Я НЕ НУЖЕН ТЕБЕ✌️

Сергей окинул взглядом снизу вверх огромный небоскрёб, и тяжело вдохнув шагнул внутрь. За стеклянными дверьми мужчину встретило просторное помещение, в конце которого светились двери лифта. Без всяких раздумий актер двинулся в их сторону. — Сергей. Неужели внутри такое яркое солнце? Или это так ослепляет ваша улыбка? — женским механическим голосом донеслось откуда то из потолка. Голосовой помощник-юморист конечно немного смущал, но за обещанный гонорар Горошко готов был потерпеть и не такое. В кабинете парой тройкой этажей выше нарисованная блондинка любезно сообщила владельцу офиса о прибытии гостя. — Сергей. К Вам посетитель. Актёр театра и кино Сергей Дмитриевич Горошко. Впускать? Разумовский стал лихорадочно пытаться закрыть страничку пришедшего актера в Инстаграм, которая была открыта на интерактивном экране, встроенном в письменный стол. — Да! - ответил Сергей своей помощнице Марго. В помещение вошёл высокий красивый мужчина. В белой футболке, джинсах, накинутой на плечи олимпийке и квадратных солнцезащитных очках. — Здравствуйте! Сергей. — актёр представился и протянул руку рыжему программисту. Тот нервно вскочил со стула, почти подбежал к гостю и ответил на его жест приветствия. — Сергей Разумовский. — Для меня на самом деле непривычно, что отбор актеров для рекламного ролика проводит сам обладатель бренда. Я присяду? - Горошко уронил своё тело на стул рядом с письменным столом. — Но я рад с вами познакомиться. Разумовский стоял как вкопанный сжимая в руке банку с газировкой. Потом резко опомнился, и присел за свое рабочее место — с другой стороны от гостя. — Да. Я тоже рад знакомству. Что ж к делу.. Горошко заметил как айтишника странно подёргивает, но мужчина списал это на нервную работу и накопившуюся усталость. Всё таки человек открыл собственную социальную сеть! Это вам не за хлебом в магазин сходить. — Я создатель социальной сети «Vmeste», для её популяризации мне нужно несколько промо-роликов для размещения на разных ресурсах. Что бы, так скажем, больше людей о ней узнали. Я бы хотел что бы вы стали лицом Vmeste. У вас подходящий типаж, и в целом мне кажется вы активный пользователь соцсетей. — уже во время произнесения последней реплики Разумовский знал, что лжёт. Он давно изучил все аккаунты Горошко на всех серверах, и прикрасно знал, что тот очень редко на них заходит. Но было бы слишком подозрительно выдать свой нездоровый интерес, по этому мужчина решил соврать. — Та, на самом деле не сказал бы. Но в принципе я согласен, на ваши условия. Тем более, сейчас я снимаюсь только в одном проекте, по этому и занятость позволяет работать с вами. — Серёжа слегла улыбнулся. Нельзя сказать, что это было к месту, но Разумовский был настолько напряжен, что Горох решил хоть немного его подрасслабить. — Да, это да.. Это хорошо. Тогда подпишем контракт, и.. вот.. со следующей недели начинаем работу. — Разумовский слишком часто запинался и покашливал. Горошко уже стал задумываться, а не принимает ли чего часом этот «крутой программист». Поскольку в купе с постоянным нервным тиком создавалось ощущение, что у него ломка. — Сергей, а почему вы в очках? Простите. Горох слегка хихикнул. Это был его любимый вопрос из всех возможных. — Не знаю. Я всегда в очках. Просто.. Та не знаю. - Серёжа секунду помедлил и таки снял свои рейбены. Если его работодателю так легче, то без проблем. Мужчины подписали контракт в электронном виде, поскольку у Разумовского по другому не бывает, и разошлись как в море корабли. *** Всю последующую неделю Разумовский занимался исключительно просматриванием разного рода подкастов и интервью с участием Горошко. Казалось, что Сергей сутками мог смотреть на то как тезка разговаривает, двигается, жестикулирует, улыбается, смеётся… Программиста безумно будоражила одна только мысль о том, что у него есть возможность работать и сотрудничать с этим человеком. Горошко казался Разумовскому каким то посланником с другой планеты. Будто таких людей больше не существует, и этот актёр самый особенный человек из всех восьми миллиардов людей на планете Земля. В свою очередь Горох не вспоминал о Разумовском до момента, пока не получил от него письмо на электронную почту со сценарием, местом, временем и всеми остальными условностями. *** Наконец начались съемки серии промо-роликов. На студии царила волшебная атмосфера безумства и хаоса, вперемежку с упорядоченной и слаженной работой специалистов. И создавал эту атмосферу только один Серёжа. Его бесконечно мощной энергетики хватало на то, чтобы заразить ею всех присутствующих. — Всем привет! - в помещение студии впорхнул Разумовский, когда уже было отснято несколько пробников. — Сергей, добрый день. Программист отдельно пожал руку Горошко, и уселся на диван прямо напротив натянутого хромакея. Мужчина просто не сводил глаз с актёра в кадре. Сергей заметил, что тезка кое-где поменял слова в тексте, начинал гнать отсебятину, но Разумовскому уже на это было глубоко плевать. Горох мог просто стать в кадр и молчать, и даже это, по мнению айтишника, уже было бы шедевром мирового масштаба. Спустя какое то время студийная часть видеоролика была снята, и Разумовский решил актёрам и всем закадровым рабочим заказать суши в качестве обеда. Когда же наконец еда была доставлена курьером, все дружно уселись кушать. Горошко развлекал всех странными рассказами, а Разумовский только не отрываясь смотрел на него. — Сергей, присоединяйтесь. Вы что нибудь будите? - наконец обратился Серёжа к программисту. — А? Да. То есть нет. А давайте на «ты» может? — в конце Разумовский увенчал фразу подёргиваем плеча. Эти микро-движения уже были что-то вроде знаков препинания. — Та давай. Как тебе удобно. Так будешь что-нибудь? — Горох случайно уронил палочку, и поднялся из-под стола уже с новой затеей. — Кстати, смотрите что могу! Серёжа взял в руки обе палочки, и начал на столе отбивать какой-то ритм. Спустя секунд тридцать все уже поняли, что за песню пытается выдать сей великий барабанщик. Это была “Whatever it Takes” Imagine Dragons. Разумовский как заколдованный смотрел на Горошко, не в состояние даже моргать. После того как Серёжа доиграл какой то кусочек песни, все стали хохотать и аплодировать ему, а девочка-гримёр, даже сняла сей перформанс в сторис. — Да ты прям барабанщик! - наконец выдавил из себя программист. Разумеется Сергей знал, что Горошко барабанщик, и что он несколько лет оттарабанил в группе. Но ради приличия Разумовский все таки не стал распространяться о том, что знает всю его биографию начиная от девичьей фамилии прабабушки по линии двоюродного брата отца. — Да. Ну так я, собственно, в некотором роде барабанщик. Было дело, да.. - Горошко, будто ничего и не произошло, как не в чем не бывало продолжил кушать суши, а Разумовский медленно превращаться в лужу. *** Горошко сидел на своей крохотной кухне, и пил зелёный чай. Часы показывали 10:46. Сегодня у мужчины весь день был свободным, бежать никуда было не нужно, и лишь глубоким вечером намечалась уличная съемка, всё для тех же промо-роликов Vmeste. Вдруг из раздумий Серёжу выдернул телефонный звонок. На экране одиннадцатого айфона высветилось «Разумовский✌️». — Господи, что ему надо? – прошептал сам себе Горох, и поднял трубку к уху. — Да! — Сереж, привет! - донёсся голос программиста с другого конца провода. — Да, да, привет, что-то случилось? - пока Горошко разговаривал по телефону беспрерывно строил недовольные гримасы. Вечная нервозность и беспокойство Разумовского потихоньку начинала его изматывать. — Сегодня ночная съёмка, помнишь? — Ну естественно. Куда ж я денусь, помню. — Просто решил уточнить. Ничего страшного что ты так поздно домой вернёшься? Твоя супруга не будет против? - Разумовский считал себя светочем гениальных мыслей. С помощью такого нелепого предлога мужчина решил аккуратно подъехать к теме о возможной жене собеседника. Айтишника крайне интересовало в каких отношениях Серёжа состоит со своей коллегой Дашей, и почему он носит кольцо, если на интервью говорит, что не женат. От произнесённого Горох чуть не поперхнулся собственной слюной. Это ж надо актеру такие идиотские вопросы задавать? — Ну во-первых, я же актёр, и поздние возвращения это в порядке вещей. А во-вторых я не женат. — Серёжа поглядывал на своё кольцо на безымянном пальце правой руки. Он его носил, только лишь для того, что бы не возникало лишних вопросов, поскольку беседы о браке актёра невероятно триггерили. — А, извини. Прости. Некорректный вопрос. Просто я думал Даша.. — Даша? - Горошко перебил собеседника. — Шамина что ли? Нет, вот кто-кто, а она мне точно не супруга. К тому же она сама уже давно замужем. Даша просто моя очень близкая подруга, я бы даже сказал…в общем, она мне как сестра. По этому да, всё в порядке. Вернусь поздно, рано, не имеет значения. Это всё? - Сережа хотел поскорее закончить этот нелепый телефонный разговор, потому что с каждым днём Разумовский начинал напрягать его всё больше и больше. — Да! Спасибо! Тогда до вечера! *** Тем вечером Разумовский так и не явился на площадку. Не то, что бы там в нем сильно нуждались, но это было подозрительно, поскольку программист всегда присутствовал на съемках, ему было важно контролировать все лично. А сегодня, на съемки основной части ролика он почему то не приехал. Горошко оказался дома лишь часа в три ночи. Завтра, а если быть точным, уже сегодня, у Серёжи был выходной, по этому были все шансы нормально отоспаться. И только мужчина почистил зубы и приготовился ко сну, как услышал долгий, непрекращающийся звонок в дверь. Горох быстро накинул первую попавшуюся футболку, поскольку по дому ходил в одних шортах, и пошёл проверять кого это принесло «в гости» в начале четвёртого утра. — Гооосподи! - протянул актёр от неожиданности. За дверьми стоял пьяный в стельку Разумовский с бутылкой шампанского в одной руке, а другой все ещё продолжал жать на дверной звонок, не смотря на то, что дверь ему уже открыли. В голове Горошко проносилось миллиард вопросов. Начиная с «откуда у него мой адрес?» заканчивая «какого он хрена по улице разгуливает в каком-то странном халате?». — Эй, ау! Та перестань ты звонить! - Серёжа резким движением отодрал руку айтишника от дверного звонка. И тот, будто вышел из транса и поднял на Горошко глаза. — Ну ты зайдёшь, может быть? Разумовский просто молча кивнул и споткнувшись об порог весьма изящно грохнулся на пол. Теперь Серёже стало понятно, почему его работодатель не явился на съемки. Он был слишком занят. Бухал. Горох быстро захлопнул дверь, и принялся поднимать Разумовского с пола, предварительно забрав у него из рук бутылку, и поставив на тумбочку. Серёжа усадил программиста на табуретку, и стал пытаться заглянуть ему в лицо. Но мужчина только что-то мычал. — Ты че так нажрался? Эй! Гений, плейбой, филантроп, ты меня слышишь вообще? Как ты узнал где я живу? Та блять, алло! - Серёжа щёлкал пальцами перед носом Разумовского, то тот лишь смотрел на него, и не мог выронить не слова. — Я с кем разговариваю? В какой-то момент Горошко замолчал и стал всматриваться в синие глаза напротив. Мужчина только сейчас заметил какой у Сергея проникновенный и глубокий взгляд. И вдруг, в какой-то момент Разумовский стал делать странные для Серёжи движения. Он очень очень медленно и аккуратно сокращал расстояние между их головами. Горошко сразу понял, что происходит, но то ли не было сил возразить, то ли актер и не планировал этого делать, и просто стоял не шевелясь, ожидая что же будет дальше. Разумовский резко вцепился пальцами в шею мужчины напротив, и накрыл его губы своими. Горошко почти сразу ответил на поцелуй. Программист таки сумел подняться с табуретки и не отрываясь от губ Горошко стал стягивать с себя халат, который был на нем в качестве верхней одежды. Горох прекрасно понимал, что стоит остановиться, что это всё как-то неправильно, что по факту он сейчас пользуется пьяным человеком, который может вообще не соображает, что делает. Но было уже поздно. Страсть и невероятный накал полностью заглушили голос совести, и мужчины, не отрываясь друг от друга поплелись в сторону спальни. Входя в комнату Разумовский снова тесно познакомился с порогом. — Та ты заебал спотыкаться.. - промычал Горошко сквозь поцелуй, снимая с себя футболку. — А сам.. «Какую ошибку совершаете входя в комнату? Спотыкаюсь». - тяжелое дыхание, и алкоголь не давали возможности программисту говорить членораздельно, но эту произнесенную реплику Горошко понял сразу. — Ты все мои интервью наизусть знаешь? — Серёжа лихорадочно стягивал с айтишника белый свитшот. Тот лишь промычал, или скорее простонал что-то в ответ. Разумовский приземлился на кровать, так как состояние ему не позволяло находится в каком-то другом положении. Горошко продолжал целовать его, сначала губы, потом шея, потом грудь, торс, и ниже и ниже… Наконец неугомонные руки добрались до ширинки брюк. Горох ещё ничего не сделал, но кажется Разумовский уже был возбужден до предела. Мужчина сжимал руками простынь и тяжело дышал, периодически выдавая глухие стоны. Серый же в это время чисто наслаждался процессом. Для него происходящее было что-то вроде «вспомнить молодость». Бурная жизнь барабанщика! Бывало и не такое. Горошко так нравилось дразнить Серёжу, он то спускался вниз, то снова целовал его шею, игрался с ним, заставлял стонать, хватать себя за волосы. Это всё безумно веселило актёра, но вместе с этим, но он понимал, что мужчине под ним от этого невероятно хорошо. *** Кухонные электронные часы показывали 06:17. Горошко в эту ночь так и не сумел заснуть. Зато Разумовский, казалось, спал как убитый. Но, не успел Серёжа резюмировать у себя в голове этот тезис, как услышал шорохи в коридоре, и понял, что его работодатель уже продрал глаза, и движется куда то в поисках хозяина квартиры. — Сереж.. доброе утро. - произнёс Разумовский, который вышел в одних штанах, и уронил своё бренное тело на стул за кухонным столом. — Ага. У тебя оно небось вообще очень доброе. Воды хочешь? Могу «Алькозельцера» тебе намешать. - Горох начал шарится по шкафчикам в поисках таблеток. — Нет, ничего не надо. Ну ладно, если только воды. - Разумовский трясущейся рукой заправил прядь волос за ухо. — Сереж, то что вчера было… — Ничего не было. Забей. Это типо…Поблагодарил за обещанный гонорар. На перед, так сказать. Обратная связь с работодателем. Не бери в голову. - Серёжа напрягся, весь собрался, и практически вжался в кухонную столешницу, хотя на лице красовалась с трудом натянутая улыбка. Он боялся говорить о произошедшем с Разумовским, поскольку осознал, что что-то почувствовал. Еле ощутимое, легкое, но будто очень значимое. Но мужчине слишком много раз в этой жизни делали больно. Снова кому-то довериться — недопустимая роскошь. — Подожди. Нет.. но мы же.. ты же мне… — О господи, ну отсосал и отсосал. Что дальше? Успокойся. Что ты как школьница? - Горошко надменно ухмылялся, хотя внутри все сжималось от осознания того, что он прямо сейчас делает больно, уже небезразличному ему человеку. — Я думаю, об этом нужно поговорить… — Та не хочу я об этом говорить, ясно? - Серёжа перешёл на крик. — Забей, забудь, сотри из памяти, что хочешь то и делай! — Сереж! — Пошёл вон! - голос Горошко стал холодным и отстранённым. Он будто резал сам себя по живому, пока смотрел, как синие глаза собеседника заполняются слезами. — Ты глухой? Вали блять отсюда! Собирай свои пожитки и уебывай! Разумовский вскочил со стула, и быстро накинув на себя кофту, схватил в руки халат, кроссовки и босиком выпрыгнул в парадную громко хлопнув дверью. Сейчас парни выглядели будто две идентичные статуи, которые почему-то разместили в разных залах галлереи. Разумовский сел на лестнице, и обхватив голову руками просто дрожал и плакал от обиды и непонимания. Абсолютно такую же позу на полу своей кухне принял и Горошко. Он ненавидел себя за то, что наговорил минуту назад. Он просто струсил. Испугался. И за эту слабость ненавидел себя ещё больше. *** Горошко ушёл в запой аж на четыре дня. Пришёл однажды на съемки подшафе за что прилично получил от режиссёра. В чувства Серёжу не удалось привести даже Шаминой, которая всегда его вытягивала из самых тяжелых состояний. Дарья не знала в чем причина такого состояния её коллеги, но этого знания ей и не требовалось. Она была готова поддержать и помочь ему в любой ситуации, вот только Горошко лишь истошно упирался, и по итогу девушка просто сдалась. Съемки серии промо-роликов завершились успешно, и на счёт актеру упала приличная сумма. За эти деньги можно было жить пол года вообще ничем не занимаясь, но это совершенно не в Сереженых правилах. А со своим работодателем после того инцидента Горошко там ни разу и не виделся. *** — Марго, видео. - приказал Разумовский своей голосовой помощнице. *** Горох сидел в уютной кафешке прямо напротив бизнес центра, в котором находился офис Разумовского. Кофейня располагалась на седьмом этаже бывшего ведомственного сооружение, которое сейчас сдавалось в аренду. По этому из окна был потрясающий вид на Питер, а так же голограмму логотипа Vmeste. Серёжа завтыкал рассматривая линии нарисованной руки, которая показывала два пальца, как внезапно это изображение резко исчезло, и его сменило другое. Во всю ширину здания транслировалась видеозапись лица Разумовского на сером фоне. Мужчина был в своей любимой белой рубашке от Армани. Спикер начал говорить, и звук почему то транслировался прямо в здание кофейни. Горошко обернулся по сторонам и понял, что заведение, которое еще пять минут назад было заполнено людьми и шумными разговорами сейчас полностью пустое. Не требовалось много ума, чтобы понять, что миллиардер организовал всё это шоу лишь для одного зрителя. Наконец Серёжа повернул голову к окну в сторону голограммы. — Здравствуй, Серёжа. Я - Сергей Разумовский. Создатель социальной сети Vmeste. Ты, Сергей Дмитриевич — главное рекламное лицо всего моего детища. И сейчас мою речь слышишь не только ты, в ресторане через дорогу, а и пол Питера. Поскольку звук транслируется и на улице тоже. Уверен вокруг офиса уже собрались толпы зевак. Сергей. Я не умею красиво говорить. Не умею делать широкие жесты. Я вообще мало что умею и понимаю в этой жизни. Но кое-какую важную вещь я таки сумел понять. Я влюбился в тебя, Горошко. Влюбился как только впервые увидел. Перешерстил все твои соцсети, пересмотрел миллиард интервью, и каждый раз глядя на тебя, находясь рядом с тобой, вдыхая твой запах, слыша твой искренний смех я просто сходил с ума. Ты – невероятный человек. Я никогда таких не встречал. Я полюбил тебя как сопливая девочка в первом классе. Ты такой необычный, красивый, самодостаточный и успешный. Я понимаю, что на самом деле не нужен тебе. Я отдал бы все что у меня есть. Соцсеть, все деньги, всю славу лишь за то чтобы просыпаться рядом с тобой. Наблюдать за тем как ты чистишь зубы, за завтраком часами рассматривать обделённые пигментом пятнышки на твоих руках, слушать забавные истории со съёмок и вместе в обнимку засыпать ожидая следующего дня. Я не нужен тебе, и ты достаточно четко дал мне это понять. Я не нужен тебе, но ты мне необходим как аппарат искусственной вентиляции лёгких. Зачем нужен воздух если без тебя я не смогу им дышать? Я не нужен тебе. Прости. Но я люблю тебя, и уже ничего с этим не сделаю. Забавно, ведь теперь об этом знаешь не только ты. Весь Питер, а через несколько часов и все СМИ буду пестрить заголовками о любовном признании учредителя Vmeste. Выставлять себя идиотом это что-то вроде моей жизненной позиции. Спасибо, что выслушал. Массовка в качестве посетителей кофейни вернётся через тридцать секунд, и твоя жизнь вновь пойдёт своим чередом. Прощай. Голограмма исчезла, и на небоскрёбе снова появилась эмблема соцсети. Горошко сидел за столиком, вцепившись в кружку с кофе, не в состоянии даже пошевелиться. Половину текста Сережа и вовсе будто пропустил мило ушей, поскольку перед глазами упала пелена понимания того, что ведь и он сам чувствует всё тоже самое, что и описывал Разумовский. И каким бы слабаком и хлюпиком не выглядел этот парень, он оказался намного смелее и сильнее, чем сам Горошко. Серёжа резким рывком кинул на стол одну купюру в тысячу рублей, и понёсся сломя голову в здание через дорогу. Горох забежал в холл офиса Разумовского. — Марго! - Серёжа обратился к потолку, но оттуда, почему-то никто не отвечал. — Ебаная стерва, ответь мне что-нибудь! Зови сюда Разумовского! — Обзываться было не обязательно! - наконец откликнулся женский механический голос. — Зови. Сюда. Разумовского. - впечатал актёр. — Сергей, мне позвать Сергея Разумовского? — Блять, как тяжело с тобой. - Горошко решил, что он никогда в жизни не дождётся от Марго каких либо действий, и решил таки подняться в офис самостоятельно. Мужчина впрыгнул в лифт и уже спустя тридцать секунд оказался в кабинете программиста. Разумовский стоял спиной ко входу у окна и рассматривал пейзажи. Как только двери лифта распахнулись тот сразу повернулся к нему лицом. Горошко не говоря не слова стал быстрым шагом пересекать пространство. — Сереж.. - это всё, что успел произнести айтишник прежде чем Горох вовлёк его в поцелуй. В этот раз актёр целовался так грубо и агрессивно, как в последний. Будто больше не представится твой возможности. Наконец, аж через минуты полторы Горошко отпустил тезку и пристально уставился его небесно-синие глаза. Всё было понятно без слов. Эти двое не нуждались в репликах и возгласах как в сопливых мелодрамах. Для них звенящая тишина была лучшим описанием происходящего. Горошко ещё не понимает на какой «спектакль» в трёх актах он только что подписался. Но а пока, у них есть время до трагических событий, ДТП с летальным исходом, и суда над наглым белобрысым мажором, и они могут вдоволь наслаждаться друг другом. А что было дальше, это уже совсем другая история…