Treasure

Девушка умерла под лунным светом. Всё её лицо было окрашено красно-тёмной кровью. Глаза девушки были закрыты, излучая спокойствие, совершенно не соответствующее жуткому ощущению, которое вызывала окружающая обстановка. Никто не знает, как она умерла. Никто не знает, кто стал причиной её смерти. Целый ряд молодых девушек и юношей умерли таким же образом, что вызвало серьёзное беспокойство среди граждан. Именно тогда был вызван помощник прокурора, впервые Ацуши не нашёл сцены преступлений гротескными. Они всегда умирали в мире, усыпанные цветами, не улыбаясь и не плача, но на их щеках были явные слезы. Что за ужасающая способность заставляла людей умирать так спокойно? Какое греховное наслаждение должно быть в том, чтобы посылать людей на смерть по доброй воле? Спустя несколько месяцев все узнали, что цветы, окружавшие их, были другими. Но это говорит лишь об одном: все они пропитаны кровью, вытекающей изо рта. Вокруг распространяется болезнь. Вымысел превратился в реальность. Когда-то давно Йокогама была наполнена страхом перед болезнью Ханахаки. Она совсем не страшна, если человек от природы равнодушен к окружающим. Равнодушные люди все равно останутся равнодушными. Люди, которые от природы не способные испытывать эмоции, были победителями в этой смертельной игре. Но люди, которые так легко пали, люди, которые долго любили одного человека, который никогда не вернёт их любовь, те, кто застрял в собственной тюрьме, не в силах вырваться. Какая беда будет ждать их? Кто из них будет пощажен? К большому счастью, лекарство было найдено всего за три года врачом из Портовой Мафии. Но также поистине прискорбно, что даже в лекарстве будет одна вещь, из-за которой люди отказываются его хватать. — Они могли бы вырывать корень из легких, — категорично заявил Мори, — хорошая новость. Но есть и плохая новость. — И почему же? — подозрительно спросил Фукудзава. — Видимо, после удаления цветочного корня человек больше никогда не сможет полюбить одного и того же человека. В это время Ацуши подумал, что за шутка. Ведь действительно, кого это волнует, когда они находятся на грани смерти? Куникида тоже был согласен, и конечно, Дазай тоже согласился. — Мы нужны им, поэтому, когда ты чувствуешь, что вот-вот влюбишься в кого-то, кто никогда не полюбит тебя в ответ, сдержись, сотри это чувство как можно быстрее, не дай этому укорениться. — Куникида сказал серьёзным тоном, его глаза смотрели прямо в глаза всем помощникам прокурора. Дазай в своем кресле шутливо рассмеялся: — Но если, к сожалению, оно оказалось слишком сильным, не волнуйтесь. Идите к мафии, лечитесь. Устранение чувства никогда не ранит тебя. Какой смысл держаться за чувство, которое всё равно тебя убьет? Воистину то, о чем думал Ацуши. Люди, которые отказываются от лечения только потому, что хотят сохранить чувство, — это маньяки-самоубийцы. Накаджима никогда не мог понять, почему такие люди существуют. Но с каждым днём количество людей, готовых вылечиться, уменьшается один за другим. С другой стороны, болезнь ханахаки развивалась так стремительно, словно гигантский шторм. Парень не может понять, почему такое происходит. Не может понять, почему люди так охотно идут на смерть, если это означает навсегда сохранить такие обидные чувства. Он был сторонним наблюдателем, наблюдающим издалека. Отстраненно, безразлично. Ничто не имеет к нему отношения. Он — детектив, анализирующий причины, делающий свою работу. До того дня, пока не выкашлял первые лепестки лилии. Накаджима Ацуши влюбился в Акутагаву Рюноскэ. Это произошло незапланированно, как и бывает в любви. Просто в одну дождливую ночь, когда Акутагава лечил его раненое колено после падения. Ацуши задумался, было ли это несчастьем или удачей. Он начал понимать, что отказ от лекарства вовсе не был чем-то необычным. Любовь — одно из самых прекрасных чувств, которые он когда-либо испытывал, даже когда ему больно. Даже когда это так больно, что это чувство убивает его. Каждый день он хотел умереть, хотел избавиться от этого чувства. Но в то же время мысль о том, что его могут вырвать из него, была настолько страшной, что он чуть не заплакал. Все помощники прокурора узнали об этом позже, и это был ад. Куникида и Дазай практически сами потащили его к месту жительства доктора. По дороге он кричал так громко, что город содрогался: он плакал так сильно, что болели лёгкие. Лилии всю дорогу поливали его дождем из капель крови и цветов. Это было так больно, но ещё это ужасно поразило людей. — Проснись! — закричал Куникида, — Мы не простые граждане. Обладание такой болезнью не поможет тебе помочь тому, кто в нас нуждается. Твоя жизнь больше не твоя, Ацуши. Проснись, мать твою! В тот момент это было ужасающе. Он не хотел быть там, не хотел, чтобы его лишили чувств. Это было ещё страшнее. Акутагава тоже был там. Кашель вдруг стал ещё более сильным. Повсюду разноцветные лилии, кровь. В его легких больше нет кислорода. Ни в одном из легких больше нет места для воздуха. Он был лишь сосудом, полным лилий, одиноким в своих мыслях, желающим прикоснуться к собеседнику. Однажды, когда Куникида и Дазай ушли поговорить с доктором, а он остался наедине с другими портовыми мафиози, Акутагава опустился рядом с ним на колени, погладил его по щекам и нахмурился: — Кто сделал тебя таким? Ты. Это ты. Когда-то давно Накаджима Ацуши влюбился в Акутагаву Рюноскэ. Такая любовь была безответной, поэтому болезнь ханахаки была суждена ему врождённо. Его легкие болели, он умирал с каждым днём, но лечение не оставляло ему выбора, ведь он считал любовь чем-то ценным, как драгоценности. Но помощники прокурора не согласились с его жизненным выбором, и сегодня он был здесь, ожидая того дня, когда его чувства угаснут. Причина его адских дней теперь была здесь, стояла рядом с ним на коленях и гладила его по щекам, как будто он был драгоценным: не подозревая, что все лилии были дарованы ему. Жестокий кашель остался. Куникида и Дазай наконец вернулись, чтобы забрать его. Повсюду кровь, повсюду слёзы, повсюду лилии, страшные и болезненные. До тех пор, пока однажды Ацуши не почувствовал, что воздух вдруг полностью заполнил его. Лилии внутри него больше не было, она больше не жила, как воплощение зла. Все наблюдающие остолбенели, кашель прекратился, и Накаджима задышал так свободно. Даже доктор ошеломленно стоял на своем месте, нахмурившись. Впервые после нескольких дней Ацуши чувствовал себя живым, его легкие работали, воздух наполнял его. Он больше не чувствовал, что горло горит, легкие спазмированы, каждая секунда — это потеря жизни. Живой, совсем живой. Но у него все ещё есть чувства. Так что… Парень разинул рот. Глаза расширились. Он ошеломленно смотрел на ошарашенного Акутагаву. Жуткая тишина, стрекот кузнечика. Время идёт. Акутагава, наконец-то что-то поняв, заплакал. Он закричал, схватил Ацуши в свои объятия, словно он больше не был тем крутым парнем, который когда-то был таким отстранённым. — Ты должен был сказать мне! — закричал Акутагава, — теперь всё в порядке, — сказал он, — я люблю тебя. С самого начала люди знают, что существует два способа лечения болезни. Одно — это особое лекарство, которое было у доктора. Удаляя корни, удаляются и чувства. Однажды Ацуши задался вопросом, почему люди отказываются от него, находясь на грани смерти. Неужели люди так глупы? Судьба была жестока. Ацуши пожал то, что посеял. Он наконец-то понял, что любовь — это сокровище. Таким сокровищем обладает только он, такое прекрасное существо. Если люди обладают таким сокровищем, то смерть — это лишь мелочь. Кого волнует загробная жизнь? Сокровище есть сокровище, как всегда и было. Он отказывался, так упорно отказывался от лечения. Как и другой человек, которого он называл глупым, будучи сам глупым человеком. Но сегодня Ацуши понял. Это не просто потому, что их чувства — такое ценное сокровище. Не только потому, что они не хотели потерять красоту любви к кому-то. Но это была надежда, надежда. Люди продолжают надеяться, что спустя какое-то время их вылечит другое лечение, даже если они при этом умрут. Это оно, это лечение. Люди надеются на это лечение. Ацуши никогда не понимал, как сильно он на это надеется, когда его впервые поразила болезнь. Он не понимал, как сильно желает наступления этого дня, пока он действительно не наступил. Чувствовать себя вознагражденным, такая прекрасная судьба. Воистину, на это стоило надеяться. Парень так сильно плакал. Он почувствовал свои губы на губах Акутагавы и наконец-то почувствовал себя живым. Время проходит мимо, течёт. Проходит ещё одна секунда — ещё одна секунда его прекрасной жизни. Давным-давно Акутагава Рюноскэ полюбил Накаджиму Ацуши. Он спас мальчика, которого так сильно любил, и от смерти, и от ограбления. Воистину, любовь — это сокровище, и на ответное чувство стоило надеяться. Неудивительно, почему Ромео и Джульетта постоянно были готовы умереть друг за друга.