиграла, значит, что я обязана поехать. Я достойна того, чтоб там учиться. — последняя фраза все же убедила Камиллу отпустить дочь во взрослую жизнь. Она ведь всегда хотела только лучшего для нее и она не может отказать. Возможно действительно, это ее шанс быть лучше всех в мире? Ведь этого хочет заботливая, любящая и хорошая мама… А это главное для Камиллы. Луз набрала номер с подписью «Мама❤️» и прозвучали первые гудки. У нее была привычка считать сколько она услышала этих «бззззз». И сейчас их было 5 прежде, чем на другом конце послышался волнующийся голос мамы. — Доброе утро, Кариньо! Как твои дела? Все хорошо? Ты уже в общежитии? Как дорога? У тебя есть деньги? Ты выспалась? Видела свою новую соседку? — вопросы сыпались так, что Носеда не успевала ничего сказать. — Мам, стой. Я еще еду и на часах у меня 5 утра. Заселиться в общежитие, я смогу только в 9, а ехать мне еще часа 3, не меньше. Но когда я приеду, я обязательно позвоню. — Луз наконец-то смогла остановить этот поток вопросов, хлынувший на нее через минуту после пробуждения. — Ой, я забыла, что теперь у нас разные часовые пояса. Прости, что разбудила, ты должна была выспаться, перед таким важным днем. Как я могла? Теперь моя дорогая Кариньо не сможет хорошо выспаться, я ведь уверена, что тебе некомфортно спать в автобусе с этими жёсткими сиденьями и храпом остальных. — Все. Хорошо. — это единственное, что смогла сказать Луз, — Приеду — позвоню. Она не хотела дальше объяснять маме то, что она сможет объяснить позже, после приезда. Она ведь все равно захочет подробностей, а рассказывать по несколько раз, Носеда не хотела. К тому же, ей ужасно хотелось спать, так что тратить лишние минуты, она все же не собиралась.