Единственный для меня

      Вылетев на метель, Сяо Чжань даже не сразу заметил, что на нем нет его любимого шарфа, а пальто нараспашку. За шарфом он точно не будет возвращаться, а вот пальто было быстро застегнуто. Как он добрался до дома целым оставалось загадкой. Несколько раз поскользнулся на льду, пару раз чуть не попал под машину и, наконец, свернув не в том месте, угодил прямиком в тупик. А все это потому, что мысли его так и остались в доме братьев Ван, а именно в комнате второго этажа их дома, где он поцеловал Ибо.       Как? Как он мог?       Нет, ну как именно это понятно. Только не понятно, какого хрена он сам его поцеловал и не просто так, а еще и с языком! И ему ответили! Пусть и не умело, но очень, блядь, старательно! Сяо Чжаню хотелось кричать в голос, потому что мысли определенно не хотели спокойно уложиться в его голове. Да и как они бы вообще смогли?       Внезапно посреди внутреннего монолога истерички Сяо Чжань слышит мяуканье. Внутренняя истеричка временно замолкла, потому что звук был очень и очень тихий. Чжань пошел на него и, подняв несколько картонок, увидел котенка. У него были короткие лапки и сам он помещался буквально на ладони парня. Сердце омеги не выдержало такого. Он понимает, что если оставит этого беднягу здесь, то он просто замерзнет насмерть. Поэтому решает быстро позвонить Ибо и спросить, смогут ли они приютить беднягу до его отъезда, а потом Чжань заберет его с собой.       И почему снова Ибо? Ну просто потому что о нем думали последние хрен знает сколько дней, а учитывая события сегодняшнего насыщенного впечатлениями дня имя само всплыло в подсознании. Поэтому омега быстро расстегивает пальто, прижимает к себе маленький дрожащий комочек, достает телефон и звонит Ибо, стоя в каком-то непонятном грязном тупике между домами.

***

      Как только Сяо Чжань пулей вылетел из дома, а Ибо так и не показался следом, Цзяэр поднялся наверх и, заглянув в комнату брата, увидел того в полушоковом состоянии, держащимся за губы, а щеки, шею и, кажется, вообще всего можно было ставить на елку вместо звезды.       — И что ты опять натворил?       — Это не я. Это Чжань-гэ. — Ибо поворачивается к брату с круглыми от удивления глазами. — Он по... по-поцеловал меня. Взасос. Сам. Я ничего не делал, правда...       — Ахахаха! Чжань-Чжань? Сам? Тебя? — Цзяэр от смеха согнулся пополам, а на глазах выступили слезы, – Да брось! Ты бы знал сколько у него тараканов в голове последнее время. Хотя, видимо, они и подвели! Или ты... Ты ничего не говорил ему странного или как-то намекающего на то, чтобы он тебя поцеловал?       — Нет! Я просто сказал, что был бы рад любому его подарку. Больше ничего. Но он сидел в этом кресле, задумался о чем-то, а потом поцеловал. — Ибо быстро подошел к брату, — И что мне теперь делать?       — Да ничего. Он же говорит, что взрослый, вот пусть сам и думает. Ты лучше не лезь пока к нему. — Цзяэр положил руки брату на плечи. — Ох и высоченный ты стал... Пошли, поедим, раз вдвоем остались.       Проходя мимо того места, где еще недавно сидел Сяо Чжань, братья слышат рингтон телефона. Это мобильный Ибо. Он подходит к нему и, не глядя на имя звонившего отвечает:       — Да?       — Бо-ди, хорошо, что ты ответил. Мне очень нужна твоя помощь.       — Чжань-гэ? — ну а кто еще может произнести его имя так, что все внутренности от сладости скрутит и мысли из головы улетят? Правильно. Только один человек именно так действует на альфу. Однако голос сейчас у этого самого человека настолько взволнованный, что он чуть снова не сорвался бежать к нему.       — Что случилось? Где ты?       — Со мной все в порядке. Скажи, вы сможете ненадолго приютить котенка? Только до того времени, пока я не уеду. Потом я заберу его с собой. Спроси у Цзяэра, пожалуйста, а то я сразу о тебе подумал и позвонил.       — Приютить котенка? — счастье от того, что Чжань подумал в первую очередь именно о нем Ибо отложил немного на потом, на ночь. Сейчас были более срочные вопросы. — Погоди, гэ. — и он немного убирает трубку от уха и поворачивается к брату, — Цзяэр-гэ, мы сможем приютить котенка Чжань-гэ ненадолго? На полгода примерно. Спасибо! — затем снова возвращается к Чжаню. — Чжань-гэ, Цзяэр согласен, родители тоже не будут против. Куда мне за ним прийти?       — Ты что? Куда в такую погоду собрался! Я зайду сначала в ветклинику, потом пока котенок будет там - в зоомагазин и принесу его сам со всем необходимым. — немного помолчав, омега добавляет, — Спасибо, Бо-ди.       И вот еще спусти три часа Сяо Чжань снова стоит перед дверью братьев Ван. И что за день такой... Правда, когда он шел к ним с котенком, который на этот раз грелся около его груди, а не в переноске, метель закончилась. Но тем не менее звонил в дверь он менее уверенно. Эх... Вот бы у его папы не было аллергии... Но, видимо, от судьбы и правда не уйдёшь.       — Чжань-гэ! — и в этот раз дверь снова открыл Ибо. Совпадение ли?              — Бо-ди... — Чжань, быстро пройдя в дом, передал Ибо переноску, пару пакетов со всем необходимым для котенка, потом и самого котенка. Кошечку, если точнее, о чем сообщил Ибо, взял свой шарф и, развернувшись, хотел было уйти. Как вдруг:              — Не уходи, Чжань-гэ... Останься.       Сяо Чжань встал как вкопанный, еще сильнее желая убежать отсюда. Но в данный момент он вообще не мог двигаться. Черт!              — Да, Чжань-Чжань, оставайся. — Цзяэр, как настоящий друг, видя что происходит, подошел к омеге и вроде как придержал его за плечи. Но когда увидел круглые слезящиеся от испуга глаза, повернулся к брату и добавил. — А ты не хочешь не тормозить гостя на пороге, а пригласить его войти, а? Воспитания ноль... Заняться тобой на досуге что ли?...       — Не надо! Чжань-гэ, заходи скорее. Правда, все давно остыло, но давай покушаем вместе.       Сяо Чжань на пробу пошевелил рукой. Послушалась, отлично. Но уйти он все равно не мог, поэтому, еще раз сняв обувь и пальто, прошел в дом. Снова. И снова сел на тот же диван и на тоже место.       Ибо любезно подогрел еду для омеги и принес ему, а сам затем сел в некотором отдалении от него. Цзяэр предпочел остаться на кухне, слушая, что происходит в гостиной, но не выглядывая. Определенно, там бы он был третьим лишним.       — Эм... Чжань-гэ, насчет того, что произошло...       — Бо-ди, не надо. Давай сделаем вид, что ничего не произошло, а? Считай, что у меня ум за разум зашел. Или я просто сошел с ума.       — Гэ, прекрати врать или отмазываться. Скажи правду! Я знаю о том, что мы пара. Ты не хочешь этого?       — Хочу. — о, как же Чжань не хотел приходить. Теперь и соврать не сможет. Черт бы побрал истинность и эту силу слова! Но и Сяо Чжань не промах, он старался выкрутиться, на сколько только позволяли эти идиотские узы. — Я очень хочу быть с тобой. И я глупый, раз ты мне настолько дорог. Но, пожалуйста, не дави. Пока не подрастешь, я все равно не соглашусь ни на что больше простого общения!       — Гэ, поцелуй ранее тоже относится к простому общению?       — Нет! И мне до сих пор стыдно за него. Прекрати! Больше целовать тебя пока не буду!       — Отлично! Тогда я сам тебя поцелую. — Ибо снова приблизился к омеге, предварительно забрав тарелку из рук и поставив ее на столик рядом, — Не двигайся, я все равно тебя поймаю.       И теперь уже Ибо прижимает к себе Чжаня, садясь к тому на колени, как хотел изначально, и целует также, как до этого его целовал сам Сяо Чжань. Глубоко, страстно и немного пошло. Но с пола раздается жалобное Мяу и их снова отвлекают. Ибо ругается и мечтает оказаться на необитаемом острове, чтобы им никто не мешал. Чжань тоже ругается, только мысленно, на несправедливость этой идиотской связи и мир вокруг, желая вместе с котенком оказаться уже в Шанхае и максимально далеко от Ибо.       Ван Ибо быстро пошарил по пакетам, разложил все необходимое для пушистого комочка пока что без имени в своей комнате и, подогрев немного смеси для котят, отправился кормить кошечку. Сам.       Цзяэр в это время выглянул из кухни и подошел к Чжаню, который по-прежнему не мог двигаться.       — Друг, может мне рассказать ему и остальное? А то сегодня просто ужас что творится. А вдруг меня рядом не будет и что тогда?       Сяо Чжань и сам понимал, что это ни в какие рамки не входит. С помощью друга он кое как стал шевелиться до возвращения мелкого недоразумения. Но тем не менее попросил молчать и ничего не говорить. Ведь никто не знает, что взбредет в эту чумную голову. Но вот если не сказать, то может быть еще хуже. Чжань не дал разговориться внутренней истеричке, приказав молчать до дома. И спустя полчаса возвращается и само ходячее недоразумение.       — Ну что, мамочка, уложила дочку спать? — Цзяэр не смог бы промолчать и не подколоть заботу младшего о котенке.       — Иди ты! Это он мамочка. — кивнув в сторону омеги произнес насупившийся младший. Потом до него дошло и уже ухмыляясь добавляет: — А я папочка. Так что не шуми, дядюшка, племянницу разбудишь.       Посмеялись все, кроме Чжаня. А у него появилось странное предчувствие, что так когда-то и получится. Брр!              В этот раз для омеги заказали такси, чтобы он точно и без происшествий добрался до дома. Ибо бережно обмотал шею Сяо Чжаня шарфом и произнес тихо-тихо, чтобы только омега услышал:       — Не изменяй мне ни с кем, Чжань-гэ. Ты только мой, понял. И ты всегда будешь моим также, как и я всегда буду твоим.       После и Ван Ибо, и Ван Цзяэр обняли Сяо Чжаня и, посадив в такси, зашли в дом. Ибо полностью был поглощен котенком. А вот Цзяэр... Цзяэр задумался о том, что же будет правильнее: послушаться Чжаня и не говорить Ибо о силе слова или нихрена его не слушать и все рассказать мелкому. Ну кто знает, что тот может случайно ляпнуть.       Прошло не так много времени и наступил Новый Год.       Отмечали его всемером: Чжань, Исин, Цзяэр, Ибо, кошечка, Вэньхань и Исюань. В этот раз они выбирали тайного Санту. Но ни для кого из присутствующих не было секретом, что подарок от Чжаня получит именно Ибо и наоборот. Все было договорено, но втайне от омеги. Собственно, так и получилось. Теперь на Ибо красовался свитер, очень похожий на тот, что был на самом Сяо Чжане, Сяо Чжань ходил с подвесками мишек на груди. Исин получил новую компьютерную игру от Цзяэра, а тот получил в подарок абсолютно тоже самое, только от Исина. Стоял дружный хохот и ребят нарекли типа родственными душами.       Возмущение не принималось и те решили подыграть. В конце концов все закончилось тем, что они поцеловались на спор. Взасос. И этого не ожидал вообще никто из присутствующих, включая их самих. После они разошлись максимально далеко друг от друга и не говорили целых минут пятнадцать, потом же веселье за общим столом их сманило и напряжение ушло. Вроде как.       А после начался ад. Точнее, выпускные экзамены. А потом еще и вступительные. Чжань поговорил с Исином и сказал, что будет жить с котенком, точнее с кошкой ближе к новому университету, в который будет подавать документы на архитектурный факультет. Исин просто кивнул головой. Но теперь ему самому нужно было искать соседа. Ну и предложил Цзяэру. Они-то учиться и дальше будут вместе. Тот с радостью согласился и поблагодарил друга за столь любезное предложение.

***

      Весна. Все экзамены, и выпускные, которые Сяо Чжань на удивление самому себе, сдал на максимально высокий балл, и вступительные были позади. Теперь их ждал сам выпуск из школы и студенческая жизнь.       Кошку решено было назвать Орешек из-за ее странной, но сильной любви к орехам. Выяснилось это, когда Чжань и Ибо, сидя в комнате младшего, решили перекусить орехами со вкусом морепродуктов. Чжань, стараясь не отвлекаться от учебников, а Ибо просто играя с маленькой кошечкой.       — Чжань-гэ, смотри скорее, что творит наша дочка! — Ибо называл ее только так, ну а Сяо Чжань со временем привык и перестал одергивать младшего.       — Ну что такое, Бо-ди? Она снова решила покусать тебя?       — Почти, только покусать не совсем меня. Ну посмотри же!       Сяо Чжань опускает учебник и видит, как кошечка с удовольствием лакомится орехами, которые для нее покрошил Ибо и довольно мурчит. Честно говоря, омега был в легком недоумении, но не мог не умилиться с картины того, как юный альфа, развалившись на постели, разламывает орехи для котенка.       — Гэ, может назовем ее Орешек? — Ибо смотрит на Сяо Чжаня с таким обожанием, что тот просто не в силах отказать. Тем более имя действительно следовало придумать и уже давно.       — Да, давай. Раз ей так нравятся орехи, то пусть будет Орешек.       — Спасибо, гэ. — альфа немного помолчал и добавил, — А я могу потом приезжать к ней в гости?       — Если только к ней, то нет. А если к нам обоим, то конечно можешь. — видя, как альфа сияет ярче лампы, сердце омеги волнительно сжалось. Он не хотел уезжать и оставлять альфу одного.       Но потом встряхнул головой и вынудил себя вернуться к учебникам. Все же экзамены никто не отменял, а учиться дома он не хотел. Тут и его Ибо, и его Орешек, которую он заберет. А хочется забрать обоих.