Первородная волшебница

      Девушка лежала в своей комнате на кровати, читая книгу. Неожиданно в дверь постучали.       — Зайдите, — крикнула девушка.       В проёме появилась Нарцисса Блэк.       — Марианна, можно с тобой поговорить… — спросила она.       — Конечно, Нарцисса, — ответила девушка, — проходи.       Блэк зашла в комнату и присела на соседней кровати.       — Марианна, — начала она, — я хотела поговорить с тобой об Андромеде…       Девушка удивлённо подняла брови, но ничего не сказала. Блэк продолжила:       — Я не знаю, что ты ей наговорила, но моя сестра теперь хочет убежать из дома со своим маглорождённым пареньком. Зачем ты настраиваешь её против собственной семьи?       — Что? — недоумённо спросила девушка. — Я никогда не настраивала её против семьи. Всё, что я ей сказала: принимай решения сама, не завися ни от кого. Я просто пожелала ей быть счастливой.       — Да, — начала Нарцисса, повышая голос, — именно поэтому она собирается сбежать из родного дома ради жалкой грязнокровки. Ты же её подруга — постарайся переубедить её.       — Нет. — Ответила девушка. — Я не собираюсь её отговаривать. Если это сделает Меду счастливой — пусть так и будет.       Нарцисса зло посмотрела ей в глаза, но увидела твёрдость и непоколебимость. Поняв, что ничего не выйдет, она встала и уже собиралась выйти, но девушка её остановила:       — Нарцисса, — сказала она, — ты счастлива с Люциусом?       — Да. — Ответила та, немного помедлив.       — Так дай и ей быть счастливой с любимым человеком!       Блэк посмотрела на девушку и вышла прочь из комнаты, ничего не ответив.

***

      На дворе был апрель.       Девушки сидели на скамейке в школьном саду и обсуждали свои планы.       Неожиданно внимание всех студентов привлёк голос одного из гриффиндорцев.       — Нюниус… — надменно кричал Джеймс.       Снейп, сидевший под раскидистым дубом, вскочил, хватая собственную палочку.       — Экспелиармус — опередил его Поттер. Палочка вылетела из рук слизеринца.       — Отлично, Джеймс, — подбадривали его остальные гриффиндорцы.       — Кто хочет, чтобы я подвесил Нюнчика вниз головой, — сказал Поттер на весь сад. Все радостно закричали. Гриффиндорец повернулся к Снейпу и, наставляя на него свою палочку, тихо произнёс, чтобы слышал только он, — это тебе за то, что приставал к моей будущей девушке. Левикорпус!       Слизеринец поднялся в воздух и перевернулся вверх ногами, будто его подвесили за лодыжку.       Девушки переглянулись и, не говоря ни слова, побежали к компании.       — Либеракорпус! — на ходу крикнула слизеринка, и Снейп опустился на землю.       — Что вы творите? — рыжеволосая подбежала к Поттеру и злобно посмотрела на него. Тот лишь отвёл глаза.       Девушки почти одновременно подбежали к лежащему на земле Северусу, чтобы помочь ему.       — Не надо! — он вскочил, отталкивая подруг. — Мне не нужна помощь жалкой грязнокровки и недослизеринки, которая водится с гриффиндорцами.       — Силенцио! — выкрикнула Марианна, и Снейп замолчал, не в силах что-либо сказать. — Как ты смеешь такое говорить?! В тебя Авадой мало будет запустить…       Девушка поспешила к стоящей в стороне подруге. Из глаз Лили текли слёзы, но крика не было. Слизеринка подошла к ней и, обняв за плечи, повела в школу.       Снейп смотрел им вслед, понимая, что потерял сразу двух единственных в своей жизни настоящих друзей…

***

      Наступил май. Ученики готовились к экзаменам, но Лили Эванс не могла о них думать. Она узнала всю правду и ждала чего-то страшного. Это и произошло во время обеда…       — Дорогие ученики… — начал Дамблдор. — У меня для вас очень печальные новости… Умер один из студентов Пуффендуя, учащийся 6 курса — Финн Брунсент. Мне очень грустно сообщать вам эту новость, но вы должны знать… Преподаватели сделают всё возможное, чтобы найти виновного…       Дальше гриффиндорка не слушала. В её голове складывался пазл, и это пугало.       После траурного обеда она поймала подругу на выходе из Большого Зала.       — Это сделала ты?..       — О чём ты, Лили? — удивлённо спросила слизеринка.       — Ты убила того студента?..       — Что? — ужаснулась подруга. — Конечно, нет!       — Как ты могла?.. — продолжала Эванс, ничего не слушая. — Ты говорила, что не опасна, что не причинишь никому вреда…       — Лили, я этого не делала! — пыталась тщетно докричаться до неё подруга.       — Надо сказать директору… — гриффиндорка будто сошла с ума. — Тебе нельзя оставаться в школе.       — Лили, послушай… — начала Марианна, схватив подругу за руку.       Та вздрогнула и очнулась. Она вырвала руку и закричала, привлекая внимание студентов:       — Не трогай меня! Ты — чудовище!       В глазах слизеринки читались удивление, ужас и боль.       Гриффиндорка увидела, что на них все смотрят, и, взглянув на подругу последний раз, убежала в сторону башни.       Девушка осталась стоять на месте, а её лицо передавало всё те же эмоции. Опомнившись, она пошла в свою гостиную, не обращая внимания на взгляды учеников.

***

      — Ты куда-то уезжаешь? — Меда лежала на кровати и наблюдала за подругой, собирающей чемодан.       — Нет… то есть да… — девушка ходила по комнате в своих мыслях. Наконец она остановилась и посмотрела на подругу. — Я уезжаю из Хогвартса… Навсегда…       — Что? — Блэк вскочила с постели и подошла к ней. — Почему? Что случилось? Как я тут без тебя?..       — Прости… — произнесла девушка. — Я бы очень хотела остаться, но это зависит не только от меня…       Андромеда подошла к подруге, смотрящей в пол, и крепко сжала её в объятиях.       — Не забывай про Хогвартс… — сказала она, отпуская девушку. В её глазах стояли слёзы.       — Хорошо… — произнесла Мари. — Меда, пообещай мне одно…       — Всё, что угодно… — прошептала Блэк.       — Пожалуйста, — продолжала девушка, — будь счастлива, несмотря ни на что…       — Обещаю…       — И можешь передать это Сириус… — Майклсон протянула ей конверт.       — Хорошо…       Девушки обнялись последний раз. А уже через пять минут Андромеда находилась в комнате, в которой, казалось, никогда никто и не жил кроме неё. Казалось…

***

      Блэк вышел из душа и увидел на своём столе запечатанный конверт.       — Что это за письмо? — спросил он у Джеймса.       — Андромеда заходила, хотела отдать, — ответил тот, не отрываясь от спортивного журнала, — но не нашла тебя и оставила на столе.       Сириус, нахмурившись, взял конверт и вскрыл его. Перед его глазами предстало письмо, написанное аккуратным, до боли знакомым почерком.       Блэк прочитал послание… В его глазах застыли боль и гнев. Подступали слёзы. Он со всей силы ударил в стену, и по ней поползли трещинки.       Джеймс только удивлённо посмотрел на друга…