Год до тебя

Тайна красной морковки (Гермиона)

С самого утра сильный порывистый ветер разогнал набухшие сыростью тучи, являя миру лучи далекого солнца, о чьем существовании я успела подзабыть за прошедшую дождливую неделю. Пробуждение далось мне легче, чем я того ожидала. Вчерашнее общение с профессором Ноа затянулось до позднего вечера, но я ни о чем не жалела, получив возможность пройти практику в Больнице Святого Мунго. «Если у вас появится такое желание!» - мягко намекнул мне профессор Мерфи на нежелание дать ему прямого ответа. Я не знала еще, хочу ли, как Ханна, помогать людям обрести душевное и физическое здоровье, но пообещала определиться с практикой к началу Рождественских каникул. Именно тогда директор Макгонагалл вывесит список студентов и вакантные места, которые можно будет занять. Уверена, практика в Аврорате там значиться не будет, но кто помешает Гарри и Драко настоять на своем? Министр Кингсли уже пригласил друга в Аврорат, а для Драко Малфоя мог сделать исключение, направив стопы того на путь исправления. Стоило мне намекнуть Кингсли, что Малфой достоин этого шанса, и он получит практику в Аврорате. От этой мысли как-то полегчало на душе. У меня есть козырь в рукаве против Малфоя, что не могло не радовать! А уверенность в помощи и содействии министра пришла тогда, когда Гарри показал от него неофициальное письмо, где Кингсли сочувствовал нам по поводу решения Рона отказаться от дальнейшего обучения в Хогвартсе. Я понимала, что Кингсли мечтал заполучить в Аврорат будущих мракоборцев, а кто, как ни Гарри с Роном подходили на эту роль лучше остальных выпускников Хогвартса? Отличное настроение и «Заклинания» первым уроком в компании пуффендуйцев всегда направляли мысли в позитивное русло. Даже тот факт, что мне снова придется выслушивать стенания Ханны по поводу и без, не портил солнечного утра. Плюс ко всему, я обещала себе помириться с Луной, и собиралась сделать это прямо за завтраком, тем более имелся весомый повод – день рождения подруги! В Большом зале не оказалось ни Джинни, ни Гарри, которые, скорее всего, отсыпались после дежурства, и я заняла свободную скамью, выискивая глазами Луну. Заранее приготовив подарок, я еще раз приоткрыла крышку бархатного футляра и полюбовалась на нежные лилии, пока Симус и Невилл не отвлекли меня от этого занятия громкими спорами. -Если Джинни и дальше станет пропускать наши репетиции, то затея Макгонагалл провалится, будь уверена, - высказал мне Симус, будто это я виновна в том, что в сутках так мало часов и так много забот. - Директор могла бы подумать о том, что до Хэллоуина не так много времени, и сократить занятия в расписании. -Ага, - ехидно кивнула я на замечание Симуса, - и наплевать, что после Рождественского бала профессора подведут итоги и выставят проходные баллы для практики в Министерстве, нам-то какое до этого дело? -Что это с тобой, Гермиона? – пораженно уставился на меня Невилл. – Заразилась от Малфоя? -Возможно, - сдулась я от упрекающего тона парня, - но учеба всегда была и будет для меня на первом месте, ты же знаешь? Репетиции и выступления на Хэллоуин – это всего лишь повод объединить семикурсников, которые год назад оказались вовлечены в события Второй магической войны. При упоминании о прошлом, брови Невилла сошлись на переносице, а Финниган болезненно поморщился, потирая предплечье, на котором остались многочисленные шрамы от изощренных наказаний Карроу. -Не напоминай, - попросил он, отставляя в сторону стакан с шоколадным напитком, - аппетит пропадает. -Я пока не наблюдаю положительного результата, - недовольно буркнул Невилл, - все, что мы делаем на репетициях – ссоримся, а Паркинсон сидит, положив нога на ногу, и взирает на нас, словно королева. От нее ни слова, ни полслова не добьешься. – И Невилл недовольно покосился на Симуса. -По крайней мере, за всеми этими делами не так сильно бросается в глаза отсутствие Лаванды, - заметил Финниган, - а за приглашение Паркинсон ты мне еще спасибо скажешь. Невилл ничего не ответил другу, и я тоже не нашлась с утешением. У каждого из нас остались свои страхи и пережитые трагедии. Финнигану нравилась Лаванда, и он до сих пор тяжело переживал ее утрату, но на моей памяти погибших во Второй магической войне насчитывалось гораздо больше. Кивнув Невиллу и Симусу, я пожелала обоим приятного аппетита и схватила со стола бархатный футляр. Светлая макушка Луны только что показалась за столом Когтеврана, и я хотела поймать подругу до начала занятий. Как раз в это время Джинни вошла в Большой зал под руку с Эмили. -О, привет! – встретились мы в проходе, привлекая внимание Луны. – Не поделишься секретом, почему ты сегодня такая красивая? – спросила Джинни Полумну, а та покраснела, вставая из-за стола и застывая перед нами белокурым изваянием, не решаясь напомнить, что сегодня ее день рождения. -Что это такое? – ткнула Джинни на красивую серебряную цепочку, которую я раньше не замечала на шее Луны. – Выйдем отсюда, я хочу знать подробности. Быстро спровадив Эмили за стол гриффиндорцев, Джинни подхватила меня и Луну под локоток и уволокла в коридор. Я подумала, что она хочет поздравить подругу с днем рождения, но темный угол и настороженный шепот как-то не вязались в моем сознании с праздником. -Милая, с днем рождения! – попыталась я исправить ситуацию, протягивая Луне бархатный футляр. Еще в сентябре, на вечеринке в честь моего дня рождения, Луна заикнулась, что обожает украшения для волос, и мы с Гарри вспомнили о шкатулке, найденном среди залежей хлама в дома Блэков. Две прекрасные лилии, инкрустированные мелкой россыпью камней, переплетались в причудливый узор и собирали волосы в высокую прическу, удерживая пряди лепестками и магией. Я отнесла лилии ювелиру, и он преобразил украшение, усовершенствовав его функциональность. -О! – выдохнула Луна, глаза которой полезли на лоб. – Это волшебно! -От меня и Гарри, - добавила я быстрым шепотом, но Джинни уже хмурилась, недовольно поджимая губы. -Я смотрю, что кто-то еще поздравил тебя с днем рождения? – бесцеремонно встряла Джинни, кончиком палочки подцепив тонкую серебряную цепочку, спрятанную Луной под воротник кофточки. – Не скажешь нам, кто это? Приказные интонации в голосе Уизли всегда действовали на окружающих волшебным образом. Они подчинялись, даже не понимая, что ими движет: страх не угодить грозной рыжеволосой Джинни, или обаяние девушки. Вот и Луна, смущаясь и краснея, выдала, что украшение от тайного поклонника. -Его доставили сегодня утром с почтовой совой. -Ты хоть понимаешь, насколько это темный артефакт? – покачала Джинни головой, а Луна испуганно ойкнула. -Прости, но я не понимаю, - перебила я Джинни, дотрагиваясь до крошечной подвески в виде ушастого зайчика. -Вы слышали о Чарах Доверия, - скорее утверждала, чем спрашивала Джинни. – Хранителя тайны выбирают на добровольной основе, доверяя ему то, что не узнает никто и никогда, пока сам Хранитель не даст согласие на раскрытие тайны. А теперь представьте, что чары искажены темной магией в обратную сторону и владелец зачарованного предмета невольно становится носителем чужого бремени. Чаще всего, это безответные чувства и симпатии, навязанные дарителем, которые заключены в камне и несут с собой подозрительность, скепсис и даже цинизм по отношению ко всем другим представителям женского или мужского пола. -Прости, Джинни, но я тебя не понимаю, - покачала Луна головой. -Чары недоверия ко всем, кроме Хранителя? – уточнила я у Джинни, а та рассеянно пожала плечами. -Примерно так, Гермиона, а теперь представь, что чары завязаны на настоящих человеческих чувствах. -Ты могла ошибиться, - перебила я подругу, поймав на себе хмурый взгляд Джинни. Упрямая складка возле губ и очень серьезное выражение глаз подтвердили мои опасения. Джинни уверена, что подвеска опасна. -Помните случай с дневником Тома Реддла? - плечи подруги опустились. - После того ужасного учебного года я перечитала столько литературы по темной магии, что могла бы запросто декламировать вам параграфы из книг. Я ее чувствую, - упавшим голосом закончила Джинни, отворачиваясь к окну. - Джинни, как именно ты поняла, что на подвеску наложены чары? – спросила я подругу, чтобы хоть чем-то нарушить тишину. Поздравления с днем рождения растворились во всеобщем напряженном молчании, а от моего хорошего настроения не осталось и следа. - По морковке, - серьезным тоном ответила Джинни, а я скрыла мимолетную и неуместную сейчас улыбку. -И что не так с моей морковкой? – удивленно спросила Полумна громким голосом, что заставило проходящих мимо студентов оглядываться на нас и ухмыляться. -Рубин помогает разжечь в сердце огонь новой любви, - Джинни и правда словно цитировала строки из книги, - нередко используется в приворотах и обращает чары Доверия. Носитель подобного камня, наделенного темномагическими свойствами, не воспринимает ни чьих проявлений чувств, кроме чувств самого Дарителя, а так же зависим от его эмоций и настроения. -Не может быть! – выдохнула я, продолжая зачарованно рассматривать морковку. – Кому нужно добиваться любви Луны таким нечестным путем? -Тому, кто подарил ей подвеску, конечно же! – развела Джинни руками. – Так кто он, Луна? -Это… - девушка замялась. – Анонимный подарок, но я знаю, от кого он. К сожалению, я тоже догадывалась, кто мог использовать темную магию для того, чтобы заполучить желанную волшебницу. Студент, учащийся на факультете Слизерин. Учитывая, что Забини добивается расположения Джинни, Малфой отпадает сразу, а с другими Луна не общается… – Это Нотт, милая? Луна кивнула головой и медленно потянулась к шее, чтобы расстегнуть застежку, но ее руки не слушались. Джинни помогла подруге, сжала в кулаке тонкую серебряную цепочку с подвеской и широким шагом пересекла коридор, направляясь в башню Гриффиндора. Я не стала ее останавливать. Она не из тех, кто жалуется на студентов, но так просто этого не оставит. -Ох, и достанется же Блейзу, - прошептала я, предвидя еще одну разборку со слизеринцами. «Когда же они научатся действовать более благородными способами, добиваясь своего?!» -Он все испортил, - прошептала Луна, отводя взгляд. А я не находила слов, чтобы утешить ее, лишь сжимала хрупкую ладонь в своей, и обещала, что все наладится. -Мы можем оставить идею выступления на Хэллоуин, Луна, - сказала я подруге, - ничего не может быть дороже нашего с тобой благополучия. -Мы сами в это ввязались, - покачала Луна головой, - я настояла на том, чтобы ты приняла участие в этом спектакле. Ее плечи опустились, казалось, она вот-вот расплачется. -Тогда, давай покажем им, как следует вести себя достойно? – предложила я Луне, с ужасом представляя, что еще приготовили для нас слизеринцы, чей изощренный ум мог натолкнуть их на весьма опасные поступки. Если так и дальше пойдет, мы с Полумной не дотянем до Рождественского бала. – Насколько хватит нашего с тобой прощения? - Не знаю, - покачала Луна головой, - но мне казалось, что чувства Тео искренние. На это я промолчала, потому что тут наши с Полумной желания граничили с опасной чертой, за которую не следовало переступать. Не стоит верить в то, что Малфой или Нотт когда-нибудь изменятся и начнут вести себя, как наши друзья, как парни, к которым мы привыкли, как те, на чьи чувства можно положиться. -Давай постараемся ограничить наше общение с ними короткими репетициями? – спросила я Луну, а она подняла голову и посмотрела на меня широко открытыми глазами, в которых я прочитала немой вопрос: «Ты сама-то в это веришь?» Увы, но я верила себе до тех самых пор, пока в поле зрения не появлялся Драко Малфой, но с его приходом все менялось. -Не знаю, - повторила я слова Луны, прощаясь с подругой и догоняя Ханну, чтобы вместе идти на «Заклинания». Вечером мы с Джинни, Гарри, Невиллом, Симусом и Ханной устроили вечеринку на Астрономической башне – все в стиле Полумны Лавгуд. Над головой летали крошечные звездочки, напоминая о скором приближении зимы, и приглашенные студенты нарядились в свитера и теплые мантии, а горячий шоколад , конфеты и пирожные, сложенные горкой на тарелках, скрашивали отсутствие Теодора Нотта, в поисках которого Луна не раз оглядывалась на вход в Астрономическую башню. Я знала, что он не придет, но до последнего надеялась на счастливое завершение утреннего недоразумения и горячих извинений Нотта. -С днем рождения, милая, - повторила я свои пожелания, решая порадовать Луну, и голоса друзей подхватили поздравления, выпуская в воздух салюты и фейерверки из магазинчика Уизли. Девушка рассмеялась, стараясь казаться радостной и веселой, но я давно знала Луну и понимала, что для полного счастья нам порой хватает улыбки и ласкового слова одного-единственного человека, как ей сейчас не хватало извинений Теодора Нотта. Глядя на Гарри, Джинни и остальных, я осознала столь ясно, как никогда раньше, что для меня дорого признание Драко в том, что я лучшая ученица Хогвартса. Именно из-за слов Малфоя я просыпалась с улыбкой на губах и хотела двигаться дальше. Ему я мечтала открыть двери в Аврорат. О нем думала, изучая длинные темные коридоры Хогвартса во время ночных дежурств. Я хотела бы, чтобы сейчас рядом со мной стоял Драко Малфой, держал за руку и разделял радость от вечера и праздничной атмосферы. И это открытие потрясало до глубины души.