Повернуть любовь вспять

Жил он в Выручай-Комнате на протяжении недели. За это время он перечитал множество книг, несколько раз чувствовал себя на грани, потом опять же читал книги, следил за Томом, тренировался, и думал. Он много думал про ситуацию в которой оказался. Как он понял за эту неделю,при помощи наблюдений, каждый час одна из микропищинок вновь становится золотой однако они были невероятно крошечными, и их было невероятно много. Он даже пытался их считать, однако постоянно сбивался примерно на 5 тысячах. Господи, даже те самые 5 тысяч часов сулят ему полгода вне своего времени. Он даже пробрался в запретную секцию и прочитал все книги, где было упоминание о маховике времени, и подобных артефактах. Это дело, в общем-то не будь таким важным, принесло бы ему много удовольствия, однако он был черезчур нервным. Из того что он понял, столь дальним перемещением он истратил большую часть магии артефакта, и, на этом факте он нервно выдохнул, перенесись он на пару лет позже, артефакт был был сломан и он бы никогда не вернулся в свое время. А так он будет медленно восстанавливать свою магию, впитывая ее из окружающей среды. Тут Поттер сглотнул, так как предположил, что если бы он находился не в столь магически насыщенном месте как Хогвартс, то артефакт бы выжал его магию, медленно забрав все, и он мог бы стать сквибом или того хуже — умереть. Через время, когда он на протяжении нескольких часов выпускал пар, вбивая себе в голову что если бы он не был столь удачливым то умер бы, даже не остановив врага. Он наконец успокоился, и тот самый Слизеринец внутри чуть ли не на глазах у самого Поттера подрался со своей гриффиндурской версией, и, перехетрив, победил и стал в правящие права. Гарри усмехнулся бурности своей фантазии, начиная думать над новым планом по свержению Воландеморта. И тут, поверженный внутренний гриффендурец, прохрипел слово "Семья". Слизеринец назвал идею глупой, однако сам Гарри был все же ими обоими, так что семья могла стать выходом. Он подумал, что и сам всегда мечтал о семье. Он попросил у Выручай-комнаты несколько книг, где расказывалось про связи волшебных родов между собой. *** За несколько часов Гарри узнал много, очень много информации. Например что Драко Малфой, а вернее его мать — его близкая родственница, а тот является его кузеном. Ну а так, он просто узнал многое про разные рода. оказывается, у тех самых Блеков, у которых девиз — чистота крови превыше всего, было много бастардов, и не всегда чистокровных. На следующий день Гарри был уверен в своем плане на 100 процентов. Он был на четверть Блеком, так что мог выдать себя за бастарда, или за сына одного из бастардов. Родовой гобелен докажет что он связан с некоторыми членами рода, к примеру со своей бабушкой (Он узнал что сейчас она тоже учится с его дедом на последнем курсе, и вдоволь на них насмотрелся.). Но так как он представится в качестве сомнительного родича, в род его не примут, ну или же примут, однако он так и останется сам по себе. Вероятнее конечно, что они просто признают родство с ним. Этого вполне достаточно, подумал Гарри. Порывшись, он узнал о Гонтах — те все были уродливы, в отличие от Тома, что его немного удивило. Немного подумав, и просмотрев все возможные варианты, он придумал себе идеальную историю, под сомнение которую не поставит ни один чистокровный: Он маг рождённый от бастарда Блеков и изгнанной сквибки Гонтов. БАХ! и Том Реддл получает себе двоюродного брата, такого же полукровку как сам, непризнанного ни одним из родов. Гарри улыбнулся своей гениальности. Вариант с тем что он подарит тому любовь казался ему идеальным. Так тот точно не начнет творить те ужасные вещи в будущем. Он начал выполнение плана с того, что при помощи десятка галлеонов, обменяных на фунты прикупил себе магловские шмотки этого времени, и наведался домой к своим родственникам. Они долго кривились на его происхождение, однако как Гарри и думал, родовой гобелен подтвердил что он связан с Юфимией, и другими, не известными ему Блеками, кроме разве что Вальпурги — матери Сириуса. Он сказал что все что он от них хочет — это право носить фамилию Блек, даже прикрываясь тем что это просто совпадение, так как у саглов она была распространена. Те со скрипом согласились, и даже дали ему денег, не веруя в то что он только лишь за фамилию согласится не рассказывать постыдный секрет, о котором, правда, знало большинство умеющих сопоставлять факты. Он прошел ритуал наречия, (родственики сказали что он обязателен, и что раз так вышло, они дадут ему право называться семейной фамилией, то дадут и традиционное имя), теперь о мог смело называтся Гарольдом Энифом Блэком. Правда, уже вернувшись в Хогвартс до него дошло, что это же была Магия, и что в его времени его имя тоже должно будет поменяться. Всех нюансов Гарри не знал. Он поблагодарил Бога за то что ему не пришлось для сотворения еще лезть к Гонтам — в данный момент род считается умершим, да и так как по ленгенде из него была его мать, то род и останется мертвым. «Лучший план в моей жизни» — гордо думал Гарри. Внутренний Слизеринец тоже ликовал, подпрыгивая со вскинутыми руками от счастья. Теперь настала самая трудная часть плана — влится в жизнь юного Тома Реддла, а именно повторное поступление в школу магии и чародейства. Тут Гарри долго думал, как же сделать так что бы его приход в школу не выглядел подозрительным. Ничего лучше чем рассказать правду директору взяв с него обет, ему в голову не пришло. Ведь в других школах он не учился, не был чистокровным, чтобы сослаться на домашнее обучение, и т.д. А так, сославшись на инцидент, он сможет продолжить учебу. и никто кроме Диппета об этом знать не будет. На этом Гарри и порешил, ложась в уже привычную ему кровать. *** Всего два дня хватило для того что бы подготовится к второму поступлению в Хогвартс, а так же для разговора с Диппетом. тот его понял, и принял учиться, сказав что такое в истории Хогвартса далеко не впервые, и подобным путишественникам разрешается продолжить учебу до возвращения в родное время. Благодаря своей внешности, единственный плюс голодания в детстве у Дурслей, он смог выдать себя за 14-летку соврав про возраст. Он собирался быть максимально близко к тому что бы исправить будущее. Он прекрасно понимал, что скорее всего вернется в совершенно другой мир, или же просто исчезнет, однако смирился с подобной участью. Зато его родители скорее всего будут жить долго и счастливо, заведя себе других детей, его возможных братьев и сестер. Официально он приехал в школу в понедельник, заранее распределившись на Слизерин. Эта зараза пыталась отправить его на Гриффиндор, а потом упрекнула что в первый раз он говорил иначе, слава богу он все же смог попасть на Слизерин. А дальше он, смотря на обилие черного песка на маховике, принялся учится. Программа этого времени немного отличалась от той которой он пользовался в своем времени. Да и он решил воспользоваться случаем подняв свои оценки по зельварению — тут преподавал молодой Слизнорт, не сильно отличающийся от будущего, у какого Гарри, с его новым именем, смог стать одним из любимчиков. Блэк, как никак. Так же он пытался привлечь внимание Тома. Их, на его удивление, поселили в одной комнате. со временем он узнал что селят их по чистоте крови. А на курсе было всего три полукровки: Том, и два неизвестных парня что всегда держались вместе, и естественно, жили в одной комнате. «Теперь 4, я ведь тоже теперь… Слизеринец» — Гарри подивился как сильно изменилась его жизнь всего за несколько недель. Однако внимание Тома, казалось, было невозможно привлечь. Гарри был не слишком талантливым или хитрым чтобы того впечатлить. Раздумывая над очередным планом привлечения внимания, он наткнулся на шайку гриффиндорцев. Он шел один, так что те, к его величайшему удивлению, как никак он сам раньше был гриффиндорцем, обозвали его, и начали небольшую дуель. Гарри, конечно же, победил, и помог ему, сиятельный Том, однако повторился инцидент со второго курса — один из гриффиндорцев, третикурсник, посчитал уместным призвать змею. Так и вышло что Гарри приказал ей стоять на серпентанго, что бы не ранить бедное животное. Том тогда неверящее и удивленно на него посмотрел, и он по инерции прошипел тому змеиное «Что?». Риддл нахмурился, и жестами показал что их ждет разговор в комнате, а пока у них есть забота поважнее в виде еще двух гриффиндорцев. Бить своих было не очень приятно, в том плане что они оказались настолько тупыми. *** — так, Блэк, ты обязан обьяснить знание змеиного языка. — серьезно, с определенной долей угрозы в глазах сказал Том. Гарри на это лишь улыбнулся, он всегда был прямолинеен, так что и сейчас не скрывает своих намерений. — Не так давно меня звали просто Гарри Паркер. Мой отец умер на работе, и меня воспитывала только полубезумная мать сквибка, и магл отчим. Часто она даже забывала что у нее есть ребенок — рассказывая про предполагаемою мать, Гарри говорил про тетю Петунью, из-за чего получалось достаточно правдоподобно. — Она ненавидела магию, из-за того что она была ей недоступна, ведь ее родственники, кажется Гонты, бросили ее в мире презренных маглов. Она надеялась что если родит от родовитого волшебника, то ее собственный потенциал возрастёт. Правда, мой отец - бастард рода Блек был единственным доступным вариантом. Если честно, я не знал о магии до 11 лет, тогда моя мать умерла, и отчим выгнал причитая о том что у меня есть ненормальные родственники в другом мире — тут он вспомнил дядю Вернона. Хватало лишь того что бы поменять немного события, и выходила будто другая жизнь, такая же грустная и несчастная. — Потом я учился в небольшом магическом приюте, ближе к Ирландии, куда попал из-за того что усердно колдовал при маглах, в общественных местах. — На этом месте Том нахмурился. Гарри понимал почему, ведь Риддл жил в обычном приюте, где его ненавидели. — Ну а дальше я захотел найти семью. Все Гонты считались мертвыми, так что я пошел к Блэкам, правда кроме имени, и презрительного отношения ничего не получил. Однако наведя справки, я узнал о тебе, Том — В начале тот выглядел довольно понимающим, а после удивлённым. — Ты мой кузен, полукровка как я, и в общем, самый близкий родственник. Надеюсь, мы сможем стать семьёй — Он искренне излучал это желание. Это и правду было так, он был плохим лжецом, так что говорил полуправдой, не скрывая свои намеренья, и желания. Он всегда хотел семью, и что с того что он собирается найти ее в своем враге? В этом времени пророчество еще не произнесено, и Риддл — просто ожесточенный ребенок. Конечно же, Том не ответил явным согласием, но даже Гриффиндорец внутри гарри видел что тот рад узнать о таком близком родственике. Медленно но верно они начали сближаться, по настоящему становясь семьей. Каждый из них изменился под влиянием второго. Они оба получили то о чем мечтали, маленькую, но такую родную семью. не смотря на то что на самом деле они ине были родствениками, это не помешало стать им настоящей семьей. Каждый из них наконец получил то о чем мечтал, чувство того что ты кому-то нужен, и любовь. Золотого песка становилось все больше, и Блэк понимал что не хочет терять Тома, и решил провести с ним весь остаток времени. они вместе выживали при бомбордировке, прятались и цеплялись друг за друга, как за спасительный круг, не смотря на все невзгоды они были вместе, и так много пережитого… Очень сблизило их с Томом. «Слишком… Близко» — думал Гарри, когда Том взял его лицо в свои руки и поцеловал. Это был третий поцелуй в жизни Гарри, и он был действительно крышесносным. Слёзы навернулись на глаза от недостатка воздуха, и понимания что черных песчинок осталось всего около несколько сотен. Ему осталось около месяца с Томом и осознание приносило жгучую боль. Однако гладя в искренние синие глаза он не мог отказаться от собственных чувств, даже несмотря на то что после будет больно. Они не говорили про то что слишком близкие родственики, и даже пару раз между собой они шутили про наследственность*, среди магов их родство считалось достаточно далеким чтобы все было в порядке, да и Гарри с Томом, если честно, было плевать. Этот месяц, сентябрь пятого курса для Тома, был самым счасливым для них обоих. Они по максимуму наслаждались любовью, которую дарили друг-другу. Том чувствовал что случится что-то плохое, однако Гарри по максимуму успокаивал новый смысл собственного существования, стараясь не думать о том что совсем скоро черных песчинок не станет, и он вернётся в свое время.