Волчий хвостик

      Вот уже целый день Разумовский бегал в огромном лабиринте стеллажей, пыли и запахов старины. Он был в библиотеке Хогвартса, одной из самых крупных магических библиотек. Каждый раз поход в это место был похож на небольшое приключение: найти нужную книгу — это половина дела, ведь порой ее нужно еще поймать. Иногда старшее поколение жалуется на то, что студенты стали мало читать и вообще обходят стороной колыбель знаний, однако им и в голову не приходила мысль о том, что студенты иногда могут выйти из библиотеки буквально покусанными. Не они грызут гранит науки — он их.       Тем не менее, Сергей в библиотеке чувствовал себя очень уютно и спокойно. Здесь, в отрезанном от мира уголке, он был своего рода Минотавром, знающим каждую полку, каждый корешок. Нет, конечно, Разумовский за все учебные годы не смог прочитать абсолютно каждый том, готовый рассыпаться на руках. Да даже преподаватели не смогут похвастаться этим. Однако фотографическая память и строгое положение книг на полках дают многое: захочешь найти что-то по ботанике — вперед, мимо трех линий стеллажей и направо; нужны знания по зельеварению — седьмая полка сверху; а захочешь узнать историю древнейших времен вплоть до первых волшебников — закатай губу, это в запретном отделе, туда тебя никто не пропустит. Для чего же нужен этот отдел? Ну, должны же быть в этом замке секреты, верно?       Впрочем, такого рода книги хоть и занимали ум Разумовского, однако он сдерживал себя (а заодно и не давал Олегу проникнуть туда). Хватило ему украденных томов на третьем курсе (а их, кстати, до сих пор и не нашли. Видимо, не такие уж они и ценные).       Чувство справедливости толкало Сергея вести свое расследование. Если студентам ничего не рассказывают, то это значит только одно: надейся на себя и спасай других своими руками. Спасение утопающего — дело рук самого утопающего, этот урок слизеринец знал с самого детства. Однако в Хогвартсе утопающих пруд пруди, и не каждый может вытащить самого себя из омута.       Для начала, думал Сергей, нужно отлететь назад и начать с карт. Карт местности. Расположившись в самом дальнем углу библиотеки, около небольшого окна, Разумовский поставил большую кружку ароматного кофе и развернул карту окрестностей. Запретный лес занимал достаточно большую территорию. Многие студенты задавались вопросом: кому в голову пришла идея строить школу рядом с кучей опасных мест? Это нужно для того, чтобы проверить силу воли или доказать теорию естественного отбора? Тем не менее, Запретный лес существует, и сейчас там обосновался хищник, который ввергает в ужас даже Министерство Магии. Значит, он настолько силен и кровожаден, что о нем не сказали ни в одной газете за прошедшие месяцы? Министерству есть, что скрывать?       Эти мысли цеплялись одна за другую, да так сильно, что бедный Сергей не мог сконцентрироваться и прочитать одну-единственную строчку в «Путеводителе по Хогвартсу». Тряхнув головой, Разумовский, опираясь подбородком на левую ладонь, внимательно изучил карту Запретного леса. После этого он перешел на флору и фауну этого места. Иногда глаза Разумовского невольно закрывались, потому что от некоторых тварей, пусть даже давно вымерших, дрожали коленки.       — Итак, — бормотал Сергей, сделав небольшой глоток уже остывшего кофе, — единороги. Нет, не то. Русалки. Они обитают совсем в другом месте. А если система подводных течений? Нет, вряд ли.       Помимо кружки с кофе, которая наполнялась сама по себе по мере необходимости, Разумовский прихватил пару пустых тетрадей, в которые заносил нужную, как казалось ему, информацию. Совсем скоро первая тетрадь заполнилась наполовину. Сергей мастерски сделал точные зарисовки подозрительных и наиболее опасных существ Запретного леса, а также некоторые части карт, заметки из книг и энциклопедий. Его интересовало всё: животные, растения, водоемы, секретные тропы, заклинания. Несмотря на прохладу в помещении, Сергей стянул с себя свитер, развязал галстук и остался в белой рубашке с закатанными выше локтей рукавами. Даже самопишущее перо порой не успевало за полетом мысли Сергея: оно то и дело ставило кляксы, а причудливые схемы не сходились, потому что у Разумовского была не одна нить в голове. Наоборот — целая паутина. Механизм, состоящий пока что из одних шестеренок и пружин, которые не сходятся вместе. Студент был уверен, что скоро детали сойдутся, паутина разрастется и поймает муху — главную виновницу, из-за которой страх смерти нависает вот уже достаточно долгое время над школой. Иногда парень поворачивался к окну и всматривался в снежные узоры. И если летом вы стараетесь увидеть причудливые фигуры в облаках, то зимой достаточно посмотреть на окна. Однако недосып делает свое дело, и вместо легких перьев и мордочек лисиц Разумовскому мерещились когти и клыки. Все, как в том страшном сне. Корявые ветви, разрывы плоти… Парень резко мотнул головой, зажмурился. Дождался, когда сердце успокоится. И снова принялся за работу.       Уже вечером, будучи в гостиной Слизерин и наблюдая за потрескиванием белого костра в камине из валунов, Разумовский, перечитывая свои записи и покусывая перо, пытался взять след. Но на одних учебниках и поверхностных знаниях о лесе не вывезешь. Нужно что-то существенное. Что-то, что имеет реальное отношение к происходящему. От страниц мало толку. Нужно смотреть. Наблюдать. Говорить.       — Точно! — вскочил с места Сергей, чем напугал собравшихся студентов в гостиной. Кто-то даже покрутил пальцем у виска.       Он пулей кинулся в мужскую спальню, открыл новую тетрадь и быстро начертал на новой странице:

Опрос свидетелей(зачеркнуто) тех, кто был знаком с жертвами 1. Зензи Олк. Пуффендуй.

      Сергей думал, где он мог бы с ней встретиться. В особенности ему хотелось бы поговорить с ее подругой, ведь Венди пострадала больше всех: потеря любимого в столь юном возрасте — это глубокая и незаживающая рана на сердце. Черное пятно на душе. Но именно по этой причине Сергей решил поговорить именно с Зензи, так как он боялся за душевное состояние Венди. Не стоит ее донимать. Скорее всего, это уже сделали следователи и преподаватели на допросе. Не надо мучить бедняжку. Глянув на страницы записной книжки, Разумовский быстро просмотрел столбы спаренных занятий на этой неделе. С пуффендуйцами он может встретиться только на прорицаниях завтра. Этого будет достаточно, подумал Сергей.       Со спокойной совестью и решимостью добиться правды он устроился поудобнее в постели, накрыл голову одеялом и потушил свет. Даже читать перед сном не стал. Его мозг требовал отдыха.