Путь обречëнных

Паланкин, окружённый стражей, медленно приближался к Конохе. Дорожная пыль оседала на сандалиях процессии клана Узумаки. Солнце нещадно палило с безоблачного неба, выматывая и без того уставших путников. Юрей запустила пальцы в неряшливо остриженные алые волосы, спускавшиеся чуть ниже ушей, и откинула их со лба. От этого действия пластины тёмного доспеха, прикрывавшего её торс тихо звякнули.  Занавеска паланкина с гербом Деревни Скрытого Водоворота чуть отодвинулась и за ней показалась Мито. Судя по её усталому лицу и потерянному взгляду, она тоже порядком задолбалась познавать прелести путешествия.  - Уже почти, - улыбнулась Юрей, отвечая на немой вопрос девушки.  Чёрные глаза Мито просияли и она чуть было не выдохнула с облегчением, но вовремя вспомнила, что должна сохранять достоинство и лишь сильнее выпрямила спину.  - Да ладно, Вам, химэ, - прищурившись, коротко рассмеялась Узумаки, - они ещё далеко и не увидят, если ты опустишь плечи на пару сантиметров.  - Всë не так, - расстроенно поджала губы Мито, чуть не краснея от смущения, - просто это кимоно невыносимо тяжёлое! Клянусь, я в доспехе себя более свободно чувствовала. Везёт тебе...  Юрей не могла не согласиться. В отличие от девушки, укутанной разноцветными слоями кимоно, на ней была лишь тёмная кофта с высоким воротом и гербом клана на рукавах, того же цвета штаны и защитные металлические пластины на предплечьях.  - И везёт мне в двойне потому, что не я выхожу через неделю замуж, - подмигнула Мито Юрей.  - А ты всё потешаешься! - горестно вздохнула куноичи. - Это мой долг.  Узумаки улыбнулась, глядя на химэ весенне-лиственными глазами. Мито с самой юности старалась быть сдержанной и мудрой, чтобы не подвести отца и клан в непростые времена войн и раздоров. Теперь ей двадцать четыре и она едет в Деревню Скрытого Листа, чтобы породниться с кланом Сенджу.  Однако Юрей знает, что внешне невозмутимая Мито совсем не такая решительная и уверенная, какой хочет казаться. Поэтому она нисколько не удивляется, когда девушка, робко отводя взгляд, произносит:  - Ты могла не следовать за мной, остаться в Узушиогакуре. Пусть клан Сенджу имеет с нами дружественные отношения, но мы не знаем как долго продержится их мирный договор с Учихами. к тому же здесь тебе придётся привыкать к правилам, которые могут не понравится.  Юрей тепло посмотрела на Мито. Её химэ всегда беспокоилась о других, презирая собственную боль и волнения. Даже сейчас, на пороге перемен, что могут кардинально изменить её жизнь, Узумаки переживала не за себя.  - Узушиогакуре мне не родина, - покачала головой Юрей. - Ты приняла меня и дала смысл жить, Мито. Я последую за тобой, куда бы не лежал твой путь.  - Это весьма незрело, - тихо рассмеялась девушка, прикрывая рот рукавом, - но романтично, теперь я спокойна. - Я младше тебя всего на три года, - фыркнула Узумаки, скрещивая руки на груди, - прекрати говорить так, будто ты мой духовник.  Девушки могли бы продолжить перешучиваться, но вот вдалеке показались ворота ещё совсем недавно образовавшейся Деревни Скрытого Листа.  - Ого, нас уже встречают, - присвистнула Юрей; приложив ладонь к глазам козырьком, она вглядывалась вперёд.  - Серьёзно?! - Мито едва подавила порыв высунуться из паланкина и убедиться в этом; вместо этого Узумаки чинно спросила, - кто там?  - Ну, - протянула девушка, приглядевшись повнимательнее, - куча каких-то людей. Впереди стоят два мужика и, полагаю, Учиха Мадара, он там один весь в чёрном.  - Два мужика? - переспросила Узумаки, напрягая мозг. - Братьев Сенджу двое, кто-то из них мой будущий муж.  - Хм, выбирай, - предложила Юрей, - есть с тип с длинными волосами и с белыми.  - Ну и кто Хаширама? - с надеждой спросила Мито.  - Я, по-твоему, знаю что ли? - возмутилась девушка. - У них на лбу не написано.  - Ладно, - вздохнула Узумаки и прикрыла занавеску.  По мере приближения, Юрей, на которую была возложена миссия по определению старшего из Сенджу, смогла чётче рассмотреть лица мужчин.  - Бля, надеюсь, это не белый, - ругнулась Узумаки и сразу пояснила для Мито, - у него ебало такое серьёзное.  В обычное время химэ за такое бы ей рот с мылом вымыла, но сейчас прибегать к таким методам было не с руки.  Юрей вообще идея главы клана отдать Мито замуж нисколько не симпатизировала. Тем более отправлять её в Коноху лишь с несколькими приближёнными. Девушка бы предложила Узумаки бежать, но ведь та бы ни за что не согласилась. Чувство долга и бла-бла-бла.  Процессия остановилась у ворот и опустила паланкин на землю. Юрей пытливым взглядом осматривала встречавши. Её священным долгом было оберегать Мито от любого рода опасностей.  Вперёд выступил высокий мужчина с открытым лицом и приятной улыбкой, одетый в светлое кимоно и серые штаны хакама. Он, вероятно, и был Хаширамой Сенджу.  Юрей с почтительным видом отодвинула занавеску, за которой с высшей степенью благонравным выражением лица сидела Мито.   - Для нас большая честь приветствовать химэ Водоворота в Деревне Скрытого Листа, - у Хаширамой оказалась располагающая, вежливая манера общения.  - Это взаимно, - слегка поклонилась девушка и вытянула руку.  Сенджу было собирался протянуть руку в ответ, но Юрей стоявшая к паланкину ближе, опередила его и помогла Узумаки выйти. Сделано это было не исключительно из вредности, коей в девушке было великое множество, но и из заботы к самоуважению Мито.  Юрей предполагала, что ноги химэ ужасно затекли, поэтому продолжила поддерживать её, когда Хаширама, нисколько не смущённый такой ситуацией, пригласил их ступить в Коноху.  Деревня Скрытого Листа значительно отличалась от Узушиогакуре. Дома здесь были деревянными, а вместо привычного журчания рек, пронизывающих Деревню Скрытого водоворота, слышался шелест густой листвы.  Узумаки краем уха улавливала как распинался о мире во всём мире Хаширама. Она вынуждена была шагать чуть позади Мито, поскольку рядом с ней шёл старший Сенджу. Даже при всей своей наглости, Юрей не посмела бы так просто идти подле Бога Шиноби.  Тем более Мадара Учиха и Тобирама Сенджу, шедшие со стороны Хаширамы, внушали девушки инстинктивный ужас. Внутренне чутье Узумаки никогда её не обманывало и она точно знала, что не захотела бы сражаться ни с кем из этой троицы.  - "А я надеялась про этих ребят просто насочиняли," - удрученно вздохнула Юрей. - "И долго ещё этот патлатый ублюдок будет таскать нас по своему захолустью? Он, конечно, владеет древесным элементом, но не может же быть совсем пнëм и не догадаться, что мы с дороги и нам нужен отдых?"  Как оказалось, может. Хаширама подробно ознакомил гостей с инфраструктурой Конохи, главными зданиями и важнейшими, по его мнению, местами. Солнце начало клониться к закату. Терпение Юрей было на исходе. Девушка была уже конкретно зла. Подол кимоно Мито был весь в дорожной пыли, так долго они ходили по деревне.  - "Как этот древесный чëрт смеет заставлять мою химэ столько шариться по деревне в этой неудобной одежде?" - гнев пропитывал мысли Узумаки, хмуро смотревшей в спину Хаширамы. Неожиданно Мито чуть повернула голову и успокаивающе взглянула на Юрей. Девушка взглядом просила спутницу потерпеть ещё немного.  - "Да я о тебе переживаю!" - сигналила глазами Узумаки, ощущая как начали леденеть от ярости мысли.  Была причина по которой отец Мито, презиравший Юрей всем тем, что принято называть душой, отпустил её с дочерью. Мужчина знал, что Юрей пойдёт на всё ради защиты Мито. Пусть это даже будет значить сразиться с Богом Шиноби и умереть.  - Какого чёрта с тобой происходит?  Девушка вздрогнула и повернула голову на звук холодного, жёсткого голоса. Вся процессия замерла, недоуменно глядя на Тобираму. Мужчина, скрестив руки на груди, сурово смотрел на Узумаки и в его алых глазах Юрей без труда прочла неприкрытую угрозу.  - В чëм дело, Тобирама? - примирительно улыбнувшись, рассмеялся старший Сенджу, стараясь сгладить резкость брата.  - От тебя разит жаждой крови, - мужчина не обратил внимания на Хашираму, изучая Узумаки пристальным взглядом. - Есть что сказать - говори.  - Юрей! - сдержано возмутилась Мито, делая вид, что не ощущала кровожадную ауру спутницы. - Прекрати, пожалуйста.  Узумаки вжала голову в плечи с очень обиженным выражением лица и уже собиралась начать возражать, отстаивая своё право ненавидеть кого ей хочется, как вдруг вмешался равнодушно наблюдавший до этого Мадара.  - Так ты и есть та самая Юрей, - Учиха смерил девушку долгим изучающим взглядом, - я полагал это прозвище. - Изначально это действительно было прозвищем, - с неохотой признала девушка, не любившая возвращаться к своему прошлому.  - И как же тебя зовут на самом деле?  Под взглядом Мадары Юрей чувствовала себя, как между молотом и наковальней. Инстинкты, выбитые на подкорке, выученные через кровь и сломанные кости, диктовали условия Узумаки: она либо повинуется, либо достаёт оружие.  Юрей невероятным усилием воли подавляет желание сделать последнее, чтобы не причинять Мито неудобства своим варварским поведением, и, натянуто улыбаясь, отвечает:  - Так и зовут.  - Вот оно что, - кивнул каким-то своим мыслям Учиха. - Хорошо, что мы встретились. Девять лет назад ты убила двенадцать человек из моего клана и украла гунбай семи ветров у одного из них. Я бы хотел получить его назад.  Ой. А вот это уже было совсем неловко. Узумаки почувствовала на себе взгляд Мито, обещавший ей долгую, мучительную головомойку. - Да это было до встречи с тобой! - поспешила оправдаться Юрей, поворачиваясь к девушке. - Клянусь, я после этого только одного-двух Учих убила, не больше! - Потом поговорим, - натянуто улыбнулась Мито, что в переводе с культурного означало: "тебе конец". - И не крала я гунбай, - не оставляла попыток спастись Узумаки, - это была частная битва - двенадцать взрослых мужиков против маленькой хрупкой меня. Так что, считай, это трофей.  - Юрей, - осуждающе произнесла Мито, всем видом давая понять, что больше шутить она не намерена. - Верни господину Мадаре гунбай. - Да нет у меня его с собой! - всплеснув руками, капитулировала девушка. - Я что его всегда должна с собой таскать на случай, если какой-то Учиха внезапно заявит на него права? Узумаки долго мерились взглядами и по глазам Мито, Юрей поняла, что та помнит, как она раздувала костёр этим самым гунбаем вчера вечером. "Бог тебе судья" читалось на лице химэ.  - Если вы закончили дележку имущества, - напомнил о себе Тобирама, которому явно надоело происходящее свинство, - то я всё ещё жду объяснений.  - О, это я запросто, - язвительно отозвалась Юрей, пользуясь возможностью соскользнуть с темы.  Девушка на пятках развернулась к Хашираме и, окончательно распетушившись, ткнула в его сторону пальцем.  - Ты, - начала Юрей, воинственно хмуря брови, - как можешь заставлять мою химэ с дороги носиться по всей деревне? Она проделала долгий путь, а вместо отдыха ты потащил её показывать свою песочницу. Где твоё гостеприимство и чувство такта?  Лицо Тобирамы почернело от гнева и он уже сделал шаг к нахальной девчонке, проявившейся столь вопиющее неуважение к его брату, как вдруг Хаширама громко рассмеялся.  - Искренне прошу меня извинить, - мужчина молитвенно сложил ладони у груди, - должно быть в твоих глазах я ужасный засранец.  Юрей собиралась сказать "да", но поймала суровый взгляд Мито и вовремя остановилась, решив в кой-то веке благоразумно промолчать.  - Я был так воодушевлëн вашим приездом, - продолжал Сенджу, - что совсем позабыл о приличиях. - Ничего страшного, - вежливо улыбнулась Мито, прикрывая глаза и слегка кланяясь, - я чрезвычайно впечатлена тем, что вам удалось возвести целую деревню в этом месте. Вы, действительно, великий шиноби.  Весь путь до дома Сенджу, Юрей слушала, как Узумаки и Хаширама обменивались изысканными любезностями. Это было настолько утомительно, что даже Мадара слинял, сославшись на дела клана. Хотя девушка была уверена, что Учиху просто тянуло блевать от сложившейся атмосферы благочестия и воспитанности.  В просторном дворе дома Сенджу располагался скромный сад камней с бонсаями. Даже Юрей, имевшая об искусстве весьма посредственные знания, сочла его неплохим. К счастью, Хаширама не остановился, чтобы поведать трехчасовую историю создания и концепцию этого сада, а провёл гостей к дому.  Мито уже собиралась войти, как вдруг услышала, что за её спиной опустилась рука. Тобирама преградил путь Юрей, холодно глядя на неё сверху вниз.  - Этот дом для членов семьи, - произнёс Сенджу, давая понять девушке её место.  Юрей ответила не менее устрашающим взглядом исподлобья. Даже глава Узушиогакуре не смог разделить её с химэ.  Мито полуразвернулась, привлекая внимание Тобирамы, и с достоинством произнесла:   - Она сестра мне.  Пусть голос Узумаки был наполнен учтивостью, её глаза застыли, отражая внутреннюю твёрдость. Такому взгляду химэ никто не смел перечить.  Мгновение Тобирама медлил, проверяя решимость Мито на прочность, а потом отступил в сторону, склонив голову в коротком поклоне: - Приношу свои извинения, - бесстрастно произнёс Сенджу.  - Не будем стоять на пороге, - снова принялся сглаживать углы Хаширама, - дом большой, так что каждому найдётся место.  Может, старший Сенджу так действительно и считал, однако по неприязненному взгляду Тобирамы, Юрей поняла, что, по крайней мерей ей, здесь точно места не будет.