Распахни

Арсений любит этот плащ. Светло—коричневый, с темными пуговицами и кушаком — он сидит идеально. — Давай, давай. Сам виноват. Нечего было выебываться, — Матвиенко хихикает и критично осматривает Попова со всех сторон, — нет уж, так не пойдет. Ты же знаешь, что надо делать. Снимай. Сережа ловит убийственный взгляд и только посмеивается в стакан с соком. Арсений смотрит на компанию, которая собралась, на минуточку, в его квартире, и жалеет, что вообще начал этот разговор. И ведь дурак, не остановился, хотя Оксана его пыталась заткнуть, но разве заткнешь такого? Вот и мучайся теперь. — Меня примут за психа и увезут в психушку. — Значит, будем ходить к тебе на свидания. Хоть где—то они у тебя будут, — Стас ехидно посматривает на Попова и получает локтем в бок от Дарины. — Спасибо, друзья, — Арсений переходит из комнаты в ванную, снимает плащ, под которым оказываются мягкие домашние штаны и футболка. "Доигрался"

***

Антон заебался. Он полтора часа обсуждал с преподавателем свой диплом ("не диплом, а ВКР, молодой человек") после пяти напряженных пар, а потом, не успев поесть, пошел на дополнительные занятия. И сейчас, выжатый как лимон, парень двигается в сторону дома. Наушники как назло сели, морось неприятно бьет в лицо и попадает за шиворот, отчего Антон ежится, накидывая капюшон от худи на голову. Поздняя осень — неприятное время. На улице стоит странная тишина. Вечером обычно люди торопятся домой, машины летают по дорогам, деревья шумят — город живет. Но не сегодня. Сегодня в морось ни людей, ни машин не видно, и даже деревья будто смотрят с пренебрежением и отстраненностью. Стемнело настолько быстро, что Антон даже удивляется, подняв глаза с дороги. До дома осталось пройти небольшую аллею. Летом здесь часто можно увидеть мам с колясками, не спеша прогуливающихся взрослых. Кусты по краям дорожки густы и зелены, кроны деревьев дают хорошую тень от палящего солнца — не аллея, а чудо. За ней находится заброшенное поле, где часто собачники гуляют со своими питомцами. "Да наркоманы там собираются, и бомжи костры жгут" — Антон видит эту картину из окна каждое лето. Дождь усиливается, мурашки бегут табунами по спине, и Антон ежится, пряча руки в карманы джинсовой куртки. Одеваться по погоде — это для слабаков. Студент идет по аллее в неуютной темноте. В глаза заливается вода, Антон бы сейчас с удовольствием поплакал — такая возможность не палиться выпадает не каждый день, но он слишком вымотан, чтобы тратить на это жизненные силы. Но олицетворение пацанской цитаты из вк было бы мощной. Посередине аллеи стоит один жалкий фонарь, который освещает целое нихуя и выглядит как подсвеченная лопата. И Антон летит к этому фонарю как мотылек на открытый огонек. Почти в ритме самба. Еще чуть—чуть и можно снимать клип для Меладзе. Вдруг парень слышит справа от себя за кустами какой—то треск, словно кто—то наступил на ветку. Он останавливается, разворачивается и пялится в кромешную темноту. Тщетно. И тут периферическим он замечает фигуру, которая выходит и встает на единственный островок света. «У него наверное есть для меня задание» — хихикает про себя Антон и идет в сторону незнакомца. Тот стоит спокойно, на нем длинный плащ, кроссовки, абсолютно не сочетающиеся с ним, темные волосы и... Антон не вглядывается. Он почти равняется с ним, возвращаясь мыслями к диплому (да ВКР, черт тебя возьми!), и смотрит под ноги. Тут краем глаза он замечает какое—то движение со стороны человека. Тот нервно дергает руками и распахивает свое пальто, держась за его лацканы. Под пальто ничего нет. — Замерзнешь же, — Антон останавливается и чувствует, что эта остановка стоит ему драгоценных минут сна. Он оглядывает парня, замечая безволосую грудь, плоский живот и поджавшийся член. Незнакомец удивленно таращится на Антона и запахивает пальто, — извращенец или поспорил? Парень напротив выглядит озадаченным. Антон рассматривает нос—кнопку, светлые бегающие по лицу студента глаза, мешки под ними и родинки на щеке. Незнакомцу не больше 30. — Ни то, ни другое. — Заинтриговал, — Антон отбрасывает мокрую, налипшую на лоб челку. — Вы тоже, не думал, что кто—то так отреагирует, — человек в пальто мелко дрожит и кутается в него сильнее. — Я удивлен, что у меня есть силы отвечать тебе, а ты мне тут затираешь про какую—то реакцию, — Антон замечает разговор в разных формах обращения, но не считает правильным называть человека, писюн которого он видел, в данном контексте на «Вы». — Я забыл заснять реакцию, — обреченно тянет парень и быстро достает телефон из кармана. Он наводит на Антона камеру, тот начинает дико ржать. — Это какой—то сюр, я походу от усталости потерял сознание и у меня галлюцинации, — незнакомец насупливается и убирает телефон. — Ну мне же нужно доказать друзьям, что я не за хлебом в таком виде пошел, а на дело. — Да что у тебя за друзья такие, которые не пошли с тобой? Со стороны же веселее смотреть, чем такие задания давать. Это же игра была? — Нет, не игра. Еще варианты? И нормальные у меня друзья, просто пьяненькие, не подумали. Я не виноват, что почти не пью. Антону кажется нелогичным все, что говорит недоэксгибиционист, но почему—то продолжает его слушать. — Расскажешь, может, все—таки? — Только не здесь, — парень ежится, — холодно. — Пошли ко мне? Горячим чаем напою, я вон в том доме живу, — Антон показывает на дом в конце аллеи. Он сам не понимает, зачем зовет непонятного чудика к себе, но мозг отключается и совсем не контролирует вечно работающий язык, — только плащ, чур, не снимать. — А вдруг ты маньяк? – парень недоверчиво смотрит на студента. — Тогда в моей квартире будет два маньяка, — Шастун широко улыбается и протягивает руку, — Антон. — Арсений.

***

Они сидят на маленькой кухне дома у Шастуна и пьют свежезаваренный чай. Антон обожает этот сорт — Соусеп. Он готов его выращивать, собирать, фасовать, а потом пиздить с фабрики, пока об этом не узнает начальство и его не уволят. Арсению он читает целую лекцию, посвященную завариванию чая. Вся усталость за день исчезает с первым глотком. — Дак расскажешь, может? – Антон садится за стол и внимательно смотрит на гостя. Тот застегнул пальто сразу после знакомства и теперь вальяжно сидит на табуретке, закинув ногу на ногу и держа кружку с горячим чаем как человек голубых кровей – оттопырив мизинчик. Этакий «Голый король». Сейчас он колоссально отличается от того потерянного незнакомца, которого Антон встретил буквально полчаса назад. — Я жду твои догадки, — Арсений беззвучно отпивает из кружки, в отличие от самого Шастуна, который сёрбает со звуком истребителя. На «Ты» он переходит также легко, как и меняет восприятие студента. Антон от такой смены состояния гостя пребывает в легком шоке. Арсений буквально несколько минут назад шел за ним в полной тишине побитой собакой, а тут вдруг расправляет плечи, расслабляется и открыто улыбается. Неужели так подействовали болтовня Антона и сам чай? Или Антон сам так выдохся, что в темноте не разглядел спокойствие в глазах? Да не, бред какой—то. Он уставший, а не слепой. Студент погружается в эти мысли о новом знакомом, залипает на длинных ресницах и пропускает игривый (показалось?) ответ на свой же вопрос. Арсений выжидающе на него смотрит и чуть заметно кашляет. Антон отмирает. — Что? Ты что—то сказал? — он дергает головой, опуская взгляд на свои ладони, обвивающие кружку. — Ты вроде говорил, что очень устал, а я у тебя время отнимаю. Если интересно, можем как—нибудь увидеться, и я расскажу, — Арсений наблюдает, как медленно вытягивается лицо его собеседника. Антон минуту тормозит, смотря в никуда, а потом выдает: — Ты зовешь меня на свидание? — А ты хочешь, чтобы это было свидание? – Арсений по—лисьи сощуривает глаза. — Я не знаю… — Антон тупит взгляд еще больше. — Давай так, я тебе оставлю свой номер, а ты уже решай, что с ним делать, — Арсений встает из—за стола, диктует номер и двигается ближе к двери, — спасибо за чай. Приятно познакомиться, Антон.

***

Антон просыпается на следующий день в 2 часа дня. Пары он безбожно прогуливает, но его не волнует это маленькое упущение. Его волнует непонятные галлюцинации и фантазии, которые появились от недосыпа. — Походу у тебя недотрах, раз твое сознание придумывает красивых странных голых мужиков, — Антон стоит перед зеркалом и смотрит на бледное лицо, на котором ярко видно красную полосу, оставленную подушкой, — хоть бы никто не видел, как я общаюсь с фонарем. Антон умывается и расчесывается, приводя себя в адекватное состояние, и заваливается на диван с телефоном. Он проверяет ВК (там одногруппники пишут про грымзу—препода, которая опять полпары орала на присутствующих из—за отсутствующих), Инстаграм, Телегу и зависает в ТикТоке, чтобы не разгонять вчерашнюю фантазию уставшего мозга. Через час (как это? 5 минут прошло) Антон все—таки вспоминает про номер, который оставил ему Арсений. — Арсений, имя для графа какое—то. По—моему, как только я узнал его имя, изменился и характер Арса, — Антон зачесывает нервно волосы, — точно. Ну, я же не дурак, хотя сам с собой разговариваю, но это ладно, — мысли путаются в голове, догадки приходят одна за одной, но Антону принципиально сказать все, что он хочет сказать. Так он чувствует себя адекватным, — номер. Ну, это смешно. Я сейчас зайду в телефонную книгу и ничего не увижу. Антон открывает на телефоне приложение и медленно начинает листать список контактов. — Арсений – как я мог бы его записать? Арс? Банально. Барсик? Нет. Это тупо. Мое сознание не такое умное, когда уставшее. Конечно, если бы такая ситуация могла бы быть, — Антон тихо хихикает и долистывает список до конца, — блять… Блять! На последней строчке красуется номер с подписью «Эксгибиционист». Антон резко встает с дивана и начинает ходить по комнате взад—вперед. — Я конченый. Это реально было. Я конченый. Я позвал в гости парня, одетого в одно пальто, и рассказывал ему о заварке чая. Я конченый. Он позвал меня на свидание? Нет. Но он был не против? Все—таки мне надо было сегодня выспаться, — парень несколько раз перечитывает название контакта и тупо рассматривает набор цифр, — а что дальше? А дальше тишина, как Раневская играла, я бы также не смогла… Да Антон, епта. Не отвлекайся. Антон блокирует телефон и тормозит в центре комнаты. — Ну, хотя бы у меня нет галлюцинаций. Это плюс. Я конченый. Это минус, — Антон разводит руками, — а почему это я конченый собственно? Может, это судьба? Парень смотрит на заблокированный телефон и решается написать на новый номер. Он несколько раз пишет и стирает сообщение – начинает с «Привет, это Антон. Мы вчера вечером с тобой чай пили, из кружек» до «Арсений, классный хуй!». Перебрав еще несколько «удачных» вариантов, Шастун останавливается на: «Привет, Арсений. Ты мне так и не рассказал о своих приключениях» Антон отправляет сообщение и блокирует телефон. Сколько времени понадобится Арсению на ответ? Ждет ли он вообще хоть какое—то послание или кинет в чс как только увидит незнакомый номер? И номер ли это Арсения вообще? И Арсений ли его зовут? Ответ приходит через 15 минут. Эксгибиционист: А я думал, мое приключение – это ты. "Надо его переименовать" - думает Антон.

***

Несколько месяцев спустя.

— Серьезно? Тебя взяли на слабо? — Ага. Антон смеется куда—то в ключицу Арсу. Они лежат в обнимку у Антона в квартире на разобранном диване — на фоне тихо играет альбом «Анатомия» — и болтают ни о чем. Лучики весеннего солнца играют в волосах Шастуна, и Арсений невольно засматривается на переливы светлых прядей. Антон долго морозился. Ему казалось, что этой встречи не должно состоятся. Пугала его сама мысль о свидании (о каких—то дружеских отношениях Антон совершенно не думал) с человеком, который мало того, что встретился при таких странных обстоятельствах, дак еще и быстро адаптировался к ним. И номер дал. А потом просто дал. Тяжело было привыкнуть к мысли, что на связи с тобой реальный человек, а не фантазия твоего перегруженного мозга. Все решилось, когда они, наконец, договорились о встрече, и Шастун увидел Арсения в совершенно нормальном состоянии (и одежде). Тот немного щурился и улыбался так искренне, что у Антона отлегло. А там – раз встреча, два встреча, знакомство с друзьями—приколистами (Сережа долго совершенно по—скотски ржал, но не рассказал Антону, что заставило Арса пойти в морось гулять по улицам) и пошло—поехало. Арсений в эти встречи сохранял интригу и не рассказывал, как попал в ту странную ситуацию. До сегодняшнего дня. — Я не знал, что ты такой азартный, — Антон внимательно смотрит на Арсения и тот прыскает, — а как вы до этого вообще дошли? — Я не помню уже, если честно. Да и не важно. Лолита что—то поет про скотч, плащ висит в шкафу как напоминание о встрече, а у парней все будет хорошо.