Виды боли

Следующим утром Виктор кое-как встал с кровати, собрался и поплелся в лабораторию. Казалось, вчерашние события были лишь сном. Разум с каждым днём туманился сильнее. Соображать что-то порой можно было с трудом. Он подошёл к двери, достал ключи из кармана брюк, но вдруг понял что дверь открыта. С искренним недоумением он зашёл в помещение, где за столом уже кипела работа. Эллен, с завязанными в высокий хвост волосами и защитными очками, рассматривала осколок на свету придерживая его щипцами. Губы Виктора растянулись в улыбке. Было так странно снова работать вместе. Он и не думал, что она останется. Но, видимо, что-то её всё-таки здесь ещё держит. — Доброе утро. — Заявил о своём приходе Виктор, тем самым оторвав её от работы. Она явно занервничала. Быстро сложила всё по местам и отошла в сторону. — Всё в порядке? — удивился такому поведению парень. — Да. Просто… Доброе утро. Просто не хочу, чтобы я потом опять была в чём-то виновата. Учёный погрустнел. Внутри словно пронёсся туман, от которого стало так неуютно и холодно. Она его боится. — Боже мой, Эллен. Не нужно так. Делай что хочешь. — Ох, нет-нет. Мы это уже проходили, Виктор. Просто говори что мне делать. — Какой смысл так делать, если ты всё равно приходишь раньше меня и делаешь всё по-своему? — Парень усмехнулся. — Эмм… Ну, до меня только сейчас дошло, что так будет правильнее. — Нет. Это будет совсем не правильно. Я не должен тебя в чём-то ограничивать. Я это понял. И больше на одни и те же грабли не наступлю. Я обещаю. Девушка приподняла защитные очки на лоб и он увидел тот самый изумрудный цвет её глаз. Как давно он не видел в них того самого блеска. Они изменились, как и всё вокруг. — Тогда я пожалуй начну объяснять что мне удалось выяснить. — Хорошо. Фонс начала объяснять ему сколько обнаружила схем, каков возможен принцип действия данного орудия, какова дальность стрельбы. Она предположила что стрелять могли издалека, что подтверждает теорию о том, что это всё дело рук жителя из Зауна. Он слушал. Каждое её слово. Сидя на стуле, он облокотился щекой о трость и слушал. И сам не заметил как начал улыбаться. Что девушку явно ввело в ступор. — Я смешна? — Что? — пришёл в себя учёный. — Нет. Нет, не в коем случае. Прости. Я просто очень рад что ты вернулась. Девушка улыбнулась: — Я тоже рада тебя видеть, Виктор. Над ними повисло неловкое молчание. — Как поживает Хеймердингер? — решила нарушить тишину Эллен. — К сожалению, не могу тебе ответить. Я его давно уже не видел в пределах Академии. — А Совет его не потерял? — Он больше не его часть. — Ответил вошедший в лабораторию Джейс. — Как же здорово видеть Вас вместе за работой. — Хеймердингер больше не советник? — удивилась Эллен. — Он же один из основателей Пилтовера. Кто это допустил? — Я. Ответ Талиса заставил Виктора и Эллен переглянуться. — Но почему? — искренне не понимала Фонс. — Мне самому далось это решение нелегко, но с ним мы не сможем помочь Виктору. Он не позволяет исследовать хекстек. — Как хекстек поможет Виктору? — С его помощью можно изобрести то, чего ты пытаешься добиться. — А чего ты пытаешься добиться, Эллен? — поинтересовался Виктор. — Расскажите мне поподробнее про этот ваш хекстек. — Усиливала от ответов Эллен. И тут понеслось. Столько слов, столько событий. Она бы хотела присутствовать тогда, когда до них дошёл принцип действия хекстека, как додумались его использовать в качестве телепорта для торговых связей. Всё это казалось таким невероятным, но в то же время она сама пытается создать нечто невероятное. Да только никому об этом рассказать толком не может. Пока что. Да, Талис в курсе, но явно не проявляет особого интереса к её идее. Когда как Виктор уже давно бы расспросил её обо всех умственных процессах, которые помогли ей до этого додуматься. С ним всё по-другому. И никто не сможет его заменить. Девушку начинало пугать, что она такого мнения об этом парне. Ей всегда говорили «незаменимых людей не бывает», а теперь получается совсем наоборот. Стоя спиной к беседующим парням она услышала как в лабораторию пришёл кто-то ещё. — Мэл, нам уже ничего не исправить? — спросил Талис. — Зачем задавать мне такие вопросы? — бархатный женский голос раздался эхом по помещению. — Ты сам советник и прекрасно знаешь ответ. — Мои взгляды разительно отличаются от ваших. — Уточнил Талис. — Будь это так, тебя никто бы не поддерживал. А мы все дали согласие на мир между Пилтовером и Зауном. — Всё было под контролем. Но Силко пропал. Я не могу ничего толком решить без него. — Значит у Нижнего города сейчас нет руководства? — уточнила Медарда. — Пока что нет. — Это плохо. Для них. Эллен глубоко задумалась после услышанного. Нижнему городу наверняка грозит опасность, но какого масштаба пока конкретно непонятно. Известно одно — здесь задерживаться нельзя. Она нужна людям в городе. И нужна Виктору. А если она останется здесь, то никогда не закончит лекарство. — Чем занимаешься? — отвлёк её от мыслей голос Виктора за спиной. Она повернулась к нему и улыбнулась в ответ его улыбке. Краем глаза она увидела как двое советников, не отрываясь от бурного обсуждения нынешних проблем, покинули лабораторию. — Да так, одним ухом слушаю терзающие беседы, а головой пытаюсь думать о другом. — Я особо стараюсь не вникать в эти политические штуки, но когда дело касается Зауна… — Да, я о том же. — Согласилась с ним девушка. — Так чем ты занималась в Нижнем городе, если не секрет? — Секрет, на самом деле. — Усмехнулась Эллен. — Но ничего криминального. Напротив, я хочу сделать мир лучше. — И как? — Я пока не готова тебе об этом рассказать. — Хорошо. — Ты так быстро сдался? — удивилась Фонс. — Я же сказал что больше не наступлю на одни и те же грабли. Они засмеялись. — Виктор, ты же понимаешь, что завтра я сюда уже не приду? Эллен рубила с плеча. Парень тяжело вздохнул и заметно погрустнел. — Я надеялся вдруг ты передумала. — Я бы очень хотела остаться. — Взмолилась девушка. — Но не могу просто сидеть на месте, когда ты в таком состоянии. — Что тебе не даёт покоя моё состояние? Виктор нахмурился и зашагал в сторону лежащих на столе осколков. — Ты умираешь… — Медленно последовала за ним Фонс. — А я этого не допущу. Не прощу себе, если это случится. — Ты в этом не виновата, Эллен. Ты ничего не сделаешь. Есть лишь один путь… И я пойду по этой извилистой тропинке один, чтобы выжить. — О какой такой тропинке идёт речь? — насторожилась девушка. — Мерцание. — Виктор, нет. Не в коем случае! — Я знаю, что делаю. — Такое ощущение, что нет. Мерцание — это отрава. То, с чем необходимо бороться, а не примкнуть к этому. Мерцание погубило стольких людей в Зауне. — С ним мне становится легче. — Это всё ложные ощущения, временные. Виктор, у меня есть решение твоей проблемы. Только дай мне время. — Нет у меня больше времени, Эллен. — Пожалуйста. Ты должен мне поверить. Он услышал как голос девушки дрогнул. Она плачет. Не успел он повернуться к ней как его торс со спины обвили тёплые руки. — Эллен… Ты нужна мне. — Искренне признался учёный. — Ты мне тоже, Виктор. Очень странно, но эти фразы прозвучали так словно они признаются друг другу в самом сокровенном. А холодная рука Виктора, которая легла на руку девушки, лишь подтвердила догадки обоих.