как облегчить твою боль?

      «Мужики нравятся? Казуха, не позорься. Да и семью свою не позорь, они-то надеятся на своего сыночку.»       Казуха понял, что говорить об этом, тем более проявлять чувства к своей мишени не стоит. Его возлюбленный может отвернуться от него, и у тех двух совсем никого не останется. Они держатся друг за друга, как за спасательный круг. Стоят плечом к плечу к этому миру. Но… влюблённость Казухи может разрушить это всё: он будет молчать.       Той осенью Казуха мысленно подарил своё сердце Сяо. Последний не замечает это, так как знает, что Казуха относится так ко всем. Он неумело скрывает свои чувства. Но благо, глупенький Сяо не замечает этого. Сам он прямолинеен, и ждёт такого от всех. Зачем что-то скрывать, если можно сказать прямо? Он не поверит, если ему скажут, что он будет противоречить себе.       Вновь быстро спускается по ступеням, хотя торопиться некуда. Вставать на полчаса раньше ежедневно вошло в привычку: оно того стоит, чтобы придти к Казухе и ждать его у подъезда, дабы они вместе пошли на учёбу.       Толкает дверь, а за ней его ждёт блондин, облокотившись на стену. Он так приятно оглядывает Сяо: случилось что? —…Долго ждёшь? — Обычно это спрашивает Казуха. — «Нет, только подошёл.» — Ответил фразой Сяо. Когда брюнет так говорил, это значило «минут пятнадцать». Но Казуха об этом не знал, значит он действительно только что подошёл.       Последняя учебная неделя и каникулы. Как облегчённо звучит, не находите? Пожалуй, для всех, кроме Казухи. Ведь это значит, что через неделю придется дать знать брюнету о своих чувствах. В случае отказа, разбитого сердца, драмы, у светловолосого будет максимум три месяца, чтобы залатать душевные раны. — Чем планируешь заняться через неделю? — Кину рюкзак в угол как обычно, да шикарно высплюсь. А ты? «Жаль, что не со мной.» — Планирую на следующий день пригласить тебя на прогулку, как тебе? — Не откажусь только в том случае, если мы будем вдвоём. — Я знаю твои требования. — Казуха заметно повеселел.

***

      «Как же сердце сжимается, когда вижу его с другим. Почему, почему так? Я не хочу испытывать это чувство вновь и вновь. Если это проверка на прочность, то я сдаюсь! Сдаюсь! Пожалуйста, хватит, заверши эту пытку!»       Сяо смотрит в телефон с надеждой, что ему написал Казуха. Они же договаривались сегодня погулять, где же он? Может, стоит написать? А если он занят… кем-то другим? Что если, он променял Сяо на другого брюнета? Неприятно думать об этом.       Долгожданный звонок от «казуха». но всё же, страх Сяо не унимался. «Что если он звонит, чтобы сказать, что он передумал, и они никуда не идут?» — Сяо? — Да, слышно. — Жду тебя у моста, знаешь какого. — Скоро буду.       Сяо, словно ненормальный, начал одеваться, неуклюже бегая по комнате.       Он знал, что это за мост. Нет, это место не было чем-то важным для них, местом знакомства или другого события. Просто мост у побережья, уходящий в море.       Мост берёт начало в нескольких метрах. Сяо спешит к Казухе, что сидит на самом конце. Что им движет, почему он так спешит? И сердце бешено колотится. — Казуха, — Тихо произнес парень, обрывисто дыша. — Я здесь. — Присядь. Хочешь что-нибудь спросить у меня? На этот раз уходить от ответа не стану. Довольно внезапно. — А… Сколько ты ждал меня неделю назад? — Пятнадцать минут. — Ага… — Сяо сглотнул, предвкушая последствия после следующего вопроса. — Кто тот брюнет, с которым ты недавно виделся? — Никто. — Ты же обещал, Казу- — Он мне никто. Никто, потому что навязывал мне страх признания всё это время. Сяо, мне нужно сказать это, ты мне нравишься. — Я… нравлюсь? — Да, нравишься. Это такое чувство, когда при виде кого-то ты начинаешь чувствовать что-то приятное в груди. Тебе нравится смотреть на этого человека, болтать с ним, пусть это даже пустой разговор, проводить с ним время, — Казуха так непринуждённо говорил, хотелось слушать его непрерывно. — Тогда, получается, ты мне тоже нравишься? Казуха повернул свою голову влево, парни встретились взглядами. После чего Казуха нежнейше улыбнулся. — Получается, так. Взгляд устремился в небо, усыпанное звездами. У каждой звезды было место на небе. Как и у Сяо было место в сердце Казухи, с точностью, да и наоборот.