Что скрывается за книжной полкой?

Братья Хайтани являлись наследниками одной крупной компании в Штатах, но по причине того, что отец планировал открыть филиал своей компании в Японии и отдать ее своим сыновьям, мужчине пришлось отправить их сразу после окончания старшей школы на учебу в Токийский университет, чтобы те познакомились с культурой страны и всецело настроились на рабочий лад. Парни не сопротивлялись приказам отца, в каком-то смысле это было для них признаком свободы, ведь за каждым их шагом никто не будет следить. Ран и Риндо всю свою жизнь уделяли только друг другу, а остальных презирали, даже не догадываясь, что в Японии их поджидает нечто интересное, что изменить их привычный образ жизни навсегда. Собрав необходимые, на первое время, вещи, парни сели в личное авто и направились в аэропорт. Отец не собирался выделять им личный самолет семьи, хотел, чтобы дети привыкли к самостоятельности, поэтому они летели общественным самолетом, вторым классом. Ран немного опешил, когда узнал об этом, но Риндо его успокоил, говоря, что в этом нет ничего необычного. Стоя возле самолета перед посадкой отец на последок сказал: — Надеюсь вы покажете лучшие результаты в учебе и не будете позорить нашу фамилию. — Да, отец. Мы сделаем все, что в наших силах. — произнес Риндо, а старший брат даже не взглянул на мужчину. Посадка завершилась и самолет взлетел, держа путь прямиком на Южный остров.

***

Токийский университет Тодай был одним из лучших в стране. Там учились лишь дети богачей или же с высшей успеваемостью по всем предметам. Ко второму типу людей относятся близнецы Кавата. На своем потоке, на факультете менеджмента, ребята были отличниками и никто не мог сравниться с ними. Учеба была для них главным из-за бедняцкой жизни. Отец избивал сыновей, что они неделями могли не появляться в школе, а мать, не выдержав подобного, слегла и вскоре скончалась, но после поступления в универ они съехали из семейного убежища и забыть забыли, что у них есть родитель. Начало нового учебного года, для них уже второй курс, но это не повод забивать на учебу и творить что вздумается. Сидя на первой лекции семестра они общались с друзьями, смеялись и планировали, что будут делать в течение года. Все задумки на корню разрушил куратор группы, стоило ему прийти в кабинет. — Доброе утро, студенты! Поздравляю вас с началом нового учебного года. В этом году вас будут ожидать много трудностей, но вы обязательно справитесь. Ведь это залог вашего хорошего будущего. — женщина распиналась, но слушали ее единицы, близнецы в том числе. — Соя-кун, Нахоя-кун, после лекции подойдете ко мне на минуту. Братья заволновались, не зная чего от них хотят. Но выполнили просьбу. После лекции они зашли в учительскую и подошли к куратору. — Аоки-сенсей, что вы хотели обсудить с нами? — начал Нахоя. — Хорошо, что пришли. На днях к нам переведутся новые студенты из Америки и я хотела, чтобы вы, как лучшие студенты на потоке, показали им все здесь. И общежитие в том числе. — Фе, нудятина. — под нос пробубнел Соя, хотя брат услышал и улыбнулся. — Хорошо. Когда они прибудут? — поинтересовался старший Кавата. — Примерно, — женщина взглянула на наручные часы, чтобы сказать время, в этот момент входная дверь в учительскую заскрипела и в кабинет вошли два высоких парня с очень запоминающейся внешностью, — сейчас! Близнецы обернулись и немного опешили, ведь думали, что первокурсники будут, по меньшей мере выглядеть мило, но на их фоне сами Кавата выглядели как дети. — Утречко. — небрежно бросил Ран и пристально посмотрел на парней перед ним. — Доброе утро. — более серьезным тоном произнес Риндо. — Доброе утро. Это наши новые студенты, Ран и Риндо Хайтани. — рукой сенсей указала на прибывших парней. — А это Соя и Нахоя Кавата, которые будут вам помогать, пока вы у нас не освоитесь. Дрожь пробрала все тело, когда близнецы увидели ухмылки на лицах новичков. Они и представить не могли, что с этого дня их ждет кромешный ад.

***

Шли дни. Хайтани, как ни странно вели себя довольно спокойно, и не привлекали к себе внимания излишне грубым поведением. Разве что, только внешностью, но все это было лишь на первый взгляд. Каждый раз, стоило им остаться наедине с кем-то из близнецов, как начинали приставать. Не унижать или «воспитывать» кулаками, а домогаться в сексуальном плане. Спустя месяц учебы Хайтани пригласили братьев к себе в комнату, чтобы немного выпить за знакомство и расслабиться. Однако, это был лишь предлог. Купив алкоголь и немного закусок, Кавата пришли в гости. Они не особо любили пить, вернее не умели, поэтому часто отказывались, но в этом случае отказать было нельзя, неизвестно, что приключится в отместку. Стоя возле комнаты они колебались и, каждый раз как рука тянулась к двери, сразу же опускалась, не успев постучать. Это продолжалось долгих пять минут. Когда Соя уже психанул из-за паники брата и сам решил постучать, дверь открылась. Из нее показался Ран, в одних спортивных штанах, а из-за его спины выглядывал Риндо. — О, вы пришли, проходите. — отойдя в сторону, произнес, улыбнувшись Ран. Соя зашел первым, а следом и Нахоя со страхом переступил порог. Отдав пакет младший Кавата сел, словно у себя дома, на кровать и достал телефон. Соя был не очень общительным, поэтому часто в компаниях сидел в телефоне. Нахоя присел рядом, не сводя глаз, наблюдал, как старший Хайтани, натянув футболку, достает банки с пивом с пакета. — Мы не собираемся много пить. Немного посидим и уйдем. — не отрываясь от гаджета, пролепетал голубоволосый. — Немного, так немного. — приобняв за плечи парня Риндо улыбнулся. — Главное, что вообще пришли. Хайтани были тем типом людей, которые достигают целей любой ценой, поэтому подготовились к этому вечеру на достаточном уровне. Выпив лишь по одной банке пива Кавата расслабились и не вели себя напряженно. Пока близнецы, еле переплетая языками, говорили между собой, Хайтани вышли покурить на балкон для обсуждения важных деталей. — Так, делим все по-честному: тебе — Соя, а мне стесняшка Нахоя. — сделав тягу произнес Ран. Брат ничего не имел против, ведь именно тот парень и привлек его внимание первым. Докурив, они вернулись в комнату, где гости уже лежали в полусознательном состоянии. Комната Хайтани была больше остальных, и для каждого из братьев была отдельная спальня. Подхватив под локоть рыжеволосого, Ран потащил к себе, оставив младших братьев наедине. Оставшись вдвоем, Риндо начал касаться кисти руки, пальцем водя по всей длине, до самого плеча. Соя, от неожиданности посмотрел пьяным взглядом в сторону парня и, немного улыбнувшись, прикрыл глаза. — Хаха, а вы и правда пить не умеете. — прошептал на ухо Риндо, прикоснувшись губами к шее. — Хотя, так даже лучше, ничего не вспомните. На его слова ответа не последовало, поэтому он рукой, что пару секунд назад гладил чужую руку, залез под кофту парня и медленно, поглаживающими движениями, поднялся до сосков. Дразня их, указательным пальцем поглаживая по кругу. От подобных прикосновений Соя немного покраснел и стал издавать тихие непристойные звуки. Услышав сладкий голосок рядом лежащего, Риндо возбудился и просто шутка могла перейти в нечто большее. Он убрал руку из-под одежды, чтобы повернуть лицо парня к себе. Смотря на спящего парня он ухмыльнулся и поцеловал его, но быстро отстранился, когда язык Каваты проник ему в рот. Коснувшись кончиками пальцев своих губ он понял, что впервые влюбился. Соя, в пьяном угаре не понимал, где он и что происходит, но когда почувствовал прикосновения к своим губам, резко пришел в себя, но виду не показал. Проталкивая свой язык в чужой рот, что сделал специально, он протрезвел. Открыв глаза увидел перед собой покрасневшего Хайтани и решил поиздеваться еще. Изображая из себя пьяного, потянул свои руки, и ухватившись обеими за шею Риндо, придвинулся к нему. — Хочу еще… — и сам же сделал первый шаг. Младший Хайтани оттолкнул его, после немного отодвинулся. Понимал, что сейчас издеваются над ним, а не он, как привык делать это в Америке. — Решил поиграть со мной? — спокойным голосом произнес парень. — Никаких игр, может я этого ждал с нашей первой встречи. — ластясь шептал Соя. — Ну как знаешь. Ухмыльнувшись Риндо решил идти до конца. Одной рукой схватил за затылок и придвинул к себе, нежно целуя. Мгновение и их языки сплелись в ритме танца. Они оба наслаждались происходящим, в то время пока их старшие братья играли в недотрогу.

***

Затащив в свою комнату парня, Ран сразу толкнул его на постель. Нахоя небрежно упал на кровать, что верхняя одежда немного приподнялась и оголила его торс. Облизав нижнюю губу, после прикусив, Хайтани наблюдал за сочным телом, которым хотел обладать и прямо сейчас. Сняв с себя футболку и распустив, сделанный на скорую руку пучок волос, он навис над еле соображающим парнем и смотрел, как тот хочет выбраться, но у него ничего не выходило. — Вау, — легкий румянец покрыл щеки Рана, — ты такой сексуальный, что хочу съесть тебя прямо сейчас! Одарив виднеющиеся участки кожи поцелуями, Хайтани наконец смог услышать хоть что-то с уст Нахои ибо весь вечер тот, то и делал, что молчал. Через штаны парня уже выпирал член, который жаждал внимания, возможно это было от алкоголя, но Ран не видел в этом плохого, лишь усмехнулся и положил на него руку, крепко ухватившись. — Нет, не трогай… — заныл старший Кавата, но в Хайтани пылало пламя страсти. Расстегнув ширинку и приспустив джинсы он наблюдал, как тело лежащего под ним жаждет ласки. — Ты такой мокрый, что я не могу просто взять и отпустить не испробовав на вкус. Так что, совсем немного, я подарю тебе наслаждение. Обхватив рукой твердую плоть, Ран, убрал прядь волос за ухо и медленно наклонился, чтобы кончиком языка коснуться головки. Комната наполнилась похотливыми стонами, что придавало атмосферу. Опыт Рана в минете был на высшем уровне из-за многочисленных партнеров парней. Ему нравилось доставлять наслаждение другим, нежели себе. Так было и сейчас. Посасывая приятную игрушку, ухмылка не сходила с его лица, а Нахоя был на пределе, не контролируя свой оргазм. — Я… Я кончаю! Белая жидкость полилась по горлу Хайтани, что не было другого выхода, как проглотить. — Сладко. Ты и правда нечто, Нахоя-семпай. Стоило Кавате кончить, сразу засыпает. Алкоголь бьет по голове новой волной.

***

После того случая в общежитии прошло две недели, но все вели себя, словно этого не было. Хотя единственным, кто был в неведении был лишь Нахоя, которому младший ничего не рассказывал. Не хотел травмировать. Конец семестра и экзамены приближались все быстрее. Ни Хайтани, ни Кавата не виделись до конкретного дня. — Доброе утро. — произнес куратор группы, в которой учились близнецы. — Экзамены приближаются, поэтому постарайтесь и не забивайте на посещаемость. Соя и Нахоя, с сегодняшнего дня и до конца экзаменов вы будете подтягивать студентов Хайтани. По их просьбе. Эти слова были как гром средь ясного неба. Они надеялись, что после того, как те парни освоятся, пересекаться перестанут, но они как всегда вовремя. Близнецам ничего не оставалось сделать, как согласиться. Так как Нахоя помогал в библиотеке, как староста группы и к нему было доверительное отношение, Хайтани решили этим воспользоваться. Перехватив одного из близнецов Риндо назначил время, в которое они могут заняться «учебой». После обеда у их двух групп со всего потока было окно. Чаще всего студенты ходили в общежитие или в кафе неподалеку, поэтому встреча состоялась в библиотеке, в которой явно никого не будет. Придя в тихое, спокойное, а главное пустое место, Ран с Риндо заняли стол в дальнем углу библиотеки и, взяв пару учебников, делали вид, что усердно готовятся. Следом за ними пришли и Кавата. Соя направился в отдел книг по управлению и администрированию, а Нахоя за стойку, где сидел учитель. Не прошло и получаса, как сенсей, оставив за главного Нахою, отлучился в кафетерий. Это был знак, что можно начинать «занятия». Оставшись одни, Ран крикнул через всю библиотеку. — Нахоя-сенсей, Соя-сенсей, может мы уже приступим к уроку?! Соя покраснел от гнева, от столь надменного поведения кохаев, а Нахоя, со своей обычной улыбкой, подошел к столу. — С каким предметом у вас сложности? Вы не выглядите теми, кому вообще нужна помощь. — Экономическая теория и финансовый менеджмент. Только с ними. Старший Кавата вздохнул и сел рядом с Раном, пока Риндо ожидал своего помощника. Несколько минут никто не подходил, поэтому он решил взять все в свои руки и пошел на поиски своего наставника. Найдя парня, сидящего за столом в наушниках, он тихонько сел рядом и склонив голову наблюдал за тем, как тот пристально читает нудный учебник. Просидев в таком положении немного больше десяти минут громко вздыхает и выпаливает, выдергивая наушник из уха. — Тебе же не интересно читать это! Лучше посмотри на меня. — Блять, чего вам нужно от нас? Неужто хочется продолжения прошлого? Немного округлив глаза от услышанного, парень приподнял голову, думал, что о произошедшем они и не вспомнят. Губы расплылись в улыбке и он кивнул — А что если да, тогда повторим? — Я не говорил ничего брату, думая, что вы отвалите, но видимо действовать на нервы у вас уже вошло в привычку. — Хах, а ты грубее, чем кажется на первый взгляд. — улыбнувшись, парень придвинулся ближе к лицу. Левая рука Риндо медленно подкрадывалась к бедрами Сои, пока правая придерживала голову. Кавата вздрогнул, почувствовав, что его член сжимают, а повернув голову на Хайтани, увидел лишь надменное выражение лица «мне плевать, хочу и трогаю». Не успев ничего сказать, как молния на брюках непринужденно стягивалась вниз. Лицо покраснело, в прошлый раз это чувствовалось не так явно под действиям алкоголя, но сейчас, на трезвую голову, он сгорает от смущения. — Убери свою руку! — прошипел голубоволосый. — Не-а, тебе же нравится, вон какой твердый. Возбуждает быть облапанным в таком месте? Ну ты и извращенец. — усмехнулся Риндо, продолжая мять чужой пенис. Стоило лишь ловким движением, стянуть белье, как стояк бьет по руке парня. Мурашки пробежали по телу Хайтани. Резко вскочив, что стул не устоял на месте и упал, парень садиться на колени и, удобнее умостившись между бедер Сои, кончиком языка дотрагивается до головки. Глухой стон раздался по всему помещению, что смутило младшего близнеца, но обрадовало Хайтани. Заглотив на всю длину член, принялся сосать, доставляя удовольствие. Соя испытывал подобное впервые, ведь в прошлый раз до большего, кроме поцелуев у них не дошло. Запрокинув голову назад, дыхание учащалось, а сердце колотилось как бешенное, но желание прекратить сдвинулось на второй план. — Мнх… Хватит, я сейчас кончу… А-ах! — парень был на пределе, но этого и добивались. Доводя Сою до верхней точки экстаза, Риндо наслаждался происходящим сам. В его жизни появился человек, который хочет и может постоять за себя, но в обществе младшего дает слабину. Кавата, будучи на пределе, крепко стиснул зубы, прикрывая лицо рукой. Теплая жидкость растекалась по горлу, что было невероятно возбуждающе. Проглотив сперму, а остатки вытерев большим пальцем правой руки, Риндо приподнялся с колен. Подняв стул сел на него, после потянул за руку не пришедшего в себя Сою и усадил себе на колени лицом к лицу. Приобняв парня Хайтани легкими движениями поглаживал спину, пробираясь сквозь одежду к укромному месту. — Что… Что ты собираешься делать? — Ничего плохого. — ухмылка выдавала все его намерения. Поглаживая обеими ладонями попку Сои, а потом одновременно стиснул ее большими руками, для большего ожидания. Пока руки работали, он решил занять рот и, вытянув губы уткой, хотел чтобы его поцеловали. Кавата, вместо того, чтобы целовать сжал их кончиками пальцев и устрашающе взглянул. — Чего ты добиваешься делая это? Риндо лизнул руку парня, чтобы была возможность ответить. — Твоей любви, конечно же. От такого внезапного ответа Кавата склонил голову на плечо парня. Сжимая край одежды, неосознанно терся бедрами о член Риндо. Тот не выдержал и запустил один палец прямо в анальное отверстие. За первым следует второй, стоны становятся громче, разносясь по всей библиотеке. Проникав глубже Риндо любовался красным личиком парня сверху, что хотелось связать и никогда не отпускать. Соя, приобняв за шею Хайтани, прерывисто дышит на ухо, продолжая двигать бедрами в такт пальцам. — Хва... Хватит пальцев, просто вставь уже! — Вижу тебе не терпится. — ухмыльнулся парень, поцеловав Кавату в плечо. — Если я тебя хорошенько не растяну, то тебе будет больно. — Если ты сейчас же не вставишь, то я кончу лишь от твоих пальцев, а потом побью. Усек? Риндо немного озадачили и испугали слова парня, поэтому пришлось послушаться, ведь заканчивать все только начав не интересно. Соя приподнялся, чтобы расстегнуть ширинку и достать член. Понял, что немного поспешил с тем, что хочет прочувствовать всего Хайтани в себе, увидев какого размера было его орудие пыток и наслаждения. Блондин, не произнося лишних слов, поглаживал членом дырочку Сои и, убрав пальцы, резко вставил на всю длину. С глаз Каваты потекли слезы, он не думал, что будет настолько больно и тяжело. — Ну как тебе? — смяв ягодицы голубоволосого поинтересовался парень. — Мнх, немного… непривычно. После невнятного ответа Каваты, Риндо начал медленно двигаться, чтобы приносить наслаждение, а не боль.

***

После того, как Риндо ушел на поиски Сои, Ран кинул в след уходящему улыбку и принялся добиваться своей цели. Нахоя сразу же начал объяснять материал, хотя по лицу рядом сидящего парня видел, что оно ему нахрен не сдалось. Старший Хайтани ничего не говорил вопреки, а внимательно слушал рассказы. Любуясь лицом, что не выражало никаких эмоций, губами, что без умолку говорили скучные вещи и телом, что дрожало рядом с ним. Рану стало как-то неловко, что человек боится его, но не подает виду. Чтобы успокоить Кавату, парень кладет руку на бедро и успокаивающими движениями гладит, но это дало совсем другой результат. Нахоя дернулся, что чуть не свалился со стула, но брюнет успел его вовремя подхватить. — Ты в порядке? — нависая над краснеющим парнем, говорит Ран. — Эм, да, все хорошо. Можешь отпустить. — подобная ситуация смущала, но сердце пропустило удар. Хайтани, вернув на прежнее место парня, отстранился. Ему впервые было неловко, хотя попадал в подобные ситуации и не раз. Нахоя, придя в себя, повернулся лицом к книге и продолжил читать. — … Целью финансового менеджмента является максимизация прибыли, благосостояния предприятия с помощью рациональной финансовой политики… — Стоп, хватит. Я больше не хочу это слушать. — Тебе что-то непонятно? Я могу повторно объяснить. — Нет, дело не в этом. Нахоя уставился на Хайтани и не сводил взгляд, пытаясь выяснить что же все-таки стряслось. Щеки Рана с каждой секундой становились краснее, не спасали даже длинные волосы, которые он обычно убирал в пучок, а в этот раз свисали на плечах. Кавата заволновался, как старший, он должен был разрулить непонятки. Ладонью потянувшись к голове младшего, парень попытался убрать волосы, чтобы глядя в глаза услышать нормальный ответ. Но стоило лишь кончику пальца коснуться пряди возле уха, как Хайтани резко дергается и с испугом смотрит на наставника. — Извини, если напугал. — Нет, все в порядке. Почему ночь в общежитии прошло легко и спокойно, а сейчас находясь наедине напряжение то и делает, что виснет между ними. Внезапно, они, сидя в тишине, услышали с другого конца библиотеки продолжительные стоны, которые разносились по всему помещению. Старшие братья переглянулись и поняли, что происходит. Ран покраснел, что ему совсем не шло, закрыл учебник и вскочил со стула. Нахоя поднял на него взгляд и хотел спросить, что случилось, но его обогнали. — Я пойду, у меня еще есть дела. Не услышав ответа от Каваты выходит из библиотеки. Выйдя в коридор и закрыв дверь, облокотился на стену, медленно спускаясь по ней вниз. «Черт, что со мной происходит? Раньше такого не было… Но почему здесь так болит.» — пронеслось в голове, когда рука сжала одежду в районе сердца. Нахоя сидел в недоумении, не знал, что ему предпринять и куда идти: посмотреть, что твориться у Сои с Риндо или побежать в след за Раном? Но ни в первом, ни во втором случае, он не знал, что сказать. Закрыв учебник идет за стойку учителя, чтобы продолжить прерванную работу. Услышанный хлопок двери не остановил младшеньких и они продолжали наслаждаться друг другом. До определенного момента. Нахое надоело сидеть в месте, где то и дело разносились стоны без умолку. С гневом закрыв учебник парень вскочил и пошел туда, где находились Риндо и Соя. Увиденное его шокировало. Старший Кавата прекрасно понимал, что они делают, но увидев происходящее своими глазами изменило его мнение. Соя, весь потный, растрепанный и почти раздетый, был вдавлен животом в стол, а сверху него, не щадя бедного Кавату, Риндо вдалбливался в парня. Они ничего не говорили друг другу, обо всем говорили их тела, слившиеся воедино. Нахоя, прикрыв рот рукой, чтобы не выдать своего присутствия, спрятался за книжной полкой, а после вообще вышел с библиотеки. В коридоре было пусто, так как возобновились лекции, что дало возможность старшему Кавате, не привлекая всеобщего внимания, пролизнуть в туалет. Парень впервые возбудился от подобной картины, так еще в таком месте. — Какого черта я творю. — расстегнув ширинку брюк он достал свой член и начал дрочить, представляя, что это делает Ран. Почему именно Ран Нахоя не понимал, видимо первый, кого он вспомнил, но лицо, что всплыло перед глазами, заставило его быстрее кончить. — Блять, это явно не к добру… — прошептал парень, посмотрев на липкую жидкость растекающуюся по руке.

***

После экзаменов начались летние каникулы, которые каждый из братьев проводил в свое удовольствие. Ни Кавата, ни Хайтани не думали, что с этих шуток может выйти что-то серьезное. После того, как был сдан последний экзамен Риндо и Ран пригласили близнецов в кафе-бар и на всем серьезе признались в своих чувствах. Сою услышанное ни капли не удивило, ведь после перепихона в библиотеки у них подобное было еще несколько раз, а вот от подобны слов лицо Нахои обрело багровый оттенок, что даже взгляда на братьев поднять не смог. Опустошив стакан с саке вскакивает и направляется к выходу. — Хэй, брат, ты куда? — крикнул Соя, но ответа не последовало. — Я знаю, что с ним происходит, вернее догадываюсь. — пробурчал Ран, собираясь идти следом. — Я поговорю с ним и мы вернемся. Риндо пересел к Сое, пока тот обеспокоенно смотрел на входную дверь заведения. Приобняв возлюбленного за плечи и склонив свою голову Хайтани решил немного оторвать парня от дурных мыслей, что стали чаще посещать голову. — Я думаю, Нахое нужно время, чтобы принять эти слова. — схватив свободной рукой руку Сои говорит Риндо. — Если бы ты знал, как Ран репетировал, когда мы собирались сегодня, ахах. Такой забавный. — Вот ты сейчас смеешься, а у них такая сложная ситуация. Я правда хочу чтобы мой брат был счастлив, но кроме семейной любви я не в силах подарить ему желаемое. Я. Мне тоже было неловко услышать от тебя подобные слова, пусть мы уже и переспать успели. Младший Хайтани приподнял голову, чтобы взглянуть на Сою. Увидев мордашку парнишки, мурашки покрыли его тело и желание быть всегда рядом встало на первое место. — Ты такой милашка! — выкрикнул он на все кафе, что привлекло внимание посетителей. Кавате стало неловко, что на них теперь все пялятся и пытался прикрыть рот руками, чтобы тот не смог ничего больше сказать. Риндо только дай повод, он выкрутится из любой ситуации, какой бы сложной она не была. Он облизал ладони, что заставило голубоволосого убрать руки, после добавил, не совсем скромную фразу. — Если бы не все эти люди, я бы трахнул тебя прямо здесь, но тебе повезло. Пока что повезло. Вечером я оставлю Рана с Нахоей, а мы с тобой развлечемся у вас в комнате. — укусив мочку уха, ухмыльнулся Хайтани. — Что ты такое говоришь. — пытаясь оттолкнуть парня, Соя упал в его объятия. — Вот увидишь, все мы будем счастливы. Кавата решил поверить этим словам и отдать все в руки Риндо. Он понимал, если его брату сделают больно, то он любого уничтожит ради него.

***

Ран, в какой-то степени понимал, что сказанное могло вызвать недопонимания, хотя до этого дня он тщательно все обдумал и был твердо уверен в своих словах и чувствах. Выбежав следом за рыжеволосым из кафе, он начал оглядываться по сторонам, чтобы понять куда он успел уйти. Заметив его на лавочке под деревом идет к нему. Каждый шаг он обдумывал, что сказать чтобы не ранить и не растоптать те крохи дружеских отношений, что витали между ними. На улице было темно и ветер становился холоднее. Сняв с себя кофту присел рядом с Нахоей, и дабы как то начать разговор, накинул на его плечи свою одежду. — На улице уже холодает. Тебе нельзя болеть. — ему самому уже было стыдно от своего признания, но держать его в себе было бы трудно. Знал, что рано или поздно, но оно просочилось бы в свет. — Ты и правда чувствуешь ко мне нечто подобное…? — Кавата собрал все свое мужество, чтобы произнести что-то внятное. — Возможно, это просто красиво-созданная иллюзия в твоей голове, и своим признанием ты пытаешься превратить ее в реальность, но на самом деле ничего из этого тебе не нужно. — Нет, я… — Не стоит себя заставлять, все хорошо. Я сделаю вид, что ничего из этого не слышал и будем общаться как и раньше. Если захочешь, заставлять не буду. — Дай мне сказать… — Но я не думаю, что ты будешь рад видеть мое лицо каждый день, поэтому думаю нам не следует больше видеться. Прости, я пойду. — сняв с себя кофту Рана парень собирался ее вернуть, но руки, что внезапно схватили его плечи, крепко сжали их, не желая отпускать. — Да послушай же ты, блять. — во весь голос выкрикнул Хайтани. — Фух… Ты только и умеешь, что языком чесать, а на деле хуже бабы. — не выдержав. выдал все, что накопилось. — Что ты… — Нет, ты заткнешься и послушаешь меня. На протяжении нескольких лет, наверное со средней школы, мы с Риндо всегда были вместе, а окружающих нас людей смешивали с дерьмом и вытирали о них ноги, но с вами двумя мы словно осознали что-то, чего раньше не доводилось и на миллиметр почувствовать. Не буду говорить про наших братьев, скажу что думаю я. С первого дня нашего знакомства я думал, что нашел очередную жертву для своих издевательств, но та ночь, когда мы вместе выпивали в нашей комнате, перевернула мой мир верх дном. — Нахоя не понимал о какой ситуации идет речь, но решил дать высказаться. — Я думал, что это было действие алкоголя, но это было точно не оно. Я с алкоголем на ты общаюсь, так что… — сделав пару вздохов продолжил. — А тогда в библиотеке, когда мы попали в неловкую ситуацию. Я до конца осознал, что ты мне нравишься. Я не мог находиться рядом с тобой, мое сердце безумно кололо, ведь я понимал, что мы просто друзья… Прости меня, если обидел. Я приму твой отказ и больше никогда не побеспокою тебя, раз ты желаешь этого. — Ран отпустил плечи парня и встал с лавочки, чтобы направиться в кафе за сумкой, но Нахоя его остановил, схватив за руку. — Постой… Если это все правда, то я… — Кавата должен был дать ответ, что исходит не из головы, а из сердца, которое он впервые готов открыть для любви. — Дай мне время, я дам тебе ответ на признания, прошу. Ран замялся, но повернуться не смог, не хотел, чтобы слезы, что стекали по его лицу кто-то видел. Быстро их вытерев отвечает: — На улице холодно, нам следует вернуться. Кавата улыбнулся и, не отпуская руки, они вернулись к братьям, чтобы продолжить пить, но вернувшись поняли, что пить они будут только вдвоем, потому что Риндо и Соя благополучно съебались. Присев за стол у Рана вибрирует телефон. Разблокировав его, видит смс от брата: «Надеюсь вы все решите без нас, а то мы уже не могли сдерживаться. Потрахаемся за вас двоих тоже🖤» Прочитав смс Ран хотел запульнуть телефон в стену, но потом успокоился, когда его схватили за руку. — Что случилось? Куда они делись? — Эм, все в порядке. Они… пошли спать. — А, ой, понял. Чтобы неловкость превратилось в свободное общение на различные темы, они опустошили еще несколько бутылок саке и просидели до самого закрытия. Хайтани мыслил более-менее трезво и мог идти сам, но Кавата не мог даже ровно стоять облокачиваясь на что-либо, поэтому официанту пришлось вызывать такси, чтобы парни благополучно добрались домой. Ночь была бесконечной, но это казалось лишь Рану, которому пришлось поднимать по лестнице на пятый этаж общаги обездвиженное тело парня, что уснул в такси. Наконец добравшись до своей комнаты Хайтани кладет Нахою на свою кровать и пытается прийти в себя, но не успевает что-то сообразить, как оказывается в его объятиях. Нахоя обнял и руками и ногами все тело Рана не давая тому даже вздохнуть. «Я конечно хотел переспать с ним после признания, но в таком-то состоянии… » — пронеслось в голове. Кавата, словно давя на больное, начал тереться бедрами о член Рана. Хайтани терпел до последнего, но когда стояк был готов к использованию, но работы на эту ночь для него не было, парень всеми своими потугами пытался выбраться из крепких рук Каваты. Когда у него это выходит, старается быстро сматываться в ванную, но не успев и шага сделать от кровати вновь оказывается на ней. — Я хочу… — причмакивая сопел Нахоя. — Ахг, поверь, не один ты хочешь… — Ран повторил попытку своего побега, но его словно магнитом притягивало к постели. — Я хочу тебя… — более внятно произнес Кавата. — Блять, у меня уже галлюцинации из-за недотраха. Черт, надо подрочить и станет легче. — убирая руки парня со своих бедер, Ран пытается встать. — Ты не понял меня или что? Я хочу переспать с тобой, сейчас же. Повернув голову на лицо Каваты Хайтани увидел крепко спящего, милого паренька и не было ни одного признака, что он говорил. — Моя крыша уехала, я понял. Черт, а если я все-таки сделаю так… — развернув Кавату спиной к себе, снимает с него штаны, вместе с бельем, удерживает ноги одной рукой, пока вторая достает его член и боксеров. — Этого будет достаточно. Проталкивая пенис между крепко сомкнутых бедер давало не такие ощущения, но даже этих ласк хватало для того, чтобы избавиться от боли. Ран двигал бедрами с каждым толчком все быстрее пытаясь скорее кончить, но услышав между своими громкими вздохами стоны Каваты, немного замедлился, пока тот не стал задницей тереться жаждя продолжения. Хайтани был на пределе, готов кончить уже от одного петтинга, но Кавата портит всю малину. Начиная шевелиться, поворачиваться по сторонам, но продолжает свой мирный сон. Ран возвращает в прежнее положение тело парня, чтобы продолжить, но тот снова поворачивается к нему лицом. Хайтани прикрыл глаза, чтобы немного успокоиться. Только как можно успокоиться, когда рядом лежит человек которого можно поиметь? Пока он боролся с противоречивыми мыслями со своим внутренним «Я» Кавата в сонном состоянии начал махать руками. Не имея никакого представления, где он находится, парень случайно хватается за что-то твердое и крепко сжимает. Какие бы пошлые мысли не вертелись перед глазами, но Нахое хотелось принять всю любовь Рана. — Мнх, Р-Ран… Ты мне тоже нравишься… — произнеся в сонном бреду он стал ластиться к парню рядом. Хайтани был готов кончить, когда рука любимого коснулась его плоти, но после подобных слов сдерживаться не было смысла. — Черт, я не могу больше сдерживаться… — не малое количество спермы растекалось по руке Нахои, образовывая пятна на постели. Положив ладонь на лицо Каваты, Ран потянулся к нему, чтобы поцеловать, но резко остановился. — Я такой идиот. Поправив свои брюки выходит на балкон, оставляя Кавату спать. Его самого раздражало подобное поведение, он не мог осмелиться сделать этот один решающий шаг, чтобы наладить все. Закурив сигарету, он стоял около часа всматриваясь в густую ночь, что накрыла город и размышлял о своем. Протерев глаза, Нахоя открывает их и осматривается вокруг. Он понимал, что это комната в общежитии, но точно не его. Привстав немного, он заметил, что сидит на кровати без нижней части одежды и резко пытается прикрыться. Моментами перед глазами начали появляться кусочки воспоминаний из кафе, как его тащили и как он говорил, что хочет с кем-то переспать. Но проблема была явной, что он не помнил лица того, кому говорил это. Пил с Раном, но не был уверен, что они сейчас вместе. Почесав затылок он попытался встать, чтобы осмотреться. Комната была уютная, но пустая. Нахоя решил, что пока находится один, у него есть шанс свалить по тихому, не доставляя проблем. — Ты уже проснулся? — хриплый голос донесся со стороны балкона, куда Кавата не заходил. — А, эм, думаю да. — не поворачиваясь лицом произнес Нахоя. — Не хочу, чтобы ты уходил. — парень приобнял Кавату, не желая отпускать. Ран начал целовать шею, немного покусывая ее. Мурашки покрыли тело Нахои, но он был не в силах вырваться из крепких объятий человека рядом. — Отпусти, пожалуйста. Ран ничего не ответил, а просто опустил руки, когда Нахоя повернулся и увидел лицо парня, сразу все воспоминания вечера восстановились в правильном хронологическом порядке и румянцем покрылось его лицо. — Если тебе неприятно, я не буду тебя заставлять делать то, чего ты не хочешь. Извини. Кавата понял, что своим поведением испортил все, что Хайтани старался исправить. Пока тот стоял, опустив голову, Нахоя подошел и крепко обнял. — Мы собирались сделать «это», я ведь прав? — Н-нет, я бы не стал делать подобное, пока ты в таком состоянии. — немного приврав, сказал Ран. — Давай займемся сексом… — тихо, куда-то в грудь, прошептал Нахоя. Хайтани не нужно больше повторять это дважды. Схватив хрупкое тело Каваты бросает его на кровать. Простынь, что обматывала бедра Каваты слетела и во всей красе показались смущающие места. Лицо пылало от смущения, но прикрываться парень не хотел, даже не думал, он хотел поскорее испытать на себе эти потрясающие эмоции, что видел на лице своего брата, когда застал его в подобном виде. Ран немного улыбнулся, прижимаясь к телу парня своими губами. — Если мы сейчас дойдем до конца, то я не смогу тебя отпустить. — Делай как считаешь нужным, я хочу, чтобы моим первым стал именно ты. Хайтани снова возбудился хотя и кончил недавно. Подобная картина разжигало страсть глубоко внутри и голова уже не может соображать. Накрыв мягкие губы Каваты своими, руки Рана словно живя своей жизнью начали подрачивать набухший член рыжеволосого, чтобы немного его расслабить. Когда сперма вот-вот должна выйти наружу, Кавата хватает обеими руками Рана и крепко держит, но тот, словно мучая партнера, перестает дрочить и ухмыляясь целует, шаря языком по всему рту. Пытаясь выбраться с крепкой хватки, чтобы попробовать на вкус тело, Хайтани поцелуями спускается от губ до сосков. Когда кончик языка дотрагивается до сосков, Нахоя выдает не тихий стон, что лишь разжигает желание Рана поиметь этого парня. Покусывая и посасывая один сосок, второй он дразнил своими длинными пальцами. Нахоя испытывал подобное впервые и не знал куда ему деться от этих прикосновений, от которых жар растекался по всему телу. Он положил одну руку на голову Хайтани, запустив пальцы в волосы, а второй крепко сжал простынь. Ран был на пределе, но не хотел все испортить своим нетерпением, решил подарить любимому незабываемые ощущения от которых приятно будет обоим. Когда стояк Нахои уперся в живот Рана он понял, что пора идти дальше. Поглаживая торс медленно спускался к дырочке, такой девственной и еще никем не тронутой. Средним пальцем, немного поводил по окружности, после чего медленно протолкнул его вовнутрь, чтобы не повредить. Кавата стиснул зубы, чтобы хоть немного побыть в тишине, но резкое движение пальца, который дотронулся до простаты, меняет все и несколько прерывистых стонов вырывается наружу. — Ты такой милый! — прошептал Ран и добавил еще палец. — А-ах, так непривычно, внутри все горит… Мнх! — Будет еще приятнее, потерпи немного. Хайтани ускорил темп толчков и когда почувствовал, что пространство внутри стало больше решил не медлить и войти, ведь сам уже не выдерживал. Вытащив пальцы он резко входит членом, что заставляет Нахою изогнуться от резкой боли ибо ран вошел до самого основания. — Х-ха, больно, мне больно! — крикнул он, но в ответ Ран лишь придвинулся ближе, что бы Кавата схватился за него. — Извини, но я не мог терпеть… Каждый толчок был сильнее и глубже предыдущего, но Кавата с каждым из них получал удовольствие. Теперь он понимал, что чувствовал Соя, когда в тебя входит человек, которых нравится — это незабываемые ощущения. Чтобы позволить быстрее кончить, Ран немного подрачивал член парня. Когда оба были готовы кончить, Хайтани нежно обхватил обеими руками бедра Нахои и без прерывисто грубо трахал, пока не заметил растекающуюся жидкость на животе Каваты и ту, что вытекала из его дырочки. Они оба кончили, но были готовы ко второму кругу. Сменив позу, Ран усади Кавату сверху, чтобы смотреть как двигается он. По началу парень стеснялся, но когда вошел в раж не смог остановиться. В помощь шли поцелуи, что укрепляли связь между ними еще больше.

***

Распахнув свои глаза, Ран боялся обнаружить пустую постель, но повернув голову увидел, что Нахоя мирно сопел уткнувшись носом в его грудь. Хайтани улыбнулся, ведь эта была одна из немногих целей, над которой ему пришлось знатно попотеть. Он был рад, что его чувства достучались до этого скромного паренька. Не желая просыпаться, он объятиями крепко прижал его к себе и еще некоторое время лежал в таком положении, если бы не телефон, что разрывался от звонка. — Твою мать, кто это, блять, звонит в такое время? — агрессивно тянется за телефоном уже готовя план убийства. — Спасибо братец, что тревожишь меня, в такое время! — произнес он, когда принял звонок. — Ахаха, что ж такое, неужели я помешал вашим бурным отношениям? — Гад ты мелкий, только попадись мне на глаза… — Сколько времени? — сонный голос рядом лежащего немного смягчил Рана. — Короче, убью тебя потом, пока. — сбросив звонок, он убирает телефон под подушку и отвечает на вопрос. — Уже почти десять утра, но ты можешь еще поспать немного. Думаю, если ты прогуляешь несколько пар ничего не случится. — Что? Чееееерт! — парень подскочил и собрался одеваться, чтобы уйти в универ. — Мне нужно поговорить с сенсеем по поводу академ-отпуска. Но стоило лишь подняться с постели тут же падает на пол не успев сделать и шагу. Ран улыбнулся и решил помочь Нахое подняться. Когда парень поднялся из его задницы вытекала сперма, когда он это осознал, то не смог сдержать злость, но это чувство вскоре сменилось неловкостью. — Я же говорил, что лучше оставить эти затеи с универом. Кавата послушался и вернулся в постель, в объятия парня. С Раном сердце Нахои стало колотиться в бешеном ритме, что еще удар и оно выпрыгнет. «Неужели это чувство и называют любовью?» — положив руку на сердце подумал парень. Этот день они оба решили прогулять и посвятить его себе. Повалявшись еще пару часов в постели принимают совместную ванну и решают идти в кафе, чего-нибудь перекусить и встретиться с братьями. Сидя в кафе Соя не сводил глаз с улыбки брата и сам невольно улыбнулся, что очень удивило всех рядом. Но младший Кавата был рад, что Ран сдержал свое обещание сделать Нахою счастливым и любимым. — Так, что ты хотел от меня, когда утром звонил? — сделав глоток кофе поинтересовался Ран. — Отец приезжает на следующей неделе. Хочет убедиться в нашей учебе и не балуемся ли мы. — ухмыльнулся Риндо косясь на близнецов. — Оу, вот оно как. — Ран понял, что под «балуемся» подразумевал брат. — Ну пусть делает, как хочет, мне все равно. Он даже не звонил все это время, пока мы живем в Японии. Близнецы просто слушали, ведь Хайтани особо не трепались о семье, да и сами Кавата не выпытывали о личном.

*Несколько дней спустя*

Национальный Токийский аэропорт

Ран и Риндо стояли и ожидали пока приземлится самолет семьи Хайтани. Отца они не видели почти год, но не жалеют об этом. Кавата решили пойти за компанию, но не говорить о чем-то большем, чем дружба при отце. Когда из входа в аэропорт показалась толпа мужчин в черном и среди них два высоких мужчины, один из которых был в красивом, нежно-бежевом костюме тройке, рядом с которым не менее красивый парень в очках и папкой в руках. Заметив из Хайтани ринулись вперед. — Привет, отец. Как добрался? — разговор начала Риндо, хотел отвадить их общение с Раном по максимуму. — Привет, мальчики. — мужчина подошел ближе и положил руки на их плечи. — Надеюсь вы не опозорили нашу фамилию, пока жили самостоятельно? И добились достаточно успехов за это время? — Да, мы старались как могли, чтобы ты гордился нами. — Молодцы! Может ты тоже своему старику хоть слово скажешь, Ран. — мужчина перевел взгляд на старшего. — Риндо уже все сказал, мне добавить нечего. — Я понял. Тогда давайте поужинаем втроем. Мне нужно обсудить с вами дела компании. — Извини, но мы здесь не одни, поэтому откажемся. — Что вы имеете в виду? — мужчина посмотрел за спины парней и заметил близнецов, которые общались ожидая своих любимых. — Вы можете позвать и своих друзей. Хоть познакомите меня за двадцать лет своей жизни с друзьями. Ран и Риндо переглянулись, но выбора у них не было. Схватив под локоть близнецов они направились следом за отцом. Кавата не могли сообразить, что происходит, но Ран сказал, объяснят позже. Проведя вечер в ресторане, отец узнал об успеваемости сыновей, про их первых друзей, которыми дорожат, и понял, что они заслужили быть наследниками его фирмы в Америке. Выпив пару стаканов виски, отец начал тему про наследство и уход в отставку. Ран и Риндо особо не внимали пока не услышали то, чего и в жизни не готовились услышать. — Я увидел, что вы хорошо справляетесь по учебе, поэтому решил, что после окончания первого курса вы возвращаетесь в Штаты и принимаете наследство. — Что... Но отец! — Риндо мямлил, ведь никогда не мог перечить отцу. — Нет. Я не вернусь в Америку ради компании. Я буду учиться здесь, вместе с братом, и мы вместе с ним будем управлять здешним филиалом. Если ты с этим не согласен, я могу вообще отказаться от наследства и жить своей жизнью. — выпив залпом бокал вина Ран встает со стула и собирается уходить, но Нахоя его останавливает. — Успокойся, сядь. Я уверен, что ваш отец хочет только лучшего вам, поэтому, если в Америке будет выгоднее работать, то надо ехать. — улыбнулся старший Кавата. — А я поеду с тобой. — Брат прав, если поедете вы, то и мы последуем за вами! — поддержал Соя. — Что вы такое говорите? А как же ваша учеба? — Риндо не думал о себе и своем будущем. — Все будет хорошо, пока мы с вами. — с гордо поднятой головой произнес Нахоя. Отец лишь наблюдал и слушал, как впервые в жизни за его сыновей, кто-то так переживает. Он решил переосмыслить сказанные собой слова. — Какие… Какие у вас отношения? — вырвалось из уст мужчины. — Мы друзья… — начал говорит Соя. — Это наши возлюбленные, отец. — прямым текстом сказал Ран. Впервые в жизни он поступил как старший сын. В ответ отец не мог и слова противопоставить. Мать ребят скончалась, когда родился Риндо, поэтому он словно жил на работе, пытаясь унять горе трудом. Возможно ненависть Рана к нему была причиной произошедшего. Он не хотел отбирать счастье своих детей и уничтожать любовь работой, поэтому решил оставить все так, как планировал, когда отправлял их учиться. — Я понял. Тогда, я отменяю ваш переезд обратно и вы будете работать здесь. Кушайте, что хотите, а я пойду. У меня завтра встреча. За ужин оплачено, поэтому не переживайте. — мужчина встает и уходит. — Спасибо, отец! — в след крикнул Ран. Не разворачиваясь он улыбнулся, понимая, что подарил детям надежду обрести счастье на всю жизнь. THE END