дурак (онлайн)

мир.

      он как карточный домик строится по частям, аккуратно складывается из карт, одна из которых стоит на другой, третья господствует над четвертой, на самом верху будут располагаться самые величественные карты, но далеко не от них зависит судьба бумажного замка. хлопок двери, за которым следует дуновение ветра, карты разлетаются в стороны. гармония разрушена. крупная фигура мужчины входит в помещение, схожее с рабочим кабинетом. полки у стен заполнены какой-то бумажной волокитой, изредка стоят книги о построении успешного бизнеса. посреди кабинета стоит стол, все так же заполненный бумажками, за которым сидит молодой мужчина лет двадцати пяти. — ну вот снова ты все испортил ! — громко возмутился парень, изволив оторваться от построения своего карточного домика и взглянуть на того, кто посмел его потревожить. с негромким скрипом повернулся рабочий стул на колесиках. — не выдуривайся, Квак. я пришел за обещанным. — мужчина, чьи слегка вьющиеся волосы изящно обвивали величесатенные рога, медленно подходил все ближе и ближе к фигуре на стуле, грозно на нее глядя. — м-да, как вижу, настроение у тебя не очень. что ж, впрочем, как и всегда! — Квакити встал, торжественно разводя руками. — можешь присесть пока куда нибудь, но не смей садиться на мой личный трон, Шлатт! — он подошёл к куллеру с дружелюбным намерением налить будущему соигроку что-нибудь. — изволь спросить, чай или кофе?       Шлатт выбрал место напротив Квакити, поставив туда какую-то довольно старую табуретку, что прежде служила мини-столиком для документов, и присев на нее. — я буду что-то покрепче. — для успокоения? — с ухмылкой Квакити полез в соседний шкафчик с книгами, дабы из дальней полки достать любимый ликер. в ответ ему давящее молчание. пока Квакти возился с ликёром, Шлатт достал свой любимый приготовленный револьвер и с небольшим грохотом положил его на середину стола. — как и договаривались, верно? — он намеренно взглянул на Квакити, взгляд его был строгим. — конечно. а что, уже передумал? — Квак поставил две рюмки на стол, подвинув одну к своему собеседнику. а сам поудобнее устроился на своем стуле. — думал, мало ли ты струсишь. — или скорее надеялся. Шлатт одним махом выпил содержимое рюмки, тяжело вдыхая в сторону. — так сразу, что же... — Квакити принялся собирать разбросанные по столу карты, а так же не позабыл достать и остальную колоду из кармана его черных штанов.       ухмылка фальшивой уверенности не сходила с лица. руки тряслись, словно на кону игры стояла жизнь. с такими кривыми руками перемешать карты было проблемой, ведь вместе с этим нужно не подавать виду паники перед соперником. ведь твои эмоции чуть ли не важнейшая часть игры при надежде на выигрыш. не падать духом!! но буквально каждые пять секунд какие-то карты то и дело вываливались из колоды, некоторые вовсе падали на пол. испугавшись окончательной потери чести еще до начала игры, Квакити протянул колоду карт Шлатту. — поручаю перетасовку карт тебе. — торжественно произносит Квакити. с той же интонацией, что и в старые добрые он передавал слово своему Президенту пред народом.       а Шлатту с виду было и плевать на действия Квакити. игра ещё не началась, зачем же суетиться? его крупные руки перехватили карты с тонких рук Квакти. со спокойствием он перетасовывал карты, не долго.       Квак приподнял свою рюмку к губам как на стол упала козырная карта. corazones. восьмерка. лёгкими движениями Шлатт смог раздать каждому по шесть карт. оборачиваться назад было поздно, стоило только надеяться, что тебе повезло и карты выпали удачные.       каждый из игроков внимательно рассматривал свои карты. Квакити всеми силами пытался скрыть холодную дрожь по телу, стараясь укрыться теплым чувством алкоголя, расплывающимся по его телу.       оторвав от размышлений Квакти на стол легла первая карта, ознаменовавшая начало игры. пиковая девятка. трудно было здраво мыслить в состоянии тревоги, стоило выбрать верную карту ведь один неверный шаг может повлечь за собой будущий проигрыш. время шло, обстановка все напряженнее и напряженне. молчание со стороны обоих съедало все надежды на хорошую игру. может они смогут договориться на ничью? может все обойдется и Шлатт забудет о сделке? может... — piensa más rápido, tonto. и налей мне ещё рюмку.       тяжело выдохнув, сверху единственной на столе карты упала козырная десятка. Квак мог кинуть и другую карту, она была даже уместнее, чем козырь. но оправдав себя блядским волнением, он положил карты лицом вниз и потянулся за заветным ликёром.       Шлатт немного потупил взгляд на картах и не было ничего лучше, чем просто отложить их в сторону со словом "бито". он взял одну карту из колоды и соизволил подкинуть одну в руки соперника. следующий ход стоял за Квакити. обе рюмки были наполнены алкоголем, на этот раз не долго думая Квакити положил на стол самую мелкую карту из всех имеющихся — семёрка бубнов. первые шаги давались с неким волнением, но все ещё играть было несложно. перебрасываться парочкой мелких карт не составляет труда, страшнее когда у тебя на руках одни только мелкие карты.       Квакити мельком взглянул на Шлатта, взгляд того был четко направлен на свои карты. глаза его всегда отражали серьезную намеренность действий. было ощущение, что Шлатт за минуту обыграет соигрока, не оставив ему шанса на жизнь. но как бы Шлатт не старался скрыть переживания, было видно некое волнение в его напряженных плечах. то ли за себя, а то ли, казалось бы, за соперника.       две очередные карты отлетели в сторонку. следующий шаг в руках Шлатта. снова пиковая карта. видимо обоим не свезло получить нормальные карты, но вся игра ещё впереди. — я забираю карту. — среди пустого молчания прозвучал звонкий голос Квакити. ему казалось, что так можно запутать противника, хотя все было ясно как свет дневного солнца.       Шлатт не возражал действиям Квакити. не стал ничего подкидывать, просто забрал недостающую карту с колоды. он старался особо не задумываться над ходами. у них должны быть равные шансы и выигрыш и, видя как трясется соперник, Шлатт остудил пыл. — выпей. — он поближе подвинул рюмку с ликёром к Квакити, настойчиво смотря ему в глаза. — я...не хочу сейчас пить. — Квак максимально старался взять всю оставшуюся уверенность в кулак, нельзя показывать, что он трус. особенно перед таким сильным и властным противником. — cabeza de mierda...Кью, выпей. — нрав Шлатта становился все настойчивее — ты дрожишь не хуже банного листа, думаешь я не вижу этого?! — no soy tan débil como crees...hijo de la chingada... — как хорошо, что Шлатт бы не понял последних слов Биг Кью. все же, поддавшись напору рогатого, Квакти поднял рюмку и за секунду выпил все содержимое. — доволен?..давай, ходи.       Шлатт расплылся в довольной улыбке. не долго думая, он выбросил на стол очередную пиковую карту. внутри себя Биг Кью уже тысячу раз успел проматерть масть пиков, до жути ему не везло с ними в этой партии. но переигрывать не получится. думать получалось не лучше, но алкоголь плавающий в крови горячим чувством помогал ощущать себя уверенней. и вот уже вторую карту со стола забирает Квакити. неплохая идея подобрать некоторые карты у противника, а потом резко напасть с ними. но каким бы надёжным план не казался, у Квака в любом случае особо великого выбора не оставалось. лучшим вариантом было просто забрать себе карты недостающий масти.       наконец, пики, казалось бы, закончились. на стол легла трефовая восьмерка. и как же приятно ощущать, что ты без труда можешь побить эту карту своей, и даже не козырной. десятка бьёт восьмёрку, следующий шаг за Квакити. ему открылся шанс взять на себя игру, но сначала стоило аккуратно избавиться от ненужных мелких карт, которые он прежде забрал у Шлатта. и вот прежде родные пиковые семёрка и шестерка снова у их первого обладателя. — ха, как весело получается, что мы пол-игры прогоняем одни и те же карты между собой.— Квак медленно перевел взгляд на соперника. по нему было видно, что алкоголь помогал справится с переживаниями и отпустить это все в легкую.       и Шлатту очень даже понравился возвращающийся настрой Квакити. он знал его таким, он нравился ему таким. в последние минуты хотелось бы ещё раз услышать, посмотреть на него таким, какой он есть. ведь ещё навряд ли они смогут встретиться после этой игры снова.       момент хода Квакити все ещё оставался нетронутым. но, недолго думая он выбросил на стол бубновую девятку. прознав, что у Шлатта остаются одни только пики, Квак с неким азартом посматривал на соперника. все это медленно превращалось в веселую дружескую игру поздним вечером, когда оба дико уставшие после работы просто хотят развлечься друг с другом.       не так просто Шлатта обвести вокруг пальца, он не жалел карт, ведь чем их меньше, тем ближе к победе. но правда ли он так хотел победить или попросту совсем забылся, что запамятовал на что они играют? но все же, свой серьезный настрой он не терял. выпив рюмку постоявшего ликёра он положил сверху девятки бубнового короля. для Квакити настал момент подумать. стоит ли выбрасывать прибереженного на случай пикового короля. Шлатт легко сможет от него отбиться, а карта больше не будет мешаться в руках.       как и ожидалось, короля в легкую смог побить Шлатт козырным вольтом. считаясь, что он все правильно сделал, Квак отложил карты в небольшую кучку других, что лежала рядом и взял пару недостающих карт себе. и снова все идёт заново. с небольшой усмешкой Шлатт выкинул старую добрую, уже измучанную за эту игру шестерку пиков, но в этот раз Кваку есть чем отбиться. сверху он накинул шестерку козыря. — какая радость, что мы избавились от этой чертовой карты.. — хаха...и не говори. — алкоголь совершенно точно помогал оставаться на веселе,но Кваку все еще приходилось специально корчить улыбку, пока тот наливал себе в рюмку очередную партию ликёра. — Кью, будь добр, подлей и мне. — Шлатт одним движением руки подвинул свою рюмку ближе к Квакти. — ты когда подвыпивший такой вежливый становишься. — с забавой подметил Кью. он знал, что Шлатту такое не нравится.       и был абсолютно прав. Шлатту совсем не понравилось, что Квакити приметил это для себя. он сразу же изменился в лице и, дождавшись своей рюмки наконец взглянул на поле боя. Квак успел выкинуть трефовую семёрку и ждал ответа от Шлатта. а тот усмехнувшись перенял ход и подкинул под Квака свою пиковую семерку. теперь Биг Кью надо было отбиваться от двух карт. на пиков нашлась восьмерка, а вот из-за трефов пришлось отдать последний козырь, что он так упорно хранил. с лёгкостью руки Шлатт выкинул трефовую даму. отбиваться нечем. с явно недовольным вздохом Квактиси забрал все карты себе обратно. нельзя проигрывать, нельзя.       пока Шлатт думал как ему походить на этот раз, Биг Кью с трясущимися то ли от алкоголя, а то ли от волнения руками махнул ещё одну рюмку выпивки. — возьми это. — рогатый протянул Квакити сигарету с какой то потрёпанной красной зажигалкой. на этот раз Кью не стал противиться.       не хотелось портить его хорошее настроение в эти столь ценные минуты. Квакити с улыбкой принял презент. он поудобнее взял сигарету пальцами, поднес к лицу так, что она касалась концом его потрескавшихся губ. зажигалка была далеко не новая, это было видно по одному ее внешнему виду, поэтому не с первых искр удалось поджечь конец сигареты. привстав со стула, дабы отдать зажигалку обратно ее владельцу и поблагодарить его за милость, Квакити резко заметил крупную фигуру Шлатта стоящую перед ним почти лицом к лицу. — погоди, тыковка. — Шлатт легонько ухватился за щеку Кью, прислоняясь своей сигаретой к сигарете Квакити, что все ещё находилась между его губ.       Кью мягко говоря опешил, но приятное ощущение никотина внутри смогло разбавить его чувства чем-то приятным. — спасибо, querido Jay. — была надежда у Кью, что его соперник не поймет сказанное им слово, но даже если и так, то пусть запомнит эти слова на всю его жизнь, сколько бы она не продлилась по итогу этой игры.       но счастливый перерыв не мог длиться вечно. сигарета как жизнь имеет свойство заканчиваться, что очень кстати к этой игре. Шлатт быстро заново установил внимание на картах в руках, но все же в этот раз он иногда поглядывал на подрагивающие глаза утёнка. мысли в голове с каждой секундой мешались все сильнее и сильнее, превращаясь в темную мутную кашу. противно от самого себя становится, но что не поделаешь. на столе трефовая шестерка, пока что не такая обнадеживающая ситуация для Квакити. в легкую он смог побить ее трефовой семёркой и карты отправились в стопку ненужных. мелкие карты на руках не давали спокойно разыграться, в свой ход Кью отдал пиковую семерку. он смотрел на Шлатта в ожидании его действий, но тот потупил взгляд и просто забрал карту к себе на руки. все выглядит так просто...снова пики, за эту игру масть надоела каждому из игроков до невозможности. с тяжёлым вздохом Шлатт принял пиковую восьмёрку, но тут же нашел выход. рядом с ней легла бубновая восьмерка. очередь отбиваться снова на Квакити. на грёбанных пиков пришлось потратить единственный недавно полученный козырь. кое-как отбившись Квак дождался своего очередного хода, забрав недостающие карты, он внимательно принялся их осматривать. наконец на руках были карты больше, чем шестерки и семёрки. и вот на столе оказалось два вольта - пиковый и бубновый. игра вот вот бы подошла к концу, с каждым ходом на душе становилось труднее и труднее. каждый из них в душе хотел пожертвовать собой и поддаться, но и себя было не менее жаль. Шлатт был далеко не так прост, он снова подкинул карту под Квакити. спасибо и на том, что было чем отбиваться. но вот со стороны Шлатта на поле упал трефовый туз. и как всё мигом перевернулось. отчаяние медленно топило Квака, захватывая его слово в болото. сдаваться было рано, шанс ещё есть... забрав все карты, Квак уставился на соперника. а тот в свою очередь старательно скрывал глаза. словно он пытался убежать от его взгляда, убежать от суровых реалей. забыть все, забыться. — тыковка, перестань сверлить меня взглядом и налей ещё рюмку. ¡inmediatamente! — а Джей волновался не меньше самого Биг Кью. волновался и за себя рогатого и за соперника пернатого.       покорно Кью подвинул к Шлатту его рюмку полную ликёра. на секунду его взгляд остановился в глазах Джея, словно пытаясь разглядеть что таится у него в душе. а может и то, что за рубашками его карт... отведя взгляд, Шлатт вдохнул и все так же без промедлений выпил содержимое рюмки. с каждым разом Шлатт надеялся, что это придаст ему уверенности, но сердце билось все чаще и чаще. выдохнув себе под нос, он вытащил из колоды своих карт надоевшую пиковую семерку. но собрав различные карты, Квак быстро от нее отбился, ожидая больших действий от соперника. но больше кидать было нечего и ход стоял за Биг Кью. так оба из них успели избавиться от ненужных вольтов и королей и заодно забрать последние карты с колоды. те 12 карт что разделены между ними были последними, что есть у каждого из них. последняя надежда.       осознать было трудно, но это неизбежно. рюмок было уже мало, Квак собрал свои силы в кулак и выпил глоток прямо с горла. все его тело содрогнулось, на глаза выступили мелкие слезинки, щеки покрылись лёгких румянцем. он твердо поставил бутылку на стол и взглянул туманным взглядом на Джея, после чего вернулся за свой мягкий трон.       Шлатт был мягко говоря слегка удивлен такому рывку Кью, обычно так резко он не действовал. это помогло перевести дух накаляющейся ситуации. — Джей, ходи уже...no se demore. — голова медленно начиналась раскалываться на куски, легче бы было пристрелить себя прямо сейчас, чем чувствовать это. — успокойся, я не медлю, а стараюсь подумать.       каждый из них был навзводе, но чем дольше длились последние ходы, тем становилось хуже. наконец Шлатт выложил трефовую девятку, побита была дамой. рядом легла ещё одна дама. пиковая. ее успел покрыть пиковый туз. Квакити недавно подметил туз в рукаве у Джея и вот момент его проявления настал. на стол упал козырной туз. Кью расплылся в глупой улыбке и принялся укладывать карты со стола у себя в руках.

три карты.

две.

ход Квакти.

— текущее положение обнадеживает, ведь так? — шепот словно клинок в сердце пронзил столь же колючую тишину. в ответ молчание.

одна карта.

— es el final, ¿verdad? jajajaja.... — карты с рук Квакити распустились словно крылья, медленно опускаясь на пол. это действительно был конец, они оба это прекрасно понимали. Шлатт сжал кулаки смешивая всевозможные чувство в одном. чувство вины и радости, печали и ненависти. — твою мать... — я проиграл, долг лишь за тобой остал-... — заткнись!! — грозный стук по столу раздался эхом по кабинету. каждый его уголок содрогнулся, как и каждая частица тела Кью. был слышен противный лязг револьвера, который ныне был направлен прямо на Квакити. Шлатт стоял перед ним суровой тенью. на его лице не было ни намека на печаль, словно ему совсем не жаль убить того, к кому он так долго испытывал неоднозначные чувства. — могу я попросить тебя последний раз об одной вещи? Джей, прошу, скажи что любишь меня.. — Квак встал, чтобы взглянуть последний раз на дорогие черты Шлатта, да почувствовать тепло в груди. он взял бутылку за горлышко и стал отпивать от нее столько, сколько сможет. — te amo, el amor de mi vida..       тепло. вроде бы от слов Джея, а вроде от алкоголя, разносящегося по телу с невиданной скоростью. — и я тебя черезмерно люблю, mi amor..

выстрел.