Мэйхуа

Воспользовавшись заварухой, чтобы незаметно сбежать от разъяренных демонов, Вэй Усянь забежал в тот же переулок, откуда выбежал ранее. Паренёк, которого он держал, дрожал и с опасением смотрел на него… Тяжело вздохнув, Вэй Ин доброжелательно улыбнулся и аккуратно опустил ношу на землю в сидячее положение. Юноша явно жил на улице, об этом свидетельствовала старая, пыльная и местами порванная одежда, грязное тело и волосы да болезненная худоба. Он был даже худее Вэй Ина, который, живя на горе Луаньцзан, практически всю свою еду отдавал сыну. — Бинты… Их нужно сменить, — тихо сказал Вэй Усянь и потянулся к окровавленным тряпкам, что обматывали лицо юноши. Стоило ему коснуться щеки, как юноша вдруг громко вскрикнул и оттолкнул Вэй Ина. Мальчик резко вскочил на ноги и попытался убежать, но не успел сделать даже шаг, как его вернули назад и, легонько надавив на плечи, заставили посмотреть в глаза. — Я не обижу тебя, — аккуратно сказал Вэй Усянь. — Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Юноша отрицательно закачал головой и спрятал лицо в руках. Вэй Усянь видел лишь его глаза, выглядывающие сквозь прорехи в бинтах. Они казались на удивление ясными, необычайно чистыми, хоть и полными страха, даже ужаса, покуда в чёрных зрачках отражался силуэт Вэй Усяня. Напряжённую тишину нарушило урчание живота. Вэй Усянь хлопнул глазами и воскликнул: — О! Ну конечно! Ты ведь хочешь кушать! Ещё одно урчание стало ему ответом. Вэй Ин знал, что не брал с собой еду, но всё равно начал рыться в мешочке цянькунь и с удивлением обнаружил там… редиску! — Держи! — он протянул розоватый овощ парню. — К сожалению, у меня при себе только редис. Вэй Усянь засмеялся, добавляя про себя: «Много редиса…». Юноша кинул взгляд на дорогу, ведущую к рынку, а потом на овощ. И, что-то решив для себя, набросился на овощ. — Ты и правда очень голодный, — пробормотал Вэй Усянь, и достал весь редис, который у него был с собой. Когда юноша съел все редиски, Вэй Ин снова попытался заговорить: — Как тебя зовут? — И… — с трудом выдавил юноша. — И? Паренёк отрицательно покачал головой и попробовал ещё раз: — Ин. — Ин? Кивок. Вэй Усянь мягко улыбнулся и сказал, ероша волосы юноши: — О! Так мы с тобой тёзки! Робкий взгляд стал ему ответом. Тогда Вэй Усянь предпринял ещё одну попытку оказать помощь: — А-Ин, позволь мне помочь тебе. Я очень аккуратно. Знаешь, моя названная сестра — талантливый лекарь. Она очень многому меня научила! Юноша запаниковал, вновь зарываясь в ладони, но в итоге, бросив обречённый взгляд на Старейшину Илин, начал затравленно развязывать бинты. Вэй Усянь же с облегчением достал аптечку, которой его снабдила Вэнь Цин, и пока он искал всё нужное, А-Ин уже снял окровавленные тряпки и зажмурил глаза. Увидев лицо юноши, покрытое серьезными шрамами от ожогов, Вэй Усянь не смог сдержать судорожный вздох. «Вот почему он не хотел развязывать бинты…» — подумал Старейшина Илин. Хуже было то, что под этими кроваво-красными шрамами, напоминающими сетку, можно было смутно разглядеть три-четыре маленьких человеческих лица. Это… для неподготовленного человека данная картина была бы ужасающей… Более того, не только шрамы были на лице, но и следы ожога. Видимо… так мальчик пытался уничтожить маленькие лики на щеках. — Ох… Бедный ребёнок… Сколько же ты пережил… — руки Вэй Усяня сами потянулись к юноше, чтобы заключить того в объятия. Худенькое, как палка, тело дрожало, словно ожидало чего-то плохого, но не пыталось вырваться. Когда А-Ин почувствовал, как тёплая ладонь аккуратно, даже нежно, гладит его по голове, то неожиданно даже для себя расслабился, а через пару секунд обнаружил, что уже сам прижимается к странному мужчине, наслаждаясь его объятиями. Страх рядом с ним отступал, прячась, в дальние глубины души. Впервые за сотни лет А-Ин чувствовал себя… защищённым? Посмотрев в тёплые серые глаза, А-Ин даже не заметил, как слёзы сами полились из его глаз. Он уже и не помнил, когда его в последний раз так обнимали. Он уже и не помнил, как это было приятно. Он уже… Оказывается, ему это очень нравится… — Дай мне обработать твои раны, — мягкий голос Вэй Усяня заставил А-Ина отстраниться. Он приподнял своё лицо и почувствовал такое же мягкое и аккуратное прикосновение к своим ранам. Будто он был обычным человеком, а не уродцем… Вэй Усянь начал насвистывать мелодию, которую как-то раз услышал от Лань Чжаня. Она была успокаивающей и очень… уместной в данной ситуации. Когда Вэй Ин закончил обеззараживать раны, то начал втирать травяную мазь, а после вновь обвязал лицо юноши. Пока он занимался этим, то заметил, что А-Ин был бы очень красив, если бы не эти шрамы. У него были правильные черты лица и очень красивые глаза, сияющие тусклым светом. — Знаешь, — заговорил вдруг Вэй Усянь. — У меня есть маленький сын, А-Юань. Он очень хороший и послушный ребёнок, но… кроме меня и тёти с дядей у него никого нет. А он так давно просил братика… Только, это ведь дело небыстрое. И… Ахах… Ты бы… Я… А-Ин, ты хотел бы стать частью нашей семьи? Конечно, я тебя не заставляю! Но… Что ты об этом думаешь? «Частью семьи…?» — А-Ин неверяще посмотрел на Вэй Усяня, не понимая, шутит тот или говорит всерьёз. Отчаянный взгляд юноши затрагивал все струны души, а душа у Старейшины Илин была огромной и очень любящей. Вэй Усянь улыбнулся и снова потрепал макушку А-Ина. Определённо. Этот ребёнок точно понравится и Цин-цзе, и А-Юаню, а потом и Вэнь Нину, когда он найдёт его. — Это значит да? Робкий кивок стал ему ответом. — Наконец-то я нашёл вас! — звонкий и запыхавшийся голос Ши Цинсюаня прервал их разговор. Повелитель Ветра тащил на буксире Лан Цяньцю, параллельно отчитывая его. — А где Его Высочество Наследный принц Сянлэ? — Се-сюн не заходил сюда, — недоумённо ответил Вэй Усянь. Ши Цинсюань с трудом подавил горестный вздох и обратил внимание на мальчика: — Кто это? Вэй Усянь хитро улыбнулся, подмигнул А-Ину и ответил: — Мой новый сын! Ши Цинсюань: —… Лан Цяньцю: — … Опять Лан Цяньцю: — Что значит новый? У тебя что, есть старый? «Что за странная формулировка…?» — Вэй Усянь покачал головой и громко возмутился: — Лан-сюн, сам ты старый! А-Юань очень даже молодой! Ему всего лишь три годика! Лан Цяньцю: — Три годика… У тебя действительно есть сын?! Настоящий?! Вэй Усянь притянул А-Ина в объятия и с гордостью ответил: — Уже целых два! Можешь сам проверить — настоящие! Не игрушечные. Бог Войны растерянно посмотрел на Старейшину Илин и неуверенно сказал: — Но… Я не слышал, что у тебя была жена… — Жена… — Вэй Усянь громко расхохотался, не в силах больше сдерживать себя, но буквально через пару секунд гордо сказал: — У меня нет и не было жены. А-Юаня… Родил я! От последних слов Лан Цяньцю подавился собственной слюной и с ужасом посмотрел на Вэй Ина: —!!! Нет, Вэй Усяню было ни капельки не стыдно! Он ещё в утробе матери избавился от такой ненужной вещи! Не зря же его называли бесстыдником. Звания надо оправдывать. Ши Цинсюань: — Сяо Вэй, прекрати издеваться над Цяньцю. Лучше скажи, у тебя есть мысли, куда мог пойти Наследный принц Се Лянь? Вэй Усянь честно не мог дать ответа на этот вопрос, так как когда произошла драка, всё его внимание было приковано к А-Ину. И к тому, чтобы заклинание, отводящее глаза, не развеялось в самый неподходящий момент. — Ну… Он очень выделяется в своих белых одеяниях монаха. Может, пойдём поспрашиваем прохожих? Единственное… Вэй Усянь кинул взгляд на Цяньцю, которого в городе наверно знали уже все. И ладно внешность, её поменять можно, но характер… Он ведь опять где-нибудь не выдержит и напортачит, привлекая к ним всё внимание. Постучав указательным пальцем по губе, Вэй Усянь спросил: — Лан-сюн, последишь за А-Ином, а мы с Ши-сюном разведаем обстановку? Кстати, он голодный, покорми его, пожалуйста. Встретимся на этом же месте завтра или послезавтра. Лан Цяньцю: — Но… Как же… Ши Цинсюань, сразу понявший замысел Вэй Усяня, поддержал это предложение: — Это отличная идея! За мальчиком всё равно надо присмотреть, у тебя, Цяньцю, отлично получится и за ребёнком проследить, и послушать спле… что говорят другие! В конце концов, любая информация может оказаться полезной! Главное, не действуй необдуманно! Сяо Вэй, превращайся в девушку, у нас столько дел, ха-ха! А времени совсем мало! Вэй Усянь вмиг перевоплотился в свою женскую ипостась и подошёл к А-Ину: — Не убегай от Лан-сюна. Я скоро приду и мы отправимся домой. Хорошо? Юноша робко кивнул и подошёл к Богу Войны, который хмурился и переводил взгляд от Ши Цинсюаня к Вэй Усяню и наоборот. *** Как и сказал Вэй Усянь, принц действительно был приметным. Узнать, что его отвели в Дом Блаженства, было нетрудно, как и попасть туда. — Подозрительно, — шептал Вэй Усянь, надевая лёгкое алое платье. — Слишком легко… Мне это не нравится… — Сплюнь! — шикнул Ши Цинсюань, поправляя такое же платье, только пурпурного оттенка. — Но Ши-сюн… Тебе не кажется, словно нас заманивают в хорошо расставленные сети? — Сяо Вэй, ты надумываешь, нам просто наконец-то начало везти! Оглядев друг друга, они остались удовлетворены результатом и пошли на кухню. Стоило им только прийти в нужную комнату, как дверь распахнулась и раздался громкий голос демоницы: — Градоначальник требует вина, закуски и фруктов! Сейчас же! Ши Цинсюань предвкушающе улыбнулся и, сказав «Вперёд!», пошёл за главной. Его походка была легка и изящна, чего не скажешь о Вэй Усяне. Старейшина Илин, некогда первый ученик Юньмэна и четвёртый в списке самых красивых молодых господ в мире совершенствования, сейчас пытался грациозно вилять бёдрами и при этом не упасть. Увидь его в таком положении Цзян Чэн, он бы научился плеваться ядом… Слухи не соврали. Се Лянь действительно оказался в Доме Блаженства и вполне мирно беседовал с Хуа Чэном. Боги переглянулись между собой, и Ши Цинсюань с соблазнительной, многообещающей походкой продефилировал к Се Ляню, налил ему вино и игриво подмигнул. В то время как Вэй Усянь начал расставлять фрукты, внимательно рассматривая комнату. Она выглядела богато и роскошно, но отчего-то казалась необжитой. Будто хозяин здесь появлялся нечасто, ни одной личной вещи. Доставив еду и питьё, служанок погнали обратно на кухню. Когда они пришли в комнату для прислуги, несколько демониц начали с удивлением и неким интересом рассматривать Ши Цинсюаня и Вэй Усяня. И вот одна не выдержала и спросила: — А вы кто такие? Я вас не помню. Вэй Усянь мило улыбнулся и ответил: — Мы новенькие. Хэй, сестрёнка, не расскажешь, что тут у вас к чему? А то умерли недавно, а освоиться ещё не успели. — Странно… почему нас не предупредили… Ши Цинсюань начал подыгрывать Вэй Усяню и, нервно хохотнув, привлёк внимание к себе: — Ха-ха, тут немудрено забыть… В конце концов, день сегодня был очень насыщенный, правда? Ха-ха-ха… — И то верно, — начали соглашаться демоницы. — О! Все заметили? Этот даочжан такой красавчик! — Точно-точно! — Ах! Была бы я моложе! — Даже не верится, что он монах! — И не говори! Это просто несправедливо, что такой мужчина один из этих! — А вы видели, как наш градоначальник смотрит на него? — Да… Прям не отрывается! А взгляд какой! Я впервые вижу его таким мягким! Так, к счастью для обоих богов, дамы переключили всё своё внимание на Се Ляня и Хуа Чэна. А затем тема перескочила на инцидент в игровом доме, потом на обсуждение салонов, и так продолжалось, пока не пришла главная и не сказала, где расположили гостя, оставив чёткие указания на его счёт. — Не смотреть на него. Не заговаривать с ним, пока он сам что-либо не спросит. Во всём слушаться. Не расстраивать его. Не ставить в неловкое положение. Не мешать ему. Не… В общем, надо быть доброжелательными и услужливыми, и не лезть к нему. Ши Цинсюань с Вэй Усянем переглянулись, и Повелитель Ветра тихо прошептал: — Пошли. *** Остановившись возле нужной двери, Ши Цинсюань начал тихо звать Се Ляня: — Ваше Высочество Наследный принц… — Се-сюн… Спустя пару мгновений дверь отворилась и они узрели расслабленного Бога Войны. Ши Цинсюань вместе с Вэй Усянем быстренько вошли внутрь комнаты и услышали, как дверь аккуратно закрылась. Как только Повелитель Ветров оказался в комнате, то сразу же повалился на пол и принял мужское обличие, а затем прижал руку к груди и воскликнул: — Задыхаюсь! Мне срочно нужен воздух! — Кто бы мог подумать… Оказывается, быть девушкой так сложно… — проныл Вэй Усянь. — Зачем всё так туго затягивать? Когда Се Лянь обернулся, то увидел, как мужчина в коротком пурпурном платье лежит на полу и снимает с себя верхнюю часть одеяния, а рядом с ним валяется девушка, которую едва ли можно назвать одетой, она лишь ослабила лиф, из-за чего внешний вид казался слегка небрежным. От увиденного бесстыдства принц прикрыл глаза и воскликнул: — Ваше Превосходительство! Пожалуйста, оденьтесь в белые одежды заклинателя! Сяо Вэй! Прикройся! Ши Цинсюань ответил: — Я что, по-вашему, совсем с ума сошёл? Носить в месте, кишащим демонами, белоснежные наряды светлых заклинателей. Это всё равно, что написать на лбу и повесить табличку на спине «ударь меня»! Се Лянь кинул на Повелителя Ветров скептический взгляд и подумал: «Но… будучи мужчиной находиться в таком виде… Вот что действительно даже без надписей заставит других мужчин задуматься о том, как бы ударить вас…» — Се-сюн, сжалься надо мной! Этот пояс и подвязки… их надо очень туго завязывать, мне тяжело дышать! Присев рядом, принц обречённо спросил: — Как вы опять нашли меня? И как сюда пробрались? Ши Цинсюань: — О! С вашими поисками было всё просто! Добрые лю… Демоны подсказали нам, что видели, как вас уводят в Дом Блаженства. И нам ничего не оставалось, кроме как попытаться попасть в гнездо самого Князя Демонов! Да уж… Уже по названию понятно, что это притон разврата и соблазнов, мы не могли бросить вас здесь одного! Вэй Усянь согласно хмыкнул, добавляя: — Се-сюн, мы же беспокоились о тебе. Будь с нами ласковее. Се Лянь тихо фыркнул и пробормотал: — Не говори такие странные слова. Ши Цинсюань перевернулся на живот, ставя подбородок на скрещенные руки, и, качая ногами вперёд-назад, жалобно сказал: — Вы заметили? Нам с сяо Вэем совершенно не везёт в этом городе! Мало того, что нас утащили странные дамочки на странные процедуры, нам пришлось отбиваться от демонов, так теперь ещё и терпим невероятные мучения из-за этих лёгких на первый взгляд тряпок! Как можно такое носить? Это так унизительно! И безумно неудобно! Но что не сделаешь ради выполнения столь важной миссии? Се Лянь тяжело вздохнул и подумал: «Очевидно же, что вам всё это нравится…», вслух же он сказал: — А что насчёт Его Высочество Тайхуа? И… Сяо Вэй, что с тем мальчиком? Вэй Усянь широко улыбнулся и ответил: — О! Не волнуйся, Се-сюн! Мальчика зовут А-Ин, и с ним всё в порядке! Я решил усыновить его! — О… — потерял дар речи Се Лянь, невольно думая: «Но ведь… вполне возможно, «мальчик» сам тебе в отцы годится…» Ши Цинсюань наслаждался тем, что мог свободно дышать, поэтому, смотря на Наследного принца, блаженно протянул: — Цяньцю сейчас не до глупостей, он присматривает за новоявленным сыном сяо Вэя! — Вот как… Это хорошо, — задумчиво пробормотал Се Лянь, а потом нахмурился, вмиг став серьёзным, и сказал: — Я хочу кое-что проверить. Это может помочь нам в дальнейшем… Сяо Вэй, Ваше Превосходительство, вы со мной? Вышеупомянутые удивлённо и с лёгким предвкушением посмотрели на Наследного принца и единогласно ответили: — Конечно! Се Лянь: — Тогда следуйте за мной. Три товарища тотчас же покинули комнату и тихо последовали за Наследным принцем по длинным коридорам Дома Блаженства. Они старались вести себя как можно тише, поэтому переговаривались шёпотом. — Се-сюн, отчего ты такой подавленный? — спросил Вэй Усянь, видя пустой задумчивый взгляд принца. Казалось, тот думал о чём-то невероятно сложном и пытался найти правильный ответ. Се Лянь удивленно посмотрел на Старейшину Илин и неуверенно ответил: -Я и сам не знаю… Просто чувствую себя как-то… Неправильно… Будто… Наследный принц не договорил, но Вэй Усянь и сам всё прекрасно понял: — Словно предаешь доверие? Се Лянь: — Да… Именно так… Вэй Усянь тяжело вздохнул, подошёл к принцу и аккуратно сжал его ладонь в знак поддержки: — Понимаю. К сожалению, жизнь часто ставит нас перед сложным выбором. И никто не знает, как поступить правильно. Да и что вообще такое это «правильно»? Добродетель и мораль, всё это придумано человеком и из поколения в поколение смысл этих слов меняется. Се-сюн, поступай так, как считаешь правильным именно ты, а не общество. Се Лянь с интересом скосил взгляд на Вэй Усяня, тот действительно говорил то, во что верил. Это было слишком очевидно. Слова в какой-то степени были наивны, но и правда в них была. Наследный принц улыбнулся и сказал: — Я хочу узнать, что скрывает Сань Лан и как он связан с исчезновением божества, но я не хочу вступать в конфликт с ним. Поэтому… Если случится столкновение, можем ли мы просто мирно разойтись? Вэй Усянь широко улыбнулся и ответил: — Тогда просто сделаем всё возможное, чтобы остаться незамеченными, а если всё-таки встретимся с твоим другом, то просто сбежим и всё! В любом случае, Небесам невыгодно иметь тëрки с демонами, разве не так?» Се Лянь: — Да… Пожалуй, ты прав. Так будет лучше. Спустя час принц успешно довёл их до не слишком приметной двери. Се Лянь подошёл к мраморной статуе женщины и достал игральные кости. — Неужели и здесь придётся играть?! — разочарованно простонал Ши Цинсюань. Се Лянь кивнул и с напряжением посмотрел на гладкие маленькие кубики в руках, явно что-то вспоминая, потряс их в руке и аккуратно бросил на тарелку, которую держала статуя. Спустя пару мгновений трое товарищей увидели две шестёрки на алых игральных костях. Наследный принц с облегчением прикрыл глаза и именно в этот момент дверь открылась, и три бога увидели ведущую в мрак лестницу. Ши Цинсюань выступил вперёд, наколдовывая пламя на ладони: — Как жутко… Обычно именно с подобных моментов в книгах начинают твориться ужасы… Чувствую себя тем самым героем, из-за глупости которого читатели возмущаются всю книгу. Вэй Усянь тихо хрюкнул и ответил: — Хэй, не всё так плохо… Се Лянь улыбнулся и добавил: — А даже если и так, то нас таких трое, ввиду этого, не так уж и обидно. Ши Цинсюань подумал и, хихикая, согласился: — Пожалуй, пожалуй. Всё же быть друзьями-идиотами намного приятнее, чем быть просто одиночкой-идиотом. Длинная лестница не желала заканчиваться, но спустя какое-то время ноги небожителей наконец коснулись ровной поверхности земли. Оглядевшись, насколько это было возможно в их ситуации, боги отметили, что они оказались в довольно просторном подземном ходе. Было прохладно, и если прислушаться, то можно было услышать шелест сквозняка, значит, где-то был выход. Так что, не долго думая, товарищи по несчастью двинулись вперёд. Не то чтобы у них был особый выбор… Они шли не слишком скрытно, разговаривая в голос и обсуждая свои планы, и в итоге вскоре дошли до каменной стены, что преграждала им путь.