Окружить заботой

      — Приятно познакомиться, Канеки, — слишком зловеще произнес Нишио. Хиде стало неуютно, тон семпая заставлял нервничать.       — Мне тоже… — протянул Кен. Хиде хотел бы ему помочь сбежать, но уже не знал, каким образом? Все стремительно шло дальше.       — Нагачика, ты пришел за диском? — быстро перевел тему Нишио и отвернулся от гостей. — Подожди минутку. Он подошел к куче дисков, сел на корточки и принялся ими вяло шуршать. Хиде стало прохладно:       — Мне нужна запись прошлогоднего фестиваля…       — Поищи на полках, может она там? — Он тыкнул пальцем за спину Хиде. — В зеленой коробке!       — А… — опешил тот. — Ладно…       — А, ты, — Нишио обратился к Кену, — Канеки, ищи в ящиках.       — А! — теперь опешил тот.       — Вместе быстрее найдем… — протянул семпай. — Шевелитесь!       — Да! Сейчас! — отозвался Совенок. По итогу, семпай вспомнил, что мог оставить диск у себя дома и было принято решение, пойти к нему. На улице стоял чудесный, солнечный осенний день и прогулка вышла бы прекрасной, если бы не присутствие Нишио.       — Как насчет съесть по порции терияки? — предложил тот. Кен растерялся, но Хиде ответил за него:       — Не откажусь! — Он обернулся к Совенку и уточнил: — Если не уверен в желудке, то повремени. Не забывай, что недавно пережил тяжелую операцию. Не нагружай орган. Краем глаза он заметил довольную и злобную улыбку Нишио. Это действие побудило Кена взять себе порцию соленого с кислинкой блюдо. Когда оно оказалось в руках юноши, того заметно начало воротить.       — Канеки, ты состоишь в комитете? — перевел тему семпай.       — Что? Нет! — обрадовался перемене Кен. — Я не очень хороший организатор.       — О! — театрально удивился Нишио, Хиде чувствовал, что на самом деле семпаю глубоко плевать. — Никогда бы не подумал… Ты ведь любишь праздники?       — Семпай, вы же тоже их любите? — вклинился Хиде.       — Не особо, — ответил тот.       — А? — так-же театрально удивился Хиде. По пути, Нишио первым попробовал терияки. Хиде обогнал и съел до последней крошки.       — Слишком сладко, — протянул Нишио. Подошел к ближайшей мусорной урне и выбросил остатки.       — А мне нравится! — не соврал Хиде. — А тебе, Канеки?       — Я свой потом съем…       — Отдай! — Хиде выдернул вкусность из руки Кена. — Сам съем! После остывания будет несъедабельным. Постепенно улицы стали теснее и темнее. Вскоре Хиде показалось, что во всем мире не осталось людей, кроме их троицы. Даже птицы не кричали.       — Здесь направо и до конца. Там я и живу. — Видимо семпай заметил тревогу на лице Хиде.       — Какой длинный переулок… — протянул юноша и остановился. Желудок от ужаса связался в узел. Перед ними не было ничего. Тупик. — Семпай? Здесь… Тупик?       — В точку! — было последним, что услышал Хиде перед тем, как потерять опору в ногах. Он ощутил сильную боль в затылке. Запомнил, как ударился об холодную землю головой, прежде чем исчезнуть в небытие. Боль в плечах и спине отозвалась в голове. В ней промелькнули мысли: «Я умираю? Надеюсь, Совенок успел сбежать», а после, его поглотила черная мгла.