сборник по коллен_фэнтези

Лиз сразу понимает, что это значит. Рассматривая окрашенный алым цветок фрезии, касается осторожно неповрежденного бутона. Символ доверия. Ещё бы. Шальная ведьма, привыкшая перелетать с места на место подобно дикой птице, увлекающая всех, но не увлекающаяся никем, быстрая, резкая, озорная... Впервые она нашла место, где может выдохнуть, сесть, сложив крылья и подставить нежные перышки под тепло чужого присутствия. - Совсем ополоумила, дурная?! Почему сразу не пришла?.. Лиз! Скажет, точно так скажет, мухоморчик. Веля-Веленька, да ты же лучше меня знаешь, что цветочная хворь неисцелима. Редкая болезнь, о ней и говорить уже почти забыли, он же даже не видел ни одного случая за всю свою жизнь. Зато засуетится как! Кинется к полке с флакончиками своими (разобьёт ещё поди какой на эмоциях, потом расстроится), перебирать их будет быстро-быстро, один достанет, второй. Про флягу свою даже забудет! Он же тоже любит её... только не так. Иначе бы не заболела. Лизард недолго думает перед окончательным решением: скрывать. Совсем худо станет – исчезнет из Ислера, чтобы у него на руках не умирать, а пока потерпит. Два кармана в юбку вошьёт: хватит, чтобы цветы прятать. Но не волновать же его сильнее, пенёчка. А больно – да потерпит. Может, хоть сердце так давить не будет. Легче. И терпит. Месяц, два, полгода, год... – Зачастила ты ко мне, дьяволица! Болит чего... Или просто занятия себе другого не находишь? – Что можно найти лучше, чем раздражать вредных подосиновиков! – смеётся, почти искренне, болтая босыми ногами, на крыльце. Когда он садится рядом, едва задев, легкие опаляет жаром. Лиз сглатывает, сглатывает, но всё равно отворачивается, чтобы выкашлять в кулак незаметно цветочек фрезии. Не глядя пихает в карман. – Лиз?.. – с тревогой. Астал, только б не коснулся! – Вот как знал, что врёшь, поганка! Показывай... Горло показывай, говорю. Ещё симптомы есть? И тянет руку. Лиз еле успевает отшатнуться. Подскакивает, отряхивая руки о юбку. Смеётся озорно, кружит вокруг себя, язык показывает. – Пожалей свои нервы, старче! Не дорос ещё знать ведьмины секреты~ – Хуедьмины, Лиз! Сюда иди... Да куда ж ты!.. Убегает, смеясь. Знает и не оглядываясь, что он сейчас махнёт рукой, покачает головой и приложится к фляге. Мол, всё равно вернётся, как худо станет... Хотя эта вечно колдовские болячки цепляет, не вылечить. Жива же. И верит же, что вернётся, наивный грибочек. Лиз прячется в тени деревьев. Кладёт руку на грудь и сгибается от боли. Кашель, надрывный и безудержный, захлёстывает с новой силой. На землю падают и целые бутоны и осколки листьев. Не услышал, лишь бы не услышал! Не отвянет же, подосиновик! Обрачивается – Велира на крыльце уже нет. Наверняка распекает Василя. До чего же наивный вредный гриб! Тёплый. Успокаивающий. Ну точно дурная, – смеётся она про себя, – у мухомора на три слова две ругачки, а тебя успокаивает. Под стать шальному характеру. И она бы вечно пряталась, сколько ей отведено. Боль, раздирающий кашель – привыкла. Хватает и возможности прилетать к нему, цапаться и улетать обратно. Он и улыбается иногда... Но когда возле него появляется другой, цельные бутоны больше не выходят. Рваные лепестки, сломанные стебли и пестики с тычинками вперемешку. Она горько улыбается, сжимая их в руке. Тот, другой, не обращает на него внимания. Не смотрит. Почти не разговаривает. Но Лиз видит, одного визита хватает, чтобы заметить, как Велир краснеет с головы до пяток и чуть не роняет свои пучки от его присутствия. В тот вечер её впервые рвёт цветами. Раньше – ещё кашляла. Теперь рвёт. До желудка добрались, родимые? Потирает окровавленные запястья. Этот след вечного проклятия сейчас ей нравится куда больше, чем зудящие рези в животе. Его Велир хотя бы касался, пытаясь вылечить. Раз за разом хочется прийти, швырнуть ему на порог венок переломанных фрезий. Смотри, любуйся! Но он же тогда... Нет, полно, – мотает головой. Кидает цветки на землю. Заберёшь их себе, Ирелли? Лиз уже знает, что ей не победить. Поэтому она не сопротивляется, когда её выводят на площадь. Привязывают к столбу. Поджигают хворостину у ног. Дожидается, сжав зубы, когда сгорит последний цветок. Взмах крыльев. Свободна.