Твои глаза горят огнём…

— Привет. Тебе что-то нужно? Мешочки у Екатерины Александровной… Рыжеволосая девочка выглядела смущенной, поэтому Бет решила ничего ей не говорить про свет, а просто узнать, что та хотела. — Д-да нет, я не за этим… м-можно мне с тобой сесть? Просто мальчики меня прогнали… — Ох, конечно, садись. Девочка поставила рюкзак на пол и села на соседнее кресло. — Как тебя зовут? — спросила Бет. Незнакомка ответила: — Я Алекс… а ты? — Я Элизабет, можно просто Бет. У тебя странное имя, как у мальчика… — Да, я знаю, но оно мне нравится, — улыбнулась Алекс. — А откуда ты? — Я из Омска… мы переехали сюда, потому что папа нашёл здесь работу. — Ого, мои родители тоже раньше жили там. — Здорово… — Ага… Они сидели в молчании всю дорогу, и на обратном пути тоже, однако обе почему-то чувствовали, что впереди у них очень много долгих дружеских разговоров. *** Девушки сидели у Алекс дома, погрузившись в воспоминания. Они пытались вспомнить название музея, в который они тогда ездили, однако попытки, как и раньше, были тщетны. — Может, музей природы? — спросила Бет, — Я вообще не помню… — Я тоже… — Алекс громко вздохнула, — Хотя, стой! Может это бы музей микрохирургии глаза?! — Да брось ты, такое бы я на всю жизнь запомнила! — засмеявшись, сказала Элизабет и кинула в подругу диванную подушку. Алекс приняла удар головой, но после того, как она громко прокричала «Ах так!..», Бет поняла, что зря она это начала. *** Было тёплое мартовское утро… хотя стоп, тёплое, и в России? Нет, вернее, не такое холодное, как в феврале. Тишину школьного коридора разрезало громкое высказывание Алекс. — Чертов русский! — Эй, я понимаю твою ненависть к домашке, но ты на свой родной язык-то не гони, — ухмыльнулась Элизабет. — Ты не поняла. Вчера Алёна Викторовна задала нам рассказ про что-то, и очевидно, что я… — …Его не сделала. Продолжай. — Да, ты же знаешь, я никогда ничего не пишу… Так вот. Сегодня она написала мне, что если я ещё раз не принесу сочинение, то за четверть у меня выйдет 3, несмотря на средний балл. Представляешь?! — Очень даже. Всё это можно исправить, лишь принеся ей все-все сочинения. У Алекс перекосило лицо от ужаса: — Что?! Все?! Их же больше 5, веснушками клянусь! — Да… тебе не повезло. А хотя знаешь, вообще-то тут ты сама виновата, — наморщила носик Бет, — нужно было всё вовремя сдавать. — Ой, да брось. Алёна Викторовна вроде бы добрая, только странно косится на некоторых девочек с нашего класса. Её же можно задобрить как-нибудь, правильно? — Ходят слухи, что она лесбиянка. Аккуратнее там. — Не бойся, я ж ничего против не имею, это во-первых, а во вторых, мы же там не будем… Её незаконченно предложение было прервано Бет. — Да-да-да, я поняла. И то, что ты не имеешь ничего против, можно догадаться… — По тебе тоже… — Что? — Что?