Ты - мой Адреналин.

      Мы все еще сидели в аэропорту и ждали объявления на регистрацию. Максим крепко держал меня за руку, иногда целуя в висок. Сейчас он казался необычайно милым. Он был тем Морозовым, о котором я даже и предположить не могла: добрый, нежный, заботливый, снисходительный и милый! О Максиме я всегда думала как о парне лишь грубом, беспардонном. За эти месяцы мое отношение к нему кардинально изменилось. Любила ли я его? Возможно. Перемены происходят стремительно быстро и уследить за течением времени стало труднее. Все навалилось разом и разобраться мне нелегко. Моя жизнь перевернулась с ног на голову за столь короткое время. Если честно, то я до сих пор не могу прийти в себя от тех слов, сказанных Максимом в тот злополучный вечер. Он говорил о том, что он мой ангел и что он признан меня охранять. Не каждый бы спокойно воспринял такую информацию. Думаю, мне еще многое придется познать и пережить. — О, какие люди! — хохотнул Дима.       Я подняла глаза и увидела знакомую фигуру, что приближалась к нам. Темные волосы, светлые глаза, в которых, кажется, пропал былой блеск. Высокий рост и широкая походка. В этом всем я узнала своего старого друга Лёшу. Вид у него был изнуренный, замученный. Кожа бледная, губы потрескались и покраснели в некоторых местах. Над бровью виднелся небольшой шрам, который говорил о недавней бойне. Я почувствовала, что мое сердце будто сжалось, а легкие заледенели. Последнюю нашу встречу я бы предпочла забыть навсегда. Но перед глазами промелькнул образ угольных глаз друга, движение его руки, в которой находился нож.       Лёша стремительно направлялся к нам, смотря мне прямо в глаза. Максим сжал мою руку, притягивая к себе ближе. — Спускаться в Ад легко, а? — вдруг произнес Костя. Я бросила на него укоризненный взгляд, и парень недоумевающе посмотрел. — Лиза, — голос Лёши сорвался, но друг откашлялся, — я хочу с тобой поговорить. — Как ты вообще узнал, что я здесь? — У него свои демонические каналы. Связи там, — оскалился Дима. — Не заткнуться ли тебе? — Лёша шагнул к парню на встречу, но я подскочила, заслонив собой друга. — Серьезно хочешь сразиться с нами, прячась за спиной моей девушки? — вальяжно и расторопно начал Максим, усмехнувшись в лицо Лёше. — А что, если и хочу? На что ты способен, Морозов? Докажешь мне, кто же ты такой? — Эй! Успокоились! — закричала я, толкая друга в грудь. Он все так же сверлил глазами Максима, а тот в свою очередь его. — Ты пришел сюда поговорить со мной? Может, тогда поговорим?       Васильев кивнул, не собираясь отрывать взгляда от Морозова. Тогда я подхватила парня за руки и повела в сторону выхода. Мы остановились возле дверей, и лишь тогда Лёша посмотрел на меня. Взгляд его был наполнен тоской, безвыходностью. Еще никогда я не видела друга столь в ужасном положении, его тоскливого взгляда, пустых глаз. Я всегда замечала в нем то, на что несомненно стоит ровняться, чем нужно дорожить и беречь. Он никогда не предавал, не лгал и угождал мне. Возможно, я догадывалась о его чувствах, но сказать о своих догадках никак не решалась. — Прости меня, — сказали мы одновременно.       Лёша вздохнул. — Тебя-то за что? Это я чуть не убил тебя... — он виновато опустил голову. — Это был не ты, а тот демон, который овладел твоей душой! — я коснулась его плеча и сжала, пытаясь поддержать. — Прискорбно, но я помню все, — тихо сказал он, и глаза Лёши потемнели. — Как пытался тебя убить, как... поцеловал.       Я собиралась было ответить, но Лёша опередил меня: — Мне очень, очень стыдно перед тобой, и я никогда себя не прощу, — он прокашлялся. — Но... Морозов. Как ты могла? — Прости, — я приблизилась к нему. — Так вышло. Я знаю, что он тебе не нравится. — Мне не нравится минералка без газа, — произнес Лёша ледяным тоном. — Мне не нравятся прилизанные мальчики из поп-групп, мне не нравится стоять в пробках, но Морозова я ненавижу! Чувствуешь разницу?       Я раскрыла рот, не в силах что-либо произнести. Васильев злился, и я чувствовала его ненависть. Она источалась повсюду. Из его потемневших глаз, сжатых кулаков и спины, натянутой словно струна. Сейчас передо мной стоял не мой друг, а тот человек, которого я совсем не знаю. — Я люблю тебя, Лиз.       В нотках его голоса послышалось отчаяние, будто внутри что-то оборвалось. Я застыла, не в силах говорить. — Лёша... — Я всегда надеялся, что в ответ на мое «я тебя люблю», я услышу «я знаю», как Лея сказала Хану в «Звёздных войнах». — Мне жаль, но твои надежды не оправдались.       Максим со стиснутыми зубами и сжатыми до побеления костяшек кулаками стоял и наблюдал за нами. Он явно злился, судя по его состоянию. Я попыталась вызвать в себе как можно больше жалости, ведь Максим чувствует то же, что чувствую и я. Морозов бросил на меня пятисекундный жалобный взгляд, но потом снова уставился на Лёшу. Глаза Морозова будто потемнели от злости. Мне вся эта ситуация начала порядком надоедать и пора было уже вмешаться, как прозвучал голос диктора, передававшего информацию об открытии регистрации. — Максим, идем, — я подошла к парню и взяла его за запястье. — Кто я? — неожиданно произнес он, заставляя меня замереть. — Я - Ангел. А ты? Ты - глупый и примитивный, которого через года три постигнет ужасная участь. — Максим! — воскликнула я. — Участь? — неуверенно переспросил Лёша. — Нужно включать мозг прежде, чем заключать контракт с демонами, — выплюнул Макс и, схватив меня за руку, повел к столику регистрации.       Я постоянно оглядывалась, пока Максим тянул меня за собой. И вдруг, оттолкнув Морозова, побежала к Лёше, который в это время стоял, опустив руки. Макс, кажется, был так ошеломлен, что даже не стал меня останавливать. Кинувшись другу прямо в объятья, я сжала его плечи и беззвучно заплакала. Мне никогда еще не было так тоскливо. Я знакома с Лёшей с самого детсва и просто так его отпустить сейчас - это было бы просто невозможно. Казалось, мой друг заплакал сам, так как его плечи чуть подрагивали. Казалось, что я прощаюсь с ним навсегда. Будто бы с ним или со мной что-то произойдет. О плохом думать нельзя, но мысли сами закрадывались в мою голову. — Прости меня. Прости меня, — шептал друг.       Сколько раз он повторил это еще? Не сосчитать. — Мне нужно идти. Пока.       Я отстранилась и заглянула в чуть заплаканные глаза парня. Он усмехнулся и нехотя отпустил меня. — Твой бойфрэнд злится, — улыбнулся Васильев и смахнул пальцем с моей щеки слезу. Я чуть опустила голову, и он с сожалением отпустил руку. — Пока, моя верная подруга. — Я буду скучать! — воскликнула я, отходя назад.       Лёша улыбнулся мне вновь, а я уже обернулась и поспешила к Максиму. Он лишь опустил глаза.