Звезда на шее

— Тебе здесь не холодно? Пока шел, чуть с горы не скатился. Как ты вообще сюда добираешься? — Кэйя заходит к Альбедо в лабораторию, находящуюся в небольшой расщелине горы. Альберих недовольно трет красный от холода нос, стряхивает ладонями с плеч и волос белый снег. Альбедо вскидывает тонкие брови, встает из-за стола. Уголки его рта дрогнули в обворожительной улыбке. — Привет, капитан. Не ожидал тебя здесь встретить, — бархатно говорит, изучающе оглядывает Кэйю с ног до головы, оценочно цокает языком, словно подвел для себя какой-то вердикт. Альбедо установил руки на бедра, склонил голову набок. Позади него с неприятным звуком бурлила и булькала какая-то желтая вязкая жидкость в стеклянной колбе, бумаги были неаккуратно раскиданы по столам так, слово здесь прошелся армагеддон, будто кто-то перерыл все исследования в спешке. Такой беспорядок не похож на место, где обычно работал Альбедо, любящий чистоту и порядок на рабочем месте, но Кэйя не придает этому особого значения, ему не понять ход мысли алхимика. Кто знает, что у этих гениев в голове? Кэйя проходит вглубь лаборатории, прогуливается, словно дома, наклоняется, рассматривает все. С его губ то и дело срывается белый пар, поднимающийся вверх и растворяющийся в теплом воздухе под самым потолком. — Ты по делу? — Альбедо исподлобья неотрывно наблюдает за каждым движением Кэйи, пристально и с каплей подозрения. — Ага, — невзначай отмахивается капитан, беря в руки какую-то бумажку с чертежами, — слежу за тобой. Альбедо широко распахнул голубые глаза, его розовые тонкие губы дрогнули, изогнулись, а правая рука медленно поползла за мечом. Но не успел алхимик коснуться рукояти, как зимнюю тишину вдруг разразил звонкий заливистый смех. Это смеялся Кэйя. Сомкнув ресницы, он хохотал, усевшись на край рабочего стола, закинув ногу на ногу и, казалось, вот-вот свалится вниз. Алхимик незаметно облегченно выдыхает, одергивает руку от рукояти и неловко улыбается в ответ. — Ты снова мне поверил? — дрожащим от смеха голосом в перерывах между заливистым довольным хохотом говорит Кэйя, подносит к голове ладонь и накрывает ею лицо. — Как во время нашей первой встречи! Видел бы ты свое лицо сейчас. — Видимо так, капитан, — лишь малость почему-то раздраженно. Альбедо сжал кулаки, вздохнул чтобы успокоиться и едва заметная спокойная улыбка вернулась на его лицо. Сегодня он сам не свой, куда делось его насущее хладнокровие? Неужели какой-то эксперимент так давит на него своими неудачными результатами, что алхимик уже на грани даже для собственного флегматичного характера? Кэйя развел руки в разные стороны, приглашая Альбедо в свои объятия: — Я соскучился вообще-то. Меловый принц послушно подошел, его руки змеей скользнули по талии Альбериха и крепко обвили ее. Кэйя улыбнулся, укладывая голову на светлые волосы Альбедо. Смуглый цвет лица красиво контрастировал с блондинистыми растрепанными прядями. Кэйя уткнулся носом в макушку алхимика. — Новый шампунь? — ощутив непривычный аромат волос Альбедо, шепотом интересуется Кэйя. Алхимик коротко кивнул, крепче сжав талию Кэйи. Он встает на носочки, весь вытягивается и ласково целует холодными от мороза губами. Сладко. Капитан ухмыльнулся, вздохнул и пальцами поддел синюю рубашку Альбедо, нырнул прохладными пальцами под одежду, тогда алхимик инстинктивно вздрогнул от контраста температур. — Альбедо, послушай... — Мне не нужны эти пустые слова, я знаю как ты хорошо заплетаешь язык красивыми речами, однако меня это совсем не заводит — отрезал алхимик и приложил указательный палец к губам Альбериха. Вдруг его губы расплылись в широкой довольной улыбке: — Я хочу тебя. — Сейчас? — Кэйя в недоумении округлил единственный свой глаз. Альбедо еще никогда такого сам не предлагал. — Да. Здесь, на этом столе. Неужели испугался холода, капитан? А я-то надеялся получить льдинку в самое сердце от ледянного принца, — на одном дыхании горячо выпалил Альбедо, умоляюще цепляясь за пиджак капитана, он обдает горячим воздухом ухо рыцаря. ...И как бы это было нетипично для Альбедо, Кэйе, признаться честно, было все равно. Он не смеет упускать такого шанса. — С каких пор ты так раскрепостился? Чьих рук дело? Неужели тебя кто-то подменил? — Альберих говорит это в шутку, ухмыляется на одну сторону, впивается глубоким мокрым поцелуем в губы алхимику. Они сплетают языки, двигаясь в одном темпе и быстро забывая про холод, Альбедо изнывающе скулит в поцелуй и заводит капитана сильнее, жмется своим телом к груди Кэйи, начинает расстегивать пуговицы своей рубашки. Капитан опускает руки ниже талии Альбедо, еще ниже, к бедрам, сжимает задницу алхимика обеими руками, игриво раздвигая ягодицы под теплой одеждой Возбуждение вскружило голову Кэйе, да так, что он сладостно причмокнул губами, отстраняясь от Альбедо. Чудесная картина, чертов шедевр на миллион моры стоял перед ним, оголяя бледный живот, медленно, дразня, снимая перчатки. Альберих завел руки за голову, распустил тугой хвост и синие волосы водопадом опали на его плечи. Здесь холодно, но они обязательно согреются. — Капита-а-ан, — бархатно усмехается Альбедо. Он отходит назад, садится на край стола с бумагами и чертежами, раздвигает ноги, словно приглашая Кэйю. Ладонью он ведет по своему бедру, поддевая край черных коротких шорт, дразнит Альбериха. Однако, капитана рыцарской кавалерии дважды приглашать не нужно. Он оставляет свою накидку где-то у алхимического верстака, двумя широкими шагами оказывается напротив любимого и заваливает его на стол, налегая сверху. Они сминают под собой какие-то бумаги и чертежи, но сейчас это совершенно не важно. Альбедо коротко и тихо, обрывисто, стонет Кэйе на ухо, оглаживает ладонями широкие плечи кавалериста, пожирая довольным взглядом лицо Альбериха. Алхимик выгибает спину, ведет руками выше и бережно, едва касаясь, убирает с лица рыцаря непослушные синие прядки, заправляет их за ухо мужчине. Кэйя сплетает пальцы в тугой замок с пальцами алхимика и по привычке тянется коснуться губами ярко-желтой звезды расположенной внизу бледной шеи Альбедо, почти у самых ключиц. Однако, звезды там больше не было. Когда Кэйя разомкнул единственный глаз, он изучающе осмотрел шею Альбедо и во второй и в третий раз, но ничего даже отдаленно похожего на звезду он не обнаружил. Может, это было что-то вроде временной метки? Куда же делась эта звезда...? Альбедо заприметил растерявшегося Кэйю, поспешил прижать его голову к своей груди, а после вовлечь во второй, глубокий поцелуй, сминая губы и сексуально причмокивая, они отстраняются, сплетая языки, Кэйя обводит кончиком своего — язык Альбедо, вновь налегая на алхимика всем телом. Кэйя бархатно усыпает легкими поцелуями плечи Альбедо. Ведет кончиком языка от ключиц до кадыка и колюче бережно кусает, оставляет розовый след, затем еще один. Алхимик, в отместку, тоже тянется к смуглой шее рыцаря, кусает, исцеловывает ее, оставляя горячие поцелуи на холодной коже. Около ключиц он своенравно дарит Альбериху багровый засос, приятно пульсирующий и отдающий жаром. И когда руки Альбедо цепкими пальцами поддели край корсета кавалериста, раздался звук, заставивший их двоих остановится: «Кэйя?» — знакомый голос растворился в сбитом дыхании двоих. Сердце Альбериха ушло в пятки, он застыл на месте, словно все его тело мигом парализовало. Он боится повернуться на знакомый голос, но делает это. У входа в лабораторию стоит Альбедо. С той самой излюбленной Кэйей звездой на шее, что Альберих обыскался. В руках Альбедо, что стоит у входа - мольберт и краски, несколько из которых он выронил от неподдельного удивления. Это первый раз в жизни, когда Кэйя не смог пошевелиться от сковавшего его тела шока, который вмиг разбился вдребезги, когда холодные руки самозванца легли на смуглые щеки Кэйи, притянули его голову ближе. То нечто, что лежало под Кэйей и смотрело на него теперь уже пустыми кукольными глазами, вдруг с широкой улыбкой целует Альбериха в губы.

«УБЕРИ ОТ НЕГО СВОИ РУКИ, СВОЛОЧЬ»

Кэйя не сразу понял, чей это был крик. Никогда раньше он не слышал крика флегматичного и спокойного алхимика, с которым каждый вечер встречался и навязывался на прогулку. А когда Альберих наконец осознал произошедшее, раздался оглушительный треск, словно гора, в которой находилась лаборатория - раскололась надвое. Альберих с трудом разлепил глаза, когда поцелуй на его губах остался только призрачным прикосновением. Между ним и самозванцем образовалась большая, острая каменная глыба, что чудом не задела кавалериста. — У-упс, полегче, это было близко, — полуголый самозванец, лежащий на столе, издевательски рассмеялся. — А ты, наверное, забыл, что мы оба - результат одного целого. С этими словами он коснулся каменной глыбы кончиками пальцев и та рассыпалась на мелкие кусочки по заснеженному полу пещеры. — Заткнись. Исчезни прежде, чем я сотру твое существование с лица земли, — голос Альбедо предательски дрогнул. Он стоял, поджав губы, мольберт и краски валялись у его ног в снегу. Холодные голубые глаза алхимика были полны злости, несокрушимой ненависти, которая вот-вот вырвется наружу. Так вот что за монстра Альбедо скрывает под маской своего флегматизма и вездесущего спокойствия? Кэйя нутром почувствовал, что сейчас произойдет что-то ужасное. Холодком по его спине пробежала гложущая тревога, змеей заползая куда-то под шею. — Подожди, Альбедо... — Что? — процедил сквозь зубы принц, не спуская взгляда с самозванца, он двинулся вперед, к столу, на котором восседал полуголый клон и самодовольно усмехался. — Ну же, твой любимый хочет оправдаться, давай послушаем? — ехидным голосом предлагает нечто, видимо, принявшее облик Альбедо. Не то, чтобы Кэйя понимал хотя бы что-то из происходящего последние несколько минут. Его сердце бешено колотилось, а мозг в панике выдавал все самые очевидные предположения. — Я тебе язык вырву, — рычит Альбедо, густая пелена жестокости скрыла блеск в его глазах. Рукой он выхватил из ножен меч и замахнулся на двойника. — Стой! Лаборатория вновь погрузилась в тишину. Альберих в последний момент успел схватить любимого за запястье, силой оттащить в сторону и прижать к своему телу. Кавалерист сбивчиво дышит. Здесь холодно, но никто из присутствующих этого не ощущал. Хоть широкие плечи Кэйи и раскраснелись от мороза, адреналин в крови не давал ему замёрзнуть. Казалось, еще немного, и воздух здесь раскалится до такой степени, что начнет потрескивать от напряжения. Альберих держит напряженного мелового принца обеими руками, а взгляда не спускает с самозванца, вальяжно развалившегося на столе. Он даже не думал накидывать рубашку на плечи, самодовольно улыбался, словно хвастаясь собственной победой. По его лицу было видно, что именно этого двойник и добивался. Поднасолить Альбедо. Но кто это? Двойник? Самозванец? Неизвестный, принявший облик мелового принца? И кто на самом деле сам Альбедо? — Не останавливай меня, — холодно рычит Альбедо. — Мне нужно покончить с ним в любом случае и я рад, что мне подвернулась такая возможность. Кэйя чувствует бешеное биение сердца алхимика, под своими ладонями ощущает, как вздымается и опускается грудь блондина. — Защищаешь меня? Как мило с твоей стороны, капитан. Неужели я понравился тебе больше, чем твой Альбедо? Кэйя насторожился, когда двойник начал натягивать на себя снятую прежде одежду - медленно застегнул рубашку, накинул белоснежный плащ и взялся за перчатки. — Э-эй, капитан, может, ты больше хочешь быть со мной? Я вижу в твоем взгляде нечто особенное, — самозванец приложил ладонь к своей оголенной груди, на которой розовели укусы Альбериха. — У тебя ведь есть желание, которое ты никому не рассказывал? — он закончил с перчатками. Теперь все, что отличало Альбедо от самозванца - та самая ярко-желтая звезда на шее. Кавалерист вздрогнул, широко распахнув единственный глаз. Его ноги подкосились, он разомкнул губы и отступил на полшага назад, отпуская Альбедо. — Значит есть, — подпер ладонью голову клон, его губы расплылись в широкой ухмылке, оголив белоснежные клычки. Альбедо замахнулся мечом на двойника, но тот быстро, действуя, словно отражение в зеркале, отразил удар и отскочил в сторону Кэйи. Самозванец уложил ладонь на нагую грудь кавалериста, обвел ею грудь Альбериха и улыбнулся, провоговорив Кэйе в самые губы: «Ты хочешь уничтожить богов? Хочешь поплатиться за свой народ? Я дам тебе это, ведь я хочу того же, в отличии от него» — он кивнул на принца мела. Кэйя послушно взглянул на Альбедо, увидел в голубых глазах своего возлюбленного бездонное отчаяние, смешавшееся со злобой, с гложащей обидой, и все это - густой коктейль чувств алхимика, что вырвались наружу. Увидь его сейчас хоть кто-то из Мондштадта, кто привык наблюдать алхимика без ярких эмоций, приняли бы скорее клона за настоящего Альбедо. Альбериху предстоит выбор и сделать его нужно немедленно. Он смотрит на самозванца перед собой - былую надежду обрести возмездие, уничтожить все, что когда-то убило всех дорогих ему людей, смотрит на бессмысленную жажду кровопролития. Затем поднимает взор на Альбедо - уставшего алхимика, чудесного художника, мелового принца, в которого влюбился несколько лет назад, которого вместе с Альберихом дома ждет Кли с новым выговором от Джинн. Он сделал выбор. — Кем бы ты ни был, ты прав, — он опускает голову, разводит руками и усмехается, глядя на клона исподлобья. — Я действительно хочу этого. И никогда не перестану хотеть. Однако, у меня есть те, кто не позволит мне воплотить всё это в реальность - моя новая семья, — он с нежной улыбкой взглянул на растерявшегося Альбедо. Чтобы не терять времени, Альберих быстро вынул меч из ножн и приставил к горлу самозванца. — Альбедо! — это знак. Алхимик ударил мечом и лезвие чудом не задело рук кавалериста. Клон исчез. Он словно испарился. — Сзади! — Альберих ухватил любимого за плечи и потянул вниз, они оба упали на пол в тот момент, когда над головой мелового принца просвистело лезвие чужого меча. На столе элегантно стоит самозванец, ведет указательным пальцем по темному металлическому острию. — Ну что за идиллия? Ты раздражаешь меня! — кончик меча оказался направленым на Альбедо. «Кто это?» — Кэйя спрашивает шепотом, прижимает алхимика в себе, второю рукой нащупывая позади себя пиджак. Ему бы стоило одеться, наголо сражаться - заведомо проиграть. «Неудачный эксперимент» — вздыхает. «Все будет хорошо» — Кэйя успокаивающе гладит Альбедо по щеке большим пальцем, ласково целует в висок. «Знаю, — усмехается принц мела, встает, — а об этом мы еще поговорим» — он сурово ткнул указательным пальцем в багорвый засос на ключицах Альбериха. «Обязательно, после того как победим» — на лицо Кэйи возвращается ухмылка на одну сторону. — Так неинтересно! — воскликнул клон и поднес ладонь к собственному горлу. Альбедо и Кэйя в один момент замерли. Когда самозванец отоотвел руку от шеи - на ней красовалась точно такая же, поддельная, желтая звезда, что была на шее алхимика. — А вот теперь поиграем, — рассмеялся он, сминая подошвой высоких сапог чертежи на столе, где стоял. «Что мне делать?» Этот вопрос был очевидным. Никто не будет знать лучше где настоящий принц мела, кроме самого Альбедо. Кэйя может только мешаться. «Тут уж я сам, капитан» — неумело, будто перенял эту привычку у Альбериха, подмигнул ему Альбедо. Рыцарь понятливо кивнул, принял стойку, но не бросился в бой. Вместо него вперед влетел Альбедо. Сражаться мастерством стихий, использовать глаз бога здесь - бесполезно. Остается лишь сражаться холодным оружием, скрестить мечи в бою на смерть. Альберих в любой момент готов подстраховать, он пытается следить взгладом за боем, чтобы не запутаться, но оба - идентичны. С поддельной отметкой клон - неудачный эксперимент- выглядит в точности как Альбедо. Оба создания слились в битве, они словно одно целое, а после - два совершенно разного, невероятная, бесподобная материя существа и единства, все это кружится в жестоком бою под звонкий лязг мечей. Кэйя ни разу не сомневается в способностях любимого, однако его сердце что-то предательски гложит. Вина, безысходность и предчувствие чего-то плохого и неизбежного. Свободной от меча рукой он сжимает ткань рубашки на груди. Все будет хорошо. Все точно будет хорошо. Начерта он вообще сюда приперся? Считается ли его поцелуй с двойником Альбедо - изменой? Что сейчас чувствует алхимик? Кэйе определенно стоит извиниться как только бой подойдет к концу. Секунды тянутся слишком медленно, хоть кавалерист и шагу не сделал, но его дыхание предстельски сбилось, а воздуха совсем перестало хватать, словно они поднялись в самую высь, к Селестии, туда, где воздух донельзя разряжен. Из прострации Альбериха вывел резкий запах крови. Он, страшась неизвестности, страшась итогов битвы, фокусирует взгляд и его сердце замирает. Сквозь грудь одного проткнут меч, второй бесстрастно смотрит на пораженного. Победивший сверху вниз смотрит на то, как побежденный некрасиво проблевывается кровью, пытается взяться рукою за лезвие меча, чтобы кровотечение не шло так быстро, но первый без тени жалости и сомнения хладнокровно вынимает меч, стряхивает с него капли крови на снег. Он не смеется, не радуется своей победе, даже края его губ не дрогнули в улыбке. Значит, это - настоящий Альбедо. Кэйя подбегает к победителю, берет за плечи. — Все хорошо? Он тебя не ранил? — кавалерист бегло осматривает взглядом тело любимого. На предплечии и ноге было несколько ссадин, в остальном алхимик был в порядке, только лишь молчал. Кэйя смотрит вниз, на упавшего на землю клона, что безуспешно корчась на земле, старается остановить кровь, размыкает уста, в попытках сказать что-то и неотрывно глядит на них двоих снизу вверх. — Поцелуй меня, — губы Альбедо наконец дрогнули в тихом шепоте. Рыцарь наклоняется и послушно целует любимого, сминает их холодные губы в поцелуе с солоноватым привкусом крови. «Ты сделал правильный выбор, Кэйя Альберих» — шепчет ему в губы довольный голос. Кэйя отстраняется, едва ли не отпрыгивает от Альбедо, как от огня. Перед ним лишь с несколькими ранами стоит алхимик с широкой улыбкой, донельзя самодовольным взглядом и убирает с шеи метку. — Нет. Кэйя начинает задыхаться. Взгляд его падает на лежащего в крови блондина у их ног. Неужели? — Нет, нет-нет-нет, — на его лице истерическая улыбка. Он падает вниз к Альбедо на колени, берет в руки его голову и пытается заглянуть в стеклянные безжизненные глаза. «Это все страшный сон. Кошмар. Этого не может быть. Альбедо не мог проиграть. Я сейчас проснусь. И все будет хорошо. Я просто задремал на работе и...» Его поток мыслей прекращается, на их место приходит тишина, когда плоть Альбедо начинает растворяться в воздухе, ускользяет из рук Кэйи и через несколько мгновений исчезает. Кэйя стоит в крови любимого. Все что у него осталось - несколько прядей золотых волос. — А знаешь, что самое прекрасное в этой ситуации? — со спины Кэйю обнимают чужие руки. — Замолчи, — все, на что хватает Кэйи. Он не может встать, даже пошевелить пальцем, хотя бы взглянуть в глаза той твари, что лишила его всего. — Последнее, что видел твой любимый - то, как ты целуешь меня.

Кэйя пошатнулся.

Ему стало дурно.

Голова закружилась, и он упал рядом с лужей крови.

В глазах помутнело и ему захотелось выблевать собственный желудок. Он не может вдохнуть воздух, и выдохнуть не может, все, что ощущает - лишь то, как по щекам его катятся холодные слезы, заставляют намокнуть его волосы, а некоторые скатываются до самой земли, смешиваются с кровью и превращаются в маленькие алые льдинки. — Убей меня, — хрипло просит Альберих. В голове пустота. В груди тоже - пустота. Некоторые его пряди намокают в крови исчезнувшего Альбедо. — Ни за что, — счастливо над ним насивает клон. — Пожалуйста... — Я не хочу тебя убивать, ты мне еще нужен. Капитан...нет, Кэйя Альберих, — самозванец тянет руку к глазу бога Кэйи, бесцеремонно его срывает с пояса. — А вот это теперь мое. Отдам его, когда придет время. Кэйя на него даже не смотрит. — Открой рот, — рядом с ним присел клон, насильно взял рыцаря за смуглые щеки и разомкнул его челлюсть. Двумя пальцами свободной руки он собрал немного крови с пола и отправил Кэйе в рот, больно надавливая на язык. — Теперь я твой новый Альбедо. А ты тот ключ, что приведет меня к Селестии. Альберих давится кровью любимого, рыдает, стараясь не дышать, не смотреть, не существовать. Еще немного и отчаяние в его мозгу окончательно застелит разум. — Теперь у тебя есть только я. Единственное о нем напоминание. У тебя есть шанс увидеть его во мне. Неужели ты не хочешь быть счастливым? Кэйя молчит, смотрит сквозь самозванца. — Ну же, — над Кэйей нависает знакомая фигура. То же лицо. На него смотрит то же бледное лицо. И того же цвета глаза. Но не такие, что были у Альбедо. И улыбка совсем не такая. Волосы. Бархатные, и нежные, светлые, их любил Кэйя перебирать по утрам, когда Альбедо еще не проснулся. Их же и любил наматывать на кулак во время секса, не больно - осторожо. И руки, что сейчас опустились Кэйе на грудь - они точно такие же, что были у его любимого, что всегда оглаживали его щеки после тяжелого дня в Ордо Фавониус. Мягкие, и аккуратные руки, длинные бледные пальцы. Губы тоже такие же, розовые, тонкие губы которые Кэйя любил исцеловывать каждую ночь перед сном. Это они. Альберих тянется к самозванцу, жмурит глаза и целует его, заглушая в этом отвратительном поцелуе собственный крик. Клон не даст ему умереть. Не убьет, не позволит Кэйе убить себя самого. Альберих обречен. Обречен жить полный вины, ненависти к себе, отчаяния. Жить со смертью любимого человека, смотреть Кли в глаза и прямо ей врать о том, что это ее славный братик Альбедо. Невыносимо. Больше у него ничего не осталось... И этот неудачный эксперимент - его последнее напоминание об Альбедо. Они целуются еще раз, когда Кэйя начинает задыхаться. Как жестоко.