сборная солянка на грибах и рыбе

Небо переливалось желтоватым оттенком у горизонта и становилось темно-красным по мере отдаления от него куда-то выше к просторам космоса. Над деревьями, которые своими кронами перекрывали крыши домов частного сектора, светило солнце. Оно светило на лицо, которое мне следовало бы прятать от лишних лучей. Загорать ненавидела с самого детства. Он стоял рядом, курил самокрутку, которую сделал буквально перед выходом на улицу. Не знаю, сколько точно комнат в этой квартире, ибо разграничены они арками, а не стенами с дверью, но места для размещения семи человек в ней было вполне достаточно. Первый этаж. В принципе странно, что на первом этаже есть балкон. Но тут от него была лишь дверь. Вместо бесполезной комнатушки появились две ступеньки, чтобы через эту дверь было удобно сразу выходить на улицу и в основном, чтобы просто вот так эстетично курить на закате, чем он довольно часто и занимался, приглашая меня с собой. Мне курить было еще рано, поэтому при нем я даже не заикалась об этом, а уж тем боле о наличии у меня в рюкзаке пачки синего винстона. Когда-то он уже видел мои безуспешные попытки победить его зажигалку, которую я умыкнула из его ящика в столе, и, подойдя со спины, выхватил из моих зубов тонкую длинную сигарету. Он не раз шутил, что такие как раз для таких маленьких и худеньких, как я, придумали, но ни разу не говорил, что они хорошо дополняли бы мой образ. Было бы даже странно и неправильно, если бы он такое мне говорил. Подъехал камуфлированный микроавтобус, из которого вышло трое людей в форме. Они открыли заднюю дверь и вытащили из багажника три солидных контейнера. Сквозь их прозрачные стенки было видно, что там лежали бутылки из-под водки, но не у всего содержимого был одинаковый цвет этикетки. — Вам, может, помочь это всё в дом занести? - спросил один из мужчин, глядя на тонкого, словно осина, парня и на такую же тонкую меня. — Не, спасибо, - он отмахнулся. *** — Так.. – он упёр руки в боки, размышляя, что делать со всем тем пойлом, которое мы только что затащили в квартиру. После он всё же взялся открывать один из контейнеров и спросил: – С чего начнём? — На твоё усмотрение. — На, – он протянул мне бутылку. Судя по тексту этикетки, в таре хранились настойки на водке с разными добавками. В руках я держала грейпфрутовую. *** Он стоял рядом, оперевшись левым плечом о стену дома. Он смотрел исключительно в пол, потягивая очередную самокрутку. Я сидела на тех самых двух ступеньках. Половина бутылки уже ушла на то, чтобы согреть нас обоих изнутри, хотя на улице и так стояла невыносимая жара. Благо к вечеру всегда холодает. Давно не было этих тёплых летних закатов, когда на фотографиях лучи закатного солнца обливают тебя оранжевым светом. Как будто в 2019, когда солнце казалось ярче, трава зеленее, а жизнь не была лишина тех детских глупостей и шалостей, для свершения которых не обязательно было пить алкоголь или затягиваться табаком. Он протянул руку. Я передала ему бутылку. Он сделал глоток, отстранившись от стены. Сделал шаг в мою сторону. Мне пришлось сдвинуться и разделить с ним и без того малое пространство на ступеньках. — Что думаешь? – мне был непонятен его вопрос. — По поводу? — По поводу поставщиков. — Тех мужиков, которые нам это привезли? — Да. — Не думаю, что им стоит продолжать заниматься поставкой палёного алкоголя. — Я тоже так думаю, но не они всё же плохие в этом вопросе. — А кто плохой? — Тот, кто дал им денег за развоз этой ерунды заказчикам. — Мы заказывали? — Не совсем мы. По факту, нам бы и эту бутылку трогать не стоило, но будем считать это скромной платой за то, что мы вместо него приняли его заказ. Речь шла об одном из наших сожителей, который должен был появиться в квартире только утром следующего дня. — Так, а кто плохой, а кто хороший в этой ситуации? – мне всё так же был непонятен смысл нашего разговора. Следовательно мне хотелось завершить его какими-то логическими выводами. — Не знаю. Решать тебе. Загрузил. Он всегда так делал. Давал ещё больше почвы для размышлений, когда я думала, что решение проблемы уже на расстоянии вытянутой руки. Если говорить в общем и целом, то алкоголь в принципе штука не самая замечательная. Но и нельзя сказать, что это самое ужасное, что видел мир. Разграничивать по такому принципу малознакомых или вообще неизвестных тебе людей ещё сложнее. Наши разговоры всегда строились на том, что он объясняет мне что-то. Какие-то тонкости, которые я посчитаю нужными для жизни. Даже тут он не меняется. Он всегда будет для меня человеком, который может много чего сказать. Человеком, к которому я буду прислушиваться. Не прямо-таки всегда, но в большинстве жизненных случаев.