Каникулы — это круто. Хочу — убираюсь, хочу — стираю, хочу — глажу. А захочу — психану и уеду на дачу. Буду поливать, полоть, копать. (Чье-то необыкновенно справедливое наблюдение…)
Я воззрилась на котел, потом — на эльфа: — Где я тебе воду возьму? Кем надо быть, что бы послать слабую, беспомощную девушку за водой?! — В реке. Убийственная логика! — Сапоги отдай. — Чтооо? — Я знала, знала, что его невозмутимость не безгранична! Я покрутила сбитой в кровь стопой: — Что ж, если я сотру ноги до колен или подцеплю какую-нибудь заразу, не исключено, что зубастую, это будет на твоей совести. — Я двумя пальчиками взяла котел, правда, тут же уронила его нам на ноги. Кто ж знал, что он такой тяжелый! Пока я ругалась и прыгала на менее придавленной ноге, эльф разувался. Поставив сапоги на пол, он с лицом великомученика вернулся к выполнению своих обязанностей. — Спасибо. А в ответ только ежики сопят… Задевая котлом мебель, себя любимую и воздух, пошла, куда послали. — Да осияют звезды твой путь. Котел снова упал. Он покатился прочь и остановился пред носом мирно завтракающего кролика. Пушистик осмотрел инородный объект, проверяя его на пищевую пригодность. Понюхал. Куснул… Разочаровался и вернулся к сочной зеленой травке. Бочком-бочком, по-крабьи, подобралась к зверюге. Я протянула руку к котлу и совершила роковую ошибку: заглянула в глаза кролику. Милый пушистик грозно сверкнул очами и оскалил длинные зеленоватые от травяного сока зубы: «Кто посмел покуситься на мой завтрак?!» Ой! Схватив котел, я ретировалась: — Понимаю-понимаю, завтрак — это святое… Углубившись в лес, поняла, что не знаю, где река! Нет слов, одни восклицательные знаки… Пошла наугад. Через два часа река все-таки обнаружилась. Во время эпичнейшего блуждания по лесу я пережила нападение оводов, падение в крапиву и смерть пяти мерзких кусачих мух-переростков, появление новых вмятин на котле и безумную погоню, кончившуюся моим падением. Оглушив живность руганью (это я свое отражение увидела) и хорошенько помывшись, пошла назад. А котел… В общем, вернулась к обеду. Виноват не только мой топографический кретинизм, но и малинник. У порога меня встретил эльф: — Что с тобой? Вот это выдержка, он даже не вздрогнул! Сохраняя мрачное молчание, торжественно бухнула котел к его ногам и вползла в дом. — Здравствуйте! — Обратилась я к ежикам, Радагасту, Толстому и Голлуму, ищущему что-то в куче хлама. — Мы нашшлии! — Жертва магического кольца вскинула к потолку руку, в которой сжимала молоток. Рядом со Львом Николаевичем лежала кучка гвоздей… — Я готовить умею! — Поспешно выпалила я, увидев задумчивое лицо мага.***
Некромант окончательно вышел из себя. — ПОЧЕМУ Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ?! Дол-Гулдур содрогнулся от этого крика. Орки попрятались кто под столом в трапезной (сидели там, как сельди в бочке и поддерживали столешницу), а кто просто закопался среди строительного (и не только) мусора. Еще не съеденные крысы и вездесущие тараканы завидовали улетевшим прочь воронам… Легальное и не совсем население крепости дрожало от страха и возносило наскоро придуманные молитвы, в надежде, что великий и ужасный их не заметит. — УУУУУУ, ПУСТЬ МНЕ ТОЛЬКО ПОПАДЕТСЯ ЭТОТ ГАД! Черный туман на бешеной скорости метался по комнате, рассыпая искры. Он изучил книгу вдоль, поперек, наискосок и напросвет, даже головой о нее побился, но ничегошеньки не понял. — ЭТО Ж НАДО ТАК ШИФРОВАТЬ! Разнеся в щепки очередной предмет, Некромант буркнул: — Мне срочно нужен хозяин этого… недоразумения. Озвучив эту мысль, туман сгустился в облачко, свернулся клубочком и опустился на трон. Гениальные планы придумывать…***
Где-то через десять минут я сидела, закинув ноги на табуретку, и резала овощи. Стопы были вымазаны фирменной радагастовой мазью бурого цвета, вопреки ожиданиям пахнущей травами. Физиономия тоже вся в этой бяке, только огуречных кружочков на глаза не хватает. — Вот помню, еще случай был, лет эдак двести назад… Эм-м, о чем это я? — Радагаст вдумчиво почесал макушку. — О вашей молодости, — подсказала я. — Помнится, когда я был жив, — начал Лев Николаевич, - Ах, да, барышня, совсем запамятовал… Позвольте узнать ваше имя и имена ваших спутников! Мы знакомы весьма продолжительное время, но до сих пор друг другу не представлены. Ой, и правда! Я до сих пор не раскрыла великую тайну своего имени ни Толстому, ни Голлуму, ни эльфу… Последний сам виноват: он первый не представился. — Я – Юля. Вон тот чудик, которого дверью придавило — Голлум. А тот, кто снимает с него это недоразумение, мне не представился. Эльф, держащий дверь и поэтому полностью ею закрытый (только макушка торчит), заявил: — Мое имя Се… Но, видимо, не судьба мне узнать, как его зовут… На фоне темно-серого пустого дверного проема появился высокий силуэт, черный в наступающих сумерках. Голлум юркнул под стол, туда же устремились ежики, за секунду до этого наблюдавшие за попытками водрузить дверь на ее законное место и ехидно фыркавшие. Эльф замер, Радагаст словно окаменел, его выразительное лицо исказила гримаса ужаса. По моей спине промаршировала армия мурашек, а Лев Николаевич почти исчез… Кто это такое, если Радагаст и ежики настолько испуганы?!