Косточка

— Брось ему косточку, — сказала Мэри, поудобнее устраиваясь в постели. Джон удивленно взглянул на нее. — Я серьезно. Сил нет смотреть на его печальное лицо, на всю эту смену выражений, будто к сорока годам он не научился владеть собственными эмоциями. — Я ничего не могу поделать с этим. — Джон подвинулся к Мэри, которая сменила позу, положив голову ему на грудь. — Я никак не поощрял его… любовь. — Да, это твое «я не гей»! — засмеялась она. — Но ты же что-то чувствовал и чувствуешь к нему? — Как к другу, к брату… Хотя сомневаюсь, что хотел бы иметь такого брата. — Джон выключил лампу со своей стороны и укрыл одеялом себя с Мэри. — Он был, да и остается дорог мне именно в таком плане. Но любовь… нет. — Ты не лжешь мне, Джон Хэмиш Уотсон? — с наигранной строгостью спросила Мэри, постукивая пальцем по его руке. — С тобой я предельно честен. А что ты имеешь в виду под «косточкой»? — Секс. Джон на пару секунд перестал дышать. — Что? — Он привстал, Мэри тоже. — Вообще-то, я намереваюсь быть верным мужем… — Но ты не сказал «я не гей», — усмехнулась она. — Многие мальчики шалили в молодости, не так ли? И ты в том числе. Поэтому… Нужно вылечить Шерлока от тебя раз и навсегда. Иначе он от нас не отстанет. Понимаешь? — Боже… — Джон снова лег. — То есть, если я пересплю с ним, то это за измену не считается? — Думай об этом, как о терапевтическом средстве. В викторианскую эпоху женщинам от истерии прописывали применение дилдо. — Так, подожди, я не вот это самое. — Да ладно, — Мэри похлопала мужа по животу. — Просто сделай это. — А если ты ошибаешься? — Послушай, не надо быть Шерлоком, чтобы увидеть влюбленность. Выбери день, лучше — вечер, и… проверни это все. — То есть, ты предлагаешь его трахнуть — если до такого дойдет (еще и как дойдет, Джон, я в этом уверена), а потом… что потом? — А потом, в идеале — ранним утром, ты скажешь ему прямым текстом, что сделал это из жалости. — Да ты совсем?.. — Джон вскочил, толкнув при этом Мэри. Она уселась, во взгляде появилась злость. — Я ненавижу его влюбленные взгляды, все эти вздохи и ахи (не преувеличивай, Мэри), ничего я не преувеличиваю. Он болен тобой, странно, что ты этого до сих пор не заметил. Или игнорировал, что тоже странно. Он же наркоман, у него склонность к зависимости, если не кокаин, то адреналин. И ты стал его самой сильной зависимостью. А что с таким делают? Уговаривают отказаться? Ой, выплюнь каку, не кушай, ты же хороший мальчик, будь послушным. Это не работает. — Ну знаешь что! То я дилдо, то вот это… — Перестань мямлить, Джон. Его нужно отучить от тебя радикальным методом. Ты должен сорвать повязку, иначе рана не заживет. Все, ложись, нам завтра рано вставать. — Совсем свихнулась, — пробормотал Джон, возвращаясь под одеяло. — Сумасшедшая.

Через неделю

— Привет. — Джон вошел в квартиру на Бейкер-стрит. Шерлок стоял у камина, просматривая пачку каких-то бумаг. — Решил проверить, как ты поживаешь. Все в порядке? — Да. — Шерлок отложил бумаги. — Как… Мэри? — Хорошо, даже очень. Иногда тошнит по утрам, но в остальном держится бодрячком. — Джон снял куртку, повесил на вешалку. — Выпихнула меня из дома, сказала, что хватит возле нее скучать. Шерлок продолжал стоять, пристально глядя на Джона. — Ну вот я сюда приехал. — Джон медленно приблизился к нему. — Поужинаем? — Звучит так, словно ты меня на свидание приглашаешь. — Э-э, ты преувеличиваешь значение этого предложения поужинать, — засмеялся Джон. — Сколько раз сам так говорил? Если не хочешь выходить на улицу, то можно заказать что-нибудь. У тебя полно рекламок. — Он взял стопку глянцевых буклетов и визиток. — Индия или Китай? О, есть суши, роллы… И что-то из того, где нужна куча вилок и ложек. — Анджело, — коротко сказал Шерлок. Джон покачал головой: — Зря куртку снимал.

***

Анджело обрадовался, принес свечу (Джон воздержался от привычных реплик), пообещал «все самое вкусное», потрепал Шерлока по плечу, подмигнул Джону. — Итак, — Джон заметно нервничал, — чем ты сейчас занимаешься? — Сижу за столом в ресторане. — Шерлок смотрел на улицу, будто выглядывал очередного кэбмена — серийного убийцу. — Я имею в виду дело. Есть какое-то дело? Ты давно не звал меня на расследования. — Джон смахнул крошки с чистого стола и вроде как невзначай прикоснулся к руке Шерлока, задержал на ней пальцы, поглаживая и слегка придавливая. Шерлок перевел взгляд на свою руку, потом на Джона. — Я как застоявшаяся лошадь, места себе не нахожу от скуки. — Ты мог бы остаться на Бейкер-стрит. — Шерлок убрал руку под стол. — Тогда бы развлекался, а так… Считается, что некорректно вмешиваться в семейную жизнь, особенно, если жена в положении. — Это называется беременностью. — Ага. — С каких пор ты стал обращать внимание на подобное? Спасибо, Анджело. Пока тот заполнял стол тарелками и беспрестанно о чем-то болтал, Джон немного вытянул ногу, чтобы задеть Шерлока. Принявшись за еду, он то и дело касался друга, от чего у Шерлока вспыхивал румянец на скулах. «Он вообще с кем-то трахался или нет? — Джон подавил улыбку. — Интересно. Неровно дышал к Ирэн, но было у них что-то?» Во время ужина Шерлок немного оживился и поделился обстоятельствами дела, которое ему пришлось расследовать парой дней ранее. — Ты разбираешься в бухгалтерии? — удивился Джон. — Никогда бы не подумал. Ты же всегда избегал денежных дел. Мистер Деньги-меня-не-волнуют. — Обычная математика, ничего сложного, — не без самодовольства отозвался Шерлок. Закончив с ужином, они немного посидели, чувствуя, как нарастает напряжение. — Пойдем домой, — произнес Шерлок дрогнувшим голосом. — Или ты… — Пойдем, — уверенно ответил Джон. — У тебя есть что-то выпить? А то вина точно маловато. — Виски. — Шерлок надел пальто. — Клиент подарил. — Предвкушаю что-то неприлично дорогое. Домой они отправились пешком, и Джон в какой-то момент взял Шерлока за руку. Тот так резко остановился, что едва не упал. — Зачем? — Шерлок посмотрел на Джона, который поежился от его взгляда, словно проникающего в душу. — Почему ты так делаешь? Что-то изменилось? — Я… — Джон разжал пальцы. — Ничего. Они шли молча. Шерлок сутулился, спрятав руки в карманы пальто. Джон поглядывал по сторонам, и вид у него был растерянным. Ему захотелось развернуться и уйти, но он так этого и не сделал.

***

Джон достал стаканы, Шерлок принес из спальни бутылку виски, затем разжег огонь в камине. Оба устроились в своих креслах, Джон наполнил стаканы и протянул один Шерлоку, нервничая, с преувеличенным вниманием рассматривая виски, будто никогда не видел этот напиток. Шерлок молчал и только иногда кивал на попытки Джона общаться. Но в какой-то момент алкоголь взял верх, Джон пошутил, Шерлок рассмеялся, после чего они почти разом заговорили, немного невпопад, путаясь в словах, то и дело заходясь в хохоте. — Помнишь, мы здорово набрались в вечер моего мальчишника. — Джон в очередной раз разлил виски по стаканам. — Ты что сказал? Что не против продолжения? — Да. — Шерлок наполовину сполз в кресле, широко расставив ноги для устойчивости. Не хватало только бумажки с именем на лбу. — Не против. — А скажи, — Джон наклонился вперед и положил руку ему на колено, — если бы я отменил свадьбу. Ну взял бы и отменил. Ты бы этому обрадовался? В глазах Шерлока метнулась паника. — Кажется, нельзя радоваться такому, — уклончиво ответил он. Джон стиснул его колено, потом переместил пальцы выше. — Я бы… да. — Так почему ты меня об этом не попросил? — Джон отставил стакан на столик и теперь второй рукой поглаживал Шерлока по ноге. — Почему? Я ведь колебался. — Ты всегда выбирал женщин. Но я даже в платье не буду женщиной. — Угу. — Джон соскользнул с кресла и опустился на колени между ног Шерлока. — Ты даже очень мужчина. — Не стоит продолжать. — А мне кажется, что да. — Джон притянул его к себе, схватив за голову. — Ты мог попросить бросить Мэри. — Вот так просто? — Шерлок тоже опустился на пол. — Просьба — и ты бы вернулся ко мне? Так вернись сейчас. — У нас будет ребенок, я не могу оставить Мэри. — Вот и все. — Шерлок обнял Джона. — Вот и все. Они неторопливо целовались, пока у обоих не заболели колени от твердого пола. — Ты меня хочешь, — утвердительно произнес Шерлок, поднимаясь. — Очевидно. — Джон допил свой виски. — Ты должен кое-что знать. — Шерлок направился в сторону ванной. — Это не будет одноразовой акцией. Я не приемлю концепцию «друзья с привилегиями», не собираюсь быть средством от скуки. Если мы переступим этот рубеж, то… — Ты меня любишь? — перебил Джон. Шерлок повернулся к нему. — Скажи честно, я должен это знать. — Ты и так знаешь ответ. — Озвучь его. — Что зависит от ответа? — То, что будет дальше. Я не хочу быть трамплином. — Ты о чем? А, задаешься вопросом, был у меня когда-либо секс, — ухмыльнулся Шерлок. — Поверь, со мной за два года много чего случилось. Не всегда по согласию, но для дела было необходимо. — А… ну хорошо. — Джон коротко кивнул. — Так что насчет ответа? — Никогда не видел смысла в подобном признании. Если скажу «да», то буду выглядеть жалким, влюбленным идиотом, которому, скорее всего, ничего не светит. «Нет» означает попытку манипуляции, потому что верным является первый вариант, а теперь, если ты не возражаешь, я хотел бы провести некоторые процедуры перед сексом во избежание неприятных казусов. — То есть… ты… — Джон, — вздохнул Шерлок, — давай обойдемся без предварительных ритуалов, которые принято устраивать перед сексом. Ты хочешь меня трахнуть, я не возражаю. Если тебе нужно привести себя в порядок, то пожалуйста. Мы же никуда не торопимся. Уверен, ты предупредил Мэри, что задержишься здесь до утра. Придумал что-то? — Придумал. «Да к черту это все», — мелькнуло у Джона в голове, прежде чем он переступил порог ванной. Наскоро приняв душ, он перешел в спальню Шерлока и уселся на кровать. Одежду Джон сложил на стул, чувствуя себя крайне неуверенным, завернулся в одеяло. Шерлок отсутствовал десять минут и появился в одном полотенце. Он снял его и бросил на пол, достал из комода презервативы. Джон с любопытством окинул взглядом Шерлока с ног до головы, отметив наличие шрамов от ножа и еще от чего-то, что он не смог определить. На минуту ему стало любопытно, при каких обстоятельствах Шерлок получил эти раны, но почти сразу Джон отмахнулся от раздумий: «Вечно он во что-то влипает. Хорошо, что до сих пор руки-ноги целы». Шерлок забрался на кровать, Джон ожидал, что он начнет руководить, но ничего подобного не случилось. Глянув на Шерлока, он понял, что всю инициативу возложили на него. Джон лег рядом с ним, затем, словно бросаясь в пропасть, принялся целовать, уже без стеснения лаская его одной рукой, а второй надрачивая свой член. Он разорвал упаковку, вытащил презерватив и, раскатав по члену, ненадолго замешкался. Шерлок потянул друга к себе, раздвинул ноги, приглашающе приподнявшись, чтобы дать Джону возможность войти в него. «Ты уверен?» — едва не спросил Джон, но в следующую секунду уже погружался в Шерлока, который оказался довольно расслабленным. Джон не стал нежничать, как обычно делал с женщинами. Впившись пальцами в плечи Шерлока, он двигался максимально жестко, наслаждаясь податливостью партнера, его приглушенными стонами, расфокусированным взглядом, покорностью, которой он никогда прежде не замечал за Шерлоком. Тот казался послушной игрушкой в руках Джона, и это невероятно заводило. Джон дернулся в последний раз и кончил, прикусив кожу на ключице Шерлока. Когда немного отдышался, то сбегал в ванную, чтобы избавиться от презерватива. Вернувшись в комнату, он увидел, как Шерлок увлеченно дрочит, запрокидывая голову и жмурясь от удовольствия. — Иди ко мне, — сказал Шерлок. — Ты мне нужен. Джон снова устроился рядом с ним, целуя и вылизывая шею, грудь, соски. Вскоре Шерлок излился себе на пальцы и живот, дрожа всем телом. Они лениво обмениваясь поцелуями, затем Джон снова завелся. На этот раз Шерлок уселся на него, медленно двигаясь, заставляя Джона упрашивать поторопиться. После второго оргазма, обессиленные, оба растянулись под одеялом, обнимаясь. — Я тебя люблю, — пробормотал Шерлок, целуя Джона в висок. — Всегда любил. Джон обмер, не зная, что сказать на это, но пока он подбирал слова, Шерлок уснул. Или притворился спящим, но Джону не очень-то и хотелось продолжать разговор, поэтому он не стал тревожить Шерлока.

***

Утром Джон поднялся первым. Принимая душ, он пытался заглушить угрызения совести, которые возникли у него от признания Шерлока. Теперь Джону идея Мэри «бросить косточку» казалась донельзя ублюдочной, и он собрался пойти на попятную. «Немного потяну, типа у нас отношения, потом найду причину, чтобы послать его. Уверен, что долго он не протянет, быстро свой характер покажет». Когда Джон вернулся в спальню, чтобы одеться, то увидел Шерлока, который сидел, прикрывшись одеялом. — Доброе утро. — Джон натянул белье, потом джинсы. — Не останешься на завтрак? — непривычно тихо спросил Шерлок. — Мы могли бы заказать… — Нет. Не останусь. Нет в этом никакого смысла. — Неожиданно для себя Джон передумал отступать. — Вот как. — Да, вот так. — Джону было нужно разозлиться, и жалобный взгляд Шерлока оказался прекрасным поводом. — Не надо так на меня смотреть. Я с тобой из жалости потрахался. Думаешь, я не заметил, что ты влюбился в меня? Вот и решил бросить косточку. Из жалости. В самом деле, Шерлок, неужели ты действительно… Да тебе пофигу все, что я говорю? — Джон психанул, когда Шерлок взял с тумбочки телефон. — Прежде чем ты не зашел слишком далеко в своих признаниях, тебе необходимо кое-что услышать. — Шерлок положил телефон на одеяло динамиком кверху. «Брось ему косточку. Я серьезно. Сил нет смотреть на его печальное лицо, на всю эту смену выражений, будто к сорока годам он не научился владеть собственными эмоциями. Я ничего с этим не могу поделать. Я никак не поощрял его… любовь». — Это что такое? — Джон застыл на месте, не успев застегнуть рубашку. — За мной следят? — Я об этом не просил. — Шерлок встал, накинул на себя халат. — Вчера утром прислали запись. — Но… — Джон попятился, плюхнулся на стул. — Погоди… Так ты… ты знал… — Разумеется. — Шерлок выключил запись. — Иначе никогда бы не допустил вот этого всего. — Он оглянулся на кровать. — Бессмысленное действие, бесполезная возня, расход ресурсов. — Весь мой дом под прослушкой? — Джон наконец справился с шоком. — И давно? — Без понятия, — Шерлок пожал плечами. — Я вообще не знал о ней. — Майкрофт. Это все он затеял? Но почему? Зачем ему прослушивать мою семью? Какой интерес представляем мы с Мэри? — Для меня — уже никакого. — Шерлок опять пожал плечами. — Я собираюсь удалить все, что связано с тобой. — Ты так не сделаешь. — Почему? — Ты не сможешь. — Джон продолжил одеваться. — Ты же сказал… сказал, что любишь меня. — И что из этого? Слова, вызванные посткоитальными переживаниями. Мне и не такое приходилось говорить для пользы дела. — Ты лжешь! — прошипел Джон, подходя к Шерлоку. — Но знаешь, я даже рад этому! Все закончилось, не так ли? Наконец ты исчезнешь из моей жизни! — Да, Джон, исчезну. С этого дня каждый сам за себя. — Можно подумать, что раньше было по-другому! Я постоянно прикрывал твою спину, а что получал в ответ? Оскорбления, наплевательское отношение… Ты заставил поверить в свою смерть! — Потому ты почти два года меня оплакивал? — Я не… — Джон с, как ему казалось, ненавистью, смотрел на Шерлока. — Ты никогда ничего эдакого для меня не значил! Просто друг! Друг с во-о-от такими тараканами в голове! Фрик, правильно тебя называет Донован. Безответственный, циничный, без проблесков совести! Меня чуть на тот свет не отправил Мориарти — из-за твоих игр с ним! Сколько раз я по твоей вине едва не погиб! — Уходи, Джон. — Шерлок слегка отстранился от него. — Секс был неплохим, но можно было лучше, впрочем, и так сойдет. — Никогда не поверю, что у тебя с твоим-то норовом было много партнеров, и есть с кем сравнивать, — выплюнул Джон. — Постарайся не загнуться от передоза! Он вихрем выскочил из квартиры, будто за ним гналась свора бешеных псов, пешком прошел пару кварталов, прежде чем поймал такси. Пока ехал домой, то накрутил себя до высшей степени ярости. — Что случилось? — невозмутимо поинтересовалась Мэри, когда Джон влетел в дом. — Как все прошло? — У нас тут, блядь, прослушка на прослушке! — проорал он. — Весь дом напичкан микрофонами! В спальне полно этого дерьма! — Получается, что Шерлок узнал о нашем разговоре. — Спокойствие Мэри было воистину ледяным. Пока Джон метался по комнатам, изрыгая ругательства и проклятия в адрес Холмсов, Мэри приготовила кофе. — И ты ничего не будешь делать? — Джон заглядывал под каждую вещь. — Надо найти все эти штуки! — Да перестань. — Мэри смаковала напиток. — Если найдешь, то позвоним в полицию. Как бы это незаконно — прослушивать граждан. Джон, разумеется, нашел, Мэри вызвала полицию. Но дело застопорилось, ничего толком не выяснили. — Это все Майкрофт, — негодовал Джон. — Проклятая семейка.

***

После ухода Джона Шерлок долго принимал ванну, затем не спеша оделся с особой тщательностью. После чашки чая и пары тостов, он занял свое кресло. Некоторое время Шерлок смотрел на стакан, оставленный Джоном, и на его глазах появились слезы. — Прощай, друг, — прошептал он. — Пора тебе исчезнуть.

***

— Где Уотсон? — спросила Донован, когда на место преступления Шерлок приехал один. — В услугах посторонних не нуждаюсь, — холодно ответил он. Лестрейд хмыкнул: — Да ты шутник. А если серьезно, то куда Джон запропастился? Совсем одомашнился? — Не понимаю о ком ты. — Шерлок взглянул на него, как на опасного безумца. — Мы тут делом будем заниматься, или мне можно было и не приезжать?

***

— Шерлок, что за ребячество? — Миссис Хадсон с тревогой следила за квартирантом, который в излюбленной манере — ураган с периодами затишья — перемещался по гостиной. — Почему ты рассорился с Джоном? — Неделю мне докучают каким-то Джоном! — Шерлок остановился. — Не знаю я этого человека! А то, что он вел обо мне блог… ну и что? Там сплошные домыслы, передергивание фактов и какое-то болезненное любование моей личностью! Джон смахивает на банального сталкера! Может, он за мной следил? — Нет, он жил здесь до того, как ты… — У миссис Хадсон задрожали губы. — Разве ты его не помнишь? Ты же организовывал ему свадьбу, речь произнес. — Ничего не знаю, — отрезал Шерлок. — И хватит надоедать мне этим явно неприятным человеком. — Боже мой, — пролепетала миссис Хадсон, — но как же так… — Довольно. — Он развернул ее к выходу. — Вам нужно отваров своих попить. — Ну что же ты… — старушка всплеснула руками. — У тебя провал в памяти? — Даже если этот Джон был в моей жизни, то я его удалил. Неважная и ненужная информация. — Шерлок взмахнул рукой. — И попрошу больше не упоминать его.

***

— Мне что, пройти полиграф? — Шерлок перебил Майкрофта. — Да, был Джон Уотсон, и он где-то обитает с женой — спасибо за ненужные подробности! — но я удалил его со своего жесткого диска. — Не верю в это. — Без разницы. — Хорошо, — кивнул Майкрофт. — Пусть будет по-твоему. Может, это и к лучшему.

***

Убийство медиамагната Чарльза Магнуссена — его застрелили в офисе — вызвало огромный резонанс. К расследованию были привлечены всевозможные службы, обратились и к Шерлоку. Он почти сразу ответил: «Связь с профессиональной деятельностью. Просмотрите данные в его хранилище». Но позже оказалось, что никакого хранилища с компроматами не существовало, во всяком случае, в «Эпплдоре» таковое не обнаружилось. Расследование зашло в тупик.

***

Мэри Уотсон была убита в своем доме неизвестным мужчиной (позже его идентифицировали под кодовым именем Эй-Джей, он был одним из группы четырех агентов, среди которых числилась и Мэри). Все указывало на то, что они уничтожили друг друга при помощи ножей и собственных рук.

***

— Хватит, Шерлок. — Майкрофт нависал над братом, лежащим на диване. — Довольно капризничать. Джон — все еще твой друг, и сейчас он как никогда нуждается в твоей помощи. Да, он предал тебя, поступил крайне жестоко, но его нельзя бросать на произвол судьбы. Прояви сочувствие, никто не заставляет тебя заботиться о нем до конца жизни. Поддержи на первых порах. — Бла-бла-бла, — насмешливо произнес Шерлок, не поворачиваясь к Майкрофту. — Друг, которого я удалил. Я его не помню и не знаю. — Ты не читал досье? — Читал, и что с того? Для меня это обычный идиот с улицы. Бывший военный, ПТСР, психосоматика, ночные кошмары, вспыльчивость. Традиционный набор тех, кто побывал в горячих точках. У меня тоже такое случается иногда. — Ты отказался от услуг психотерапевта. — Никому не позволю ковыряться в моей голове. Сам справлюсь. — Так ты поможешь Джону? Он потерял жену и ребенка. — И как же я ему помогу? — Шерлок уселся. — Стану женой и рожу ребенка? — Остроумно. Я сожалею, что вручил тебе запись. Надо было не дать ему наломать дров. — Какую запись? — насторожился Шерлок. Майкрофт достал свой телефон, и через пять минут Шерлок услышал женский голос: «Брось ему косточку. Я серьезно». — Что это? — ледяным тоном спросил Шерлок. — Запись разговора Мэри и Джона Уотсонов. — Выключи, — потребовал Шерлок. — Я ничего не понимаю и не хочу понимать. — Джон находится в Королевском госпитале. — Майкрофт убрал телефон. — Вчера очнулся. Ножевое ранение в спину, повреждено легкое, большая кровопотеря. Шерлок улегся и притворился спящим. — Я сожалею, что дал тебе эту запись. — Повторяешься. Тебе пора, — прогудел Шерлок, уткнувшись в спинку дивана лицом. — Иди, устрой войну, что ли.

Джон лежал на кровати, безучастно глядя в потолок. Ему неоднократно повторяли, что он идет на поправку, раны заживают идеально, внутренние повреждения почти исчезли. Но все эти слова, призванные приободрить Джона, не вызывали в его душе никакого отклика. Он чувствовал себя мертвым, постоянно проигрывал в голове события того дня, когда потерял всех, кто был ему дорог. И ему как никогда не хватало пистолета, чтобы навести порядок в собственной жизни. На третий день после того, как Джон пришел в себя, в палате появился Шерлок. Взял стул, поставил у кровати, уселся, пристально глядя на Джона. — Приперся радоваться? — хрипло спросил тот. «Я вернулся к исходной точке, словно вчера прилетел из Афганистана». — Чему конкретно? Смерти Мэри и ребенка или тому, что твоя жена оказалась наемной убийцей, которая пыталась уйти от своего прошлого, для чего успешно притворилась обычным человеком? Джон не нашелся с ответом, потому сказал: — Ты меня ненавидишь. — И почему я должен тебя ненавидеть? — Ты издеваешься? — Я удалил тебя и твою семью. Так что, потрудись объяснить, что именно между нами произошло. — Издеваешься, точно. — В мыслях не было. Джон несколько минут смотрел на Шерлока, пытаясь понять, правду тот говорит или нет, в конце концов пришел к выводу, что правду. — Ты стер меня, как сведения о Солнечной системе, — горько усмехнулся Джон. — Что ж, оправданно. Я переспал с тобой, ты признался, что любишь меня, а утром я сказал, что все было из жалости к твоей влюбленности. — Звучит как-то неубедительно. — Шерлок сморщил нос. — Впрочем, ты же ведешь блог, так что преувеличение — твой конек. — Это не преувеличение. — Без разницы. — Зачем ты пришел? Поделиться выводами по моему делу? — Я изучил материалы, касающиеся убийства Мэри Морстен. Выяснил, что это не ее настоящее имя. Многие данные оказались строго засекреченными. Убийца — некий Эй-Джей, бывший коллега Мэри по ремеслу. — Он убил… мою девочку. — Джон закусил щеку изнутри, ощутил привкус крови. — Хорошо, что Мэри перерезала ему глотку. — Хорошо, — согласился Шерлок. — Однако неясно, почему Эй-Джей все это устроил. Предположительно в целях мести, но за что? Впрочем, пусть Майкрофт разбирается. — Так что ты здесь делаешь? — Майкрофт настоял. По его словам, ты во мне нуждаешься. — И? — Тебе некуда возвращаться. Поэтому предлагаю пожить у меня. Судя по рассказам окружающих, мы снимали квартиру на двоих, участвовали в расследованиях. Нас считали... парой. — Ясно. Но все же, зачем ты предлагаешь помощь? Это вообще не твой стиль. — Учусь проявлять сочувствие? — полувопросительно ответил Шерлок. — Когда тебя выпишут, приезжай на Бейкер-стрит. — Уйди по-хорошему, — попросил Джон, — пока я тебе зубы не выбил. Благородство проявляешь? Показываешь себя героем? Подобрал несчастненького, пожалел бедненького вдовца? Все будут в восторге. Но мне твое сочувствие на хрен не сдалось. — Я не умею сочувствовать. А благородство... такая же бесполезная штука, как и секс. — Да что ты знаешь о сексе? — окрысился Джон. Шерлок как-то странно на него посмотрел. — Что ты вообще можешь знать? Уйди, пожалуйста, просто уйди.

***

После выписки Джон приехал домой. Там кто-то навел относительный порядок, не осталось никаких следов крови, сломанные вещи убрали. Джон прошелся по комнатам, чувствуя ослепляющий гнев, горе и ненависть. Соседи, услышав, как в доме Уотсонов что-то разбивается, вдобавок кто-то кричит диким голосом, вызвали полицию. — Я владелец! Что хочу, то и делаю! — кричал Джон, когда его вытаскивали на улицу. Вскоре в участке, куда доставили Джона, появился детектив-инспектор Лестрейд. — Куда тебя отвезти? — спросил он, с сожалением глядя на Уотсона: волосы взлохмаченные, бешеный взгляд, на лице следы от порезов стеклом, на руках запеклась кровь, в одежде застряли щепки. — Мне все равно. — Идем. — Лестрейд вывел его из участка, запихнул в свою машину. — Я пока что отвезу тебя к Шерлоку. Он уже год несет какую-то пургу насчет своей амнезии, но я ему не верю. Поживешь у него, пока в голове не проветрится. Джон молчал во время поездки, молчал, выходя из машины, никак не отреагировал на приветствие и соболезнования миссис Хадсон. Молча поднялся в квартиру, пнул дверь, вошел в гостиную. Шерлок читал что-то в ноутбуке. Увидев Джона, он вскочил, перевел взгляд на Лестрейда. Тот покачал головой. Джон занял свое кресло, схватил газету, развернул ее. — Ну, я поеду. — Лестрейд снова покачал головой. — Напишешь, если помощь понадобится. Шерлок кивнул, садясь за стол. Они провели в полной тишине почти час, пока Шерлок не сказал: — Я никогда не желал ничего дурного твоей семье. Ты меня оскорбил, предал, и Мэри в этом поучаствовала. Но ребенок… Я бы никогда не пожелал смерти твоей девочке. — Значит, ты ничего не удалил, — сухо произнес Джон, складывая газету. — Убрал под замок. Не могу позволить себе такую роскошь, как стирание огромного пласта данных. Джон уставился на камин так, будто там кто-то находился. Шерлок проследил за его взглядом. — Я разговариваю с ними, — признался Джон. — С обеими. Я сошел с ума? — Твой разум пытается смириться с утратой. — Шерлок подошел к нему. — Я не хочу смиряться. Это значит, что я приму их смерть. — Я не принял твою смерть, и вот, ты жив. — Джон смотрел на камин. — Мэри говорит, что я идиот. — Она мертва. — Черт возьми, я в курсе! — выкрикнул Джон. — Я видел, как она дерется с тем мужиком, они… рвали друг друга на куски, пока я истекал кровью в соседней комнате. Ничем не смог помочь. — В этом нет твоей вины. — Я должен был что-то сделать, — упрямо сказал Джон. — Вместо этого позволил воткнуть мне нож в спину. Позволил ублюдку убить мою дочь. Я бесполезный кусок… — Он всхлипнул, закрывая глаза ладонью. — Бесполезный, никчемный друг. Я предал тебя, думал, что так будет лучше. Шерлок повел его в свою спальню, уложил на кровать, предварительно сняв куртку и обувь. — Тебе нужно отдохнуть. — Он задернул шторы, включил лампу на тумбочке со стороны Джона. — Выспись как следует. — Почему ты так поступаешь? — Ты знаешь почему. — Это ведь… не подачка сирому и убогому? Шерлок ответил после небольшой паузы: — Попробуй уснуть, я съезжу за твоими вещами. — Спасибо, — пробормотал Джон. Шерлок протянул к нему руку и едва не погладил по волосам, но не стал этого делать. — Подачки — это не моя сфера, — негромко произнес он. — Друзей защищают друзья. Если ты вдруг забыл.

Спустя месяц

— Значит, ты ничего не стер. — Майкрофт не сводил глаз с брата. — И как дела обстоят? — Я за ним присматриваю, — уклончиво ответил Шерлок. — Если что-то понадобится — обращайся. — Никак не могу понять, с чего такая забота? — Эй-Джей был предан во время операции в Грузии. Его длительное время держали в заключении, постоянно подвергали пыткам. Нам удалось выяснить, что операция провалилась из-за слива информации. Было проведено внутреннее расследование, в результате которого обнаружилось, что секретарша приторговывала сведениями. Но Эй-Джей вбил себе в голову, что всему виной Мэри Морстен. Мы нашли гостиницу, где он жил, среди вещей был блокнот с зашифрованными заметками. — Некая серая мышь зарабатывала себе на коттедж в пригороде, делая это у тебя под носом. Получается, ты чувствуешь вину за смерть дочери Джона. Занятно, даже очень. У Майкрофта на лице появилось выражение крайней досады, но он тут же взял себя в руки и продолжил: — Могу предоставить специалистов, которые помогут Джону, ну и тебе заодно. Ты ведь так и не избавился от паранойи и ночных кошмаров. — Обойдемся без твоих мозгоправов. — Шерлок улыбнулся Джону, который вышел из его спальни. — Привет. Хочешь обедать? Майкрофт так и вцепился взглядом в Джона — тот выглядел больным, слишком бледным и измотанным, но при этом довольно ухоженным: новая одежда, отменная стрижка, лицо гладко выбрито. — Не откажусь. — Джон словно не заметил Майкрофта, пройдя на кухню. — Иногда он невнимательнее обычного. — Шерлок помахал рукой в сторону выхода. Майкрофт закатил глаза, но подчинился. — Я думаю, что готов вернуться на работу. — Джон наполнил чайник водой. — Не стоит торопить события. — Ну почему же? — Потому что ты не особо здоров. — Шерлок обнял его со спины. — Лучше не перенапрягаться. Кстати, звонил Лестрейд, кажется, у них что-то, связанное с кражей картин. — Ты отказываешься от дел с убийствами. — Ты еще не готов видеть кровь. — Ладони Шерлока медленно скользили по груди Джона. — Давай повременим. Ты же не хочешь доставить удовольствие кому-то из полицейских, упав в обморок или устроив истерику? Нет? Тогда кража. — Ты что-то ел? — Джон высвободился и открыл холодильник. — О, карри и салат. Отлично. — Ты же знаешь, я не ем, когда веду расследование. — Никаких возражений. — Джон поставил на стол тарелки. — Садись, я нагрею еду. А то скоро от ветра улетишь. Кожа да кости, совесть нужно иметь. Он ворчал и возмущался, а Шерлок наблюдал за ним, подперев голову рукой. «Что ж, косточка оказалась слишком большой для тебя, Джон, долго будешь грызть. — Шерлок усмехнулся. — На здоровье, любовь моя, мне только в радость, только смотри, не поломай зубы».