Серым по серому
Тускнело белым Солнышко в зените, И тлел в золе Последний уголёк. О том, что так Останется навечно, Не представлялось — Было невдомёк. На земле — грязь, На листьях — гниль и осень, В чёрных ручьях Нефть чёрным бьёт ключом. «Зато так проще, — Скажет кто-то сбоку. — Зато всё будет Точно нипочём». Чужая смерть Не вызовет сочувствий, Беда другого Будет лишь его, В слезах, улыбках Будет полно фальши, И на себя — Да тоже всё равно. Это мечта Не единиц, а многих. Те думают: «Судьба благоволит Тому, кто жив,
Но жизнь не замечает». А я вскричу: «Пусть тая жизнь горит!». От солнца жар Пусть кожу обжигает, Мороз бураном Бьёт!
До синевы! И горя вкус Пусть в сердце загнивает, Чтобы исчезнуть В пятнах седины. Пусть будет плох Тот мир, угрюм, ужасен Аль преисполнен
Светом от людей. Пусть будет чёрным Он, пусть будет белым, Лишь бы он не был Пелены серей. Чтоб на палитре Чёрно-белых красок, Среди счастливых И убитых тел Не появился Тот, кого не ждали — Живой мертвец, Что жизни не хотел. Он мир пройдёт С пустой души улыбкой С тускневшим взглядом, В коем сон поник. И он умрёт, Смешавшись с тел толпою, Оставив в лёгких Страха смерти крик. Но в чём мораль Его неважной жизни? Что комом стала В умерших устах? «Лишь одного Мне стоило бояться. Ошибка жизни — Самой жизни страх». Пятно от тьмы Закрасить белым можно, И чёрный в свет Нечаянно пролить, Но где был тлен, Где цвет у жизни серый — Будет лишь он, Ведь нечем заменить. Пусть будет боль От разочарований, Пусть будет страх, Что вязкий, словно слизь, Пусть будет всё — Хорошее, плохое. Пусть будет смерть, ведь это — Тоже жизнь.
