Страх

Меня бесит, когда говорят, что только дети могут бояться темноты. Да, в основном, этот страх присущ малышам, цепляющимся за мать и умоляющим не выключать свет. Но это не значит, что взрослый человек не имеет права бояться. У страхов нет возраста. У панических атак тоже... В детстве мне подарили светильник в виде аквариума. В нём была длинная цветная картинка. И она плавно кружилась вокруг лампы внутри. Создавалось ощущение, что рыбки плывут. Такие маленькие, разноцветные, чарующие... А я настолько сильно боялась темноты, что всегда включала этот светильник прежде, чем выключить свет в комнате. У меня была очень красивая комната. Яркий жёлтый шкаф, низкий письменный стол, широкая скрипучая кровать, с разъездавшимися подушками-матрасами. Но всё это исчезало, стоило лишь погасить свет. И только светильник-аквариум на маленькой тумбочке оставался маяком в кромешной тьме. Но иногда я просто просыпалась посреди ночи, бежала к светильнику и часами разглядывала рыбок. Страх приковывал меня к этому месту, не давал пошевелиться. Я боялась обернуться, ведь точно знала, что там кто-то есть. "Он" стоял за моей спиной, ждал чего-то. Я тоже ждала. Просто неподвижно сидела перед аквариумом. И уже давно не обращала внимание на рыбок. Главное - не оборачиваться. Однажды я поссорилась с мамой. Она не поцеловала меня на ночь. И выключила свет. Пришлось самой бежать в темноте к тумбочке, чтобы включить светильник. Когда уже хотела вернуться в кровать, мой взгляд упал на коридор, куда свет не добирался. Я увидела это нечто. "Он" смотрело на меня. А я на него. Кажется, я плакала. Точно сказать не могу. Но отвести взгляд было выше моих сил. Что он сделает, если я теперь отвернусь? Останется на месте? Или воспользуется моим страхом? Так мы играли в гляделки. Час. А может два. И меня ни на секунду не отпускал страх. Он впился в сердце острыми когтями, не позволяя отвернуться от чудовища в коридоре. Дальнейших событий той ночи я не помню. Каким-то образом оказалась в кровати, а утром проснулась на мокрой от слез подушке. В коридоре было светло. Ни единого признака пребывания кого-либо. Отпустило. На время. А потом вернулось опять. В девять лет я пошла в художественную школу. Мне очень нравилось рисовать. Причём, всё рисунки были очень яркими и жизнерадостными. Даже чайник на натюрморте казался "живым". Так любила говорит моя учительница. Кажется, у меня и правда неплохо получалось. Одноклассники из художки быстро поняли, что я боюсь темноты. Да это и секретом не было. Надо было видеть, как я, выключая свет в дальнем кабинете, зажмурившись бежала назад. Они смеялись надо мной. На самом деле было как-то всё равно. Но однажды эти самые одноклассники решили надо мной подшутить. Они подловили момент, когда я останусь одна в галерее, быстро выключили свет и захлопнули дверь. Вся в слезах забилась в угол за старое пыльное кресло и молча смотрела на светящуюся табличку "Выход". Она будто бы смеялась надо мной. Потому что выхода явно не было. Я чувствовала, как чьи-то тёмные руки тянутся ко мне со всех сторон, но не видела их. Трясло ужасно сильно. Казалось, что температура понизилась на несколько градусов. Волны паники накатывались на меня каждую секунду, выбивая из горла сдавленные всхлипы. Очень страшно. Тогда я впервые узнала, что такое паническая атака. Просидела в закрытой галерее не так уж и долго. Уборщица, проверявшая кабинеты, выпустила меня минут через десять. Она смотрела с жалость. А потом наругала моих одноклассников, прятавшихся в соседнем кабинете. В тот вечер я возвращалась домой одна. Руки до сих пор дрожали, но вовсе не от холода. С тех пор прошло много времени. Я уже "взрослая девочка", как говорит мама. Художку, кстати, закончила с красным дипломом. Сейчас, сидя за столом, верчу в руке карандаш. Одна дома. Во всей остальной квартире выключен свет. Лишь в этой комнате светло. Но я знаю, что "Он" всё ещё в коридоре. Уже привыкла. Но всё ещё не смею повернуться. Так банально и глупо. Линия. Ещё одна. Замечаю, что рука дрожит. Плевать. Я закончу этот рисунок. Теперь с листка акварельной бумаги на меня в ужасе таращится маленькая девочка, сживающая в руках светящийся аквариум с разноцветными рыбками. За её спиной "Он". Тянет свои длинные кривые пальцы к её единственному спасению - светильнику. Этого аквариума у меня давно уже нет. Мама отдала его кому-то из детей родственников. Жаль. Мне очень нравились эти рыбки. Выхожу на балкон в одной толстовке с голыми ногами. Зима. Уже поздно. Темно и холодно. Где-то вдалеке на улице горит одинокий фонарь. Губы трясутся, а в глазах всё снова плывёт из-за слез. Поворачиваюсь и, беспомощно глядя в мрак комнаты, говорю "Ему": – Привет. Мне очень одиноко. Давай дружить? Конец.