Топить в вине бушующее пламя печали

      Глаза блондинки расширяются, когда она делает глоток. Горький напиток обжигает горло и туманит разум. Девушка морщит нос и трясёт головой, пытаясь прийти в чувства. — Еhе~ — бард смеётся, всматриваясь в чужое лицо и счастливо улыбается, когда Люмин делает тоже самое. — Вкусно? Он и так знал ответ, но всё равно игриво поинтересовался, попутно заглядывая в её чашку «много отпила». — Омерзительно. — высовывает язык, недовольно морщась. — Как это вообще можно пить? — Ну… люди пьют не ради вкуса, а чтобы забыться, — Венти, делает глоток и немного грустно добавляет. — жаль только не всегда получается. Путешественница мгновение смотрит на того, а затем, скорчив недовольную мину, допивает. — Гадость-гадость-гадость! — тараторит она, стараясь отряхнуть язык, едва ли это могло помочь. Архонт, удивлённый её действиями, быстро приходит в себя. — Меня убьёт Чжун Ли, а ещё Сёгун, а ещё Паймон, а ещё… — казалось, список был действительно большой, конечно, он был готов к подобному исходу, когда вёл её в бар, но кто же знал, что серьёзная Люмин решит спиться?! Его голос немного подрагивает, когда она ложится на барную стойку и тихонько хихикает. Можно ли так опьянеть с одной кружки?! — Люмин… — зовёт парень и кладёт руку на её плечо. — Венти, от тебя так ветерком веет, это потому что ты Барба… Ик!.. — блондинка накрывает руку барда своей, и прикладывает к щеке. — Мне так хорошо~ — трётся об неё как кошка. Конечно Венти ожидал чего угодно, но не подобных нежностей и теперь его лицо было красным, как если бы он выпил кружек десять. «Нужно собраться, а не пользоваться этим её состоянием! Не пользоваться! Не пользоваться!» несколько раз повторив это, бродяжка последовал к выходу, подхватив при этом Люмин. Девушка всё так же хихикает и трётся о его щёку. — Ты теперь такой тёпленький~ Как пироженка! Пироженки же тёплые? Нужно будет спросить потом у Паймон~ Паймон тоже тёпленькая и вкусненькая наверное~ Волнуясь о судьбе летающей консервы, бард решил не вести путешественницу домой. Вариантов было немного, а потому спустя 15 минут, они пришли в долину ветров. — Ветерок! — бегая вокруг дерева, кричала героиня. — Я хочу обнять тебя ветерок! Рыцарь тянется за потоками ветра, пытаясь заключить те в объятья. — Люмин, это опасно! — Венти только и успевает, что схватить героиню за локоть, ещё бы чуть-чуть и она свалилась с обрыва. Умереть не умерла бы, но парой переломов вполне обзавелась. Бард тихонько притягивает к себе, легко, невесомо, обнимая. Его дыхание опаляющее кожу и шёпот звучащий у самого уха. — Тебе стоит быть осторожнее. Может это из-за алкоголя, но сердце замирает от его голоса. Люмин чувствует его руки на своей талии, волосы щекочущие шею, но всё это ощущается так правильно, словно так и должно быть. Парень садится на траву и тянет девушку за собой, ведёт рукой вдоль её лица, проводя по его чертам пальцами. — Щекотно. — опускает голову. Он останавливает, задерживаясь на губах. Голубоволосый смотрит перед собой и сокращает расстояния между ними. — Могу я всего один раз воспользоваться ситуацией? — вглядывается в её глаза, такие ослепительные, но туманные. Его слова подобно вину пьянят ещё сильнее, и девушка поддаваясь, кивает. Её рот блокируют, кожа покрывается мурашками от его поцелуя, такого сладкого, словно мёд. Венти целует её долго, не отстраняясь, лишь изредка причмокивает и припадает к губам с новой силой, как в последний раз. Его руки скользят ниже, и пальцы гуляют по оголённой спине. Люмин выгибается, ловит его лицо руками и отвечает, неумело, неопытно, но так очаровательно. Если бы Венти попросили выделить один момент из всей его долгой жизни, парень незамедлительно назвал бы этот. Тот момент, когда девушка, которая пробудила давно забытые эмоции, позволила себя поцеловать. Вспомнит ли Люмин об этом в их следующую встречу? Должен ли он ей напомнить? Поцеловать её снова, так же нежно, но требовательно, так чтобы она непременно запомнила. Он желал этого, желал её, серьёзную, пьяную, весёлую, грустную — любую, лишь бы путешественница была только его. — Останься со мной ещё ненадолго. — помещает её ладонь в свою и смотрит, с надеждой. — Совсем немного… — у Люмин голова кружится и слегка туманятся мысли, в них только одно «Хочу снова поцеловать его» и она целует, сама, заставляя барда оцепенеть, затем довольно отвечая. Возможно завтра Люмин и не вспомнит об их поцелуях, но бродяжка с удовольствием напомнит, оставив на губах сладкий привкус вина.