Дьявол Байрона

Когда Виктория вихрем ворвалась в подвальное помещение, пытаясь обогнать Люцифера, было уже слишком поздно. Один ангел. Один демон. 666 невинных душ. Выглядело помещение по-настоящему триумфально, превращая обычный церковный подвал в место проведения легендарного события, предрешенного пророками ещё десятки тысяч лет назад. Судный день. Гилберт стоял в центре белого круга в окружении уже бездыханных тел, чья кровь образовала достаточного глубокую лужу, пачкая щиколотки всех присутствующих. Тех, кто могли самостоятельно стоять на ногах. Россыпь свечей в старых подсвечниках по всему периметру только нагоняла шороху, заставляя священника обливаться лихорадочным потом. Мими самодовольно ухмыльнулась, гордо оценивая плоды своих трудов — 666 душ за пять дней. И как ей только удалось организовать региональный съезд представителей католической церкви в Техасе? Люцифер облокотился о стену, наблюдая за тем, как Виктория теряется в собственных сомнениях, глядя на полумертвого ангела, который с минуты на минуту должен был замертво свалиться на полу рядом с остальными несчастными. Дьявола словно озарило, стоило девушке поднять на него стеклянные глаза, таящие в себе адский огонь отца и человеческую душу своей матери. Лохматое, с горящим взглядом, горячее, живое чудовище, выкованное в чертогах Ада для того, чтобы перевернуть его жизнь с ног на голову, заставляя невольно мучаться в борьбе за собственное желание умереть. Он — ангел по своей изначальной сути, она — наполовину человек. От замкнутого круговорота тавтологий и иронии всего происходящего, кладя хер на всю прочую людскую беллетристику их положения, Люцифер не сдержал смешок, который тут же привлек к себе внимание Виктории. Она уверенно подошла к нему, по-ребячески отчаянно дергая мужчину за рукав рубашки, требуя всепоглощающего внимания к своей эксклюзивной персоне. Дьявол снисходительно опустил на неё взгляд. Со стороны это выглядело как перепалка папы и дочки, недовольно топающей ногами, требуя свою порцию шоколадного мороженного на ужин. — Останови это, — зашипела Виктория, спиной ощущая, как недовольно Гилберт сверлит её взглядом, останавливаясь от прочтения заклятия. — Полегче, маленький хоббит, — Люцифер выдернул свой истерзанный рукав из хватки девушки, делая шаг в сторону, забавляясь тому, как устрашающе она рычит, прыгая перед ним на носочках. — Я тебе сейчас как… — Блондинка недовольно вспыхнула, целясь кулаком в грудь дьявола в попытке его поколотить, но спонтанное покушение прервал голос Гилберта, который и без того недолюбливал их новую спутницу, а теперь и вовсе сгорел на месте от недовольства. — Мне уже можно продолжать? — Продолжай, — махнув рукой ответил Люцифер, другой рукой заключая Викторию в своеобразного рода объятие таким образом, чтобы она не могла ломануться в попытке поджарить Гилберта на месте. Злость резко отпустила, освобождая дорогу старой доброй обиде, стоило Виктории собрать всю картину воедино. И снова Люцифер решает все без неё, обращаясь с ней как с пустым местом, созданным лишь для того, чтобы ублажать его сексуальные прихоти. Снова. Девушка театрально тыкнула в себя пальцем, разыгрывая постановку из пьесы «О, нет, я все-таки не пустое место! Хренасе неожиданность!». Люцифер снова покосился на девушку, краем уха слушая, как Гилберт продолжает исполнять ритуал, а Уокер как всегда вытворяет какую-то ахинею, тыча в себя пальцем с такой силой, явно пытаясь ему что-то доказать. — Это какой-то новый прикол среди умалишенных? — Дьявол иронично выгнул бровь. Укол тоненького пальчика в грудь прилетел ему в ответ, когда Виктория совсем по детски запищала, прежде чем сообразила, что несёт. — Как же ты мне надоел. Мерзкий, бесчувственный мужлан. Кажется, она абсолютно забыла оценить свои физические шансы побороться с этим тестостероновым монстром на кулаках, но правый уже целился мужчине в челюсть. Старый добрый хук правой, собственно, очень надежный способ, когда в твоем арсенале есть умение плеваться адским огнем. Люцифер искренне пытался разгадать эту покрытую вселенским мраком загадку, где одна переменная Уокер какого-то хера пыталась спасти вторую переменную Дино, которого знала меньше недели. Меньше недели! А в их первую неделю знакомства девчонка раз сто послала его в задницу и один раз пнула по яйцам, что за несправедливость? А это их лобзание на скамеечке? В сумме получалось, что это наполовину простолюдинское отродье ценой их триумфального возвращения в Ад пытается спасти белозадого чмыря, который даже за задницу её схватить не смог нормально. Грубо, так, чтобы отпечатки руки ещё неделю напоминали ей о нем. Но на заднице Уокер была только одна рука, которая в эту самую секунду утягивала разъяренную блондинку прочь от падающей колонны, которая с последним словом Гилберта стала рассыпаться на глазах под властью мощного землетрясения. Виктория с трудом сгруппировалась, носом врезаясь в грудь Люцифера, который сам не смог удержаться на ногах, падая на окровавленный бетонный пол, галантно подставляя свое тело в качестве подушки безопасности. Гилберт и Мими успели прижаться к стенам, с трудом балансируя на бетонных плитах, которые стали разъезжаться у них под ногами. — Где священник? — пытаясь перекричать оглушающее громыхание, спросила Мими, закрывая рукой лицо от огромного клуба пыли, вылетевшего из-под земли, которая уже начала постепенно нагреваться, выпуская наружу огненные искры. — В порядке? — Люцифер слегка приподнялся на локтях, разглядывая перемазанное грязью и пылью лицо Виктории, которая металась от дьявола к разворачивающемуся в центре комнаты действу. — Так и должно быть? — Виктория ещё сильнее вцепилась в рубашку Люцифера, уже забыв о том, что пару минут назад хотела выцарапать ему глаза. Очень кстати пришлось то, что прибить его она не успела и теперь могла фривольно развалиться у него в объятиях, не пачкая свой прикид о пол. — Если ты про мой стояк, о который ты так активно трешься животом, то да, все под контролем, — решив разрядить обстановку падающих стен и разрывающегося пола, отшутился Люцифер, сам будучи не до конца уверенным в том, как должны развиваться события. — Но если ты о том, что мы сейчас буквально провалимся в пропасть, то можешь перенести нас водоворотом в более безопасное место. Трещина из центра комнаты коварно подбиралась ближе, грозясь поглотить всех присутствующих. Мими не смогла удержаться на ногах, когда очередной мощный толчок выбил её из равновесия. Дьяволица испуганно вскрикнула, оступаясь прямиком в пропасть, которая не сулила ничего хорошего. Виктория ни секунды не думала, расправляя свои крылья, выныривая из объятий Люцифера в сторону своей подруги, рука которой уже скрылась в пустоте, оставляя лишь испуганный вскрик. Люцифер не успел даже понять, что происходит, так быстро разворачивались следующие события. В последнюю секунду Уокер удалось ухватить Мими за копну темных волос, вытаскивая её наружу вместе с огромным потоком черного дыма, который раскинул девушек в разные стороны, вырываясь на свободу. Искры переросли в яркие языки пламени, а пропасть подобралась к краям стен, у которых застыл Гилберт и Люцифер. Последний громкий звук оглушил всех присутствующих, а потом все резко затихло. Люцифер тут же рванул в сторону Виктории, которая от сильного ушиба головой о пол отключилась в компании Мими. Дьявол подавил в себе не беспочвенное беспокойство, притягивая девушку к себе на колени. — Хоть хрен сосать, хоть с головой в бездну? — усмехнулся он, убирая растрепанные волосы с лица блондинки, которая протяжно застонала в попытке открыть глаза. Мими все ещё пребывала в шоке, вспоминая, как пару мгновений назад уже готовилась кануть в небытие, сокрушаясь о том, что не успела выбрать фотографию на свой могильный мемориал. — У тебя рука дрожит, — прохрипела Виктория, наконец установив связь с реальностью, будучи укутанной в объятия дьявола, лицо которого с молниеносной скоростью меняло сразу целую сотню эмоций. Там был и испуг, и злость, и радость. Все одним шквалом обрушилось ему на голову, когда он увидел, как в пропасти заблестели одни босые пятки дьяволицы, а мысль о том, что он уже не успеет её спасти — прочно укоренилась в сознании. Но вот она, живее всех живых, чумазая и ошалевшая, кряхтит у него на коленях, руками сдавливая собственную голову, словно пытаясь удержать её от взрыва. Выждав ещё пару минут после того, как землетрясение прекратилось, Гилберт аккуратно перебрался на другой край, подползая к друзьям. — Вы в порядке? — В норме, — ответил Люцифер, наконец отрывая взгляд от лица блондинки, которая вместе с ним обернулась назад, туда, где один за другим, все 666 мертвых тел начали подниматься с пола, рассеянно оглядываясь. — Виктория? — наконец подал голос незнакомец, быстрее остальных пришедший в себя. Девушка резко подорвалась, заставляя Люцифера устало закатить глаза, вставая следом в попытке перекрыть девушке путь, наблюдая за тем, как она снова не глядя бросается навстречу неизведанному. — Уокер, ты можешь постоять на месте хотя бы десять минут? — рыкнул Люцифер, перехватывая блондинку за запястье. — Карлайл! — воскликнула дьяволица, глядя на Люцифера, словно объясняя ему свой пылкий порыв. Точно он. В этом не могло быть никаких сомнений. Она чувствовала его энергию и это сводило её с ума. Незнакомый парень высокого роста и достаточной степени привлекательности тут же преодолел расщелину, оказавшись рядом с демонами. Карлайл. И не надеясь, ещё хотя раз встретить свою королеву, чудным образом выжив после того, как Михаил попытался его убить и попав в темницу со всеми остальными демонами Ада, он затаил дыхание, не веря тому, что Виктория стоит напротив. — Этого не может быть, ты… — впрочем договаривать блондинка уже не хотела, жадно накидываясь на своего бывшего учителя, до хруста костей сжимая его шею, которая хоть теперь и пахла и выглядела по-другому, бережно хранила в себе душу самого близкого ей человека. Карлайл молниеносно подхватил девушку на руки, кружа её, уже не задаваясь вопросом о том, как и зачем он тут оказался. Все в этом мире казалось ему уже относительно неважным, стоило Виктории прикоснуться к нему и громко зарыдать, не веря своему счастью. Люцифер и остальные молча наблюдали за этой душераздирающей сценой, каждый думая о своем. Гилберт ещё о 665 восставших трупах, Мими об ушибе на всю ногу, а Люцифер о том, что Уокер воет как белуга. Воет и вешается на шею своему бывшему учителю так, словно в любую секунду готова от радости раздвинуть перед ним свои короткие ноги. Ведёт себя как глупая слюнявая девчонка, встретившая своего заклятого кумира воочию. И снова Люцифер раздосадованно провёл прискорбную параллель их непростых с дьяволицей отношений, пытаясь понять, что все же привлекает эту чертовку? Патлатые блондины с синдромом матери Терезы или же очкастые чудики вроде этого учителя, который к несчастью Люцифера переселился в очень даже неплохого вида человеческое тело. И как теперь будет выглядеть этот любовный треугольник, в который добавился ещё и белобрысый ангел, который по неизвестной причине вместо того, чтобы окончательно откинуть ласты, как раз в эту самую секунду очухался, открыв глаза. Целых два мужика, имеющих виды, на его, нахрен, Уокер. — Люцифер? — позвал голос из толпы, заставляя Люцифера сменить траекторию полета своего убийственного взгляда с учителя на преклонного возраста женщину в монашеском балахоне. Узнать Родента, старого знакомого Люцифера, который был его младшим советником, в образе пожилой женщины на первый взгляд было непросто, но почувствовать его энергию — не составило труда. Мужчины, один из которых к несчастью попал в тело старухи, радушно обнялись, последний раз видясь на похоронах Марии. Виктория окончила тереться о Карлайла, возвращаясь к Люциферу, только сейчас вопросительно оглядывая все происходящее вокруг. — Значит все сработало! — Не объясните, что произошло? — одновременно спросили Карлайл и Родент, между делом пожав друг другу руки, последний раз видясь перед тем, как их нагло заперли в темнице.

***

Долго — вот сколько демоны провели в темноте и неведении. На целую ночь им было позволено заняться чем душе угодно, после того, как Люцифер вкратце объяснил им их план действий. Фракционные и политические разногласия между демонами сошли на нет. Больше не было недовольных руководством ещё зеленой королевы. Теперь у всех был общий враг и общая цель, а у Люцифера — нож в руке, которым он чистил себе яблоко, краем глаза наблюдая за тем, как Виктория заливисто смеётся, сидя вместе с Карлайлом посреди гостиной. Не в силах больше бороться со своими чувствами, которых в последнее время стало вагон и маленькая тележка, дьявол стремительно встал. — Доброй ночи. Карлайл, не по своей вине, пропустил все последние обновления, будучи не в курсе того, что подушка Уокер в последнее время перекочевала в спальню Люцифера, который, неожиданно галантно, не стал напоминать девушке об этом, удаляясь прочь в гордом одиночестве. Учитель, обрадовавшись долгожданному уединению, резко притянул дьяволицу к себе, тщетно пытаясь отыскать её рот своими губами. Но к его превеликому удивлению, блондинка поспешно и запыханно вскочила. Виктория неуверенно заломила руки, поглядывая в сторону темного коридора. Столько всего случилось за последний день. Столько слов было сказано, столько действий было сделано, от чего девушка окончательно запуталась в правильности выбранного пути. Но поговорить с Люцифером сейчас казалось ей жизненно необходимой задачей, которая ставила под удар радость Карлайла от их минувшего воссоединения. Он вдруг наконец почувствовал, как переминалась его королева не только в характере, но и в чувствах. Она по-прежнему его любила, но в её сердце неожиданно появился кто-то другой, даже если девушка сама это яростно отрицала. — Прости, я очень устала, я пойду спать, — шепнула блондинка напоследок и ломанулась к лестнице, пытаясь найти оправдание тому, что вместо своей спальни она лихо сворачивает в комнату Люцифера. Шум воды даёт ей понять, что мужчина сейчас принимает душ, и Виктория ни секунды не раздумывая, врывается к нему в ванную, встречая взглядом его идеально отточенное тело, повернутое к ней спиной. — Что-то случилось? — не оборачиваясь, спрашивает мужчина, впрочем не ожидая её сейчас здесь увидеть, поспешно пряча шрамы на своей спине. — «Да, случилось», — мысленно рычит блондинка, ненавидя себя за эту нерешительность, за это стеснение и робость перед мужчиной, перед которым казалось уже нечего было стесняться, особенно регулярно находясь в самых непристойных позах, натянутой на его члене. — «Случилось, что я целую ангелов, пытаясь заставить тебя ревновать. Случилось, что я не могу позволить единственному мужчине, которого любила, касаться меня. Ты, случился, мать его, Люцифер Денница», — пылко подумала Виктория, не в силах произнести эти слова. Она просто стояла посреди ванной, пока Люцифер медленно надвигался в её сторону, больше не требуя никаких объяснений. Все было написано у девушки на лице, но громче всего кричало её сердце, которые вместо того, чтобы остаться там в гостиной, привело её сюда, к нему. Прямо хищнику в лапы. Люцифер молча навис над дьяволицей, заставляя её лицо мокнуть от мокрых капель, стекающих по его волосам. Он радовался как глупый пацан, которому только что дала зеленый свет самая красивая девчонка на школьном балу. Маленькая, гадкая девчонка, до безумия взбалмошная, непредсказуемая, не похожая ни на одну из тех женщин, которых он встречал. Мария… Виктория импульсивно встала на цыпочки, обхватывая дьявола за шею, умоляя его посмотреть на неё. И он посмотрел, напрочь забывая о той, которая несколько тысячелетий терзала его душу, видя перед собой лишь одну Викторию, которая покорно сняла все маски равнодушия, преданно и моляще, почти невинно, хватаясь за шею дьявола. — Ты, — не в силах больше сдерживать это энергетическое напряжение, зарычал мужчина, языком вторгаясь в рот девушки, обеими руками прижимая её к своему телу. — Только м-о-я. Виктория в беспамятстве замотала головой, жадно впиваясь губами в рот демона, который уже толкал её в сторону постели, на ходу срывая с неё одежду. — Повтори это. — Повторить что, — дрожащим голосом пискнула блондинка, оказавшись припечатанной к постели, стеклянными глазами наблюдая за тем, как Люцифер замер между её ног, не отрывая взгляд от собственного пальца, уже плавно ласкающего до безумия влажную промежность. Трусики остались валяться на полу ещё где-то в середине их пути к кровати. Как вообще можно было находиться в здравом рассудке, наблюдая за тем, с какой жадностью и похотью мужчина любуется твоей вагиной, пальцем находя даже ей самой неизведанные эрогенные зоны. С ним не было никакого стеснения, страхов. В его руках, внимая первородный грех по частицам, Виктория чувствовала себя самой грязной и самой желанной шлюхой, способной даже на то, чтобы шептать все то, что она шептала, умоляя Люцифера немедленно трахнуть её своим членом. Но дьявол медлил, то резко вводя, но убирая два пальца, по которым стекала её горячая смазка, которую он с удовольствием слизал языком, заставляя Викторию кончить лишь от одного взгляда на эту картину. — Повтори, — снова зашептал он, уже языком вырисовывая узоры на внутренней стороне бедра девушки, наслаждаясь её запахом, вкусом и слегка подрагивающими ногами, которые ещё не отпустил спазм предыдущего оргазма. Виктория мысленно выругалась, не в силах понять, что от неё хотят, лишь самостоятельно толкаясь навстречу лицу Люцифера, хватая его за волосы. Но он нагло отстраняется и вместо того, чтобы сию же секунду засунуть свой язык ей между ног, начинает водить рукой по собственному стволу, заводя Викторию до безумия. До невозможности генерировать слова и вообще издавать звуки. Только смотреть на шикарное тело Люцифера, который так искусно водил рукой по своему члену, закатывая от удовольствия глаза. — Знала бы ты, сколько раз я делал это, представляя тебя, такую, какая ты сейчас, — мурлыкнул он. — Представлял, как сладко ты стонешь, умоляя меня войти в тебя. Как нетерпеливо рвешь ширинку моих брюк. Как самостоятельно насаживаешься и скачешь до потери пульса… — Заткнись, умоляю, — собрав последнюю волю в кулак, рычит Виктория, подскакивая на постели, утягивая Люцифера за собой, резким движением оказываясь сверху и, не давая дьяволу и секунды на размышления, сама насаживается на его член, чувствуя, как трясётся все её тело. Словно она наркоман у которого ломка, а его член — её наркотик. — Кричи громче, девочка, — садясь шепчет Люцифер, руками помогая Виктории насаживаться ещё глубже, впечатывая её в свои бедра, растягивая её горячую и тугую плоть по своему члену, который теперь наотрез отказывался от кого-либо другого. — Кричи, я хочу, чтобы каждый в этом доме знал, что ты теперь моя. — Твоя, — едва слышно стонет блондинка, снова и снова опускаясь вверх и вниз, зубами впиваясь Люциферу в шею, чтобы каждый знал, что он теперь — её. Её, мать его, злой и ужасный, первый правитель Ада — Люцифер Денница. А потом Люцифер резко переворачивает Викторию на живот, грубо беря её сзади, трахая её с такой силой, что на последнем дыхании, достигая апогея удовольствия, рассыпаясь на миллионы частиц, ощущая, как Люцифер импульсивно изливается внутри неё, девушка выкрикивает его имя. Чтобы все знали, что она теперь его.