В твоих легких прорастает сирень

      Я осторожно следовала за парнями. Разумовский шел уверенно, настойчиво преследуя свою жертву. Подражатель пытался отстреливаться, но его трясущиеся руки и быстрая реакция Разумовского не давали пулям попасть в цель. Одна из пуль влетела в щиток. Щиток недовольно прожужжал и выпустил из себя фонтан искр. Свет погас, только лучи просыпающегося солнца теперь освещали путь, а Разумовский с Мятежником продолжали свою игру в кошки мышки. Разумовскому не составило труда заманить свою жертву в тупик. Парень нацелился снова, но получив щелчок вместо выстрела, выругался и отбросил пистолет.       — Да ладно тебе, Разумовский! Мы же можем договориться, — пафосный, высокомерный голос юноши перешел в заискивающий, умоляющий.       Разумовский лишь засмеялся, прокрутив оружие в руках, резко сбил с ног жмущегося к стене Мятежника.       Предчувствуя неминуемую расправу, мне пришлось выйти из тени. Я накинулась на Разумовского со спины, попытавшись использовать захват, но парню не составило труда скинуть меня. Воткнув лезвие в голень Подражателя, он злобно проговорил:       — Полежи-ка тут, дружок.       Мятежник взвыл от боли, скрючившись на полу. Из раны начала сочиться кровь, медленно распространяясь по серым брюкам. Парень еле дышал, подавив приступ боли, он затих.       — Сергей, ты чего творишь, что с тобой?       — Он ужасный человек. Он угрожает тебе и еще целой кучи людей.       — Извольте, да мне совершенно плевать на нее, — прохрипел раненый.       Мой табельный пистолет, взял Разумовского на мушку. Он же лишь бросил мимолетный взгляд на оружие, закусывая нижнюю губу. Мы оба замерли.       — Отойди от него.       Разумовский податливо сделал пару шагов от своего неприятеля и добродушно развел руками.       — Только если ты просишь, — его взгляд смягчился. Голос стал ровным, плавным.       — Не хотел, чтобы ты видела это, но, — тихо прошептал он, глядя мне в глаза. — Давай уйдем отсюда вместе, пожалуйста… Помоги мне, — его глаза умоляли меня сделать что-нибудь. Парень переменился: голос задолжал, тело ослабло, пошатывалось из стороны в сторону, готовое вот-вот рухнуть на землю.        Он медленной походкой направился в мою сторону. Я совсем растерялась. Он молил о помощи, но как ему помочь? Нужно вывести его отсюда, уйти подальше.       — Ты так много делаешь для меня, рискуя всем. Я не заслуживаю этого. Я не то, чем кажусь, — он пытался перевести дыхание.       — Увези, увези меня…— Сергей чуть ли не срывался на крик. Парень схватился за волосы, виновато, опустив голову вниз. — Останови меня, умоляю.       Его слова…наполненные печалью...болью… цепляли самое сердце. Парень вывернул карманы. Показывая, что оружия у него больше нет, после чего протянул мне руку.       — Я боюсь, давай уйдем отсюда, — снова повторил он…— Уйдем, только вдвоем. Подальше отсюда. Подальше от всех..моя..девочка… Прости, если ты не хочешь, чтобы я так тебя называл я... — он потерялся. — Оно внутри, это нужно подавить. Обними меня...прошу…пожалуйста... — взмолился он.       Делая шаг за шагом, я шла к нему навстречу. Теперь мы стояли в паре сантиметров друг от друга. Он крепко прижал меня к груди. Его аромат был таким же лёгким и приятным, как и в первую встречу. Только запах уже запекшейся крови добавлял металлический привкус. Мои пальцы сжимали его рубашку, я чувствовала его спертое дыхание и размеренное сердцебиение. В его объятиях было тепло и уютно. Время остановилось. И тишина вокруг, словно никого нет рядом, но легкую дымку безмятежности прервал крик.       — Берегись! — на весь этаж гулом разлетелся голос Мятежника.       Я быстро включилась и отскочила от Разумовского. Кусок арматуры со свистом пролетел в сантиметре от моей головы и ударился о бетонную стену.        Глаза Разумовского игриво поблескивали, он засмеялся.       — Быстрая, — он надвигался на меня.       Оторвав своё тело с места, я бросилась бежать, от растерянности позабыв, про пистолет руках. Все здание сотрясалось от каждого шага и того гляди готово было рассыпаться в прах.       — Зачем же так бояться? — спокойным голосом начал Сергей. — Я тебя не обижу.       Разумовский бегал намного быстрее меня, поэтому ему не составило труда нагнать меня. К горлу подступил ком, я вжалась в стену, пытаясь слиться, раствориться в стенах старого здании.       — Зачем ты это делаешь? Что с тобой?! Ты сам на себя не похож…       — Мне кажется всегда таким был или ты про того мямлю? Давно ему говорил, что пора завязывать с новоиспеченными друзьями. Да уж забавно. Думал, его видео помешает мне, но какая же ты все-таки доверчивая и непослушная. Что ж, из меня вышел бы прекрасный актер. Говорил же он тебе подальше держаться. Пора с тобой завязывать.       — Не с места, рыжий, — послышался крик сбоку.       Это был Майор. Громов схватил Разумовского и повалился на пол вместе с ним. Завязалась драка. Каждый из оппонентов не хотел уступать, но способности Майора превосходили боевые способности программиста. Гром впечатал соперника в стену, попытавшись выбить арматуру из рук Разумовского, но замешкался. Парень резко повернулся и нанес удар железной балкой прямо по голове. Полицейский отшатнулся, схватившись за голову, а Разумовский нанес еще один удар на этот раз в живот. Гром отлетел почти на полметра, послышался треск. Брат, пробив своей спиной хлипкий пол, провалился на второй этаж и рухнул в груду строительного мусора. У Разумовского появилось время отдышаться. Сергей окинул взглядом помещение, не найдя раненную жертву, бросился на ее поиски, чтобы завершить дело до конца, словно совсем позабыв обо мне.        Я бросилась к месту падения Грома, подползла к дыре в полу, почти не шевелясь, чтобы не последовать примеру брата. Мужчина лежал не двигаясь. Подойдя ближе, я заметила лужу крови. Сердце ушло в пятки. В ногу брата впился железный штырь.       — Игорь, — тихонько позвала я.       В ответ послышалось сдавленное мычание и завывание от пронзающей тело боли. Живой.       — Господи! — послышались знакомые голоса. Пари и Оля подбежали к Игорю.       Увидев девочек, я облегченно вздохнула. Так Гром будет в безопасности, они позаботятся о нем, а мне нужно найти Мятежника и Разумовского, пока они не убили друг друга.       На бегу я прислушивалась к каждому звуку. Дым начинал распространяться по зданию. В горле першило, времени было мало. Наконец нашла первого. Раненый хромал по коридору, рукой прижимая рану, я подбежала к нему. Смех Разумовского раздавался вдали, позади нас. Взяв юношу под руку, помогла ему идти. Нельзя допустить, чтобы Разумовский нашел своего неприятеля. Во-первых, я не хотела, чтобы Разумовский совершил убийство, а во-вторых даже этот жук не заслуживает смерти. Пусть уж его судят по справедливости. Да, в этом мы были с братом похожи. Кажется, это у нас семейное. Да и если бы не он, Разумовский уже меня прикончил.       — Ты зачем вытащил нож? Он же кровь сдерживал.       Юноша промолчал, он совсем выдохся: лицо побелело, не выдавало каких-либо эмоций, руки вяло болтались из стороны в сторону, ноги сгибались под тяжестью тела.       Голос Разумовского был все ближе.        — Тут есть еще одна лестница?       — Нет. Нужно спрятаться. Нам не спуститься. Этот псих перекрыл единственный проход, – прошептал раненый.       — Остается только пропустить его вперед?       Юноша кивнул, мы завернули в полуразваленную комнату. Забаррикадировав дверь еле живой тумбочкой, я подошла к Мятежнику. Он сидел на полу, кривясь от боли в ноге.       В кармане жилета с давних времен лежал полудохлый бинтик, вернее, что от него осталось. Когда-то использовала его для практики первой помощи. Он лежал тут уже год, пережив несколько стирок. Моя забывчивость сейчас была очень кстати. Я принялась перевязывать рану пострадавшему.       — Нужно немного потерпеть, будет больно.       — Да куда уж…Если выживу… больше никогда. Черт возьми! Свалю куда-нибудь к морю, честное слово. Не думал, что он такой неуравновешенный.       — Зачем ты в это ввязался? Стоило подумать об этом раньше.       — Ну деньги… авторитет…красивые девчонки… Кстати, уж не думал, что милый полицейский будет перевязывать мне ногу и спасать от тирана. Мы могли бы подружиться, — он посмотрел на меня с улыбкой, что давалось ему не легко.       — Лучше помолчи. Иначе лично отдам тебя ему в руки.       — Понял, понял.       По комнате эхом разлетелся гул. Это он. Он пытался открыть дверь.       — Вам бы стоило быть по тише.       В порыве страха мы схватились с Мятежником друг за друга. Дверь открылась, бедная тумбочка опрокинулась, щепки разлетелись вокруг, поднимая клубы пыли в воздух.       — Какая картина, — самодовольно произнес безумец.       — Ну...кажется, это уже ваша работа...не смею вам мешать, —прошептал мне Мятежник.       Я быстро достала пистолет из кармана, направив на Чумного Доктора.       — Выстрелишь? Да брось. Мы проходили это минут 10 назад.       Он сделал шаг вперед, а я предупредительный выстрел в потолок.       — Выстрелю. Тебе не одурачить меня снова.       — Ну да… следующий уже только в упор. Только вот… как дрожат твои руки. Удивительно, — он направился в сторону противника, но я встала между ними.       — Прекрати! Знаю, ты не хочешь этого. Ты не убийца.       — Не убийца? Это верно. Я – ГЕРОЙ этого города! Ты думаешь, что сможешь напугать меня? Неумелая… трусливая девка. Что, родители должно быть думали – она достигнет большего? Но как свой братец тебе никогда не стать. Лучше тебе не мешаться.       Его глаза хищно сверлили, они смотрели в самое мое нутро. «Смотри, Игоря по телевизору показывают», «Молодец, Игорь. Как ты раскрыл это дело, ты ведь еще так юн?», «Кажется, у Громовых это в крови», «Чего же ты так трусишь и стесняешься?», «Тебе нужно набраться храбрости, посмотри на брата.» Хорошо, мам… Пока меня захватила река воспоминаний, Разумовский резко метнулся ко мне. Удар парня пришелся в мою коленку, парень подтолкнул меня к стене, от чего я рухнула на пол. Пистолет отлетел в сторону, юркнув под шкаф. Жесткой хваткой пальцы сдавливали горло, парень вжал меня в стену.       — Вся эта падаль заслуживает только одного, ведь по-другому они не умеют... — прошептал Разумовский.       Краем глаза я видела, как Мятежник пробивается к спасительному выходу.       — Что же, возведешь теперь свой сад грешников? — прохрипела я, отвлекая Чумного Доктора от своей жертвы.       — И не только!       — Ты идиот, а не герой.        — Мне жаль, что ты настолько глупа.        Тем временем в комнате мы остались вдвоем. Разумовский обернулся, он стремительно осматривал каждый угол, сканируя помещение на поиск неприятеля. Он был готов сорваться с места вдогонку за Мятежником.       — Знаешь, я никогда не смогу быть такой, как Гром. Да и пошло оно к черту! Я пришла помочь тебе.        Двинувшись вперед, вложив всю силу в ноги, я ударила Разумовского в грудь. Его рука скользнула вниз, отпустив меня. Парень отошел назад, пытаясь устоять на ногах, а я занесла руку для удара.       — Хорошая попытка, — Разумовский с силой вцепился в мой локоть, блокируя удар. Он замахнулся, я резко увернулась, но неудачно. Нога зацепилась за кусок проволоки, отчего я потеряла равновесие, плюхнувшись в центр кучи с обломками.       Чумной Доктор бросился к выходу, но резко замер на месте. Парень со злости ударил кулаком деревянную дверь. Где-то внизу раздавались голоса:        — Шеф, шеф. Уходим.       Кажется, это был кто-то из фениксов. Разумовский упустил свой шанс.        Недолго думая, я бросилась к шкафу, пытаясь достать пистолет. Мои пальцы уже дотронулись до спасительного оружия, но парень с силой дернул меня за воротник, кончик пистолета снова ускользнул из рук.       — Больше ты мне не помешаешь, — он сжал горло сильнее и достал из кармана окровавленный кинжал.       Его глаза полыхали яростью, все мышцы лица напряглись, на лице застыла безумная улыбка, которая скорее была даже вовсе и не улыбкой, а оскалом, он жадно облизнулся. Только сейчас мою глупую голову посетила мысль, что это все совсем не шутки. Он был настроен решительно. По спине пошли мурашки, его рука крепко впилась в мою шею.       — Прекрати...Сергей, не нужно. Прошу тебя, — задыхаясь, хрипела я.       — Просить как-то уже поздновато, не находишь?       — Знаю, что ты не хочешь этого, внутри ты не такой.       Парень только рассмеялся.       — Помнишь, как помог мне? Как мы наслаждались волнами? Все, чего тебе не хватает… это любовь и поддержка.       — Да этот слабак и заступиться за тебя без моей помощи не смог. Не стоило тебе лезть, быть может, мы смогли бы поладить. Забавно, как этот дурак пытался уберечь тебя от меня.