Ждём-с Грэмми. (Из записок Фиолетовика, поклонницы бантан и нашей Маши)

После окончания трансляции Юнги и небольшого перерыва очень мрачный менеджер попросил артистов BTS пройти в комнату отдыха и собраний. Ох не любят Бантаны, когда их созывают с такими серьёзными минами в эту непростой кабинетик. Ооо, сколько в нём всего намечено-обговорено-сделано! Косяков замолено, по сценарию на камеры снято и наговорено! И тут, вот оно, опять и снова, – общий сбор. А всё и так не то, а тут, прям, душеньки мемберов не на месте, и это одновременно у всех! И не очень-то радостные представители стафф, сновавшие туда-сюда, оптимизма не добавляли. Тревога Бантан резонирует и, многократно увеличиваясь, уже становится похожа на панику… – Ну всё, прощайте, вы были лучшими Бантанами из всех возможных бантанов, – тихо шепчет мемберам Намджун. Чимин тоже каждому в глаза грустно-грустно посмотрел. – Не ссы, максимум, что сделают – это уволят, – прошептал Юнги. Чимин в ответ лишь тяжко вздохнул. – Ага. А счастье было так возможно, и даже Грэмми нам светил, – совсем тихим и бесцветным голосом добавил Хоби. Чимин молча слезу смахнул и убежал поскорее вперёд, пока кто-нибудь не заметил глаз, полных слёз отчаяния и несбывшихся надежд. – Ну и ладно, актёром стану, Оскар возьму, может быть, когда-нибудь, на пару с Тэ, – Джин похлопал ободряюще Тэхёна по плечу и получил в ответ выстраданную, фирменную улыбку. – А я как же?! Я тоже Оскара хочу, и Грэмми. И музыкального Нобеля тоже хочу! Из рук самого короля, – Чонгук заговорил уже громко. – У тебя шнобель до Нобеля не дорос, – обломил фантазии макнэ Шуга, – шагай давай, не задерживай движение. В коридоре на трёх метрах не заблудишься, от собрания в БигХит, как от армии в Южной Корее, не откосить. И вообще, зачем тебе миллион шведских крон? Чонгук: – Как зачем? Чтобы был! Намджун: – Логично. Ну вот мы и пришли. Сейчас нам всё здесь предельно доступно объяснят. Ребята зашли в комнату, в которой оказались их тревожные чемоданища. – Я их уже проверил, – встречал Бантан Чимин, – в них тёплые вещи и личные принадлежности. Тэхён: – А я узнал, нам ещё и самолёт приготовили. Джин: – Неужели решили в прямом эфире выступать?! Жесть. А как же предзапись? Что, зря сцену воссоздавали для эффекта присутствия на настоящей церемонии? Хоби: – Я не смогу. Я только жду – меня уже трясёёёт. Юнги: – А кого это е… волнует. Джин: – Я тоже не смогу. У меня сердце слабое, я ж уже старый. Юнги: – Да, даже у меня руки трясутся, смотрите. Чонгук: – Так ты тоже, почти старик. Хосок: – А у меня руки холодные – это что? Я почти кто?! В это время зашли загадочные менеджеры, хмурые помощники и решительный PD-ним с ними, одно слово – Компания, и тут же вклинились в разговор: – А руки – фигня, главное – нос! Бантан: – А-ааа? Компания: – Вот заморозишь нечаянно нос, значит, всё, почти хана. Бантаны: – А-ааа? Компания: – Мы вас морально подготовили? Подготовили. Теперь слушайте и запоминайте. Ради сохранения движимого и недвижимого, но всегда-везде евро-воны-зарабатывающего имущества Компании, в этой стрессовой ситуации ожидания результатов Грэмми мы решили и постановили устроить встряску для расслабления напряжённости внутри вашей шайки-лейки Бантан и устроить игру на выживание, исполнить вашу давнюю мечту. Бантаны: – А-ааа? Компания: – А помнишь, Шуга, ты хотел в Сибирь для экстрима? Вот, время пришло. Денька на 2 смотаетесь, развлечётесь, нервишки у всех успокоите. Бантаны: – О-оо, Сибирь, Россия! Так романтично! – И многозначительно посмотрели на Гука. Чонгук мечтательно: – Хочу! Компания: – Не знаем, как насчёт романтики, но сразу предупреждаем: выжить в России – дело нешуточное. Чонгук решительно: – Хочу!!! Компания: – Красота и дикость зимней природы, воинственность и бесшабашность местного населения, плюс их гостеприимство, наглость и креативность – это тот ещё салат! Или, как говорят россияне –винегрет! Душу вам точно перевернёт! Стафф вон, как радовались по приезду на родину, только непонятно от чего: от того, что съездили или что, наконец, вернулись? Чонгук нетерпеливо и восторженно, даже захлопал: – Хочу! Хочу! Чимин: – Кто бы сомневался!