Формула от смерти

      — Может, ты уже займёшься Русланом? — голос Гевы вырывает меня из сна.       Резко сажусь и поворачиваю голову в его сторону. Дверь в комнату чуть приоткрыта, и я не вижу, кто там, но знаю, что никого, кроме Вальнара и Гевы там быть не может.        — Почему Формулой ты не можешь заниматься ночью, когда он спит?       Мне плевать, что подслушивание считается плохим тоном — вдруг Гева скажет нечто, что хоть немного прояснит ситуацию. Мне надоело уже гадать о том, что происходит со мной и вокруг меня!       — Ещё одно такое происшествие, и он вообще может умереть. Ты должен быть всё время с ним. И почему ты раньше не объяснил ему… Что?       Дверь резко открывается и в комнату входит Вальнар. Он выглядит замученным и обеспокоенным.       — Как самочувствие, Руслан?       Колдун, не ожидая от меня ответа, залазит ко мне в голову. Меня передёргивает.       — Я и сам могу ответить.       — Знаю. Гева принеси ужин и линги.       Женщина сразу же уходит.       Оставшись наедине с Вальнаром, чувствую напряжение и вину. Колдун, не спуская с меня глаз, садится на кровать рядом со мной.       Похоже, меня ждёт длинная речь…       — Руслан, ты ни в чём не виноват… — он сжимает моё плечо.       И меня удивляет тон его голоса, будто он разговаривает с ребёнком или с сумасшедшим. Меня это раздражает.       — С чего ты взял, что я считаю себя в чём-то виноватым?!       Я ничего не понимаю! И почему никто не хочет мне хоть что-то объяснить?! Например, как понимать то, что я кричал на Колдуна, при этом был словно вне тела? Или то, почему я ни с того ни с сего падаю в обморок? Я что сам должен догадаться?!       Я уже собираюсь высказать Вальнару всё, что я думаю, но меня останавливает выражение его лица. Он удивлён.       — Что? — теперь тон голоса у него совершенно другой. Он хмурится и дотрагивается до моего плеча.       Что происходит?       Резко убираю его руку и отодвигаюсь от него.       У меня же на плече только что лежала его рука! И он не убирал её. Я помню, он не убирал её!       — Руслан?        Замечаю, что лицо Колдуна изменилось. И комната тоже. Секунду назад яркое солнце из окна освещало комнату, а на люстре горели все свечи. А сейчас… за окном ночь, а на люстре горит всего несколько свечей. В помещении мрачно и темно.       — Руслан? — слышу в голосе Вальнара беспокойство, но не обращаю на него внимания. В голове всё смешалось и мешает мне собраться с мыслями.       — Руслан, успокойся. — он берёт меня за плечи и поворачивает меня к себе. — Всё в порядке. У тебя были галлюцинации.       Галлюцинации?!       Успокоил, блин…       — Я что, схожу с ума?       Может, я, вообще, сошёл с ума, как только оказался здесь? Разве это похоже на реальность? Может я создал свой мир и живу в нём, а на самом деле я лежу в психушке…       — Нет. Но если ты ещё раз так нагрузишь свой мозг, ты точно сойдёшь с ума.       В комнату заходит Гева с подносом.       Что-то она слишком быстро… Может, она галлюцинация? Как мне теперь узнать, что галлюцинации, а что нет?       — Поешь и спать, — Вальнар отбирает поднос у Гевы и кладёт мне на колени. — Но сначала выпей.       У меня в руках оказывается чаша с какой-то зелёной жидкостью. В нос ударяет резкий запах спирта, смешанный с ароматами растений и забродившего винограда.       — Что это?       — Это линга. Целебный напиток. Что-то вроде лекарства.       От сумасшествия…       — Нет, не от него. Руслан, ты не сошёл с ума.       Сам он себе верит?       Поворачиваю голову и смотрю ему в глаза — верит…       Усмехаюсь и залпом выпиваю напиток.

Гева

«Дневник для рассудка»

26 марта 1404 год (365 лет назад)

      Мне и в голову не могло прийти, что его могут пригласить к общему столу. Отец только в редких случаях приглашал за стол неблизких к нашей семье людей, а если приглашал, то предупреждал об этом. Поэтому я никогда особо не волновалась над тем, во что облачиться, когда выходила к завтраку. И Отец никогда не возражал тому, как я одевалась.       Надев повседневный наряд и причесав волосы, я пошла в столовую. Если бы я знала, что он там, облачилась бы в подобающий принцессе наряд. Но я не знала…       — О, а это моя единственная и любимая дочь — Гева. Гева, позволь представить тебе — Метран, он прибыл к нам из другого мира.       Я замерла на месте. Отца, похоже, не смутило, что я одета неподобающе, но Мама нахмурилась. Но тогда я не обратила на это внимания, я смотрела на мужчину, который встал, как только Отец меня представил. Это был он — тот, кто вчера прибыл в замок. Тот незнакомец, из-за которого я не могла уснуть пол ночи. Он, как мне показалось, чуть насмешливо разглядывал меня.       Мы с секунду пристально смотрели друг на друга, но я не отвела глаз, как вчера. Потом он, чуть улыбнувшись, подошёл ко мне и, взяв мою руку, поцеловал её. Он выглядел так, будто смеялся надо мною. Я вся вспыхнула.       Может, я и одета неподобающе, но я всё-таки принцесса и он не смеет надо мной смеяться!       Я улыбнулась ему самой холодной улыбкой, на которую была способна и чуть наклонила голову. Затем я спокойно избавилась от его руки и села на своё место.       За всё время его разговора с Отцом ни разу на него не взглянула.