Помутнение

Декабрь. Три месяца пролетели быстро. Я заставлял себя заниматься чем угодно, учебой, тренировками, чтением, лишь бы не думать о нём. И произошедшем в начале года. Зима в этом году холодная и очень снежная. Люблю зиму, все вокруг спит. Темнеет рано, небо над школой всегда синее и звёздное. Все суетятся и готовятся с зимним праздникам. Я любитель посидеть на подоконнике зимой в комнате и посмотреть на эту завораживающую красоту - это уже вошло в привычку. С самого детства это было моим любимым занятием. Я забиралась на верхний этаж дома, за что очень часто получал подзатыльник от дяди Вернона, и из его окон следил за прохожими, которые мчались куда-то. Привычная рутина по дому превращалась в волшебство. Я убирался дома, развешивал украшения, и даже Дурсли в те дни мне казались менее капризными. Иногда, даже, дарили подарки, те что не понравились Дадли. Так у меня появились солдатики. Но когда я впервые увидел зиму в Хогвартсе, я чуть не сошёл с ума, огромная ёлка, невероятные снежные горы вокруг, каждый студент в школе бегает и чем-то занимается, дарят подарки. И без того по-настоящему волшебное место превращалось в то, о чем я всегда мечтал. Вчера был последний день занятий в стенах школы у нашего курса, в этом году. Нам дали сутки на то, чтобы собрать необходимые для жизни, в полевых условиях, вещи. У меня не много вещей, я уже всё нужное мне собрал. Кинул пару любимых свитеров, две книги и мантию на всякий случай. Я немного переживаю, готов ли я быть капитанам своего факультета. У нас есть ученики, которые больше заслуживают этого звания, чем я. Взять ту же Гермиону, она каждое заклинание знает так, словно это она их придумывала. Рано утром в большом зале нам представили учителей, которые будут с нами все это время. Во главе всей этой делегации стоял профессор Снейп. Выглядит он бодро, но что-то мне подсказывало, что он переживает не меньше нашего. Его взгляд нервно гулял по залу. Он явно пересчитывал студентов. У него вошло в привычку завязывать волосы. Что это? Смена имиджа? Он был в зимнем плаще, в перчатках выглядело это нелепо, ему точно было неудобно. Последние три месяца он практически не носил свои мантии, он отдавал предпочтение рубашкам, жилетам или пиджакам. Видимо отвык. Мы с ним больше не обсуждали все то, что произошло в начале года. Я уже даже немного свыкся с тем, что мы молчим об этом. Он мой учитель, я его ученик и не больше, я убедил себя в этом. Хотя от малейшего его взгляда внутри что-то переворачивается до сих пор. Я был открыт для разговоров. Пару раз за все время я ловил на себе его взгляд. Но при этом я понимал, что настолько извращённые отношение никто не примет и не поймёт. И мы обоюдно решили молчать. Мы прибыли в лагерь к вечеру. Он был большой, по несколько палаток на факультет. Из каждой из них валил дым, видимо их разогрели перед нашим прибытием. Лагерь хорошо освещался, все дорожки были расчищены. Огромная толпа студентов кинулась занимать лучшие для себя места в палатках. Видимо сегодня эти палатки увидят не один спор за места. Я зашёл в свою палатку, она была довольно большая и тёплая. Помещение было разделено на шесть комнат. Одна комната была общая, четыре комнаты для капитанов и шестая - это душ. Задача этих сборов - экзамен, вернее подготовка к нему. У нас не было цели соревноваться между факультетами, но не все это понимали, Малфой сразу всем своим важным видом показал, что он тут главный и занял самую большую комнату. Я наоборот выбрал ту, что самая маленькая и уютная. В моей комнате, на тумбочке, стоял неизвестный мне предмет, как только подошел ближе я заметил, что из него в разные стороны, подобно воде, льется дым. Запах сандала и диких трав. Запах Северуса. Я и не понимал, что думать. Разложив быстро вещи, я пошёл к своим друзьям. Их палатка отличалась от моей, он была меньше, но теплее. Рон сидел один, Герми нигде не было. — Привет, а где Гермиона? - спросил я его. — Гарри, вот ответь мне на вопрос, почему у меня все спрашивают о том, где Гермиона и почему она не со мной? - агрессивно спросил Рон. — Ну, она обычно помогает тебе, вы часто вместе сидите и у кого я ещё должен спросить о том, где она? - возмущённо ответил я. — Я не знаю где она и это палатка для парней, так что вряд ли ты ее тут найдешь. — ответил он и ушёл в свою комнату. Разговор не задался. Я немного напрягся, их ссоры начали и меня задевать, но лезть в их взаимоотношения я не собираюсь. Просидев так еще немного, я натянул на голову шапку и покинул палатку Рона. У нас был целый свободный вечер на то, чтобы адаптироваться. Звёзды скрылись за тучами, но мне не хотелось сидеть в комнате, я пошёл осмотреть округу. Ученики шумели, кто-то пронёс с собой алкоголь, кто-то просто сплетничал, у кого-то были свидания, преподаватели ходили и проверяли учеников. Северуса я так и не встретил, хотя очень хотел спросить у него про штуковину в моей комнате. Он будто знал, что я выберу именно эту комнату. А может предмет появился после того, как я ее выбрал. Я же уже отошёл от лагеря в сторону леса. Тут было тихо и спокойно, то чего мне не хватало. Я обернулся на лагерь он весь светился огнями, по кругу висели гирлянды. Со стороны он выглядел внушительнее. Спустя какое-то время, пошёл снег. Его крупные хлопья слепили глаза. Я отошёл от лагеря достаточно далеко и уже пришла пора возвращаться. Стало холодать, ветер начал усиливаться, лагерь было видно все хуже и я все же выдвинулся в его сторону. Прошло уже достаточно много времени, что меня не было в лагере, час, полтора, как бы меня искать не начали. Я шёл в сторону огней, пока они совсем не престали быть видны из-за снега, но было ощущение, что я не приблизился ни на шаг. Ветер завывал все сильнее и сильнее. Снег уже проникал под куртку и я ощущал его обжигающий холод. Ноги прекращали слушаться. Казалось будто время остановилось. Если меня найдут, надеюсь, что я буду мёртв, а иначе я не выдержу насмешек надо своей глупостью. Именно об этой мысли я потом буду жалеть. Ко всему прочему в голове мысли мешались в один компот, мне не было страшно, не было грустно. В голове крутились различные картины: ссор Рона и Герми, занятия в школе, Дурсли и подготовка к праздникам, я капитан команды, лицо профессора, его запах. Я уже не шёл я лежал в этой пурге мыслей и не мог подняться. Глаза закрылись сами собой.