Твоя теплота не спасёт меня

      Соня неспешно вела машину, изредка нервно постукивая пальцами по рулю и бросая быстрые взгляды на сидящую рядом Альбину, что будто бы отстраняясь, пыталась вжаться в угол кресла, тщательно скрывая экран своего телефона, который к сожалению, но не отражался в чутка приоткрытом окне из-за палящего утреннего солнца. Монотонный голос навигатора направлял их, перебивая негромкую музыку. На задних сиденьях лежали спортивные сумки, купленные Соней в спешке по дороге домой, в которых были аккуратно сложены вещи Альбины.       Вид за окном постоянно менялся, скача от высоких новых многоэтажек, что были до неприятного похожи друг на друга, то они сменялись на низенькие дома, усеивающие близь центра города и стоящие тут уже сотню лет, чем как раз и славилась эта культурная столица. Улицы были оживленны, ведь как никак выходной, дающий возможность спокойно походить по магазинам или торговым комплексам, предаваясь бездумным занятиям и бессмысленным покупкам.       Но вот показалось трёхэтажное здание, обнесенное высоким железным забором, чьи толстые прутья были выкрашены в чёрный отталкивающий цвет. Бежевая плитка, которой были обделаны стены больницы, одновременно и радовали глаз своей приятной не броскостью и насыщенным цветом, но и вызывали слегка тошнотворные чувства у Альбины. Хотя возможно это был один из редких позывов её организма, пытающегося побороть скрытый недуг. Парковка была почти пуста, так что Соня без проблем припарковалась на первом же свободном месте. Выйдя из машины, Альбина замерла, невольно сглотнув и не заметно для себя, вцепившись в дверь машины, сжимая ладони до белых костяшек, пока сзади не появилась Соня, что настороженно потрясла девушку за плечо, тем самым выведя её из немого ступора.       Их приняли довольно быстро. Как оказалось, документы были оформлены ещё пару дней назад, а палата готова принять своего нового хозяина. Немного раздражённая чем-то медсестра провела Альбину к её новому «дому» на ближайшее время, которое никому не было известно. Комната была не такой уж и просторной, но в целом, девушку всё устраивало. Стояла заправленная кровать с бортиками по бокам, небольшая бежевая тумбочка с одним большим ящиком, белый мягкий диван с прозрачным столиком перед ним. Тут даже была чутка треснувшая раковина и туалет, но к сожалению, как оказалось, душ тут был общий и по расписанию. За это время Соня не проронила ни слова, молча слушая медсестру, и таская туда-сюда сумки Альбины.       После недолгого объяснения что и как расположено, медсестра оставила девушек одних, предупредив о скором приходе лечащего врача Альбины. Не без помощи Сони, девушка сложила все свои вещи в узкий шкаф, стоящий в углу возле двери в туалет. Наконец пришёл врач и настало время Соне уйти. Как бы Альбина не хотела отпускать руки, выпуская подругу из цепких объятий, ей всё же пришлось это сделать. Ещё немного она наблюдала, как фигура Сони исчезает из её поля зрения, завернув за один из углов холодного больничного коридора, который так и сдавливал не особо ощутимым напряжением. Сейчас же, Альбина почувствовала себя как маленький ребенок, которого мама оставила в санатории, ничего толком не объяснив и не рассказав, будто бы бросая её тут навсегда. Уж лучше бы это был санаторий, чем скучная мрачная больница, наполненная унылыми пациентами, большинство из которых потеряли всякую надежду на светлое будущее.

***

      Припарковав машину, Соня заглушила мотор и уставилась куда-то вперёд себя, крепко сжимая руль в руках. Такая едкая злость, перехватившая дыхание и похожая на вязкий яд, стала распространяться по телу. Девушка не знала из-за чего она так яро хочет бить по рулю, но отчасти, ей нравились эти чувства. Для неё это был глоток свежего воздуха, особенно в такой повседневной жизни, где иногда, камень мог быть более эмоционален чем она.       Такая привычная одинокая и пустая квартира. Большинство времени Соня тут не бывает, оно и ясно, девушка постоянно то на работе, то в разъездах, то просто отдыхает, отрываясь в клубах. Хотя это громко сказано, ведь обычно она выпивает там пару напитков, чтобы немного растормошить свой мозг и дать волю потаённым желаниям, а после выбирает себе девушку посимпатичнее, уезжая с ней домой. Соня успела свыкнуться с тем, что живёт одна, отвыкнув от шумных компаний, с которыми она проживала в общежитии, где каждый день был либо праздником по абсолютно любому поводу, либо трауром, из-за предстоящих сессий, ну или же из-за того, что умер всеми любимый таракан Володя, живущий на кухне целый год.       В комнате вновь стоял мольберт, на который был водружён очередной холст, чей тусклый силуэт освещал одинокий луч, проникший сквозь плотные тёмные шторы. Соня устало выдохнула и подошла к нему, едва прикасаясь кончиками пальцев к нелепым искажённым линиям, часть из которых была резко прервана или размазана по сторонам. Рядом валялась клячка и карандаш, чей сломанный грифель лежал на табуретке. - Ха… – невольно усмехнувшись, девушка подняла карандаш, рассматривая его в руках. Только недавно он был новеньким и опрятным, а сейчас же стал очередной жертвой приливных потоков искусства, коими была одержима в тот момент девушка. – Мне никогда не передать то, как вижу её я...       Подняв глаза на холст, Соня стиснула зубы и потянулась к нему. Он был как издёвка, похожая на удар по самому больному месту. Сняв его с мольберта, она продолжала сверлить полотно разочарованным взглядом, полным презрения к нему. Неспешно, она подошла к шкафу, и резким движением скинула покрывало на пол. Под этим покрывалом скрывались белоснежные полотна, на каждом из которых были лишь нечеткие наброски, некоторые сделанные размашистыми линиями, словно кто-то, со всей злостью вдавливал тонкий кончик грифеля в твёрдый холст. Каждый мог увидеть в этих суетливых линиях что-то своё и только Соня знала, что, а точнее кто, должен глядеть на неё с холста.       Портрет той, кто стал для неё одним из немногих смыслов жизни, той, кто стал самым родным человеком. Портрет той, в кого Соня безответно влюблена уже около трёх лет, может чуть меньше. Эти манящие карие глаза, поражающие своей глубиной, которая видна лишь тогда, когда ты по часу неотрывно смотришь в них, проникаясь самой девушкой; пухлые округлые щёки, покрывающиеся румянцем, когда девушка смущалась; её маленький аккуратный нос и тёплая полуулыбка — вот что должно быть изображено там. Но каждый раз, каждый чёртов раз, Соня беспомощно опускала голову, с презрением глядя на свои тонкие пальцы, со всей злостью сжимающие карандаш. Уже столько попыток изобразить портрет Альбины кануло в небытие. Вот и очередная неудачная попытка скрылась под тонким покрывалом, стыдливо прикрывающим позор Сони. - Надеюсь с ней всё будет в порядке… – накинув покрывало назад, девушка неспешно стала убирать свой творческий бардак.

***

      Кабинет был окрашен такой же бежевой и оранжевой краской, как и все просторные коридоры в больнице. Неприятный запах лекарств и спирта ударил прямо в нос, отчего, девушка хотела чихнуть, но ей не удалось сделать этого, поэтому в носу лишь продолжило ноюще сверлить. Вдоль одной из стен стояли кожаные кресла с опущенными спинками, и накинутыми на них синими гладкими подушками, лямками прикрепленные к ним. Альбина встала возле стены, замявшись и наблюдая, как медсестра тщательно протирает кресло спиртовой салфеткой. Возле каждого кресла стояли капельницы со скрипучими колесиками. - Присаживайтесь.       Альбина послушно села, поудобнее принимая позу. Женщина закатала ей рукав и положила её руку на широкий подлокотник, а сама отошла к широкому белому столу, с множеством полочек и маленьких ящиков. Вернулась она с пластиковым пакетом, в котором был прозрачный раствор. Прикрепив его к капельнице, женщина быстро протёрла руку Альбины ваткой со спиртом и стала нащупывать вену. Тонкая игла проникла под мягкую кожу, попадая прямиком в вену. Альбина невольно поёжилась в кресле, даже не решаясь вернуть глаза в сторону своей руки. Медсестра настроила скорость подачи лекарства и зафиксировала капельницу лейкопластырем. Девушка прекрасно чувствовала, как холодные капли раствора, медленно проникали в её организм. Казалось, что это пытка длилась несколько часов, но нет, прошло всего двадцать минут. Процедура наконец закончилась и тонкая игла освободила руку девушки. А ведь Альбину ждёт ещё множество подобных встреч, практически каждый день.       Ночь окутала всю больницу давящей тишиной, изредка нарушаемой глухими шагами врачей и охранников, осматривающих коридоры на наличие пациентов, измученных бессонницей, которым так и не удалось уснуть. Вот и Альбина не могла уснуть, ворочаясь на кровати. Сегодня было по-особенному странно и одиноко. Это скребущее в душе чувство, продолжая завывать внутри. Она не хотела плакать. Точнее, ей хотелось разрыдаться во весь голос, сжимая до боли бортик кровати, кричать о всем том, что скопилось внутри, кричать так сильно, чтобы горло умоляюще сжалось, не давая сделать и вдоха. Но слёз не было, она выплакала их ещё на прошлой неделе.       Так проходили часы. Часы множества раздумий и споров с самой собой, попытки побороть незримый страх, что будто волны то возвращался, пронзая насквозь, то вновь отступая. Рассвет будет только через час, а на небе уже были видны первые солнечные лучи нового дня. Альбина устало поднялась с кровати, машинально проверив телефон. Новых уведомлений не было, а время показывало почти семь часов. Солнце вовсю палило в небе, прорываясь через белые жалюзи. До завтрака оставался час, поэтому девушка решила привести себя в порядок. Холодная вода хоть немного, но освежила Альбину, по её спине пробежали мурашки, заставив её вздрогнуть. Час, неожиданно, пролетел довольно быстро и дверь в палату открылась. Тележка, загруженная кучей тарелок на верхнем этаже, и подписанными маленькими стаканчиками на двух нижних. Медбрат приветливо улыбнулся и поставил тарелку с бледной кашей на прикроватную тумбочку, а после, немного повозившись со стаканчиками, лично в руки отдал один из них. Несколько цветных таблеток лежали на дне. - Вы должны выпить их после завтрака, – пояснил парень, удаляясь к двери. – Тарелки будут забирать через полчаса, – сказал он, прежде чем скрыться за дверью.       Безвкусная белая масса, немного прилипающая к ложке, тут же комом упала в желудок Альбины, а вслед последовали таблетки, оставившие едва уловимую горчинку. Снова тот кабинет, капельница с острой иглой и лёгкое непривычное онемение вместе с уже знакомой вялостью. Наконец настало то самое время – приёмные часы. Удивительно как незаметно для себя, Альбина стала частенько проверять время на телефоне, мысленно отсчитывая сколько осталось ждать. Дверь палаты открылась и оттуда появилось улыбающееся лицо Сони. - Ну как ты тут? – сбросив с себя ветровку и небрежно положив её на диван, Соня присела на край кровати, пристально вглядываясь Альбине в лицо. – Прошло всего дня четыре, а ты выглядишь как-то не очень... – едва прикоснувшись кончиками пальцев к щеке девушки, та перехватила её и резко убрала вниз. - Я не могу перенести этого... – хриплым и надломившимся голосом неожиданно сказала Альбина. Казалось бы, вот её подруга, что пришла к ней, чтобы поддержать, но почему-то именно сейчас её пробило на такие откровения. Внутри проснулось что-то ноющее, вырываясь наружу. - Не накручивай себя, всё ты сможешь. - Да заткнись ты уже! – со злостью, Альбина грубо оттолкнула от себя подальше Соню, раздраженно смотря в её зелёные глаза, что всё так же продолжали излучать ту привычную теплоту. – Ничего я не могу! Ты так заебала меня этим! Я сдохну тут и ты ничего с этим не сделаешь! – тяжело дыша, Альбина отвернулась, пряча лицо в ладонях. - Всё будет хорошо, ты справишься, – только Соня потянулась к ней, как тут же почувствовала звонкую пощёчину на своей щеке, но ничего не сказала, молча смотря на плачущую Альбину, которая стиснув зубы, зло смотрела на неё. Нельзя сказать что это было не больно, это было чертовски обидно. Обидно не от того, что она получила по лицу, вовсе нет, обида была от того, что это был очередной плевок в её душу, который она как обычно пропустит мимо себя. - НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! ПРОСТО ОСТАВЬ В ПОКОЕ!       Ещё немного посидев молча, Соня тяжело выдохнула и ничего не сказав, встала с кровати, подхватив ветровку и выйдя из палаты. Её не было всего каких-то жалких минут пять, а Альбина успела обругать себя с головы до ног, уже собираясь звонить подруге, судорожно извиняясь за своё поведение, но этого можно было и не делать. Соня вернулась, точно так же небрежно бросив ветровку на диван, но не решаясь подходить к Альбине близко. В руках она держала небольшой пакет из ближайшего магазина. - Я… Вот, я принесла тебе печенье и твою любимую газировку, – поставив небольшую красную банку на столик, Соня открыла пачку шоколадного печенья и протянула её Альбине, которая даже не подняла голову, чтобы взглянуть. – Не переживай насчёт этого, я понимаю, – небрежно положив пачку печенья на стол, Соня села обратно на кровать, положив одну ногу на край. Повернувшись к Альбине, девушка негромко прокашлялась и неловко распростерла руки в стороны. – Можешь продолжить выплескивать негативные эмоции, тебе очень вредно держать их в себе, – с ухмылкой произнесла она спокойным голосом, будто ничего и не случилось. Без каких-либо раздумий, Альбина тут же ринулась вперёд, вцепляясь в Соню, до боли сжимая её в крепких объятьях и утыкаясь заплаканным лицом той в плечо. От такой неожиданности, Соня немного опешила, но уже через секунду ответно обняла подругу, поглаживая ту по дрожащей спине. - Я очень боюсь... – можно было различить лишь обрывки фраз, через громкие всхлипы. – Я не хочу... Я не хочу умирать... - Солнце, ты не умрёшь. Ну, умрёшь, но не раньше того времени, пока ты не выйдешь замуж и не родишь маленького спиногрыза, которого я смогу обучить плохим словам и другим весёлым аморальным вещам, – задорно сказала Соня, на что получила недоуменный взгляд Альбины, что немного отстранилась от неё, ожидая дальнейших объяснений. – А что? Ты обещала, что я стану той, от кого он этому наберётся, так что всё, обещание дано и не смей его нарушать! – посмеявшись, Соня одарила Альбину тёплой улыбкой, аккуратно вытирая с её округлых щёк слёзы. Радость приятным потоком расплылась по всему телу, когда Соня вновь смогла вызвать у Альбины улыбку, которую могла видеть только она.

***

      С того момента, как Альбину положили в больницу прошёл уже целый месяц. Наступил август, и всё это время, Соня старалась навещать подругу каждый день, иногда забивая на работу. Не редко Соня скучающе проводила часы в ожидании возле своего мотоцикла, прогуливаясь по парковке и тяжело выдыхая через нос каждый раз, когда смотрела на часы, в ожидании заветного приёмного времени. Сегодняшний день был не исключением. До приёмных часов оставалось десять минут, поэтому Соня решила подождать в самой больнице и через пару минут пожалела об этом.       Сидя в приёмном отделении, девушка бездумно листала новостную ленту в телефоне, практически не вчитываясь в посты, пока какой-то парень вошёл в отделение и уже суетливо говорил о чём-то с медсестрой, стоящей за стойкой. Краем глаза Соня заметила эту чёртову серую ветровку и тут же закатила глаза, злобно цокнув языком. До сих пор Соня не понимала, как Олег узнал о том, что Альбина лежит в больнице, и именно в этой. Да и Альбина разделила тот немой шок, возникший при одном лишь взгляде на внезапного гостя в лице её бывшего. Парень, радостно повернулся и неспешно пошёл к коридору, который вёл к блоку с палатами, но тут его лицо резко изменилось, когда его и Сонин взгляды пересеклись. Он остановился и поджал тонкие губы, молча спрашивая, что тут забыла девушка. «И опять он принёс эти грёбанный нарциссы» – сверля взглядом фиолетовую полупрозрачную упаковку, накрепко связанную розовой лентой, Соня мысленно упрекнула Олега за эти жёлтые цветы, с поникшими бутонами. Парень бросил быстрый взгляд, но даже так, в нём читалось всё то пренебрежение, которое он испытывал к девушке. До приёмного времени оставались какие-то жалкие четыре минуты, и почему-то, Олег решил сесть прямо возле Сони. - Хочешь не хочешь, но нам придёться уживаться ради Альбины, – после изнурительно давящего молчания, не отрываясь от телефона, сказала Соня. - Спасибо, я не тупой, – с заметной злостью, будто бы подметил парень, чутка сжав стебли цветов. – Я понял это ещё тогда, когда увидел твою харю в коридоре.       Соня хотела как-то подтрунить Олега, но не успела. Дверь в палату открылась и оттуда вышла молоденькая медсестра, кажется, её звали Ритой. За это время, Соня практически выучила имена всего персонала, ведь приходилось видеть их практически каждый день, а с некоторыми непосредственно и общаться. Медсестра что-то тихо и неразборчиво сказала, а потом, мигом убежала по коридору. Пока Соня продолжала пялиться на уменьшающуюся вдали фигуру, Олег, незаметно для неё, прошмыгнул внутрь. Девушка лишь усмехнулась и включила на телефоне таймер, вернувшись к своему скучному пролистыванию новостных страниц, в поисках чего-нибудь интересного, чтобы скоротать время. - Ровно шесть минут? – услышав скрип двери и тихое шуршание, не отводя взгляда от телефона, на котором был включён таймер, Соня с язвительной улыбкой победно встала со скамейки, и вальяжно подошла ближе к Олегу, демонстрируя ему экран смартфона. – Поздравляю с новым рекордом, в прошлый раз она выперла тебя через 4 минуты и 43 секунды, – сдерживая смех, она протянула руку к его коротким волосам и потрепала их. - Она просила позвать тебя, – никак не отреагировав, парень уныло поплелся к выходу. - Хах, неужели даже цветы не взяла? Что ж, мой недалекий недруг, не грусти, не унывай, ищи везде плюсы! – уже вслед громко сказала ему девушка, продолжая наслаждаться тем, что эта незримая борьба между ними всё ещё идёт в её пользу.       Зайдя в палату, Соня неловко улыбнулась, когда увидела сидящую на краю кровати поникшую Альбину. Сердце девушки сжалось. Одна рука была обмотана бинтом, а вторая чутка посинела в одном месте от многочисленных капельниц. Как ни в чём не бывало, Соня поздоровалась и лёгкой походкой оказалась возле Альбины, начав расслабленную и непринужденную беседу. - Ты же спокойно можешь выходить на улицу, так почему ты продолжаешь сидеть тут? – очень неожиданно спросила Соня, оборвав своим вопросом их повседневную мирную беседу. - Я… – только Альбина хотела сказать что-то, как тут же искривилась в лице и незаметно сжала кулаки. Вдохнув побольше воздуха, она отстранилась и начала говорить поникшим голосом. – Ладно, давай я буду честна. Мы с тобой взрослые люди, так что бездумно лгать. Я просто боюсь, – после этих слов она молча встала и подошла к окну, отодвигая жалюзи. Погода была подстать лету: тёплое яркое солнышко, практически чистое небо, да и ветра совершенно никакого. – Не знаю чего именно, но я боюсь. Мне иногда становится так неуютно в некоторых местах, что я не сдерживаюсь и начинаю плакать. Сейчас я ничего не чувствую. У меня нет никакой потребности и желания выходить, – словно на автомате и монотонно стала говорить Альбина. Сняв свои очки, она краем футболки вытерла капли на них. – Когда я была с Олегом, то хотела гулять с ним, ходить на свидания. Когда я была в школе и универе, то хотела гулять с друзьями, с тобой. А сейчас… Сейчас я устала. Это всё так навалилось на меня и я не знаю что делать. Мне страшно, грустно, больно, одиноко, я будто в кромешной тьме, – не успела она договорить, как почувствовала руки Сони на своей талии и её сбитое дыхание у себя на шее. - Ты не должна сваливать весь груз на себя, – не сдерживая себя, Соня стала обнимать Альбину сильнее, не заметно для себя прижимая всё ближе. – У тебя есть друзья, семья, – отпустив Альбину, она развернула её к себе, вытерев пару слезинок успевших скатиться по щекам её подруги. – У тебя есть я. Я всегда готова помочь и выслушать. Ты помогла мне во многом, ты моя лучшая подруга, поэтому не волнуйся, мы все будем рядом и готовы помочь - Спасибо… – вяло улыбнувшись, Альбина с тяжёлым выдохом уткнулась лбом в плечо Сони. – Ты всегда вовремя. - На это и нужны друзья, верно? А теперь, давай уберем эту грустную мину и поселим на твоём милом личике прелестную улыбку, хорошо солнышко? – подняв Альбину за подбородок, Соня, широко улыбаясь, вытащила из кармана аккуратно сложенные билеты. – Пабам, билеты в кино. Я помню что тебе не нравятся ужасы и мелодрамы, но к сожалению, там были только боевик и какая-то стремная комедия. Поэтому, мы пойдем на мультик, – счастливо произнесла девушка, продолжая трясти билетами в воздухе. - Серьёзно? – скептично смотря на неё с приподнятыми бровями, Альбина взяла один из билетов, переводя взгляд то на него, то на подругу. – Ты собираешься отсидеть больше часа в кино на мультике? Не верю, – усмехнувшись, она вернула его назад Соне, отходя в сторону. - Вот увидишь, я не настолько ненавижу их. Это же просто мультик, – пожав плечами, Соня плюхнулась на диван, вытягивая ноги вперед. – Да и не думаю, что он будет настолько тупым как прошлые. - Ну мы это посмотрим, – с издевкой произнесла Альбина, садясь на край бортика дивана. – А когда сеанс? - Сегодня, в семь вечера, – откинув голову назад, Соня медленно протянула Альбине один из билетов, зажимая его в её кулаке, после чего резко встала с дивана. - Ты же понимаешь, что до него ещё четыре часа? - Да, поэтому тебе стоит собраться, поскольку эти часы уже распланированы, – подмигнув, она ничего не объясняя, быстро скрылась за дверью.       Ремешок шлема крепко сидел на подбородке у Альбины, которая сидя позади, крепко прижималась к Соне, сложив руки у неё на животе замочком. Встречные машины, что до этого обгоняли девушек, теперь же оставались позади, пока встречные потоки ветра раздували широкие рукава куртки Сони. До сеанса оставалось 3,5 часа, но перед этим у них было ещё много планов, о которых Альбина ничего не знала.       Пока солнце вовсю палило, гордо возвышаясь в голубом небе, люди расслаблено гуляли по парку, пока из расставленных по всему периметру территории колонок доносилась тихая попсовая музыка. Холодное ванильное мороженое приятно ложилось на языке, одновременно утоляя потребность в чем-то сладком и прохладительном. Стоя у самого края берега, Альбина отрывала небольшие кусочки хлеба и кидала их утками, что сразу же ныряли вместе с ними под воду. Соня в это время доедала свой рожок, скрываясь в тени ивы. До кино оставалось часа два, может и меньше, Соня не особо зацикливалась на этом, ведь даже если они опоздают на сеанс, то ей, честно говоря, будет плевать. - Можем идти дальше, – сказала Альбина отряхивая руки от крошек и поправляя очки.       Мигом впихнув в себя остатки мороженого, Соня слегка прокашлялась, чуть не поперхнувшись, чем вызвала недовольную тираду о неторопливом приёме пищи от Альбины, которая стала сильно стучать ей по спине.       Прежде чем пойти в кино, Соня, крепко схватив Альбину за руку, потащила её в небольшое кафе, укрытое в узком переулке. Оно было не таким оживленным, как остальные заведения, стоящие рядом. Колокольчик звонко прозвенел, приветствуя новых посетителей. Девушек тут же встретил улыбчивый парень, проводя их к дальнему столику. Из всего обилия, что было в меню, Альбина выбрала зелёный чай и какую-то сладкую булочку, что слегка удивило Соню, ведь её подруга не особо любила зелёный чай, всегда отдавая предпочтение кофе. Объяснилось это тем, что из-за таблеток, желудок девушки стал намного чувствительнее и не мог теперь воспринимать многую пищу, которую она ела до попадания в больницу. Прежде чем им принесли их заказ, Альбина ушла в туалет и довольно долго не возвращалась, из-за чего, беспокойство Сони дошло до предела и она уже решила пойти вслед за ней, но Альбину успела вернуться раньше. Растрепанная она вытерла лицо от капель воды и вяло села за стол, заплетая волосы в высокий хвост. - Всё в порядке? – беспокойно спросила Соня, приподнявшись на стуле и уже собираясь подойти ближе к подруге. - Да, просто немного поплохело, – отмахиваясь, улыбнулась Альбина. - Может вернёмся в больницу? – но Альбина отрицательно покачала головой, глухо поблагодарив официанта за принесённый им заказ.       За время их небольшого перекуса, Соня не сводила глаз с устало выглядевшей Альбины, что со скрытой неприязнью делала маленькие глоточки чая. Но беспокойство ушло, как только они вошли в зал кинотеатра. Сеанс вот-вот начнётся, а пока что, на экране крутили рекламу. Последние ряды были пусты и девушки смогли спокойно пройти к своим местам. На удивления, кресла были мягкими и приятными на ощупь. Бархатистая ткань слегка щекотала кожу. Вот свет потух, и все находящиеся в зале поутихли.       Скучающе, Соня совершенно без какого-либо интереса пялилась на огромный экран туманным взглядом, иногда доставая телефон и просматривая соцсети, пока Альбина поудобнее села в мягком кресле, попивая тёплую воду. В зале слышался только редкий глухой кашель и негромкое шуршание упаковок и фантиков. Хоть для детей это не было поздним временем, но в зале их практически было не видно, лишь парочка детских голов проскакивало между кресел. Незаметно для себя, Соня постепенно стала проваливаться в сон.       Наконец мультфильм закончился и яркий свет в зале внезапно загорелся, из-за чего, Соня мигом проснулась, вскочив на кресле, чем заставила рассмеяться стоящую возле неё Альбину. Зал постепенно редел, оставляя после себя блестящие фантики и пустые бутылки из-под газировки.       На улице похолодало, а до этого яркое голубое небо затмили тяжёлые массивные тучи. Остановившись возле входа, Соня глубоко вдохнула грудью напряженный воздух. Совсем скоро начнется проливной дождь, который обещали ещё утром. Осмотревшись вокруг, Альбина недоверчиво покосилась на небо, а после перевела беспомощный взгляд на Соню.       Вот они, те глаза, в лучах фонарей приобретающий глубокий янтарный оттенок. Именно тот цвет, который так хотела бы передать Соня, но как бы она не старалась смешивая краски, столь насыщенного цвета ей не удалось сделать. А вот сейчас, этот взгляд, в котором наконец были видны еле уловимые нотки надежды, с благодарностью смотрели на Соню, заставляя её сердце стучаться как бешенное, будто ещё немного и оно мигом выскочит из груди.       Идя по практически пустой улице, Соня чувствовала теплое плечо Альбины, что невольно прижималась к ней. Как приятно видеть, что на этих мягких плечах накинута именно её кофта, а не серая ветровка того мудака. Хотя Соня уже не чувствовала той злости и ревности, что была раньше лишь об одной мысли об Олеге, уже нет. На удивление, она даже смогла немного сдружиться с ним, но всё ещё не одобряла и не могла принять факт того, что парень продолжает свои попытки вернуть Альбину к себе. Но это сейчас не важно, ведь Альбина здесь, рядом с Соней, и они идут вместе, нарушая ночной покров. Как бы хотелось, чтобы этот момент длился чутка дольше.       Вчерашний день и был очень насыщенным, но сегодня девушка не могла так же безрассудно растрачивать свободное время. Как же Соня ненавидела убираться. Хоть она практически и не бывает у себя дома, приходя сюда чтобы поспать или провести весёлую ночь с очередной незнакомкой, мусор неожиданно появляется по всей квартире. А сейчас была середина месяца, что означало начало генеральной уборки. Превозмогая себя, Соня с усилием встала с кровати и приступила к домашним обязанностям. Вот уже зазвучал пылесос, в после журчание воды в ванной и надоедливый звук щётки, что елозила по шершавому дну ванны.       День почти подошёл к концу, а не все дела были выполнены до конца. Стоя на стремянке, девушка осторожно протирала пыль на верхних полках, удивляясь её обилию. Но ей пришлось прерваться из-за громоздкой коробки, вставшей на пути у жёлтой смоченной тряпки. Соня уже и не помнит что находится в коробке, поэтому, решив побаловать себя небольшим перерывом, она достала её с полки, спускаясь вниз. - Что это? – озадаченно, спросила вслух у пустоты Соня, убирая из коробки книги про изобразительное искусство и бальные танцы, дабы достать какой-то потёртый красный альбом. Добившись своего, она раскрыла его и чуть ли не сразу расплылась в улыбке, окунувшись в прошлое.

***

      Ранняя осень шелестела ещё зелёной листвой, отрывая лишь те редкие жёлтые листы. Школьный день закончился, заменившись на дополнительные часы занятия в кружках. В одном из классов на третьем этаже Соня старательно вытирала столик изляпаный маслянистыми красками. Довольно ухмыляясь, девочка вытерла рукой щеку, из-за чего небольшое пятно на её коже, которое та не заметила, размазалось ближе к носу. Неспешно, она спускалась по только вымытой лестнице, придерживаясь за гладкие перила. Соня остановилась на площадке второго этажа и присела на колено, чтобы перевязать шнурки своих новеньких кроссовок. Никогда не забудет, как долго и упорно она старалась, чтобы занять первое место в конкурсе, дабы довольная и гордая этим достижением мама, расщедрилась и сделала такой подарок. Внезапно, тут послышалась она – чарующая музыка. Этот плавный тихий поток, нежно ласкающий слух и будоража все незримые струны души. То резко нарастая, то наоборот, убывая и словно утихая, хотя громкость была всё той же, она вела за собой. Соня неуверенно прошла в коридор. Раньше она никогда тут не была, вечно пробегая этот пролёт. Всё что она знала, так это что тут находятся классы по танцам, из-за которых нередко на других этажах бывает очень шумно. Коридор был длинный, а стены были шершавыми и неровными, окрашены бежевой краской. В отличии от этажа девочки, пол тут был выложен пятнистой серой плиткой, а не привычным скрипучим паркетом. Комнат тут было больше, а все двери были помечены странными покосившимися табличками. С каждым новым шагом, музыка становилась всё громче, сопровождая глухие шаги.       А вот и его источник – приоткрытая дверь в конце коридора, заглянув в которую, Соня замерла на месте, затаив дыхание. В полутёмной комнате, позабыв об окружающем мире, танцевала девочка приблизительно такого же возраста, как и сама Соня, отражаясь в множестве зеркал. Она кружилась по всей комнате, ведя за собой под руку невидимого партнера. Закрыв глаза, незнакомка следовала позывам музыки, которая вскоре оборвалась, точно так же оборвался и её танец. Замерев на месте, она тяжело дышала, пристально смотря на старый магнитофон, стоящий на небольшой тумбе в углу. Похоже он зажевал кассету. - Тебе что-то нужно? – строгий пронзающий голос какой-то женщины раздался прямо над ухом Сони, изрядно испугав её, из-за чего, девочка тихонько ойкнула и ничего не сказав, умчалась прочь, оставив и женщину, и выглядывающую из-за двери незнакомку в молчаливом недоумении.       После этого дня, Соня каждую неделю по пятницам с нетерпением дожидалась окончания своего занятия, лишь бы побыстрее спуститься вниз и припасть возле двери, вновь слушая потоки музыки, что менялась с каждым её приходом на более динамичную, но даже так, та незнакомка продолжала прерывать дыхание Сони своими быстрыми, но в то же время плавными движениями, рассекающими воздух вокруг. На удивление самой девочки, ей без труда удалось узнать имя своего личного танцора. Альбина.

***

      Смотря на слегка пожелтевшие в уголках фотографии, в углу которых были отпечатаны красными чернилами даты, Соня невольно усмехнулась, жадно бегая глазами по довольным и молодым лицам своих бывших знакомых и одноклассников, которых она не видела уже довольно много лет, стараясь оборвать любые связи с ними. Дополняло всё это буйство воспоминаний граммофон, проигрывающий старую неказистую пластинку, купленную за какие-то гроши в неотёсанном и скрытом магазинчике со всяким хламом. - Я обязана показать это ей, – тихо сказала себе под нос Соня, захлопнув альбом и немного небрежно положив его на видное место.       Как девушка и хотела, она приехала к больнице, как обычно проигнорировав большинство приветствий персонала, решительно стремясь к уже привычной двери палаты. Альбина сидела на диване, смотря какой-то фильм в наушниках, из-за чего не сразу заметила свою гостью. Соня тихонько закрыла за собой дверь, на цыпочках пройдя к Альбине за спину и резко положила ладони ей на плечи, немного сжав их. В следующую минуту последовал крик, ругательства и извинения с неловкими оправданиями. - Смотри что я нашла, – радостно сказала Соня, роясь в своём рюкзаке. Достав альбом, она пролистала пару страниц и отдала его подруге, выжидая её реакцию, которая не заставила долго ждать. - Хэй, да это же наши фотки с выпускного, – удивлённо и одновременно задорно, Альбина внезапно заулыбалась, аккуратно вытащив одну из фотографий, начав вертеть её в руках. Прямо посередине фотографии стояла Соня, которая в этот день окончила 9-й класс, и уже была практически принята в универ. Наверное это был единственный раз, когда девушка надевала платье с этими причудливыми белыми бантами, туго стягивающими волосы. На обратной стороне, красивым и размашистым почерком были написаны пожелания от классной руководительницы Сони. – А это с одного из твоих конкурсов, – убрав фотографию с выпускного, девушка живо достала следующую, где Соня была ещё младше и стояла возле одного из мольбертов, широко улыбаясь ещё молочными зубами и держа в руках победную грамоту. - Здорово правда? – Соня внезапно подсела к Альбине на диван и перехватила альбом, начав его вновь листать. – Тут и твои есть, – тихонько сказала девушка, украдкой посмотрев как исказилась в лице её подруга. - Фу, убери их, не хочу видеть себя в этих тупых нарядах, – тихо хихикнув, Альбина демонстративно отодвинула от себя альбом, который ей уже пыталась подсунуть Соня. - А мне нравится, – с теплотой в голосе произнесла Соня, немного смущенно отведя глаза в сторону. – Если честно, то я каждую неделю приходила после занятий поглазеть как ты танцуешь, – после столь откровенного признания она резко замолчала, уже собравшись мысленно отругать себя за это, но её прервала Альбина. - Серьёзно? И почему я узнаю об этом сейчас? – рассмеявшись, девушка закрыла руками лицо и легла на спину, уперевшись головой в бортик дивана. – Какой стыд! – приглушённо простонала Альбина, продолжая тихо смеяться. Нервно ухмыляясь, Соня не сводила глаз с дрожащей от смеха Альбины. Её дыхание замерло как тогда, когда она впервые увидела свою лучшую подругу в совершенно другом свете, но теперь же, она смогла свыкнуться с этими чувствами. Тёплое чувство, словно бушующий костёр разгорелось внутри, обжигающее давя на лёгкие. На глазах появились слезинки, а лицо расплылось в довольной улыбке. Соня была готова сказать любую другую глупость, все свои секреты, лишь бы Альбина продолжала смеяться и выглядеть так беззаботно, как несколько лет назад, когда её ещё не поглотила рутинная жизнь. Вот они, её озорные карие глаза, заплывшие от слёз, та лучезарная улыбка и практически незаметные ямочки, от которых идёт дорожка из нескольких родинок. Кажется, куда ещё дальше, но похоже Соня смогла влюбиться ещё больше, утопая в неизлечимом омуте раздирающих чувств. - Жаль, что ты перестала танцевать, – вытерев слезинки, сказала Соня, убирая ненадолго альбом в сторону. - Да ну, и правильно сделала, – с улыбкой возразила Альбина, поднявшись, она благодарно взяла салфетку, которую ей протянула Соня. – Бесполезное занятие, да и тренировки меня честно подзаёбывали.       Так прошли часы, пока они беззаботно рассматривали альбом, смеясь и вспоминая все то, что произошло с ними в прошлом, иногда споря о том, что на самом деле было, а чего и не было, но даже так, они приятно провели это время вместе. За окном водрузились серые тучи, затмив до этого яркое голубое небо. Неохотно попрощавшись, Соня со спокойной душой вышла из палаты. - Какого хера ты тут забыл?! – отпрянув назад, возмущенно спросила Соня. Прямо возле палаты сидел Олег, прижимая к себе потрёпанный рюкзак. Пробормотав себе что-то под нос, он открыл глаза и вяло протяжно зевнул, пытаясь прикрыть рот рукой. Легонько потреся головой, он поднял туманный взгляд на девушку, интенсивно моргая, а после достал телефон и глянул на время. - Да бля, – выругнувшись, Олег облокотился спиной о прохладную стену, но вскоре молча встал и толкнув Соню плечом, медленно поплёлся к входу, продолжая говорить с ней. – Приёмный час уже закончился и нас скоро выгонят, так что пошли.       Соня лишь устало закатила глаза и пошла вслед за парнем. И ведь правда, по громкой связи со скрежетом женский голос объявил о прекращении приёмных часов. Персонал засуетился, постоянно перебегая из одной палаты в другую. За это время на улице изрядно похолодало, отчего эти двое, практически одновременно, поёжились. Парковка была более оживленной чем утром. Соня неспешно достала бренчащие ключи, чей звон сильно ударил по не совсем оклемавшемуся мозгу Олега, и быстрой походкой пошла к своему мотоциклу. - Окажешь услугу старому другу? – с язвительной кривой усмешкой спросил Олег, наклонив голову в бок и оценивая транспорт своей собеседницы, неловко почесав щетину. Он довольно часто видел, как девушка разъезжает на нём, но никогда не осмеливался подойди близко, чтобы не спровоцировать успокоившуюся девушку. - Ладно, я подвезу тебя, – после тяжёлого выдоха, очень спокойно согласилась Соня и бросила Олегу шлем, который тот ловко поймал и стал крутить в руках, пристально рассматривая его. – Вот, можешь взять мой шлем и держись крепче, а то боюсь что ты упадёшь       С этими словами она запрыгнула на сиденье и вставила ключ. Мотор приятно заревел, ублажая слух своей хозяйки. Дождавшись пока Олег нормально сядет позади, Соня ухмыльнулась и прищурив глаза, повела своего железного коня вперед. Ветер трепал ворот её кофты и волосы, пока несколько локонов пытались попасть ей в рот.       Дорога была забита машинами, с не особо культурными водителями, которые постоянно сигналили друг другу и высовывались из окон, выбрасывая ругательства вслед другим незнакомцам. С неба упали первые капли холодного дождя, со звоном ударяясь о металлические крыши машин. К этому времени Соня уже успела подъехать к дому Олега и припарковать мотоцикл, скрываясь от дождя под козырьком парадной. - Пизда, – без капли стеснения сказал Олег, шокированный резким перепадом настроения погоды, что решила немного поиздеваться над жителями города. Вертя в руках тонкую сигарету, он стал судорожно искать зажигалку, пока Соня проверяла не намокли ли альбомы в её рюкзаке. - Полностью поддерживаю, – пожав плечами, Соня презрительно посмотрела на сигарету в его руках, чей едкий дым так яро направился в её сторону. - И ты вот так поедешь? – сделав очередную затяжку, не смотря в сторону Сони, спросил у неё Олег. - А куда ещё деваться? – поджав губы, девушка с тяжёлым выдохом облокотилась спиной о разрисованные и облупленные стены парадной, щуря глаза и смотря, как грузные капли стекались на асфальте, образуя неказистые мелкие лужицы. - Можешь переждать у меня, – прокашлявшись от слишком глубокой затяжки, хриплым голосом предложил Олег, но сразу же заметил округленные глаза Сони. В этих изумрудах читалось полное непонимание и нотки недоверия. – Не пяль так на меня, тут нет подвоха, – ехидно улыбаясь, Олег пожал плечами, шурша по карманам в поисках ключей. – Считай что это плата за то, что подвезла меня домой. Иначе бы я все ещё мариновался в автобусе, – достав звонкую связку, парень вальяжно подошёл к двери в подъезд и уже прислонил к домофону таблетку. Послышалось пиликанье и резко потянув на себя, Олег открыл дверь, кивнув в проход головой, держа сигарету в сжатых зубах. – Так что, зайдёшь? - Не вижу другого выхода, – сказав это, девушка накинула лямку рюкзака на плечо и забежала вперед Олега.       Сразу же зайдя в подъезд Соня искривилась. Противный запах ударил ей прямо в нос – сырость и ужасный запах мочи стоял на весь подъезд. В подобных местах она не бывала уже давненько, как только девушка переехала в свою собственную квартиру, то напрочь позабыла о подобных проблемах как шумные соседи и загаженная парадная. Скрипучий старый лифт с грохотом раскрыл свои покосившиеся двери. Большинство кнопок были спалены, зеркало обклеено рекламными флаерами и объявлениями, а стены исписаны ругательствами, адресованные не пойми кому. С неохотой, но девушка зашла туда, стараясь не касаться стенок.       Олег открыл дверь в квартиру и на Соню полыхнул весь дух советского быта. Обшарпанный паркет громко скрипнул под весом парня, который зайдя в квартиру, тут же скинул кроссовки, толкнув их в сторону ногой. Везде были пожелтевшие обои в цветочек, освещаемые тусклым светом золотистой люстры с вытянутыми лампочками, на которых был уже не первый слой пыли. В проеме двери, ведущей в комнату, можно было увидеть часть её стены с ярко красным ковром с теми привычными с детства причудливыми узорами. - Есть будешь? – небрежно бросив ключи на поцарапанный со всех сторон комод, грубовато поинтересовался Олег, глядя через плечо. - Э? – аккуратно положив рюкзак возле стены, подняв голову от развязывания кроссовок, недоуменно посмотрела на парня Соня. – Ты умеешь готовить? – с нервно приподнятым уголком губ, спросила девушка. - Ну да, – спокойно ответил Олег, непринужденно проходя на кухню. – А ты думаешь, кто готовил когда мы с Альбиной жили вместе? - Удивлена, – осматривая маленькую квартиру, пару раз кивнула Соня. Съемная квартира парня явно нуждалась в ремонте. Эти однотипные обои повсюду, зеленая кухонная гарнитура, газовая плита ‐ всё это создавало для Сони невыносимый дискомфорт, ведь девушка привыкла к более современным и приятным глазу дизайнам. – Ты ходил на какие-то курсы? – продолжала интересоваться Соня, наблюдая, как Олег достал тяжёлую чугунную сковородку, водрузив её на уже зажжённую плиту. - Неа, – отмахнувшись, Олег поубавил огонь и положил перед собой деревянную доску. В его руках сверкнуло длинное лезвие керамического ножа. – Я просто из многодетной семьи и был самым старшим, – после этих слов он замолчал, ожидая ответа, который так и не последовал, из-за чего парень обернулся, отстраняя от себя руку с ножом. – Ну, понимаешь? - Я единственный ребенок в семье, – жуя какую-то шоколадную конфету, сказала Соня, вертя в руках оранжевую обёртку без надписей. - Тц... – раздраженно цокнув языком так, чтобы Соня точно услышала, Олег демонстративно отвернулся и стал намывать овощ, попутно продолжая рассказывать. – Кароч, были мама, папа, я и мои младший брат с сестрой. Папа постоянно был на вахте, пытаясь заработать достаточно денег, младший брат родился больным и за ним нужен был должный уход, а после родилась и сестричка, – непринуждённо болтая под глухой звук стучащего ножа, Олег закидывал овощи в сковородку, каждый раз накрывая её крышкой, чтобы они хорошенько потушились, изредка останавливаясь, чтобы отряхнуть руки от сока свеже-порезанных овощей. – Естественно, маме нужна была помощь с готовкой, уборкой и детьми. Брат болен, сестра мала, так что остался лишь я, – в сковородке уже вовсю скворчали перец с помидорами и тонкими ломтиками шпината. Залив овощи сливками, Олег посыпал их гранулированным чесноком и неспешно помешав, убавил огонь, накрыв предстоящее блюдо крышкой. – И вот так, день за днем, я всё больше познавал кухню. - Да ты у нас умница-разумница, – с полуулыбкой подколола его Соня, которая продолжала воровать конфеты из вазочки. - Хахах, если бы, – нервно посмеявшись, Олег достал глубокие миски и поставил одну из них перед Соней, зло взглянув на аккуратной стопочкой сложенные в стороне фантики. – Мои родители любят меня, но не особо довольны мною. Ну тип, я был воспитан улицей, – после подобного высказывания Соня не выдержала, и негромко рассмеялась на всю кухню, пока Олег выкладывал овощи в миски, посыпая их покрошенным укропом. – Чего ржешь? Я с десяти лет тусовался всё своё свободное время на улице, а ты сама понимаешь какие там бывают люди, – вытерев руки, он плюхнулся на шаткий стул, облокотившись на стол. – Но мне как-то похуй, я такой, какой я есть, – ухмыляясь заключил парень.       Как оказалось, готовил Олег не так уж и плохо, хотя со специями ему ещё стоит попрактиковаться. Но Соня не жаловалась, ведь в отличии от своего собеседника, она совершенно не умела делать чего-то подобного. Всё её меню состояло из банальной яичницы и бутербродов, ведь в основном, она питалась в кафешках и ресторанах, постоянно заказывая еду на дом.       Так прошло несколько часов, за которые Соня успела рассказать множество забавных историй, которые крыли за собой фотографии её потрепанного альбома. Каково же было ее удивление, когда она узнала о том, что Олег был совершенно не в курсе прошлых увлечений его бывшей возлюбленной, с которой он был знаком довольно долгое время. Только мысленно поругав его за такую халатность, Соня продолжала терпеливо и спокойно отвечать на все вопросы Олега, некоторые из которых звучали довольно глупо. Помимо этого, они успели поделиться друг с другом своими музыкальными предпочтениями. Конечно же, Соня не стала заикаться о своих пластинках, с этими чарующими симфониями, которые так ублажали слух тихим зимним вечером, особенно после трудного дня. В отличии от девушки, Олег разделял подобную любовь к кассетам, коими у него было забито дно спортивной сумки. Сейчас он казался немного другим, нежели тогда, когда внезапно приходил с букетами цветов, что не особо любила Альбина, частенько отказываясь их брать. Он уже не так сильно раздражал своими не самыми приятными высказываниями и грубым смехом.       К счастью, дождь за окном прекратился и Соня могла поехать домой, не боясь повредить своё сокровище. На прощание, Олег на удивление, очень сильно пожал руку девушки, дружески похлопав по плечу. Вот она, та признательность и хоть какое-то приятное отношение друг к другу, которого Альбина хотела от них уже несколько лет.

***

      Вокруг стояла кромешная тьма и томящая тишина, только лёгкий ветер шелестел кронами деревьев. Яркая луна воссияла в небе, окруженная не совсем заметными глазу звёздами. Не смотря на стоящую днём жару, ночью резко похолодало, обдавая девушек потоками прохладного ветра. Альбина немного поёжилась, недоверчиво оглядывая местность через запотевшие очки и плотнее прижимая к себе сумку. - За мной – негромко сказала Соня, крепче сжимая лямку рюкзака на своём плече и раздвигая густые ветви вечнозелёных высоких красавиц.       Лесистая местность простилась на множество километров вокруг, укрывая в себе различные тайны и секреты, оставленные тут мимолетными гостями. Где-то валялись обрывки мусора от некультурных туристов, где-то были высечены чьи-то инициалы, заключенные в сердечко. В каждой такой мелочи скрывалась история, и это нравилось Альбине, которая в детстве могла часами рассматривать как меняется чёткий силуэт деревьев в лучах уходящего солнца.       Сегодня особенный день. Точнее не сегодня, а завтра, уже через минут двадцать он обязан был наступить. День рождение Софии, который она решительно настояла провести только с Альбиной. Все уведомления на телефоне были отключены, а в сети она не объявлялась с самого утра. И так должно будет продолжаться до утра последующего дня, после маленького праздника.       После того, как Соня помогла Альбине залезть на скалистый пригорок, она скинула свой рюкзак и вытащила оттуда тёплые плед, который тут же расстелила на грубую землю с мелкой редкой травой, неприятно колющей кожу. На плед полетели маленькие судочки, наполненные покупной едой из любимых ресторанчиков Альбины. Из всего этого обилия она могла съесть не так уж и много вещей, ссылаясь на свою новую диету, которая поможет её организму, в особенности кишечнику, справится с множеством препаратов и таблеток. - Слушай, а в больнице тебе ничего не скажут? – доедая салат, решила наконец поинтересоваться Соня, которая бесцеремонно, можно даже сказать украла подругу из больницы, совершенно позабыв объясниться перед персоналом и лечащем врачом девушки. - Не думаю, я позвонила и все им объяснила, – отложив вилку, Альбина быстро ответила и тут же жадно припала к бутылке с водой, опустошая её наполовину. – Да и тем более, я пока не настолько сильно привязана к ней, чтобы лежать там целыми сутками, – пожав плечами, она вытерла маленькую струю, стукающую по уголку её губ. – Как ты нашла это место? – продолжая оглядывать местность вокруг, Альбина поджала ноги ближе к животу. Когда она была младше, то в свободные дни от учёбы и занятий, вместе с отчимом ездила гулять по лесу. Ей не нравилось собирать ягоды или грибы, как делали это её родители, вовсе нет, она приезжала сюда, чтобы изучать. Что именно изучать? Да абсолютно всё, что попадётся на глаза. Особенно здорово это было делать осенью, когда многие деревья меняли свой окрас, разбрасывая повсюду порванные цветные листья. После знакомства с Соней, девушка часто таскала её с собой, показывая свои любимые места. Благо, рядом с их школой был большой парк, напоминающий чем-то тот привычный лес из детства. Но как и с танцами, это увлечение пришлось бросить. - Скажем так, у меня было много свободного времени по выходным. Просто потому что кто-то был по голову загружен в делах и не мог выделить денек для меня, – будто невзначай сказала Соня, с ехидной ухмылкой на лице. - Прости, – тихо сказав это, Альбина замолчала, неловко потирая замёрзшие руки. Такого извинения явно было недостаточно и она чувствовала это, она хотела сделать что-то, что могло бы загладить вину, что могло бы показать, как она ценит всё то, что делает для неё Соня, хотя совершенно не обязана так стараться для Альбины, пренебрегая своими личными чувствами и делами. - Да не парься, я всё понимаю, – всё продолжая улыбаться, Соня по-дружески толкнула подругу плечом, пытаясь подбодрить её. – У меня иногда тоже бывают полнейшие завалы по работе. Ох уж эти заказчики с их выебонистыми дизайнами, которые они хотят воплотить в жизнь, – сердито сказала девушка, тяжело выдыхая. Приятный ночной воздух словно обладал какой-то незримой силой, освежая голову и очищая голову от ненужных противных мыслей. – Ну и странные бывают вкусы у людей. Я рада, что мы смогли выбраться за город. Будто окунулась обратно в универ, – с этими словами она умиротворенно вздохнула и легла на спину, сложив руки на животе. - Ты точно не злишься? – поглядывая на свою собеседницу, Альбину не могло так просто покинуть чувство вины. - А на что мне злиться? – с этим вопросом Соня поднялась и села чутка наклонившись вбок. – Если только на твоё начальство, что так загружает тебя. Иногда я думала, что ещё немного такой работы с подобным графиком и ты реально сломаешься. Это же сума сойти можно, – усмехаясь, она поближе села к Альбине, положив свою руку ей на плечо и тепло улыбаясь. – Я горжусь тобой. - На самом деле в половине случаев я была с Олегом, – совершенно без эмоционально сказала Альбина. – Я врала тебе, – резко подняв голову, решительно произнесла Альбина, вглядываясь в широкие от удивления глаза Сони. Девушки замолчали, окруженные стрекотанием сверчок, прячущихся в глубине высокой травы неподалеку. Неожиданно, Соня рассмеялась, отстранившись от девушки подальше, и утирая выступившие от смеха слёзы. - Ты могла просто сказать, что хочешь побыть с парнем, – непринужденно ответила Соня, пожав дрожащими плечами. – Хоть я и недолюбливаю его, но должна признать, за это время он показал себя с более лучшей стороны, – понурив голову, продолжила говорить Соня, неловко обхватив шею ладонью и немного потирая её. – Я же понимаю, отношения и прочая сопливая фигня. - Ты не злишься? – удивленно, Альбина без капли смущения глазела на подругу, совершенно не веря во всё то, о чём она говорит. Скребущее чувство внутри лишь разрасталось, когда она взглянула в глаза Сони, полные сострадания и еле проблёскивающего разочарования, которое так и хотело выбраться наружу. То ли дело в этой ситуации, то ли в еде, но живот Альбины внезапно скрутило, лёгкие как будто сжало, а к горлу, одновременно подступил ком, не дающий что-либо сказать, и чувство тошноты. Такое случалось и раньше, но каждый раз, это ощущалось совершенно по-разному, кидая девушку из одной крайности в другую. - Нет, – это было вранье и они обе это понимали, но продолжали делать вид, что всё в порядке. Как бы Соня не хотела, но она не могла не злиться, продолжая глазеть на свою подругу. Одновременно, она винила Альбину в её поступках, но при этом, корила себя за подобные мысли. Как она может злиться сейчас, когда прямо перед ней сидит та единственная, что так сильно будоражит разум девушки. Поймав эту одинокую мысль, Соня стала думать о том, как изменилась её подруга, пытаясь сбавить приступ гнева. Явно побледневшая кожа, чутка исхудалое тело, мешки под глазами, которые Альбина яростно пыталась скрыть, её руки обмотанные бинтами. И конечно же, её незаметно редеющие волосы, небольшими копнами остающиеся на расчёске, которая небрежно валяется на раковине. – Честно не злюсь, но только когда у тебя вновь появится парень, то будь честна со мной, – заставив себя улыбнуться, Соня смогла обуздать гнев, но теперь же, ей стало безумно жалко свою подругу. Так и хотелось забыть обо всём и просто прижать её к себе, запустив руку в волосы, поглаживая их, прикасаясь к коже, что уже не была такой мягкой как раньше, а теперь потрескавшейся и сухой ближе к её аккуратному носу. - Ты слишком хороша для этого мира, – без улыбки, но довольно радостно произнесла Альбина, ковыряя вилкой шоколадный бисквит с заварным кремом на нём. - Только ты так думаешь… К счастью… – совсем тихо сказала Соня, настолько, что Альбина смогла уловить лишь обрывок последнего слова. Так они посидели ещё пару минут, ничего не говоря, и думая только о своём, пытаясь понять, как им вести себя друг с другом. Достав телефон, Альбина взглянула на яркий экран, немного ослепивший её. - С днём рождения, – потирая глаза от усталости, мягко улыбаясь, сказала Альбина. - Уже? – удивленно спросила Соня, лично проверив время на своих часах. – Хах, спасибо солнышко. А где же мой подарок? – ехидно поинтересовалась девушка, щуря глаза и морща неровный нос. - Точно, сейчас, – спохватившись, Альбина пододвинула сумку ближе к себе, раскрыв чуть заржавелый замок. – Вот, – достав небольшую прямоугольную коробочку, обёрнутую в яркую зелёную упаковку, она протянула её Соне. Сколько помнит Соня, Альбина всегда покупала подарки заранее, и практически во всех случаях, они радовали своих новых владельцев. Быстро сняв упаковку с коробки, которую Соня скомкала и не глядя засунула в рюкзак, она поспешно открыла коробку. - Хохохо! – достав прозрачный флакончик с массивной синей крышкой, Соня отбросила коробку, рассматривая духи со всех сторон, после чего, она откупорила крышечку и побрызгав немного себе на запястье, с удовольствием вдохнула яркий аромат. – Откуда? Блин, я так давно не могла их купить, боже, ахуеть, – не сдерживаясь, Соня ринулась вперед, благодарно обнимая Альбину. - Я знала что тебе понравится, – с теплотой смотря на неё, Альбина перехватила руку девушки и вдохнула аромат духов. – Помню как ты постоянно душилась ими в универе. - Ух, спасибо! - Не за что. Ну что, теперь ты совсем взрослая, да? – подтрунивая над подругой, Альбина неряшливо потрепала её по волосам, на мгновения задумавшись о том, насколько мягкими они были. - Тц, я младше тебя только на год, а ты опять начинаешь, – раздражённым голосом возразила Соня. Неспешно, она всё же отстранила руку Альбины, попутно укладывая растрёпанные волосы назад. - Ну могу я хоть иногда подразнить тебя, – негромко смеясь, вновь съехидничала девушка. - Ладно, на этот раз прощаю, но не более, – закатив глаза, на тяжёлом выдохе сказала Соня, устало покачав головой.       И так продолжилась их тихая и мирная ночь. Шелест листвы, еле уловимое слухом хлопанье тонких крылышков мотыльков, что прибились к валяющемуся на краю пледа фонарю, звонкое стрекотание сверчков и тихое редкое уханье сов – всю эту умиротворенную обстановку прервал звон телефона Сони. «Что за… Я же отключала» – раздраженно, она неохотно взяла телефон, щурясь от яркого света, посмотрела кто посмел побеспокоить её в столь позднее время. «Света». Эта мигающая надпись на экране вибрирующего телефона незаметно напрягла Соню, которая невольно сглотнула и опомнившись, сразу же нажала на сброс, убирая телефон в рюкзак – «И что ей нужно? Я говорила прекратить звонить мне» – откидывая эти мысли, Соня вернулась обратно к Альбине, натянув обратно улыбку и заверяя, что всё в порядке.